Дейн тихо скулил на полу.

Виктор откинулся на спинку раскладного стула, сцепив руки за головой. Одна рука некрепко держала раскладной нож, лезвие которого касалось светлых волос. В этом особой необходимости не было, однако его дар работал лучше, когда усиливал уже существующий источник боли. Сержант Дейн скорчился на цементном полу: рваная форма, потеки крови… Виктор был рад, что Митч подстелил кусок пленки. Он немного увлекся: так давно не удавалось размяться, дать себе волю. Это проясняло мысли. Успокаивало.

Руки у Дейна были по-прежнему надежно стянуты за спиной, пленка со рта отошла, рубашка прилипла к мокрой от пота и крови груди. Конечно, он назвал коды доступа в базу данных, и притом быстро – Виктор проверил их через телефон, чтобы убедиться. А потом, после еще некоторого поощрения, он рассказал Виктору все, что знал о детективе Стелле: о начале карьеры в Локленде, переводе из-за цепочки убийств (несомненно, тут поработал Эли) и обучении самого Дейна. Оказалось, что сейчас все полицейские осваивают правила работы с ЭО, независимо от того, верят они в их существование или нет, и по крайней мере один человек в каждом участке знает больше минимального набора приемов, изучает характерные показатели – и возглавляет расследование в тех случаях, когда появляются малейшие подозрения на ЭО.

Десять лет назад в Локленде таким человеком был Стелл, и сейчас здесь он выполняет те же функции, подготавливая Дейна себе на смену. Но это не все: Эли каким-то образом удалось убедить детектива, который раньше возглавлял расследование против него, помогать ему.

Виктор изумленно качал головой, выпытывая у Дейна все подробности. Эли не переставал его удивлять. Если бы они со Стеллом сотрудничали со времен Локленда – одно дело, но такая договоренность возникла недавно: Стелл с Дейном помогали Эли только с этой осени. Как Эли умудрился втереться в доверие к полиции Мерита?

– Сержант Дейн, – сказал Виктор. При звуках его голоса того передернуло. – Вы не расскажете мне о своих контактах с Эли Эвером?

Дейн не ответил. Виктор встал и носком ботинка перевернул его на спину.

– Ну? – хладнокровно спросил он, надавив сержанту на переломанные ребра.

Дейн заорал, но как только крик перешел в хриплое дыхание, сказал:

– Эли… Эвер… герой.

Виктор сдавленно хохотнул и сильнее нажал Дейну на грудную клетку.

– Кто тебе это сказал?

Лицо полицейского изменилось: его выражение стало суровым, но удивительно спокойным.

– Серена.

– И ты поверил?

Сержант Дейн посмотрел на Виктора так, словно не мог понять вопроса.

И тут Виктор вдруг все понял:

– А что еще сказала Серена?

– Чтобы мы помогали мистеру Эверу.

– И вы ее послушались?

Сержант Дейн недоуменно подтвердил:

– Конечно.

Виктор мрачно усмехнулся.

– Конечно, – повторил он, вытаскивая пистолет.

Он потер глаза, тихо выругался и дважды выстрелил сержанту в грудь. Дейн стал первым человеком, которого Виктор убил после Анджи Найт (если не считать одного заключенного, когда он только осваивал свои методы в тюрьме), и в первый раз убийство было преднамеренным. Не то чтобы Виктор не хотел убивать: просто от мертвецов никакого проку не было, ведь трупы боли не чувствовали. Что до убийства Дейна, то это было прискорбно, но необходимо, а то, что он практически не испытывал сожалений, могло бы волновать Виктора сильнее (или хотя бы заслуживало самоанализа), если бы тот не стремился вернуть мертвеца обратно.

Услышав приглушенные выстрелы, Митч поднырнул под пленку, закрывавшую вход в комнату. Он уже натянул перчатки, а под мышкой принес лишний кусок полиэтилена – на всякий случай. Посмотрев на тело полицейского, он вздохнул, но едва начал раскладывать пленку на полу для Дейна, как Виктор вскинул руку, останавливая его.

– Оставь, – распорядился он, – и приведи Сидни.

Митч помедлил.

– По-моему, не…

Виктор резко развернулся к нему.

– Я сказал – пойди и приведи ее.

С очень недовольным видом Митч все-таки послушался, оставив Виктора наедине с трупом.