Глава 26

Лиам

Пару сотен лет назад смерть человека не влекла за собой столько бумажной волокиты.

Теперь мы пытаемся соединить части тел, как можем, упаковываем личные вещи, используем вампирский дар принуждения на семьях погибших и выплачиваем им солидные компенсации. Фактически они были под моей защитой. Что бесконечно раздражает меня, как и планировала моя дочь.

Также это означало, что нам придется зачаровывать оставшихся доноров, чтобы они не помнили о смерти пятерых из своих.

Я не в восторге от того, что нужно зачаровывать других доноров и промывать им мозги, но вот поесть я, как и другие вампиры моего двора, люблю. Я не осмелюсь предположить, что произойдет, если вампиры потеряют доступ к свежей крови. Они прекрасно ведут себя, но только пока не голодны.

Заезжая на территорию Масонри, я надеюсь, что Фаррен осталась дома.

Уверен, все видели, как вчера Кадм пялился на нее. Его убийственный, алчный взгляд ясно давал понять: он отчаянно мечтает наложить свои наманикюренные лапы на мою придворную ведьму, чтобы бросить мне вызов. Ни для кого не секрет, что он жаждет моего трона и всего, чего я достиг. А то, что Изобель теперь под его крылом, – уже за гранью допустимого. Он настолько отчаялся, что готов подорвать мою власть всего через неделю после появления Фаррен?

Почему-то я уверен, что он догадался, кто она такая. В первые дни после приезда Фаррен кошмары ее не мучили, так что торжество, встреча с Кадмом и ночной кошмар – вряд ли простое совпадение. Я не считаю кошмары проявлением слабости. На балу, рядом с герцогом, Фаррен держалась безупречно. Но он – монстр, которого боятся даже другие монстры. Я почти жалею, что втянул ее в свою сумасшедшую жизнь. Почти.

Одна из моих сотрудниц, неприметная вампирша по имени Жоржетта, кланяется и, выпрямившись, избегает встречаться со мной взглядом.

– Герцог, на вокзале появилась вампирша, не принадлежащая ни одному из Дворов. Она просит аудиенции у леди Фаррен.

– Хорошо. Я встречу ее.

Она снова кланяется, и я направляюсь к вокзалу в сопровождении двух крепких охранников. Гвардейцев выбрала Амрита – они прошли аттестацию, хорошо известную своей жесткостью.

Я останавливаюсь у края платформы, где стоит женщина в темно-синем костюме и светло-голубом шарфе, скрывающем большую часть ее коротких темных волос. Множество золотых браслетов позвякивают на запястьях, создавая мелодичный звон. Поджатые губы и прищуренные глаза не скрывают раздражения, когда она замечает меня. Тем не менее она опускает взгляд в знак уважения. Но ярость в ее глазах подсказывает: ничто не доставило бы ей большего удовольствия, чем придушить меня.

– Здравствуй, герцог, – выплевывает она.

– Я думал, ты мертва, Флоренс. Сколько лет прошло? Почти тридцать?

Она слегка улыбается:

– Почти угадал. В последний раз, когда я тебя видела, ты собирался стереть с лица земли Дом Халлиш. – Она прищуривается. – Через пару месяцев это сделал Кадм.

– Флоренс, ты же знаешь, я не имел к падению Дома никакого отношения. Если мне не изменяет память, разве я сам не был жертвой в той истории? – я скрещиваю руки на груди.

– Спорный вопрос, – она тоже скрещивает руки, и это движение удивительно напоминает Фаррен. – Никто не заставлял тебя связываться с этим засранцем.

Я киваю:

– И то верно.

Протягиваю ей руку. Немного подумав, она все же принимает ее. Мы направляемся в Масонри. На лице Флоренс появляется более мягкое выражение, когда она замечает красоту деревни.

– Я и забыла, как здесь красиво.

– Не делай такой удивленный вид, – фыркаю я. – Обидно слышать. Я рад, что ты жива после падения Дома. Но почему ты приехала сейчас?

Она кусает губу:

– Конечно, из-за Фаррен. Точнее, из-за твоих «проблем с безопасностью».

– Я с этим разбираюсь.

– Это ты так говоришь, – отвечает она, поджимая губы.

Я фыркаю, не скрывая раздражения. Обидно, что она настолько не доверяет мне, что явилась лично. Хотя официально она не вступала в мой Двор, я позволил ей спокойно жить после того, как она сбежала от Кадма. Я не виню ее. Но теперь она – очередная фигура в моей нескончаемой партии.

– С Фаррен все в порядке. Она под моей защитой. Кстати… – я останавливаюсь и поворачиваюсь к ней. – Кадм знает, кто она.

