Райкер

— Серьезно, какого хера с тобой не так, Райкер? — вопил в мое ухо голос Ройала, пока я стоял в коридоре перед собранием школьного совета. — Деклан сказал присматривать за ней, а не вступать в контакт. Какую часть задания ты, блядь, не понял?

Я слушал его вполуха. Мои глаза были прикованы к Лилии, которая сидела, сложив руки на коленях. Собрание уже началось, и я наблюдал, как члены совета бросают на нее взгляды и перешептываются.

— Я всё понял, — наконец ответил я, не сводя с нее глаз. — Я делаю то, что нужно, чтобы обеспечить ее безопасность.

Ройал раздраженно вздохнул.

— Ты слишком сближаешься с ней. Сам знаешь, что скажет Деклан.

— Деклан не имеет права голоса, учитывая, что он ни хера нам не сказал, — бросил я, но слова прозвучали как-то неправильно, пусто.

Я повесил трубку и пятерней зачесал волосы назад. В зале Лилия стояла перед советом с почти вызывающей решимостью. Ее голос звучал твердо: она объясняла, как произошло нападение, какие меры она предприняла и что безопасность учеников — ее главный приоритет.

— Мы ценим вашу самоотдачу, мисс Эндрюс, — сказал один из членов совета, сложив пальцы домиком, — но в свете текущих обстоятельств мы должны думать об ответственности.

— Я понимаю, — сказала она, но я видел напряжение в ее плечах.

Другой член совета, пожилая женщина со строгим пучком на затылке, подалась вперед.

— Кто тот мужчина, что был с вами?

— Райкер, — ответила она, удивив меня тем, как легко она назвала меня своим. — Он друг. И сегодня он спас жизни этих детей.

Женщина нахмурилась.

— А чем именно он занимается?

Лилия замялась. Я затаил дыхание.

— Он... он защищает меня, — наконец сказала она.

По столу прокатилась волна замешательства.

— От кого?

Ее молчание было красноречивее слов.

— Мы должны быть уверены в безопасности детей, — произнес первый член совета. — Считаем, что вам будет лучше на время отойти от дел. Ради всеобщего блага.

Мои челюсти сжались. Я смотрел, как она молча кивает, высоко вздернув подбородок, и все, чего мне хотелось — это убить ради нее всех ее драконов.

— Хорошо, — сказала она. — Я возьму отпуск за свой счет. Но только до тех пор, пока эта ситуация не разрешится.

Совет, казалось, выдохнул, отпуская ее вежливыми, но твердыми жестами.

Я ждал ее в коридоре. Она вышла, и маска самообладания на секунду спала. Увидев меня, она сделала глубокий вдох и расправила плечи.

— Ты прав, — обреченно сказала она. — Мне нужно исчезнуть.

— У меня есть место, — тихо ответил я. — Можем уехать сегодня же.

Она посмотрела на меня. Внимательно посмотрела, словно взвешивая всё, что произошло. А затем кивнула.

— Спасибо, — сказал я, удивляя самого себя.

— За что?

— За то, что не сболтнула лишнего, — ответил я. — Обо мне.

— Пока что ты единственный, кто вообще мне хоть что-то рассказывает, — тихо ответила она.

В груди снова что-то потянуло — то же чувство, что появилось, когда она впервые улыбнулась мне из-за своего ванильного латте.

— Давай убираться отсюда, — сказал я.

Заскочив к ней за парой вещей и кошкой, мы ехали в тишине. Огни города таяли во тьме позади. С каждой милей напряжение в ее плечах немного спадало.

— Куда мы едем? — наконец спросила она, прорезая гул мотора.

— В хижину. Часа три отсюда, — сказал я. — О ней не знает никто, кроме Ройала.

— А Ройал — это...?

— Мой брат, — ответил я после паузы. — Тот, кем я притворялся. Тот, кто думает, что я сошел с ума.

Она посмотрела на меня. На губах мелькнула легкая улыбка.

— А ты сошел?

— Наверное, — признал я. — Но я не забыл о том, что должен тебя защищать.

Она откинулась на спинку сиденья. Плед с единорогами из квартиры лежал у нее на коленях.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Райкер.

Я тихо и безрадостно рассмеялся.

— Я тоже надеюсь.

Мы ехали под покровом темноты, мимо маленьких городков и длинных участков темного шоссе. На полпути она уснула, прислонившись головой к стеклу.

Когда мы наконец добрались до хижины, я замешкался. Крошечное место, затерянное в лесу. Удобств ровно столько, чтобы обеспечить комфорт. Но я впервые привез сюда кого-то еще.

— Лилия, — мягко позвал я, коснувшись ее руки.

Она зашевелилась, сонно моргая.

— Приехали?

— Да, — сказал я. — Добро пожаловать в нашу личную программу защиты свидетелей.

Она огляделась, рассматривая силуэт хижины на фоне звездного неба.

— Это твое?

— Наше, — поправил я. — Пока что.

Я занес ее сумку внутрь и включил свет. Она зашла следом, широко раскрытыми глазами осматривая единственную комнату, крошечную кухню и кровать в углу. Было уютно, но до ее городской квартиры этому месту было далеко.

— Здесь... уединенно, — сказала она, и я не смог разобрать: с облегчением или тревогой.

— В этом и суть, — ответил я, ставя ее вещи. — Никаких соседей. Никакого шума. Никто нас не найдет. — Я толкнул дверь рядом с холодильником. — До спа-салона далеко, но вот ванная.

Я смотрел, как она осваивается, гадая, не передумает ли она. Не решит ли, что всё это чересчур, что меня в ее жизни стало слишком много.

Но она просто села на край кровати и посмотрела на меня теми самыми глазами, которые видели насквозь любую мою маскировку.

— Как думаешь, надолго мы здесь?

— Сложно сказать, — ответил я. — Пока не пойму, что всё чисто.

Она кивнула, принимая это как свою новую реальность.

— А если так и не станет?

Я встретил ее взгляд. Что-то внутри меня снова дрогнуло.

— Значит, застрянешь со мной.

Она тихо, искренне рассмеялась.

— Наверное.

Я сделал вдох, ощущая тяжесть всех перемен, через которые прошел, чтобы стоять здесь вместе с ней. И это чувствовалось правильным.

— Ложись спать, — сказал я, по очереди выключая свет. — Утром разберемся.

Она легла в одежде, измотанная. Я устроился в кресле у окна, вглядываясь в лес в поисках малейшего движения.

Телефон коротко завибрировал. Сообщение от Ройала:

Надеюсь, ты еще не сдох.

Пока нет, подумал я, устраиваясь поудобнее и улыбаясь в темноту.