Глава 7.

— Теперь запомните, сначала эта вилка, — наставлял Фэйрфакс, поднимая меньшую из них, пока мы сидели в уютной, залитой солнцем столовой загородного поместья, которое он снял на неделю.

Я вытянула шею, чтобы посмотреть в высокое окно. Снаружи сильный ветер шевелил листву древних дубов, разбросанных по территории поместья. Миф, чьё плечо теперь почти полностью зажило, спал на солнце возле небольшого логова.

— Мисс Миро.

Услышав его укоряющий тон, я резко перевела внимание обратно на лорда Фэйрфакса.

Быстро схватив маленькую вилку, я сжала её в руке.

— Желательно не держать её как оружие, — сказал он ровным голосом.

Со вздохом я ослабила хватку и повернула вилку в пальцах, держа её аккуратно.

— Хм, — произнёс он, опуская вилку и откусывая от салата перед собой. — Я всего лишь пытаюсь вам помочь.

Завтра начинался учебный год, и все манеры, правила этикета и приёмы разговора, которые он пытался вбить в меня за эту неделю, полностью затмевал дракон, спящий снаружи.

Я кивнула и откусила крошечный кусочек. Когда еды не хватало, манеры не имели значения. Меня убивало то, что этот хрустящий салат нужно есть так медленно. За всю свою жизнь до этой недели я ела салат всего один раз, когда мы вырастили его в общественном саду. Все остальные годы, когда мы пытались, кто-то воровал урожай ещё до того, как мы успевали его собрать.

— Медленнее, — сказал он, одобрительно кивая, когда я замедлила жевание.

Обед тянулся мучительно долго и тяжело. Я и не подозревала, что еда может быть таким испытанием. С осанкой, по его словам, у меня было хотя бы всё прилично, но стоило мне моргнуть, как он уже исправлял что-то ещё. Говори медленнее. Чётче произноси слова. Смейся тише. Улыбайся больше. Не смотри так часто вниз. Никогда не закатывай глаза.

— Боже правый, девочка, он никуда от тебя не денется. Он выбрал тебя. Сбавь темп и постарайся вспомнить, чему я тебя учил. Если они тебя возненавидят, это лишь сделает твой год ещё более мучительным.

Всё это было ради Мифа. Уроки этикета, бесконечные обсуждения самых известных поэтических и исторических произведений, которые я должна была изучить, если бы действительно была племянницей Мерлона Фэйрфакса. Во время обеда он ещё раз проверял меня по самым важным событиям в истории Каварии, которые я якобы должна была знать. В моей старой школе войны проходили вскользь, смену династий едва затрагивали, а всю историю, связанную с наездниками драконов, вовсе опускали, считая, что это к нам не относится.

— В чём заключалась основная мысль Бернарда в «Command and Valor»?

Я моргнула, отрывая взгляд от Мифа. Прошло несколько секунд, пока я лихорадочно пыталась вспомнить.

Фэйрфакс взглянул на свои карманные часы.

— Прошла минута.

С недовольным звуком я поднялась, взяла книгу, лежавшую рядом на столе, и положила её себе на голову.

— Это правда необходимо?

Шоколадный торт, который только что принесли, стоял передо мной нетронутым, и у меня текли слюнки.

Фэйрфакс усмехнулся.

— Бернард был одним из первых историков, писавших о связи человека с драконом. Его работы заложили основу того, чему мы теперь учим других о связи с драконами. Он первым публично выдвинул предположение, что драконье пламя мешает дракону устанавливать эмоциональную связь с человеком.

Я фыркнула.

Фэйрфакс цокнул языком.

— Вот такие вещи и оскорбят твоих преподавателей, Аривель. Помни, ты живое доказательство того, что их исторические книги в лучшем случае неполны, а в худшем намеренно искажают правду. Сложены баллады, оплакивающие смерть драконов, слишком старых, чтобы им можно было удалить огненные каналы. Успех нашей культуры держится на связи человека и дракона. Если ты думаешь, что сможешь выдернуть это, как ковёр из-под ног, ты ошибаешься.

Книга закачалась у меня на голове, и я выровнялась.

— А что, если они узнают, что я на самом деле не ваша племянница?