– А ты думал, почему я приехала? – приподнимает она бровь.

– У меня проблема. Но как я уже говорил, – я поднимаю руку, чтобы остановить ее, – я работаю над этим.

– Тебе лучше поторопиться, – шипит она.

– Я стар, – рычу я. – Но я не выжил из ума.

Она кивает:

– Удивлена, что ты вообще позволил мне приехать. Особенно учитывая, что я не принадлежу к твоему Двору.

– Все равно это было неофициально.

– Ты издеваешься, – хмурится она и качает головой.

– Бывает, – закатываю глаза.

В сейфе у меня лежит внушительное досье с информацией, которую Флоренс передавала мне веками – в основном про Кадма и про ныне несуществующий Дом Ветра. Этого не хватает, чтобы предъявить официальные обвинения, но достаточно, чтобы защищать мой Двор. Это настоящая причина, по которой я до сих пор позволяю ей быть на свободе. Она ненавидит Кадма почти так же сильно, как я. Враг моего врага и все такое.

Флоренс качает головой и криво усмехается. Она вздыхает, переступая порог холла:

– Ох, Лиам, как бы мне хотелось, чтобы ты не втягивал ее во все это. Ты должен был рассказать ей, кто ты такой, когда предлагал соглашение.

– Ты права. Это было эгоистично. Но… честно? Не думаю, что поступил бы иначе, – я съеживаюсь, вспоминая, как она узнала правду. Вот тут бы я все-таки хотел, чтобы все прошло по-другому. Следовало сказать ей в поезде. Или у фонтана. Но теперь поздно. Я не могу изменить прошлое. Да и уже дважды извинился.

– Что я должен был сделать? Оставить ее в своем Доме?

Флоренс выглядит подавленной. Мне интересно, что она недоговаривает.

Она отмахивается:

– Что сделано, то сделано. Отведи меня к ней.

Мы проходим через парадный вход и фойе. Я наблюдаю, как Флоренс взглядом отмечает все возможные выходы и расположение охраны. Я знаю, что она здесь ради Фаррен, но стоит мне хотя бы на мгновение заподозрить, что она представляет угрозу для безопасности ведьмы или попытается забрать ее у меня – я без колебаний дам волю своему монстру.

Двое охранников приветствуют нас, когда мы подходим к жилому крылу.

Я стучусь в дверь:

– Фаррен, я кое-кого привел для тебя.

Сначала она приоткрывает дверь, но затем широко распахивает ее с улыбкой. Ее взгляд скользит мимо меня и останавливается на Флоренс. Я надеюсь, что однажды она будет так же рада видеть и меня. Я замечаю, что она смыла вчерашний макияж – ее веснушки снова видны, и от этого у меня внутри становится чуть теплее.

– Фло, – шепчет она, бросаясь к ней в объятия.

Плечи Флоренс опускаются, она не пытается скрыть облегчение. Окинув взглядом комнату, вампирша скрещивает руки на груди и хмыкает:

– Какая простенькая комната.

– Ты слишком категорична, Флоренс, – замечаю я.

Фаррен закатывает глаза:

– Неделя была насыщенной. У меня не было времени выбрать образцы красок.

Я замечаю на кровати две книги из библиотеки: одна о местной флоре и фауне, другая – о новых охранных чарах. Из кружки на прикроватной тумбочке доносится аромат черного чая с абрикосом. Отлично. Она добралась до библиотеки. Рад видеть, что она нашла себе место в этих стенах.

– Пройдем в мой Домашний Офис, – показываю я в сторону коридора. Я доверяю своим сотрудникам, но обсуждать это лучше в звукоизолированной комнате.

– Там вообще мебель есть? – Флоренс моргает.

Я уже сожалею, что позволил ей сойти с платформы.

– Пойдемте, – Фаррен закатывает глаза и жестом указывает нам на выход. Я спускаюсь по лестнице следом за дамами, скрывая удовольствие от того, как уверенно Фаррен ведет нас к моему кабинету. Флоренс наблюдает за ней с растущим интересом – ведьма уже чувствует себя здесь как дома.

Я вставляю ключ в замочную скважину и открываю дверь. Фаррен заходит первой, отодвигает стул и садится на угол моего большого письменного стола.

Флоренс бросает взгляд на разложенную карту. Я не убираю ее – она не узнает ничего нового. Сажусь в свое черное кресло. Флоренс занимает стул Моргана слева от меня.

Я не могу не улыбнуться, наблюдая, как Фаррен сидит на столе, скрестив ноги и слегка наклонившись в мою сторону. Флоренс тоже это замечает.

– Похоже, тебе здесь удобно, – отмечает она.

Фаррен выпрямляется, но остается сидеть.

– А вы, похоже, знакомы, – дипломатично говорит Фаррен.

– Пересекались когда-то, – отвечает Флоренс с натянутой улыбкой.

Фаррен вопросительно поворачивается к ней, и ее выражение ясно дает понять – она вернется к этому вопросу позже.

– Что дальше? – спрашивает Фаррен.

– Мы усиливаем охрану наших земель, – отвечаю я, – а затем ждем.

Фаррен поджимает губы:

– Ждете чего?

Я киваю в сторону шахматной доски в углу кабинета. Фигурки на ней я вырезал сам столетие назад.

– Пока не все фигуры на доске.

Она смотрит на меня с интересом. Ее большие зеленые глаза напоминают мне весну и жизнь.

– Флоренс, я распоряжусь, чтобы твои вещи принесли и подготовили комнату. Ты можешь остаться здесь.

– Я буду жить в том же крыле, что и вы? – спрашивает она.

– Нет. У меня для тебя подготовлено место в другом крыле, – я сужаю глаза, чтобы она не вздумала спорить.

Она подчиняется, но раздражение все равно проскальзывает. Что ж, пусть встанет в очередь – она не первая, кому здесь что-то не нравится.

Теперь, когда Флоренс здесь… Сколько она собирается рассказать Фаррен обо мне? Мне следовало обсудить это с ней раньше. Но у меня не было времени. Проклятье. Все снова идет не по плану.

Фаррен бросает взгляд то на меня, то на Флоренс и вздыхает:

– Я устала. Можем обойтись без сцен?

Я встаю до того, как Флоренс успевает открыть рот.

– Фаррен, – мягко говорю я. – Что я могу для тебя сделать? Кофе? Печенье?

Она улыбается и качает головой:

– Нет, спасибо.

– Я хотел бы посмотреть отчет Моргана за вчерашний день. Вы можете воспользоваться моей спальней или кабинетом, пока в твоей комнате еще пусто.

Мне даже не нужно оборачиваться, чтобы почувствовать, как Флоренс осуждающе смотрит на меня.

– Спасибо за предложение, но мы вернемся ко мне. Я не хочу нарушать твой покой.

Я почти сказал, что она может нарушать мой покой когда угодно, но благоразумно сдержал язык за зубами.

* * *

Я жду, пока не отойду достаточно далеко от Масонри и лишних ушей, и только тогда достаю телефон. Я не знаю, где она сейчас и который час сейчас там, где она находится, но знаю, что она ответит.

– Сахарный мой, прошло столько десятилетий. Даже не припомню, когда ты в последний раз звонил мне первым. Неужели мои чары начали ослабевать?

– Да. Недавно у нас был наплыв магов, он немного ускорил процесс. Но я звоню не поэтому. С защитными чарами разберется моя новая придворная ведьма. А мне нужно кое-что другое. Хэйлин, я хочу получить плату за две последние услуги.

На другом конце наступает тишина.

– Что ты хочешь, чтобы я сделала?

– Моей придворной ведьме нужна наставница.

Она смеется:

– Значит, все лазейки, которыми ты до сих пор пользовался, наконец закончились?

– К сожалению, да. Но раз уж она здесь, я хочу, чтобы у нее был полный доступ к своей магии. Ее удручает, как мало она знает. А в библиотеке далеко не всему научишься. Ей нужна ведьма, которой я могу доверять.

– Лиам, какая у нее стихия?

Я вздыхаю и провожу рукой по волосам:

– Думаю, огонь.

– Ты взял к себе ведьму не просто из какой-то семьи, а из Великого Дома. Из Дома Огня. Она из огненной деревни?

Я делаю паузу, давая ей самой дойти до истины. Хэйлин – одна из умнейших личностей, которых мне когда-либо доводилось встречать.

– Лиам… В твоем доме сейчас Дюбуа?

– Именно.

– И ты просишь меня обучить ее огненной магии? Думаю, ты знаешь, что наследник Дюбуа провалился пять лет назад. Так почему ты просишь меня об этом? Разве что… Магия, помоги мне. Ты думаешь, у нее есть нераскрытый резерв?

– Я надеюсь, ты поможешь ей это выяснить.

– Соглашение остается прежним? – уточняет она.

– Разумеется, – подтверждаю я, – пинта моей крови. Горячей и свежей – специально для твоего заклятия. Хотя до сих пор не понимаю, зачем тебе жить еще дольше.

– Мое возмездие еще не завершено.

– Справедливо. Когда планируешь прибыть?

– Мне нужно несколько дней, чтобы закончить начатое. Сразу после этого приеду.

– Хорошо. До скорого, Хэйлин.