Глава 32

Лиам

Вот он я, в свою первую брачную ночь, сижу за фортепиано, верчу свое обручальное кольцо, не в силах отдаться музыке. В голове – пустота. Клавиши молчат сегодня. А ведь именно музыкальное забытье мне сейчас нужно. Вместо этого я мысленно прокручиваю события дня. Среди всех приглашенных не хватало лишь одного лица. Единственной правительницы, которую я позвал. Единственного герцогства, которое меня волновало. Где же была герцогиня этим вечером?

Я уже собираюсь встать и найти Амриту, чтобы выяснить, почему Ондин не пришла, как вдруг слышу осторожный стук в дверь. Что странно – я не заметил шагов в коридоре. От этой мысли по спине пробегает холодок.

– Войдите, – говорю я.

Дверь со скрипом открывается, и в проеме появляется Фаррен. Она, что для нее необычно, кусает губу. Я подхожу ближе – теперь нас разделяет только дверной косяк.

– Все в порядке? – спрашиваю, удивляясь тревоге в собственном голосе.

Она кивает:

– Можно войти?

Я распахиваю дверь, и она переступает порог. На ней зеленый шелковый халат, переливающийся золотом при движении. Моя бровь непроизвольно взлетает вверх, когда ткань соскальзывает с ее плеча, обнажая оливковую кожу.

Две тысячи лет жизни – а голые плечи все еще способны взволновать, если они принадлежат Фаррен. Мы замерли, изучая друг друга, словно решая, кто первый нарушит молчание.

Она сглатывает, прежде чем заговорить. Облизывает губы – быстрый, нервный жест.

– Что думаешь о брачной ночи? – наконец спрашивает она.

– Вино, – выдыхаю я. – Нам нужно вино.

Ее плечи расслабляются, напряжение в воздухе тает.

– Хорошая идея. Нам нужно пойти на кухню?

Я ухмыляюсь, качая головой. Протягиваю руку – она принимает ее с улыбкой. За кроватью я сдвигаю панель, открывая скрытый рычаг. Перед нами зияет темный проход.

– Построил это еще до изобретения электричества, – усмехаюсь я, хватая фонарик с тумбочки.

Мы спускаемся по каменным ступеням в подвал. Фаррен восхищенно свистит, оглядывая винные стеллажи от пола до потолка. После недолгих поисков я выбираю бутылку любимого сорта.

Показываю на каменную стену между бочками:

– Если понадобится бежать – там дверь.

Она замечает почти незаметное углубление и смотрит на меня с легкой ухмылкой.

– Спасибо, что показал.

Вернувшись, мы устраиваемся у фортепиано. Я открываю бутылку, давая вину подышать.

– В моей комнате нет бокалов, – признаюсь, слегка смутившись.

Ее лицо озаряется улыбкой. Вижу, как она сдерживает колкость, и это разочаровывает. Она явно нервничает.

Когда вино достаточно проветрилось, я передаю бутылку Фаррен. Она нюхает, делает глоток – в глазах вспыхивают искорки.

– Отличное вино.

– Конечно, – отвечаю я, притворяясь, чтобы отвлечь ее. Делаю глоток сам – напряжение постепенно уходит.

Мы пьем по очереди, и вскоре я полностью расслабляюсь, а Фаррен заметно оживляется – румянец на щеках, блеск в глазах, сдерживаемая улыбка.

– Держу пари, ты знаешь, что делаешь, – бормочет она, заглядывая в почти пустую бутылку.

– В каком смысле? – притворяюсь, что не понимаю.

Она сердито щурится, раздраженная моей игрой.

– Да, я знаю, что делаю.

– Как и я, – отвечает она и смеется. – Нам читали лекции о сексе, даже показывали слайды, – Фаррен закатывает глаза. – Они хотели убедиться, что мы не полные невежды, – усмехается она, – будто знали, что некоторые из нас не получили никаких знаний от своих семей. – Глаза Фаррен на мгновение темнеют от горечи, но тут же вспыхивают теплым светом. – Хорошо хоть у меня была Фло.

Ее пальцы вспыхивают пламенем от ярости.

– Фаррен, – умоляю я, – только не спали мое фортепиано.

Огонь гаснет, и она придвигается ближе. Я замираю, сдерживая желание отстраниться. Не припомню, когда в последний раз на меня так смотрели без намерения убить.

Если это ее план – она мастерски его скрывает.

Вижу, как дрожит ее горло, когда она расстегивает верхнюю пуговицу моей рубашки. Ее запах ударяет в ноздри. Дрожащие пальцы выдают нервозность, но я чувствую и ее возбуждение. Хотя шафрана в аромате все еще нет. Но я знаю, что смогу вызвать и его.

Мне хочется еще раз спросить, уверена ли она. Но это было бы оскорбительно. И честно говоря, если этой ночью она не останется со мной, я разорвусь на куски. Глава 33

Фаррен

Я медлю, не торопясь расстегиваю его рубашку, пытаясь применить всю ту теорию, которую нам вбивали на уроках сексуального воспитания в Эстерли. Замираю, когда под ней обнаруживаю футболку, и качаю головой, не скрывая смеха.