Фэйрфакс медленно жевал, прежде чем ответить.

— Будем решать это, когда придётся. И будем надеяться, что не придётся. А теперь сядьте и съешьте свой торт, как подобает леди, и я вас отпущу.

Когда спустя несколько минут я уже выходила из столовой, Фэйрфакс окликнул меня.

По привычке я сразу выпрямила плечи и придала лицу спокойное выражение, прежде чем обернуться.

Но он смотрел в окно, на Мифа.

— Узнай, как герцог побеждает, и превзойди его. Я рассчитываю на тебя. На вас обоих.

Утро первого дня занятий выдалось прохладным и влажным, с лёгким намёком на приближающуюся осень. Я спала с открытыми окнами, чтобы спастись от запертой дневной жары, но к утру уже дрожала в заимствованной постели. Сегодня я отправлялась в Колледж Кардан Лотт.

Это ощущалось так, словно мне сказали прыгнуть с высокой скалы, и я надеялась, что взмахи рук окажутся достаточными, чтобы пережить падение.

Завтрак прошёл тихо, и за это я была благодарна. Казалось, Фэйрфаксу больше нечего мне сказать. Либо я научилась достаточно, либо всё это провалится.

Я думала об Эви и маме, о том, как деньги Фэйрфакса позволят им жить спокойно, пока меня не будет. Возможно, Беннет им больше не понадобится, и если он почувствует, что ему больше не нужно их обеспечивать, он сможет уйти из банды.

Сидя напротив лорда Фэйрфакса в грохочущем вагоне поезда, который вёз нас обратно в Трестон, я крепче сжала гладкую ручку дорожной сумочки, которую он дал мне, чтобы завершить образ его племянницы. Он одел меня в лимонно-жёлтое платье и шляпу, дополнив всё кружевными перчатками. Последний писк моды, уверял он. Лучшие ткани. Он не хотел, чтобы я чувствовала себя не на месте, и я это ценила, но эта одежда ощущалась как костюм. Все мои вещи, большинство из которых были предоставлены моим щедрым покровителем, были упакованы в сундук, ехавший в передней части вагона первого класса.

Школа располагалась на северной окраине Трестона, у пологого подножия Серой горы. Казалось, прошла целая жизнь с тех пор, как я присутствовала на гонке с лордом Фэйрфаксом и услышала слова, которые привели меня сюда, в Колледж Кардан Лотт, вместе с самыми богатыми юношами и девушками Каварии. Мы почти не разговаривали, пока ехали через город, останавливаясь на каждой станции, разбросанной по столице.

Слишком скоро проводник объявил, что мы прибыли на станцию Чессон, и мне не оставалось ничего, кроме как сойти с поезда. Едва мы вышли со станции, в квартале от ворот знаменитого Колледжа Кардан Лотт, сердце подпрыгнуло к горлу при виде массивных каменных стен. Подъезжающие экипажи высаживали людей в самых вычурных нарядах, какие я когда-либо видела. И ни одна из девушек не носила кружевных перчаток.

Вместо этого на них были гладкие кожаные, чёрные, верблюжьего цвета или бордовые. Мне до боли захотелось сорвать свои перчатки и швырнуть их в сточную канаву. Всё ещё было лето, и в городе носили лёгкие кружева и солнечные оттенки, жёлтые, шалфейно-зелёные, лепестково-розовые. Но не здесь.

Здесь все были в оттенках чёрного, красного и тёмно-синего, с вкраплениями белого или тёплого коричневого. Они выглядели так, будто принадлежали другому миру.

Миру наездников драконов.

Хотя все эти студенты только недавно установили связь, они уже одевались как обученные всадники, пересекающие наше небо. Брюки или юбки с высокой талией поверх блуз с пышными рукавами, повторяющими широкие жёсткие плечи ездовых жакетов. Некоторые носили застёгнутые жилеты или объёмные пиджаки, какие я видела на женщинах среди зрителей на вчерашней гонке. Другие были в более традиционных жакетах с гербом школы на груди. Юноши носили костюмы, все тёмные, безупречные и сшитые по мерке, с гербом школы на лацканах.

— Пепел вонючий, — пробормотала я, проклиная Фэйрфакса за то, что он одел меня так. Моё жёлтое платье слепило, как солнце на стекле. — Они меня разорвут.

Я наблюдала, как пара молодых женщин проходит под широкой аркой, ведущей, похоже, во внутренний двор.

Фэйрфакс фыркнул.

— Ты умна, Аривель. Это ведь что-то да значит.

Я нахмурилась, отчасти из-за редкости настоящего комплимента от Фэйрфакса, а отчасти потому, что знание бесконечных фактов о драконах не равнялось уму. Он мягко подтолкнул меня к потоку людей, заполняющему вход в школу.

— Помни, зачем ты здесь, — сказал он, слегка кивнув мне. — Успех — твоё лучшее оружие против них.

У меня сжалось горло от его слов. Он готовил меня к этому, но услышать это снова, теперь, когда я видела студентов, с которыми мне предстоит соперничать, было всё равно что почувствовать себя перегруженным кораблём, готовым пойти ко дну. Шагая к величественной арке школы, я ощущала, будто собираюсь пройти через одну из тех волшебных дверей из сказок, что ведут в другие миры.

Позднее летнее солнце ярко светило над головой, но его тепло и свет то и дело прерывались быстро плывущими облаками, которые уносились дальше с беззаботным равнодушием к буре внутри меня.

Тени окутали меня, когда я вошла под арку, прорезающую широкую внешнюю стену Колледжа Кардан Лотт. Мои шаги замедлились, словно здешняя темнота была тяжелее обычных теней. Воздух тоже стал прохладнее, и по рукам пробежали мурашки. Отсюда я могла на мгновение окинуть взглядом внутренний двор, прежде чем сделать шаг в свой новый мир.

Студенты наклонялись вперёд, чтобы поцеловать друг друга в щёку после недель разлуки. Девушки стояли небольшими группами, громко смеясь, будто матери не учили их иначе. Но матерей здесь не было, все они остались за стенами. Юноши в одинаковых костюмах выглядели как армия, которая сражается банковскими счетами, а не боевыми топорами. Они стояли, засунув руки в карманы или проводя ими по волосам, слишком часто, как я заметила, и время от времени кто-то из них выкрикивал что-то и указывал на другого, не в шутку, а, похоже, в знак одобрения сказанного.

— Так и будешь стоять в тени? — раздался голос за моей спиной.

Мои тихие наблюдения рассыпались. Сын герцога Ковингтона, с идеально уложенными короткими золотыми волосами, направлялся ко мне. В его сверкающих глазах была злость, не уступающая той, что я видела в глазах его отца.

— Племянница Мерлона Фэйрфакса, не так ли? — сказал он, и его улыбка выдавала, что он на самом деле думает об этой лжи. — Или мне звать тебя девчонкой с лопатой?

Резкое чувство провала внутри лишило меня возможности ответить, пока он проходил мимо, явно вовсе не заинтересованный в моей реакции. Его внимание уже было приковано к двору впереди. Я поспешила следом, но затем замедлила шаг, не желая выглядеть так, будто вхожу вместе с ним.

Как только он вышел на солнце, всё изменилось. Все лица повернулись к нему, как будто через двор проходил кто-то королевской крови. Он кивнул группе девушек, проходя мимо, и они захихикали, толкаясь друг о друга, как взбудораженные курицы.

Я закатила глаза и тихо проскользнула во двор, держась ближе к внешней стене, где была тень, позволяющая хоть немного скрыть моё кричаще-жёлтое платье. Я пыталась вспомнить, зачем я здесь. Чтобы разрушить их уклад жизни. Насколько всё может пойти плохо?

Мне нужно было всего лишь пережить мелочные драмы высшего общества один год, хотя сейчас это звучало как вечность.

Ещё один юноша, с тёмными волосами и резкими чертами лица, вошёл во двор, поднимая руки в стороны, когда подошёл к сыну герцога.

— Ковингтон! — крикнул темноволосый, хлопая друга по спине.

У меня сжался желудок, и пальцы сжались в кулаки.

В Трестоне все знали, кто такие сыновья герцога Ковингтона. Рашленд и его брат, Реджинальд, были самыми богатыми мужчинами моложе двадцати пяти лет во всём королевстве. Их имена невозможно было не слышать в шёпоте на улицах или не видеть в газетах, хотя имя Реджинальда чаще появлялось рядом с заголовками о благотворительности и других добрых делах, тогда как имя Рашленда нередко мелькало в светской хронике.

Внезапный удар заставил меня вздрогнуть так сильно, что я подпрыгнула, ударившись локтем о каменную стену позади. Я быстро пришла в себя и огляделась, пытаясь понять, кто это заметил, потирая руку. Мужчина с длинным деревянным посохом, искусно вырезанным в виде дракона, обвивающего шпиль, вышел из тени арочного главного входа школы на яркое солнце двора. Это был директор, Каспер Воган, в длинных одеяниях, касающихся щиколоток.

Сделав последний шаг, он снова ударил посохом о камень, но на этот раз я была готова и почти не вздрогнула. Теперь все смотрели на него.

— Наездники! Перед нами сегодня класс птенцов, которые считают себя готовыми.

По двору прокатились фырканье и смешки старших студентов.

Я фыркнула от их чувства превосходства. Они называют нас птенцами? Серьёзно?

— Покажем им, что значит быть наездником?

— Да, сэр! — в унисон выкрикнули студенты.

— Наездники, зачем мы существуем?

— Сохранять прошлое, защищать будущее.

Слова, эхом прозвучавшие в хоре голосов, неожиданно пустили холодок по моим обнажённым рукам. Я слышала, что школа пропитана традициями, ритуалами, и всё же не могла не почувствовать прилив гордости от того, что и я стану частью этой легендарной магии Кардан Лотт. Возможно, я здесь не для того, чтобы сохранять прошлое, скорее разрушить его, но я здесь, чтобы защитить будущее каждого нижнего жителя, который когда-либо мечтал установить связь с драконом. Будущее этих богатых детей уже было идеальным, проложенным как русло реки, по которому им оставалось лишь плыть. Мне же придётся прокладывать собственный путь, чтобы хотя бы получить шанс выйти в эти воды.

— Первогодки, — прогремел директор, — Вы готовы к своему первому испытанию?

— Что? — прошипела девушка, стоявшая рядом со мной. Она была ниже меня, с тёплым сияющим оттенком кожи и блестящими чёрными волосами, украшенными небольшим обручем, словно она принадлежала к королевской семье. На ней было странное платье, обвивающее тело и открывающее живот, но она носила его так, будто это было самым естественным на свете.

— Похоже, ты не знала? — сказала я, тревожась, что меня заставят отвечать на вопрос по какому-нибудь редкому тексту, который я должна была прочитать.

Она покачала головой.

— А ты знала?

— Отчасти. — Я нахмурилась, вспоминая слова Фэйрфакса. — Мой покровитель упоминал вступительное испытание, но больше ничего не сказал.

Я пожала плечами. Я пропустила то, что говорил директор.

С края двора раздался его голос:

— Добро пожаловать, наездники драконов и те, кто недавно установил связь. Вы вступаете в самую древнюю и почитаемую традицию нашего народа. Чтобы стать наездником Кардан Лотт, вы должны доказать, что достаточно сильны. Здесь мы ценим храбрость, честь, превосходство.

Эти слова были высечены в камне над входом в школу.

Затем один студент шагнул вперёд и выкрикнул:

— Только храбрые.

Другой вышел вперёд:

— Только достойные чести.

Третий добавил:

— Только лучшие.

Я фыркнула.

Девушка рядом со мной прошептала:

— Немного высокомерно, тебе не кажется?

Но в этот момент директор снова ударил посохом о камень и громко произнёс:

— Наездники, по своим домам.

Старшие студенты строем направились к четырём дверям, встроенным в стены двора. Только теперь я заметила узор в мощении, указывающий на каждую из четырёх дверей, и пятую, самую высокую, ведущую к входу в школу. Пятиконечное солнце. Я подпрыгивала на носках, не зная, что будет дальше.

— Я Ванья, — сказала девушка рядом со мной.

— Ари.

Я сама не поняла, почему использовала своё прозвище, оно просто вырвалось.

— Приятно познакомиться, Ари. Надеюсь увидеть тебя по другую…

Но её прервал пронзительный крик, донёсшийся с неба.

