Глава 2.

Завернув за угол на полной скорости, сжимая в руках подол и нижние юбки, я с такой силой врезалась в мужчину, что отлетела назад и ударилась локтем о каменный пол.

Оглушённая, я приподнялась и села, прижимая к себе локоть. Мой взгляд скользнул вверх по его ногам, к белой рубашке, запятнанной кровью, к его взъерошенной копне светлых волос. Над головой пылало солнце. Это был младший сын герцога, но я никогда не видела его так близко. Только издалека, когда высыпала помёт в вагонетку, а он беспечно шагал из логова к семейному замку, стоящему чуть выше на холме. С такого расстояния его небесно-голубые глаза, настолько яркие, что казались почти светящимися, пригвоздили меня к полу, словно мотылька к булавке. Мой взгляд снова опустился к крови.

— С вами всё…

Рычание драконов перехватило моё внимание.

— Тебе здесь не место, — резко бросил он, обходя меня и отступая от драконов. Красное пятно расползалось по его белой рубашке под подтяжками.

Я поднялась на ноги, локоть пульсировал болью, но всё ещё сгибался и разгибался. Он метнулся глубже в логово, в свою личную комнату с упряжью, и вернулся с длинным копьём. Копьём для убийства, с остриём из стали, способным пробить чешую дракона.

Он пронёсся мимо меня, не сказав ни слова.

— Чем я могу помочь? — спросила я, следуя за ним.

— Уходи.

С моих губ сорвался смешок. Будто я могла уйти. Герцог не славился ни щедростью, ни пониманием, и если с его драгоценной Мирантой что-то случится, пока я на смене, виноватой окажусь я. А теперь, когда сын герцога меня увидел, я не смогу отрицать, что была здесь сегодня.

Сердце бешено колотилось, пока я шла за Рашлендом Ковингтоном. Вторым сыном герцога. Не наследник, но, как писали газеты, всё равно обречённый на славу. Золотой мальчик ночных гонок. Похититель сердец. Нарушитель спокойствия.

Несколько быстрых шагов вывели нас во двор, где Азерон, тёмно-синий дракон сына герцога, лежал на земле, прижав шею к камням, а над ним в воздухе завис чёрный дракон с золотыми вкраплениями в чешуе, выставив когти. Тёмно-красная кровь растекалась по каменным плитам под Азероном.

— Он ранен!

— Святые, какая ты сообразительная, — огрызнулся Ковингтон, бросив на меня яростный взгляд.

Миранта, сидя на вершине ближайшей стены, издала пронзительный крик, наблюдая за синим драконом, одним из своих многочисленных потомков, истекающим кровью на камнях внизу.

Ковингтон поднял копьё над плечом, направив острие на чёрного дракона.

— А теперь убирайся отсюда.

— Подождите!

Рука Ковингтона напряглась. Затем он согнул колени и с криком метнул копьё.

Копьё пролетело под чёрным драконом и с грохотом ударилось о камни. Ковингтон согнулся вперёд, прижимая руку к кровоточащему боку.

Не дожидаясь разрешения, я рванулась вперёд, размахивая руками, подбежала к копью и схватила его.

— Что ты делаешь? — проревел Ковингтон у меня за спиной.

У меня не хватило бы силы бросить копьё так, чтобы нанести смертельный удар летящему дракону. Да и у немногих взрослых мужчин хватило бы. Вместо этого я с силой ударила тупым концом копья о камни у своих ног.

Синий дракон оскалился на меня, а Миранта слетела со стены и снова опустилась на землю. Нападавший дракон поднялся выше.

— Дура, он дикий! — крикнул Ковингтон, не приближаясь.

Я снова ударила копьём о камни, сердце перевернулось от его слов. У диких драконов было пламя. Неудивительно, что Ковингтон хотел его убить.

Если этот дракон откроет пасть и выдохнет пламя, мы погибнем. Но дикий дракон отвернул голову и поднялся ещё выше, кружась.

