Контроль над созданной мной защитой ослабевал. Радиоактивное заражение делало растения невменяемыми. Я терял над ними управление, и те начинали впитывать разлитую вокруг ману, чтобы мутировать и бесконтрольно расти.

С некоторым запозданием что-то мощное запустил и Тео, и по помещению прошли волны чудовищного жара. Только целью выбрал к счастью не указанное место а выпустил заряд в другую группу столпившихся противников.

Фигура шестикрылого ангела, с недоумением уставившись на Рейна, повалилась в расплавленный камень. Удивительно, что после такого взрыва там вообще что-то ещё оставалось. Экипировка сгорела полностью, крылья обгорели, их большая часть была сломана. На коже следы ожогов и кровоподтёки. Но это чудовище всё ещё продолжало дышать и даже регенерировало после такого.

Однако сражаться Гильгамеш не мог. Как и Рейн, который потерял сознание и свалился прямо под ноги Гильгамешу.

— ДАЙ ТО, ЧТО МНЕ НУЖНО!!! — закричал Аркфейн, и лиловые силовые линии рванули к находящимся рядом тёмной Сайне и альтернативной Белой.

Девушки успели с ужасом и удивлением посмотреть на Аркфейна, а затем обе исчезли в кровавой вспышке.

Я приготовился к новому этапу сражения, но его не было. Все остальные наши противники вдруг обратились лиловой дымкой и потекли куда-то в тоннели в противоположной стороне от той, откуда мы пришли.

Короткий и невероятно жестокий бой неожиданно был окончен. Вернее, прерван, ведь Аркфейн никуда не исчез.

— Они что, бегут? — с удивлением спросила настоящая Сайна. — Разве боссы могут бежать? У них же мозги промыты.

— Промыты, — подтвердила Селена. — Здесь была моя точная копия. У меня ведь нет других, известных Стене воплощений. А я бы никогда так не атаковала.

— Нам лучше уходить отсюда, Арк. Здесь радиоактивное заражение. Щиты не вечны. Если откажут, будет проблема.

Я кивнул.

— Уходим, собирайте тела и бросайте в убежище по пути, — приказал я и открыл астральный путь на ближайший коридор. В первую очередь, чтобы получить рядом свой дом.

— Арк, почему они ушли? — продолжала недоумевать Сайна.

— Повезло? — предположил Мерлин, откупоривая бутылку с зельем.

— Нет, — покачал я головой. — К чёрту такую удачу… этот ублюдок всё понял.

— Понял что? — допытывалась Сайна.

— У них в группе был безумный подрывник. Псих, подорвавший Стену до десятого этажа, если не ошибаюсь. Почему он не начал бой с того, что взорвал нас всех к чертям?

— Ну… не хотел вредить союзникам… — растерялась она.

— Союзник — это Аркфейн, который на его глазах приносит в жертву товарищей?

— Ха… ты прав, — подал голос Мерлин. — Дейдара бы взорвал этаж, чтобы показать, кто тут главный. Они что, Стену повредить боятся?

Он усмехнулся, будто пошутил. Но на самом деле, шуток тут не было.

— Именно, — кивнул я. — Страж тридцать девятого в первую очередь слуга Стены. И огромное ей спасибо, что способности безумного подрывника и прочие слишком опасные для самой Стены навыки она понёрфила или заблокировала к чертям.

— Тогда почему они сбежали? — спросила Сайна. — Разве рабы Стены не должны идти до конца?

— Потому что, видимо, уже не рабы, — мрачно закончил я. — Аркфейн тоже всё понял и отдал две ценные жизни, чтобы вытащить остальных.

— Вот же пид… — голос Мерлина заглушила падающая где-то тяжёлая металлическая балка, от чего по залу загуляло долгое эхо.

— Девушки, вы там застряли? — с лёгким раздражением бросил я в сторону Тии и Альмы, возившихся с трупами. Лут, конечно, важен, но жизнь всё же важней.

— Это важно, Арк, — произнесла Тия, взвалив на своё плечо тело хозяйки корвитусов. Затем Альма так же поступила с Альмалексией.

— Там её воспоминания, — пояснила Альма. — Это важно.

Затем краем глаза увидел зелёную вспышку и резко повернул голову туда. Селена со своей копией поступила проще — она крепко держала тело левой рукой, пока от него отчаивались светящиеся зелёные осколки, впитывающиеся в настоящую Селену.

— Только что я удвоила свой духовный ресурс, — произнесла богиня трав. — У кого ещё проблемы с душой, забирайте тела. Мы сможем вернуть часть вашей сути!

— С некоторых падают фрагменты, — добавила Сайна.

— Поручи дронам их собирать, — решил я. — А нам здесь лучше не находиться.

Вскоре мы покинули поле боя. Раненые и тела погибших отправились в убежище. От некоторых почти ничего не осталось и только уникальные таланты Альмы могли позволить вернуть таких пострадавших к жизни. Впрочем, некоторых придётся всё равно потом пропускать через терминал.

Итак, что мы имеем в сухом остатке? — думал я, сидя по центру убежища перед чашкой сваренного Софьей зелья прояснения, повышающего умственные и аналитические способности.

На ногах оставались трое лиговцев. Кот, Крайн и Вайс. Селена практически не пострадала и имела ещё половину сил в запасе. Ей повезло сохранить большую часть сил. Я был практически опустошён. Из тел Тии, помимо главного, на ногах была только Амория. Сетта и Хитоми были в отключке. Где новое тело, она вообще пока не понимала, наверное, стало частью голема химеролога.

Из двадцать первых выжил лишь маг. Из крыла Лифы — сама Лифлаэль и двое отцов. То есть трио самых опытных в группе.

Рейн свалился без чувств и полностью лишился маны. Такое истощение быстро не исчезает. Нэсса была без сознания. Рядом сидел Хантер, неверяще глядя перед собой. Его губы повторяли по кругу «не может быть, я точно не видел этого».

Сайна тоже сильно пострадала, но, как и Селена, была в целом довольна боем. Она также притащила в убежище свой трофей. Только не тело предшественницы, а боевую машину, синеволосую селенитскую куклу.

Мрачный Тео тоже был здоров, хоть и потратил две трети сил. Он не смог защитить Серую, хотя это была не его вина. Девушка в самом начала боя как танк бросилась в первую линию, сразилась со своей копией и попала под взрыв Наги. Она была жива, но находилась в лазарете.

Ещё на ногах оставалась Альма. Она тоже была в относительном порядке.

Мы оставили тела в убежище и отступили, стараясь запутать следы. Дорогу выбирали наугад, надеясь просто выбраться.

Нужно было время. Через сутки мана восстановится. Затем начнут приходить в себя остальные. Кого не смогут поднять лекари — отправим в терминал. Просто ещё одна не очень приятная боевая ситуация. И вообще, это они убегали, так что технически победа за нами.

Но пытаться их догнать на чужой территории, в узких тоннелях, где может быть припрятано полно ловушек… Откровенно сомнительное мероприятие.

Сайна использовала искажения времени, чтобы быстрее удаляться от места схватки. