Мы ещё некоторое время переругивались, пока не вмешалась бабушка. Она взяла маму под локоть и провела к столу.

— Давайте все успокоимся, и нормально поговорим, — миролюбиво заговорила бабушка. — Чай уже остывает.

Мама со вздохом села за стол, а я скрылась в гостиной. Самая большая комната в доме, отделялась от кухни с обеденным столом толстой дверью, которая никогда не закрывалась. И я, сидя на диване демонстративно с книгой, прекрасно всё слышала.

Впрочем, мама и не старалась говорить тише.

Она пила чай и бесконечно возмущалась.

— Это когда только она успела? — мама громко поставила чашку. — И ты позволила? — это она уже обращалась к бабушке.

— Ильдар неплохой парень, — мягко заговорила бабушка. — Не нужно так реагировать.

— А как я должна реагировать? — снова вспылила мама. — Думала, что хоть тут она за голову возьмётся. А она!

— Они просто дружат, — пыталась бабушка её успокоить. — Ты слишком всё драматизируешь.

Но маму было не остановить. Она ещё долго нарочно громко возмущалась и говорила о своём сильнейшем разочаровании.

До самого вечера я была дома. Идти было некуда, всё равно Ильдар был на работе, а просто так болтаться не хотелось. Но даже к вечеру не стало легче. Мама перешла к подчёркнутому игнорированию. За столом она говорила только с бабушкой и, даже если я пыталась что-то сказать, делала вид, что не видит этого.

Когда на небе разгорелся яркий красновато-розовый закат, она пошла в баню, а я облегчённо выдохнула.

— Ба, я немного погулять пойду, — сказала я, выходя на крыльцо.

— Только недолго, — попросила бабушка, кидая взгляд в сторону бани.

— Угу, — я кивнула.

В этот раз Ильдар ждал меня не у забора, а дальше, у соседнего дома. Увидев меня, он широко заулыбался и крепко обнял, когда я подошла. Находясь в крепких тёплых объятиях, я немного успокоилась.

— Родители приехали? — спросил он.

— Мама, — я скривилась.

— Что-то не так? — мягко уточнил он.

Я прикусила нижнюю губу. Рассказывать ему про то, что случилось не хотелось. Я боялась, что обижу, если скажу, как о нём отзывается мама. Поэтому только отрицательно помотала головой.

— Да так. Ничего важного. Забей.

Ильдар кивнул.

На долгую прогулку времени у меня не было, поэтому было решено снова сходить к реке. К тому же вечером там собиралось много ребят, было шумно и весело. Ко мне уже так подозрительно никто не относился. Всё-таки авторитет Ильдара играл для них большую роль.

Оказавшись среди ребят, окружённая веселой болтовней, смехом, незатейливым бренчанием на гитаре, я почувствовала себя намного лучше.

Мы сидели на самодельных скамейках, по кругу передавалась какая-то бутылка, много шутили и громко спорили.

— А это не тот парень, который в прошлый раз приходил? — сказал вдруг кто-то. Я подняла голову и увидела Марата. Внутри всё резко похолодело.

Он уверенным шагом шёл прямо к нам. Взглядом он нашёл меня и уже целенаправленно подошёл ко мне.

— Пошли, — сказал он, хватая меня за руку и потянув.

Но не успела я что-либо сказать, как встал Ильдар и, взяв меня за вторую руку, не дал увести.

— Ты куда её тащишь? — жёстко спросил он.

— Не твоё дело, — Марат бросил на него испепеляющий взгляд. — Тебя ищут, — сказал он уже мне.

Я всё ещё была как парализована. С одной стороны меня тянул Марат, а с другой не отпускал руки Ильдар. И напряжение между ними обоими становилось всё сильнее.

— Она пойдёт тогда, когда захочет, — с нажимом сказал Ильдар и почувствовала, как он сжал мои пальцы.

— А ты кто такой, чтобы указывать? — Марат отпустил мою руку и уставился на Ильдара. — С каких пор уличная шпана кому-то приказывает?

Я видела, как вздулись вены на шее и лбу Ильдара, как он изо всех сил стиснул зубы, из-за чего челюсть стала тяжелой и острой. Но несмотря на кипящую и осязаемую злость, он себя сдержал и, шумно выдохнув, сказал:

— Кроме как крысой, исподтишка подлянки строить, ничего не можешь? Слабо, как мужчине поступить?

Марат густо покраснел, его лицо стало тёмно-бордовым, как у поздней вишни. Он сперва втянул голову в плечи, а потом резко издав звук, похожий на рык или сдавленный крик, набросился на Ильдара. Я резко отскочила и закричала, прикрыв лицо руками.

К Марату и Ильдару кинулись остальные, пытаясь их разнять. Марат вырывался, отбрасывал тех, кто пытался его сдержать и снова кидался, стараясь как можно больнее достать Ильдара. Сейчас он больше был похож на загнанного озлобленного зверя, чем на того правильного и расчётливого парня, которого я знала. Ильдар отражал удары. Сам он атаковать не стремился, приняв оборонительную позицию. Но я видела, что некоторые удары Марата достигали цели и на лице появлялись отметины.

— Вы че?! — пытался кто-то вмешаться.

— Прекращайте! Сейчас сюда народ иначе сбежится!

Но просьбы остальных не доходили до них.

Всё напряжение этого дня начинало стягиваться в тугой узел. Я буквально чувствовала, как всё вокруг трещит от тревоги, беспокойства и напряжение. И наконец он разорвался, оставив звенящую тишину.

— Хватит! Надоели! — закричала я со всей силы и кинулась прочь, оставляя всех за спиной.