Снова я ударила металлом о камень. Тук, тук, тук. Тук-тук.

Ритм был простым, но звучным, заполняя пространство. Драконы перестали рычать. Дикий склонил голову набок, глядя на меня, пока я продолжала отбивать ритм, и с каждым ударом моя рука отзывалась вибрацией. Затем, после ещё одного предупреждающего рыка Миранты, дикий дракон пронзительно вскрикнул и рванул прочь.

Копьё звякнуло в последний раз, когда я уронила его и рухнула на землю, рука покалывала, мысли путались.

Ковингтон бросился к раненому дракону.

Грудь Азерона тяжело поднималась и опускалась, пока он лежал на боку в центре двора. Тёмно-красная кровь дракона растекалась по камням, переливаясь в ярком дневном свете. Я искала рану на его теле.

Одна чешуя была вдавлена внутрь, и под ней виднелся разрез сырой плоти.

— Нужно остановить кровь, — сказала я.

— Нужно? — Рашленд Ковингтон, выдернув пробку зубами из маленького флакона, опустился на колени рядом с драконом, погружаясь в переливающуюся кровь. Он прижал ладонь к большой гладкой чешуе и поднёс флакон к хлещущей ране. — Уходи. Сейчас же.

Вместо этого я бросилась к шее дракона.

— Я его удержу.

Глаза Ковингтона расширились, когда мои руки обвили шею дракона сразу за головой. Он был силён, но ему было больно, и моего веса хватало лишь на мгновение. Рычание, вырывающееся из его горла, отдавалось у меня в крови. Я кивнула Ковингтону, и он без колебаний вылил содержимое флакона на рану.

Дракон дёрнулся.

Я навалилась всем телом на его шею, проводя рукой вниз по чешуе и спокойно с ним разговаривая.

— Держи его!

— Держу, — процедила я сквозь сжатые зубы.

Содержимое флакона пахло для меня лакрицей, но я знала, что там был зимний кресс, трава с обезболивающим действием.

Через мгновение дракон обмяк, прижавшись к камням. Я посмотрела на Ковингтона. Он провёл рукой по волосам, влажным от пота так, что половина прядей торчала в разные стороны.

— Я выправлю чешую.

Он вытащил из-за пояса щипцы для чешуи дракона. Я видела их в логове, но никогда не наблюдала, как ими пользуются. Драконья чешуя была толстой и невероятно прочной, но с нужными инструментами её можно было согнуть или, как сейчас, вернуть на место.

Я снова упёрлась в шею дракона. Одним быстрым движением Ковингтон вогнал щипцы в рану, навалился всем весом на бок дракона и потянул вверх обеими руками. Азерон завыл, высокий, пронзительный крик, вырвавшийся из глубины его лёгких, и я закричала вместе с ним. Миранта сорвалась со своего места и зависла над нами, её когти щёлкали рядом, но не задевали.

Затем Ковингтон резко подался назад, поскользнувшись в липкой крови, с щипцами в руках.

— Уйди.

Его голос был резким и властным.

Я рванула прочь от дракона, бросившись бежать, не оглядываясь.

Миранта кружила над головой, её крылья были шириной с весь двор. Я остановилась только у ближайшей стены и прижалась к ней, обернувшись, чтобы проверить, не направляются ли драконы к нам.

Азерон уже стоял на ногах, но уткнул морду под крыло, обнюхивая рану. Миранта тем временем снова устроилась наверху, её оранжевые глаза были устремлены на нас. И почему-то мне показалось, что в её взгляде больше нет ни злости, ни враждебности, будто она была благодарна. Я кивнула ей, поражённая мыслью, что истории правдивы. Что люди действительно могут понимать драконов, если знают их достаточно хорошо.