– Дай угадаю, еще одна футболка неизвестной мне музыкальной группы? – Расстегиваю остальные пуговицы и вижу разобранную на части ракету с надписью Space Junk.

Он пожимает плечами:

– Я совершенно непредсказуем.

Опустив взгляд, я качаю головой:

– В тебе нет ничего предсказуемого.

Он снимает футболку, обнажая торс.

Как и следовало ожидать, мой взгляд скользит по его телу, а комок в горле мешает сглотнуть. Тело предает меня, мгновенно реагируя на вампира. Пальцы сами тянутся к его мышцам, исследуя каждый сантиметр. Над сердцем – татуировка с именем Беатрис Лутер, выведенным плавным шрифтом.

Я хмурюсь. Вспышка ревности сменяется яростью, едва не сжигая меня изнутри.

Его взгляд опускается вслед за моим. Усмехается:

– Это название группы двухсотлетней давности, Фаррен.

Щеки пылают.

– О… – выдавливаю я, стараясь звучать беспечно.

– Не ревнуй. У меня есть только ты. – Он целует меня в нос. – Последний шанс передумать. Дальше я не смогу остановиться.

– Нет.

Лиам поднимает меня на руки, словно пушинку, и переносит на кровать.

– Только если тебе не хочется сделать это где-нибудь еще, – в его голосе слышится веселье, но оно натянутое.

Невозможно не представить себя на его великолепном фортепиано – и его сверху. Сажусь, наматываю прядь волос на палец и позволяю халату соскользнуть с плеч, соблазнительно обнажая грудь.

К моему удовлетворению, его зрачки мгновенно расширяются, когда он задерживает взгляд на моей коже. Странно – быть желанной вот так. Странно – показывать себя. Я нарочно не представляла, как это будет, потому что не была уверена в своем будущем. Но когда его взгляд снова скользит по мне с благоговением, я спрашиваю себя: что мешало мне мечтать об этом?

Заставляя себя сглотнуть, продолжаю.

Осторожно провожу руками по его плечам, пробегаю пальцами по груди – в ответ его ладонь касается моей. Кажется, мы созданы друг для друга: моя рука идеально ложится в его. Облизываю губы, тянусь к молнии на его брюках – но он снимает их быстрее, чем я успеваю сообразить, и роняет меня на матрас.

Визг. «Дилетантка», – ругаю себя мысленно.

Лиам прерывает мой поток мыслей, нахмурившись:

– Прости, что уронил.

– Все хорошо, – отвечаю я, приподнимаясь на подушках и пытаясь улыбнуться.

В Эстерли нам рассказывали, что секс вампиров во многом похож на их разговоры. Постоянная борьба за власть. Но все происходит не так, как я ожидала. Кладу руки на кровать и хмурюсь.

– Что-то не так? – шепчет он.

– Не знаю, куда девать руки, – признаюсь.

Он берет мои ладони в свои, наклоняется к уху:

– Тебе не нужна инструкция.

Одной рукой он гладит мои бедра, другой – волосы. По телу пробегают мурашки, и я не могу понять, какое прикосновение действует сильнее.

– Делай то, что считаешь верным, – шепчет он, проводя кончиком пальца вдоль ребер.

Я вздрагиваю. Пока Лиам рисует на моей коже невидимые узоры, все тело гудит, напряжение между лопатками тает. Прижимаюсь головой к его груди, будто меня тянет магнитом. Его пальцы скользят по мне, словно изучают карту, которую хотят запомнить.

– Думаю, ты нравишься мне больше растрепанным, – шепчу я, проводя большим пальцем по его выбритому подбородку.

Кладу руки ему на колени, наклоняюсь и касаюсь губами его губ. Он замирает, будто любое движение спугнет меня. Его губы холодные, но мягкие. Чтобы он поцеловал меня, прикусываю его нижнюю губу.

Он стонет – и его рот прижимается к моему. Мое тепло согревает его. Ухмыляюсь, чувствуя вкус вина, кофе и крови.

Лиам сажает меня к себе на колени. Он очень возбужден – и это все для меня. Одной рукой он придерживает меня за поясницу, другой поднимает мой подбородок, притягивая ближе.

Я дрожу, но не от холода.

Его язык раздвигает мои губы, исследуя рот. Я как пластилин в его руках – податливая, готовая. Когда он отстраняется, чувствую себя потерянной. Но возразить не успеваю: он целует меня снова, на этот раз его подбородок трется о мою кожу. Напряжение нарастает – и сейчас я рада этому.

С наслаждением следую за ним, куда бы он ни повел.