Тень пересекла двор, и какая-то девушка вскрикнула. Прикрывая глаза от солнца, я подняла взгляд вверх, и у меня отвисла челюсть.

Гладкий чёрный дракон стремительно спикировал в противоположный от меня угол, приземлившись перед дверью, которая уже закрылась за несколькими старшими студентами. На мгновение я подумала, что это Миф, пока другой дракон, затем ещё и ещё не приземлились у трёх остальных дверей. Четыре величественных цевнальца стояли во дворе, идеально обученные сохранять неподвижность, с приподнятой грудью, сложенными крыльями и пронзительными взглядами, устремлёнными на каждого, кто осмеливался встретиться с ними глазами.

Моё внимание быстро переключилось на цевнальца справа от меня. Величественная и крупнее остальных трёх, эта была с серебряной чешуёй и парой небольших рогов, изгибающихся от её узкой морды, что выдавало в ней единственную самку в группе. Самцы, с более длинными рогами, были чёрного, синего и пёстро-песочного окраса.

Директор поднял посох к небу.

— Если вы хотите поступить в Колледж Кардан Лотт, вам нужно лишь войти в школу. Любой, кто попытается войти через дверь за моей спиной, будет отправлен домой. В остальном вы можете выбрать любую дверь. Выбирайте с умом, потому что драконы не пропустят вас в неправильный дом.

— Какую дверь выберешь ты? — спросила я Ванью, осознавая, насколько я не готова к этому. Выбрать дверь. Найти своё место здесь.

Она пожала плечами.

Другой студент, высокий и светловолосый, повернулся к нам.

— Дом Сапфир, говорят, для серьёзных студентов. Лучшие результаты по всем предметам у них. Изумруд для тех, кто склонен служить другим, для творческих, но, по слухам, туда чаще попадают любители природы. Настоящие поклонники драконов.

Она наклонилась ближе, широко раскрыв глаза.

— Говорят, у них в комнатах вместо ковров мох. А Алмаз для светских людей. Рубин беспощаден. Каждый год кто-то исчезает из их общежития в какой-то момент.

— В Рубин стоит идти только если у тебя крепкая кожа.

Она улыбнулась и направилась к двери Дома Сапфир.

Студенты начали двигаться, делать неуверенные шаги к выбранным дверям. Некоторые заметно дрожали, приближаясь к центру двора.

— Кто вообще захочет попасть в Рубин…

Я осеклась, когда Рашленд Ковингтон небрежно направился к красной двери.

— Он, — пробормотала я, но мои слова утонули в стуке когтей по камню, когда девушка осторожно подошла к зелёному дракону слева от меня. Она сжалась, когда дракон поднял голову и приоткрыл крылья.

Плохой ход.

В ту же секунду дракон резко вытянул голову и сбил девушку с ног, не жестоко, но и не мягко. Всадник, держась за седло, похлопал дракона, когда тот снова выпрямился во весь рост. Девушка на земле разрыдалась, отползая назад, прежде чем неуклюже подняться на ноги. Другой претендент рванул вперёд, но его постигла та же участь.

По всему двору люди падали на камни. Драконы никого не калечили, если не считать синяков на бёдрах, коленях и уязвлённой гордости. Я больше не видела Ковингтона во дворе. Должно быть, он уже прошёл внутрь.

Пока никто больше не сумел миновать дракона.

Кто-то плакал, кто-то кричал, подбадривая друзей, и к этому моменту в окнах верхних этажей уже появились лица старших студентов, они высовывались, указывали пальцами и дразнили первогодков, смеясь каждый раз, когда кто-то падал на камни. Лёгкость, с которой они наблюдали за этим, тревожила, но они сами когда-то стояли здесь и каждый из них сумел пройти через драконов.

Эти драконы и их всадники выглядели абсолютно серьёзными в своём намерении не пропустить никого в школу, и никто здесь не мог двигаться быстрее хорошо обученного гоночного дракона. Это было не испытание скорости, а испытание воли. Жестокая игра. Проверка того, сколько раз ты поднимешься после падения. Я задумалась, сколько продлится это унижение, прежде чем игра закончится.