Рядом со мной Ковингтон согнулся вперёд, уперев руки в колени. Только тогда до меня дошло, что на нём нет одежды наездника. Вместо плотных кожаных штанов и куртки с высоким воротом, которые носили всадники драконов, на нём были лишь брюки со складками и белая рубашка. На нём даже не было сапог для верховой езды. Его рубашка медленно отстала от груди, но ткань всё ещё прилипала к вспотевшей спине. Сквозь влажную от пота ткань между лопатками проступал намёк на тёмную татуировку. Я никогда раньше не видела у знати татуировок. У пояса из-под свободного края рубашки выглядывала кобура от пистолета. Пустая.

— У тебя осталось ещё немного этого зимнего кресса? Для тебя? — спросила я, глядя на кровавое пятно на его рубашке.

Он повернул ко мне подбородок.

— Мне нужно, чтобы ты ушла. Сейчас же.

Я фыркнула.

— Пожалуйста.

Не обращая на меня внимания, он выпрямился во весь рост, запрокинув голову и прислонив её к стене.

— Это место должно было быть пустым.

— Откуда взялся дикий дракон? — спросила я, игнорируя его слова.

Он метнул в меня резкий взгляд, весь из углов и жёстких линий, словно одним этим взглядом обвинял меня в величайшем предательстве. Солнечный свет придавал его голубым глазам прозрачность, почти ледяную.

— Я не обязан отвечать на твои вопросы. А теперь убирайся.

— Ладно.

Я прошла мимо него.

— Но сначала закончу работу.

— Нет, не закончишь, — прорычал он. Его шаги гулко отдавались по камням, когда он последовал за мной.

Я не остановилась. Пусть он и родственник королевы, но он ещё и грубиян, и я не считала, что он заслуживает моей вежливости. К тому же платил мне не он.

— Как тебя зовут? — потребовал он.

— Я не обязана отвечать на твои вопросы, — отрезала я, хватая лопату.

— Послушай, если тебе нужны деньги, я заплачу. Уходи сейчас и никому об этом не рассказывай.

Я замерла. Неужели моя отчаянность так очевидна? Мой взгляд остался прикован к полу, где на одном из моих ботинок отпечаталась кровь дракона. Одинокий след тянулся внутрь стойла.

Я оглянулась через плечо. Его глаза были дикими, но не от боли. От страха. В какие неприятности вляпался сын герцога, если он не хотел, чтобы об этом узнал хоть кто-то?

— Удачи сохранить это в тайне, — сказала я, кивнув на его бок. — И потом, ты собираешься сам всё это убирать?

Мой взгляд скользнул к кровавому следу. Лужа крови во дворе была уже совсем другой историей.

— Вот.

Он щёлчком отправил монету на пол. Она подпрыгнула, покатилась, затем долго крутилась, и каждый звук резал по моему достоинству. Когда монета наконец остановилась, я сделала вдох и наклонилась, чтобы поднять её, ненавидя этого мальчишку за то, как он её бросил, словно нищей. Ненавидя то, как сильно она мне нужна. Ненавидя, как мои перепачканные ногти царапнули камень, когда я схватила её.

Я уставилась на крупную монету. Серебряный вестрен, редкость не меньшая, чем дикий дракон. В стране без королевских детей он был почти принцем, так же как и сыном герцога. Один вестрен, равный двадцати пяти карандам, для него ничего не значил. Для меня это было больше недельного заработка и достаточно, чтобы отменить уведомление о выселении. Возможно, даже хватило бы на билет на сегодняшнюю гонку.

Нет, мне нужно заплатить взнос за обучение Эви. Нас уже предупредили, что если штраф не будет внесён до начала семестра, Эви больше не сможет там учиться. Уже само то, что мы отправили её туда, было на пределе возможностей, но это того стоило. Эви станет той, кто вытащит нас из нижнего города. С её солнечными волосами и ангельским лицом она была единственной надеждой матери на удачное замужество. Мать ясно давала понять, и не раз, что никому не нужна слишком высокая, неприметная книжница с мозолистыми руками и привычкой говорить всё, что думает.

Звук шагов заставил нас обоих вздрогнуть. Я подскочила, прижав монету к груди. Ковингтон резко обернулся, рука инстинктивно потянулась к кобуре. Он выругался, обнаружив, что она пуста.

Мужчина в аккуратном шерстяном костюме цвета пепла заглянул в стойло. Подбородок обрамляла с проседью борода, а на голове сидела высокая шляпа, уже вышедшая из моды.

— А, вот вы где. Я уже начал думать, что здесь вообще никого нет, — сказал он мягким, почти маслянистым, весёлым голосом, который так не вязался с только что увиденной кровавой сценой, что это раздражало. — Я пришёл оставить сообщение вашему отцу.

Он щёлкнул каблуками и сложил руки на поясе. Его движения напомнили мне заводного солдатика, который когда-то был у моего брата.

Ковингтон бросил на меня многозначительный взгляд, затем повернулся к мужчине и резко сказал:

— Его здесь нет.

— В самом деле, — мужчина огляделся, покачиваясь с пятки на носок. — И, поскольку вы явно заняты, я буду краток. После чего вы сможете заняться своей раной.

Он кивнул на Ковингтона.

— Прекрасно. Она как раз уходила, — сказал Ковингтон, махнув мне в сторону выхода.

Спрятав монету в карман юбки, я поспешила выйти из логова, не сказав ни слова.

— Напыщенные богорождённые, — пробормотала я, пнув высокий гриб, выросший у меня на пути.

Воздух был густым от влажности и звона мошек, пока я, тяжело ступая, поднималась обратно по холму через лес. Было слишком рано идти к Мим, и мне нужно было время, чтобы осмыслить произошедшее. Я сжала и разжала пальцы, вспоминая, какими на ощупь были чешуи Азерона, как дрожало в моей руке копьё каждый раз, когда ударялось о камни, как мне хотелось ударить сына герцога. Газеты выставляли его одним из самых завидных женихов Трестона, но его манеры доказали, что он вовсе не джентльмен.

Дракон с золотыми вкраплениями, по словам Ковингтона, был диким.

Я никогда раньше не видела дикого дракона. Мало кто видел. И я его отпугнула.

Предупреждение Бев о знаке зазвенело у меня в ушах, и я остановилась на тропе, чувствуя, как пот ползёт по спине, словно жук. Затем я отмахнулась и пошла дальше. Я не верила в эти карты. Карты разрушили нашу семью, и я никогда не стану менять свою жизнь из-за колоды.

Треск ветки заставил меня резко обернуться, выхватив нож.

Хорошо одетый дворянин, которого я видела раньше, приближался ко мне сзади. Он осторожно пробирался по тропе, покачиваясь, его длинные конечности напоминали раскачивающиеся ветви голого дерева.

— А, вот вы где, — сказал он тем же беспечным, жизнерадостным тоном.

Я приподняла брови, глядя на него. Дворяне обычно морщились при виде меня так, как морщатся, увидев крысу.

Он остановился, глубоко вдохнул и улыбнулся.

— Я не привык бродить по лесу в такую жару. Если честно, я вообще не привык бродить по лесу ни при какой погоде.

Он усмехнулся сам себе.

— Но неважно. Теперь я вас нашёл.

Я опустила нож, но не убрала его.

— Ах да, вы, должно быть, гадаете, кто я.

Он отвесил небольшой, но чрезмерно вычурный поклон.

— Меня зовут Мерлон Фэйрфакс.

Мой вздох заставил его снова усмехнуться. Я читала его имя в газетах, видела карикатуры, но никогда не думала, что встречу человека, известного своими скандальными выходками при дворе и непопулярными взглядами на наездничество на драконах.

— Мистер Фэйрфакс, — запинаясь, сказала я, чуть склонив голову. — Ч-чем я могу вам помочь?

Он широко улыбнулся и зацепил большие пальцы за карманы жилета.

— Составьте мне компанию на сегодняшней драконьей гонке.

Мои брови нахмурились.

— Но, сэр…

— Ну-ну, — сказал он, поднимая руку в успокаивающем жесте, — гонка лишь следующее место, куда я направляюсь, и, как оказалось, у меня есть для вас предложение, которое, как мне кажется, лучше обсудить за прохладительными напитками в моих личных покоях на Арене. Я терпеть не могу эту жару, мисс…

— Миро, — закончила я.

— Мисс Миро. И я искренне надеюсь, что вы не против посмотреть сегодняшнюю гонку.

Я мечтала увидеть Королевскую гонку каждый день своей жизни. Но это было для женщин в лёгких шляпках и свежих хлопковых платьях, сидящих под руку с богатыми мужчинами. Не для меня.

Я опустила взгляд на свою рабочую одежду, простое коричневое платье, в котором я чистила стойла драконов. Мои сапоги были в засохшей грязи, а возможно, и в чём-то похуже, по бокам, и на носке левого виднелось тёмно-красное пятно крови.

Фэйрфакс цокнул языком.

— Если вам будет так удобнее, я обеспечу вас более подходящим нарядом для гонки.

Я настороженно посмотрела на него, чуть приподняв нож.

— О, боже правый, ничего подобного. Я уже слишком стар для таких вещей. К тому же я безумно влюблён.

Он небрежно махнул рукой.

— Уверяю вас, моё предложение полностью связано с драконами.

— Предложение, сэр? — я сглотнула, не понимая, что этот человек вообще может мне предложить.

— Вы выглядите так, будто перепугались, как корова на рельсах.

Он хлопнул в ладоши, когда я нахмурилась, словно был в восторге от того, что сумел меня задеть.

— Я не желаю вам зла, моя дорогая. Я был чрезвычайно впечатлён тем, как вы справились с тем драконом.

— Вы это видели?

Фэйрфакс кивнул.

— Я видел, как вы спасли жизнь тому юноше. И дракону. Поэтому я и последовал за вами. И так уж вышло, что я давно ищу человека с… как бы это сказать… смелостью, чтобы предложить ему стать моим партнёром в одном деле, которое я уже некоторое время хочу осуществить.

Он чуть наклонил голову вперёд, весело и заговорщически.

— У вас есть смелость.

Это был странный комплимент, и всё же я почувствовала, как моя хмурость начинает исчезать.

Он протянул мне локоть.

— Что скажете? Пойдёте на гонку, выслушаете моё предложение?

Увидев моё колебание, он добавил:

— Вы ничем не обязаны соглашаться. Я лишь хочу, чтобы вы его рассмотрели.

Впервые я по-настоящему присмотрелась к нему. На нём не было обручального кольца, но на мизинце поблёскивал перстень наследника. В его волосах уже пробивалась седина, но он всё ещё мог подняться по холму в летнюю жару, а его кожа была тронута загаром, который появляется только у тех, кто проводит много времени на открытом воздухе. Самым странным была его лёгкая улыбка, словно это было его естественное выражение лица. Во всём он отличался от тех дворян, которых я видела в городе. И особенно тем, что он прошёл пешком, чтобы догнать меня.

Я медленно кивнула и, наконец, убрала нож в ножны.

— Я выслушаю ваше предложение, сэр.

— Превосходно! — воскликнул он громче, чем я ожидала. — Тогда отправляемся на арену, иначе пропустим всё самое интересное.

Мы снова вышли из леса, прошли по нескольким узким улицам и поднялись к широкому мосту, где у обочины стоял чёрный автомобиль с блестящим корпусом и гербом на двери водителя.

— Прошу, — сказал лорд Фэйрфакс.

Я сглотнула и замерла, глядя, как водитель выходит и открывает для меня дверь. Впервые в жизни я забралась в автомобиль. Когда двигатель загудел, я напряглась, думая, не совершила ли ошибку, сев сюда.

— На арену, — бросил Фэйрфакс водителю мгновение спустя.

Все мои страхи исчезли, когда на лице расплылась широкая улыбка.