Нежно, с любовью он укладывает меня на подушки, развязывает пояс халата и снимает его с меня. Оглядывает с нескрываемым голодом. Его пальцы еще не касаются меня, но взгляд оставляет на коже следы, будто от ожогов. Лиам одобрительно вздыхает, наклоняется – и наши тела соприкасаются. Я задыхаюсь от близости. Грудь невероятно чувствительна, каждое прикосновение его кожи бьет током, оставляя приятное покалывание внизу живота. Я невольно стону.

Его глаза озорно блестят, когда он снимает нижнее белье, полностью обнажаясь. Неловко признавать, но у меня округляются глаза. Дилетантка второго уровня. Я и раньше видела мужчин, но слухи в Эстерли о «достоинствах» известных вампиров оказались… неточными. Длину явно преувеличили. Но толщину – ничуть.

Протягиваю руку, чтобы доставить ему удовольствие, но он качает головой, поднимая мои ладони над собой.

– Сегодня мы займемся тобой, хорошо?

Покусываю верхнюю губу и киваю:

– Хорошо.

Его слова гипнотизируют. Решаю забыть о сексуальном воспитании и обо всем, чему учили про вампиров в Эстерли. Сегодня для меня существует только Лиам.

Он опирается на локоть, а пальцы другой руки скользят по моему животу, выводя невидимые узоры – медленно, дразняще, с каждым движением опускаясь все ниже, пока не касаются курчавых волос. Его ладонь ласкает меня, пока я не начинаю задыхаться от нарастающего напряжения на грани боли и наслаждения. Пальцы скользят ниже, находят чувствительный бугорок – я непроизвольно выгибаюсь и стону. Он целует меня, прежде чем продолжить игру, и это мимолетное прикосновение заставляет трепетать. Еще мгновение – и его палец проникает внутрь. Ему не нужны подсказки, он знает, что делает.

Удовольствие от прикосновения чужих пальцев отличается от моих собственных экспериментов. Я становлюсь влажной, когда он находит мою точку удовольствия. Зажимаю рот рукой, заглушая крик, но Лиам наклоняется, теряя равновесие, и убирает мою ладонь.

– Я хочу слышать тебя, – шепчет он, покусывая мочку уха.

Его пальцы не останавливаются, доводя меня до той грани, где сознание растворяется в волнах удовольствия. Как я могла считать это испытанием? Мое тело сотрясают судороги, но, даже обессиленная, я жажду еще.

Перед тем как я полностью растекаюсь в его объятиях, он грубо захватывает мой рот поцелуем – будто хочет выжечь свое имя на моих губах. Я кусаю губу, пытаясь вернуть хоть каплю самообладания.

С плавностью танцора Лиам меняет положение – садится и усаживает меня к себе на колени. Мои ноги автоматически обвивают его бедра, руки цепляются за шею. Он приподнимает меня, и я чувствую его возбуждение – от этого контакта перехватывает дыхание. Затем, не сводя с меня глаз, он медленно опускает меня на себя.

Первое проникновение обжигает живым огнем. Волна пульсации докатывается до кончиков пальцев ног. Он крепко прижимает меня к себе, нежно и властно исследуя мое тело. Когда очередной оргазм расслабляет мои мышцы, я с наслаждением ловлю его стон – Лиам вцепляется в простыню рядом с моей головой, и это предательское движение выдает его больше любых слов. Новое ощущение его внутри меня только разжигает желание. Я начинаю двигать бедрами, помогая ему проникнуть глубже, и на этот раз все происходит естественно – герцог задыхается от удовольствия.

– Ненасытная, да, сокровище?

– Я хочу вышить это на своем полотенце, – тяжело дышу.

– «Ненасытная» или «сокровище»?

Его дыхание учащается, движения становятся резче. Когда волна накрывает его, он падает на меня, и мы погружаемся в подушки. Опираясь на локоть, чтобы не сделать мне больно, он утыкается носом в мое ухо. После мучительно короткой паузы он отходит, чтобы привести себя в порядок. Я даю себе минуту, затем иду в ванную и разглядываю в зеркале раскрасневшееся лицо.

Смотрю на дверь, не решаясь сделать шаг.

– Фаррен, – голос Лиама из спальни. – Все в порядке? Принести тебе что-нибудь?

На сердце тепло. Открываю дверь.

– Как себя чувствуешь? – он мягко проводит пальцем по моей щеке.

– Хорошо. Устала. И… тело ломит, – улыбаюсь.

Он кивает:

– Ожидаемо. Еще вина?

Качаю головой:

– Думаю, мне просто нужно поспать.

– Ты… – он замолкает, бросая взгляд на кровать, – не хочешь остаться?

Робко киваю. Он протягивает руку, и я вкладываю в нее свою ладонь.

Лиам укладывает меня на широкую кровать, ложится рядом. Я колеблюсь лишь мгновение, прежде чем положить голову на его руку. Глубоко вдыхаю – его запах после секса густой, сладковатый. Закрываю глаза. Абсолютное спокойствие.

– Спи сладко, – шепчет он, целуя мочку моего уха. – Наконец-то, – бормочет, нежно водя пальцами по моим щекам в загадочном узоре.

Я засыпаю почти мгновенно.