Полная решимости, я шагнула вперёд, направляясь к синей двери. Фэйрфакс настаивал, чтобы я добилась успеха, и дом, полный книжных червей, звучал так, будто там мне действительно может понравиться. Приятная перемена после постоянных насмешек Беннета над моей любовью к книгам. Я лавировала между убегающими студентами и теми, кто поднимался с мостовой, пересекая двор. Я улыбнулась девушке, которая с трудом поднималась с земли, и протянула ей руку. Она нахмурилась, посмотрев на неё, поднялась сама и отряхнула платье. Я пожала плечами и направилась к самке цевнальца. Если я правильно понимала, эту игру нельзя было выиграть, её нужно было пережить. Я приготовилась к удару, слегка согнув колени, чтобы упасть мягче.

Дракон опустила ко мне морду. Я инстинктивно щёлкнула языком и одновременно щёлкнула пальцами правой руки, надеясь привлечь её внимание вправо, чтобы удобнее направить своё падение. Драконы были хорошо обучены, и хотя я не знала, каким именно командам или сигналам их учили, я решила попробовать то, что видела у дрессировщиков в логове Ковингтонов.

Я склонила голову, напрягаясь в ожидании удара.

Морда дракона остановилась у моей груди, её огромные ноздри обдали меня волнами горячего воздуха. Её аметистовые глаза сверкали на солнце, пока я смотрела на неё в ответ. Она могла перекусить меня пополам одним укусом, а её хвост мог раздробить мои кости. Если бы она захотела, она могла бы сбить меня с ног с такой силой, что я потеряла бы сознание.

— Давай, — сказала я, кивнув ей.

Она фыркнула и резко повела головой в сторону, и я вздрогнула. Но она меня не ударила. Когда я открыла глаза, она уже разворачивалась к другому студенту, сбивая его мордой и отбрасывая в сторону. Он ударился так сильно, что я услышала треск.

— Неплохо, Илмара, — сказал всадник, похлопав свою драконицу.

Из окон верхних этажей раздались одобрительные крики. Красная дверь захлопнулась с грохотом. Кто-то прошёл внутрь.

Мои мышцы напряглись. Это было не просто о том, чтобы падать снова и снова, пока директор не прекратит эту игру. Если существовал способ обойти драконов, я его найду.

Когда я рванула к синей двери, решив на этот раз обойти Илмару, пока она отвлечена, меня накрыло странное ощущение, тепло, словно поднимающееся прямо из камней под ногами. Оно быстро прошло, но замедлило мои шаги. Я списала это на нервы и бросилась к двери. Хвост Илмары врезался мне в живот, выбив воздух из лёгких и подняв меня над землёй. Когда она опустила меня, она наполовину отбросила, наполовину подтолкнула меня своим сильным хвостом к следующей двери.

К красной двери.

— Одна минута! — крикнул директор. — Все, кто не окажется внутри через минуту, будут отправлены домой!

С верхних этажей раздались восторженные крики. Ещё одна дверь захлопнулась.

Я развернулась и сделала шаг вперёд, но в тот же миг чёрная драконья морда ударила меня под колено, выбивая равновесие. Когда передняя нога подломилась, я подняла другую и зацепилась за шею дракона. Он резко дёрнул головой и поднял подбородок, почти сбрасывая меня, но я подалась вперёд и обхватила его руками. Я соскользнула по его шее, болезненно подпрыгивая на выступах вдоль позвоночника, хватка ослабевала, пока я не врезалась в всадника.

— Слезь с меня! — крикнул парень, отталкивая меня сильными руками.

Я никогда раньше не была на цевнальце, и это ощущение было опьяняющим, несмотря на толчки сзади и резкие движения подо мной. Дракон зарычал, кружась на месте, его хвост сбивал всех, кто пытался добраться до красной двери.

— Тридцать секунд! — крикнул директор.

У меня было лишь мгновение, чтобы решиться.

Когда дракон повернулся, я резко ударила локтем назад, перекинула ногу через его шею и спрыгнула на землю прямо перед красной дверью.

Голоса сверху начали отсчёт.

— Девять. Восемь. Семь.

Я рванула вперёд.

— Три. Два.

Красная дверь распахнулась, и я ввалилась внутрь.

— Один.