Глава 40

Лиам

Я знал, что все шло слишком гладко. Черный вход открылся без сопротивления. В подвальных коридорах – подозрительно мало охраны. Те немногие стражи, что оставались на посту, падали от одного удара моей трости.

Остановившись перед зачарованной железной дверью, я качаю головой:

– Мне это не нравится.

Хэйлин облизывает пересохшие губы:

– Знаю. Сколько ты готов поставить на то, что они не сменили защиту и ждут внутри?

Выдвигаю клинок из трости:

– Веди.

Она шепчет заклинание, касается центра двери. Засовы с грохотом отходят. Дверь распахивается.

– О чудо, – сухо замечаю я. – Они действительно нас ждали.

За спиной материализуется Доминион – тот самый, что нюхал Фаррен. В его руках копье, наконечник которого покрыт тем же ядом, что убил Винсента.

Вздыхаю, следуя за Хэйлин внутрь. Хранилище представляет собой морозильную камеру с тысячами аккуратно расставленных флаконов крови.

– И вы называете монстрами нас? – качаю головой, осматривая ряды в поисках образца Фаррен.

– Ее крови здесь нет, – раздается знакомый голос из темноты.

– О, кто бы это мог быть?! Мой любимый тесть! – поворачиваюсь к Луи. – Ну как тебе это хранилище?

– Ненавижу тебя всем сердцем, – сквозь зубы говорит он, нервно поправляя пиджак.

– Взаимно, – улыбаюсь я.

Луи с презрением окидывает взглядом Хэйлин:

– Я думал, ты мертва.

– Тело так и не нашли, – пожимает она плечами. – Нет тела – нет доказательств.

Он приближается, вдыхая ее запах:

– Кровь… Ты пьешь его кровь.

Хэйлин усмехается:

– Я не первая и не последняя. Кстати, сколько прожил твой отец?

Луи замахивается для пощечины, но я ловлю его руку и с хрустом ломаю кости. Он хватается за искалеченную конечность.

– Наденьте на них наручники!

Смеюсь, глядя на трясущегося мага. Передо мной два комплекта наручников – одни подавляют магию, другие предназначены для вампиров. Редкие артефакты, которых не видел пять веков. Горпин явно порылся в древних арсеналах.

– Вряд ли, – качаю я головой.

– Фаррен у Горпина, – шипит Луи. – Даже Хэйлин не пробьется к нему. Хочешь увидеть жену – надень это.

Обмениваюсь взглядом с Хэйлин. Почти незаметно киваю. Она протягивает руки, сжимая зубы, когда магические наручники смыкаются на запястьях. Теперь моя очередь.

Металл холодит кожу. Чувствую, как силы покидают тело, регенерация замедляется до человеческого уровня. Но через слабость подмигиваю Хэйлин – нарочито, чтобы все видели.

– Что ж, – делаю шаг вперед, превозмогая тяжесть в конечностях. – Прогуляемся к моей жене? Глава 41

Фаррен

Я прихожу в себя, будучи связанной, с кляпом во рту и прикованной к столбу. Тело онемело от зелья, разум сражается с накатывающей паникой, пытаясь вырваться из дурманного тумана.

Зелье подавляет мою магию. И судя по тому, как адски мне плохо, они вкололи двойную дозу – знали, что огненные маги сжигают яды быстрее. Комната закрыта, но я все равно чувствую ослабевший, но готовый к бою поток воздуха вокруг. Они не потрудились добавить в зелье ингибитор ветра.

Мы в подвале Авилегарда, где в каменный пол вбиты специальные столбы для наказаний. Это место должно было навсегда остаться запертым – такие пытки считались варварством для магов. Но за последнее десятилетие его отремонтировали и почистили. Помню, как отец смеялся над этим, выпивая с одним из своих друзей, перед моим отъездом в Эстерли.

Я трусь повязкой о столб, нащупывая борозды от ногтей прошлых жертв. Дверь скрипит – входит Горпин с тремя незнакомыми магами. За ними – отец. А следом… сердце замирает. Лиам. Его не должны были поймать. Слезы катятся по щекам, когда я вижу и Хэйлин – ее тоже схватили.

Последним входит Фрэнсис с самодовольной ухмылкой, его руки свободны. Что он здесь делает?

Еще двое магов направляют зачарованные кинжалы к сердцам Хэйлин и Лиама. Даже если лезвия не убьют вампира, они помешают ему помочь мне. Горпин хлопает в ладоши, подступая к Лиаму. Когда тот оскаливает клыки, маг отступает с нервной усмешкой.

– Если бы все зависело от меня, вас бы уже не было в живых, – шипит он. – Как же я ненавижу эти сделки.

– И все же ты их заключаешь. – Лиам отодвигается назад, натыкаясь на кинжал, но даже не моргнув. – Кстати, я знал твою жену. Я был шокирован, когда узнал, что ты вообще женат. Мне аж неловко – интересно, сколько вампирского гипноза пришлось на нее наложить, чтобы она за тебя вышла? Дорого обошлась сделка?

– Не твое дело! – Горпин плюется.

Лиам наклоняется к Горпину, будто хищник, готовый наброситься, но замирает в этом положении. Тем временем Фрэнсис подходит ко мне, встает так близко, что вторгается в личное пространство, и вдыхает запах кожи за моим ухом – от этого по всему моему телу пробегают мурашки. Он чует мою пробудившуюся магию.

– Любопытно, – шепчет он.

Горпин наклоняется ко мне с мерзкой ухмылкой:

– Интересно, какую «магию» ты может сотворить с помощью рта.

Фу. Как же он отвратителен.

Он снимает повязку с моих губ, и я несколько раз открываю и закрываю рот, чтобы смочить пересохшую слизистую.

С хриплым вздохом наступает облегчение – проклятие молчания снято. Хоть что-то.

– Ведьму – в темницу. Остальных – вывести, – приказывает Горпин.

Фрэнсис салютует нам с издевкой и удаляется. Вскоре в зале остаются лишь перепуганный маг, Горпин… и мой муж.

Горпин, считая Лиама беспомощным, поворачивается к нему спиной и наклоняется ко мне. Его губы касаются моего лба – и мое тело судорожно вздрагивает от яростного отвращения к этому прикосновению.

– Каково это, кровопийца, – обращается он к Лиаму, не отрывая от меня глаз, – видеть, как у тебя отнимают самое дорогое?

Лиам усмехается, не обнажая зубов, но все равно выглядит леденяще пугающе.

– Ты не поймешь, ведь во многом все еще остаешься ребенком, – дразнит он, с наглостью подмигивая мне. – Но истинное испытание бессмертия – не в том, чтобы контролировать все, надеясь ничего не потерять. А в том, чтобы, снова и снова теряя все, найти в себе силы подняться. Но тебе этого не познать. И ты никогда не поймешь.

– Твой монстр такой поэтичный, – тихо бросает он мне. Но с чутким слухом Лиама эти слова звучат так же громко, как крик.

– Мы скоро во всем разберемся, – он кладет руку мне на живот, и мне так и хочется вцепиться в его пальцы зубами. – Просто подумай, какую магию мы создадим внутри тебя.

Лиам вздрагивает, и я понимаю – Горпину конец. Теперь Лиам точно не оставит его в живых. И что самое удивительное, я вполне с этим согласна.

Когда Лиам делает шаг вперед, Горпин приставляет кинжал к моему горлу:

– Еще движение – и она истечет кровью. Тогда уж ты точно не помешаешь моим планам.

Поворачивается ко мне:

– Последний шанс. Выйдешь за меня – родишь ребенка для продолжения огненной линии. Будешь жить в тишине, но жить.

– А если откажусь? Я знаю, как тяжело было завести детей моему отцу. Ты не можешь убить меня – прервешь линию.

– Верно, – морщится он, будто съел лимон. – Но мне не нужно твое согласие, чтобы обладать тобой.

Собрав последние капли слюны во рту, я плюю ему в лицо.

– Ты больше никогда не притронешься ко мне.

Он медленно слизывает мою слюну с собственного лица и пристально смотрит на меня.

– Ты заплатишь за это, Фаррен. Я доберусь до тебя.

– Нет, не доберешься.

Горпин издает жестокий смех, эхо разносится по залу.

– Ох, да иди ты, Фаррен. Что еще ты можешь сделать?

О, если бы он только знал… Как жаль, что я не могу показать ему свою истинную силу. Но этот идиот оставил на стене горящий факел. Он и вправду считает, что я не представляю угрозы.

Я бросаю взгляд на Лиама и подмигиваю ему в его же фирменном стиле.

– Хорошо, – ухмыляюсь. Закрываю глаза, вдыхая полной грудью. Ветер отвечает на зов старого друга, подхватывая пламя со свечи. Оно несется к моим губам – руки мне не нужны.

Я могла бы просто спалить ему лицо, но добавляю театральности. Воздух заполняет легкие – и я выпускаю его с криком. Поток огня вырывается из моих губ прямо в шокированное лицо Горпина. Его глаза расширяются, когда воздушный поток взрывается фейерверком алых, золотых и янтарных всполохов. Горпин и другой маг в панике отскакивают в сторону.

Мой муж остается невозмутимым. Горпин совершает роковую ошибку, отступая в дальний угол зала.

С жутким хрустом Лиам разрывает магические наручники, будто они бумажные. Последний огненный шар взрывается – и с воплем Горпин отлетает прямо в объятия Лиама.

– Тебе следовало послушать ее.

Его смех звучит леденяще, когда рука пронзает спину мага. С хирургической точностью он вырывает еще бьющееся сердце и бросает его к нашим ногам. Второму магу не удается сделать и шага – шея ломается с характерным хрустом.

Горпин превращается в пепел под моим яростным пламенем.

Теперь, когда часть силы вернулась, я разрываю наручники и падаю вперед. Лиам ловит меня, прижимая к груди.

– Люблю тебя, но умоляю – давай уйдем отсюда, – шепчу я. – Поцелуи подождут?

– Справедливо. Заберем Хэйлин – и домой?

– Да.

Указываю на то, что осталось от заколдованных наручников на полу:

– Как ты это сделал?

– А, это? – он открывает дверь, пропуская меня вперед. – Пару веков назад помог одной ведьме. Жаль, имя забыл, – голос предательски дрожит. – Она связалась с мерзким вампиром, который высасывал из нее силы, надеясь заполучить ее магию. В благодарность за спасение она раскрыла мне секреты нескольких изобретений ее отца. Оказалось, создав их, он навлек на свою дочь худший из своих кошмаров – вампирскую охоту. В общем, если сломать запястье, можно проскользнуть.

Я морщусь, прижимая его кисть к своей груди.

– Ой.

Лиам кивает, притягивая меня ближе:

– Фрэнсис учуял правду. Он знает, что ты сильнее, чем все предполагали.

– Будущие Фаррен и Лиам разберутся с этим. А сейчас – сматываемся.

Доверяюсь ему, когда он ведет нас к месту, где держат Хэйлин. Увидев нас, она радостно ухмыляется. Маг же, заметив Лиама, бросается наутек.

Солдат Доминиона с шипением выгибает спину – тысячи игл прорастают из его кожи. Он бросается на нас, когти выдвигаются из-под ногтей. Не успеваю даже осознать происходящее, как Лиам молниеносно выхватывает нож и взмахивает им на бегу.

Тело падает к нашим ногам. Полностью обезглавленное.

Лиам наклоняется, вытирая клинок об остатки свитера Доминиона.

Хэйлин рыдает, опускаясь на колени. Лиам подхватывает ее на руки.

– Тс-с-с, – шепчет он ей на ухо. – Он уже не был магом. Я моментально прекратил его мучения. Такое нельзя исправить. Мы можем только предотвратить повторение.

Хэйлин кивает, вытирая слезы.

– Фаррен, мне нужен твой огонь. Поможешь?

– Конечно. Что делать?

– Я хочу поджечь кое-что.

Я никогда раньше не была в подвалах Авилегарда. Здесь меньше окон, больше магических факелов, бросающих жуткие тени. Кажется, из каждой ниши вот-вот выскочит нечто ужасное.

В суматохе дверь в хранилище оставили открытой. Задыхаясь, я поднимаюсь по ступеням.

– Твой отец говорил, что твоей крови здесь нет, – напоминает Лиам.

– Но мы можем освободить других пленников, – Хэйлин плюет на пол. – Уничтожь это место.

Кивнув, я сосредотачиваюсь. Действие зелья ослабевает – наконец удается создать собственный огненный шар, а не просто заимствовать пламя факелов. Ветер, чувствуя мой гнев, кружится по комнате, раздувая искры. Отпускаю поток – и пламя охватывает подвал.

Хэйлин смотрит на меня. Моргает, но молчит.

– Идем? – спрашивает Лиам.

– Минуту, – Хэйлин не отрывает взгляда от огня. – Хочу посмотреть на это.

Когда последние искры угасают, мы закрываем дверь. Хэйлин ведет нас через лабиринты, выводя из ада. Выходим через парадный вход мимо обезумевших магов, только что узнавших о смерти Горпина.