Глава 21.

Сапоги застучали в сторону нашей сгрудившейся группы.

Внезапно адреналин сменился паникой, когда люди начали толкаться и давить друг друга, пытаясь скрыться из виду.

— Кто-то настучал! — крикнул другой голос. — Бегите!

Я схватила подол платья в кулаки и побежала, не думая о том, как выгляжу. Ванья мчалась рядом со мной, её короткие ножки быстро перебирали.

— Дурацкие туфли, — сказала она, сбрасывая их одну за другой, а затем сорвалась в спринт. Я подумала сделать то же самое, но не хотела терять обувь, для меня туфли были роскошью.

— Беги вперёд, — крикнула я ей, опускаясь на колено, чтобы снять свои новые туфли. Она поспешила дальше.

С улицы сверху вспыхнул свет факела, когда констебли в сапогах вышли на мост, а затем направились к ближайшей лестнице. Держа туфли в руках, я скользнула в тени под мостом. Я прислонилась спиной к стене, тяжело дыша. Здесь было так темно, что взгляд упрямо цеплялся за янтарное свечение уличного фонаря. Мне вдруг пришло в голову, что я одна в темноте и без оружия.

Грохот сообщил о прибытии констеблей, а их крики дали понять, что они кого-то заметили.

Я отступила ещё глубже в тень, чувствуя себя загнанной, но чья-то рука внезапно вырвалась из темноты, схватила меня, развернула, и другая ладонь прижалась к моему рту, когда я закричала.

— Это я.

Ковингтон прижал мою спину к своей груди, его голос зашипел у самого уха. Он убрал пальцы с моего рта.

— Прости. Я знал, что ты закричишь. Давай уйдём отсюда.

Я кивнула, прижав ладонь к губам там, где только что были его пальцы. Ужас, разлившийся по венам, начал отступать, когда я рванулась вперёд, следуя за Ковингтоном в темноту.

— Сюда.

Он коснулся моего локтя и резко свернул направо, в переулок между зданиями.

Я закрыла рот и пошла за ним. Мы сделали ещё два поворота, прежде чем он перестал бежать. Я замедлилась рядом с ним и, наконец, отпустила подол платья, остановившись, чтобы снова надеть туфли. Он наблюдал с кислым выражением лица, но ничего не сказал.

— Какое оправдание ты придумал для Скарлетт? — сказала я, двигаясь вперёд. — Уверена, она тебя ищет.

Рука Ковингтона резко вытянулась, останавливая меня.

— Подожди, — приказал он тихо.

Его рука застыла, мышцы под пиджаком напряглись, удерживая меня.

Он всматривался в тени, слегка согнув колени, его ладонь всё ещё лежала поперёк моего живота. Молнии страха пробежали до самых кончиков пальцев.

— Святые, — выругался он, мгновенно выхватывая нож из-за пояса.

Из густой тьмы впереди, в глубине переулка, начали появляться лица. Сначала одно, затем два, медленно, будто вытекая из мрака, пока их не стало пятеро. В их руках покачивались обрезанные трубы.

Жалкий, сдавленный звук сорвался с моих губ. Ковингтон сорвал с себя пиджак и оттолкнул меня за спину. Против пятерых бандитов от него было бы мало толку. И всё же я прижала ладонь к его спине, проклиная себя за это дурацкое платье и за то, что не взяла нож.

Левой рукой Ковингтон вытащил второй нож и передал его мне. Я сжала его обеими руками.

— Смотрите, павлин, парни, — сказал один из мужчин. У него была колючая борода и руки толщиной с стволы деревьев.

Мы были обречены. По крайней мере, Ковингтон. Я… я не могла вынести мысли о том, что они сделают, когда он будет мёртв.

— И не просто павлин, братья, — сказал самый высокий. — Сын герцога Ковингтона.

Один из мужчин тихо присвистнул.

— Будущий король, парни.

Шея Ковингтона дёрнулась, и он рванулся вперёд, вырывая крик из моей груди.

Первый из бандитов бросился на него, второй заходил слева. Ковингтон согнул колени, описывая ножом дугу. Он полоснул первого, затем второго, прежде чем кто-либо из нас успел понять, что происходит. Он двигался быстрее, чем я когда-либо видела. В тусклом свете далёкого фонаря сверкнула сталь. Теперь у него было два ножа, но у меня уже не было времени наблюдать. Тёмноволосый, призрачный человек, высокий и костлявый, двинулся на меня, размахивая трубой.

Нож не поможет, если эта труба ударит меня первой.

Я никогда не отличалась особым мастерством в метании ножей. Я предпочитала держать оружие в руке. Адреналин и отчаянное желание выжить помогли мне уклониться от первого удара. Проклиная себя за то, что не научилась большему у Беннета до его отъезда, я пронзительно вскрикнула и ткнула ножом в руку мужчины, когда она пронеслась мимо, разрезав его бицепс. Мужчина взвыл на меня.

Я отступила к каменному основанию ближайшего моста, стараясь держать бой перед собой. Ковингтон всё ещё отбивался от двоих, но один уже лежал на земле, раскачиваясь в луже собственной крови.

Меня передёрнуло. Двое других мужчин двинулись ко мне, заходя с двух сторон. Я едва не потеряла контроль над собой, когда прочитала то, что было написано на их лицах.

Когда первый рванул ко мне, я резко развернулась, вздрогнув от громкого удара металла о камень. Другой мужчина прижимал раненую руку свободной ладонью, кровь капала с его локтя. Он бросился на меня, но его удар был слабее. Я подняла левую руку и перехватила трубу, но сил оттолкнуть её вниз у меня не хватило. Когда его оружие на мгновение застыло, я вонзила нож ему в плечо. Я никогда никого не закалывала, никогда в жизни намеренно не причиняла вреда, но то, как он отшатнулся, шипя от боли, наполнило меня новой энергией.

Пока труба второго не врезалась мне в спину, швырнув меня на булыжники. Нож Ковингтона закрутился по земле в нескольких футах от меня. Мужчина задел стену краем трубы, и только поэтому моё плечо не разлетелось от удара. Я не могла вдохнуть, не могла даже подняться. Грудь тяжело ударилась о холодный камень, в глазах плясали пятна.

Тяжёлые шаги приближались. И вдруг мужчина рухнул на землю с отвратительным хрустом. Из его спины торчал нож.

Ковингтон поспешил ко мне, его руки были в пятнах крови, когда он поднял меня на ноги.

Его взгляд пробежал по моему лицу.

— Посмотри на меня, — приказал он.

Но я не могла сфокусироваться.

— Посмотри на меня, — повторил он.

Я попыталась, но мне пришлось зажмуриться, с силой закрывая глаза перед накатывающим страхом, готовым утянуть меня.

— Где ты ранена?

Я не смогла ответить, могла только смотреть на двух мужчин на земле. Остальные сбежали. Я повалилась на Ковингтона. Он удержал меня, снова поставив на ноги. Рыдания облегчения вырвались у меня из груди. Его руки легли мне на плечи, он наклонился вперёд, осматривая всё моё тело внимательным, тревожным взглядом. Он развернул меня, затем замер. Его пальцы скользнули по болезненному месту на моей спине. Его прикосновение было мягким, быстрым.

— Здесь? — спросил он, едва касаясь области над моей левой лопаткой.

Я кивнула, не в силах остановить дрожь, сотрясавшую меня изнутри.

— Он не задел позвоночник. Будет сильный синяк, но ты в порядке.

Он обошёл меня и снова встал лицом ко мне, его руки по-прежнему удерживали меня. Его голубые глаза, встретившись с моими, были остры, как лезвия.

— Ты сможешь идти?

Я сглотнула, глядя на ворот его рубашки, а не в его пронзительные глаза. Голова кивнула, но это было ложью.

— Ари, посмотри на меня.

Я посмотрела.

— С нами всё в порядке.

Я кивнула снова, всё ещё не до конца веря.

— Ты истекаешь кровью.

— Я в порядке.

На его предплечье была рана.

— Ты в порядке. Они тебя не тронут. Они ушли.

На этот раз я кивнула и поверила.

— Вот так, — тихо сказал он, всё ещё сжимая мои плечи, словно понимал, что отпусти он меня, и это будет как вырвать опоры из шпиля собора.

Через мгновение он сказал:

— Давай продолжим в другой раз.

— Нет, — выдохнула я. — Я в порядке.

Я выпрямилась, слегка щурясь от боли в спине, и посмотрела на небо.

Ковингтон несколько секунд внимательно вглядывался в меня.

— Думаю, сейчас не лучшее время пытаться…

— Пытаться что? Я хочу знать, чем ты занимаешься. Что всё это значит.

Долгая пауза Ковингтона заставила меня снова посмотреть на него.

— Ладно. Пойдём. Это недалеко.

Мы молча шли по улицам, ни один из нас не говорил, пока мы не свернули ещё за два угла.

Наконец Ковингтон сказал:

— Ты хорошо справилась.

— Я рухнула лицом вниз.

— После того как ударила ножом взрослого мужчину. Большинство девушек просто закричали бы и смотрели. Где ты научилась так драться?

Я едва не расплакалась, но сдержала себя, не желая выглядеть слабой.

— Была необходимость.

Он бросил на меня взгляд, но я не смотрела на него.

— А ты где научился драться?

— Была необходимость.

Я фыркнула, но он не стал развивать мысль, пока мы сворачивали за следующий угол. И тогда я вспомнила рану на его боку в тот день, когда впервые заговорила с ним в его логове. Он был хорошим бойцом, сегодня он отбивался сразу от нескольких. Но в день гонки, во что бы он ни ввязался, выбраться так же легко ему не удалось.

— Там. — Ковингтон указал в небо. — Он рано. Должно быть, почувствовал твою тревогу.

Чёрный силуэт Мифа едва различался в ночном небе. Моё сердце взмыло вверх.

Ковингтон смотрел на меня. Он кивнул, словно подтверждая что-то самому себе.

— Пойдём, мы можем сделать это во дворе.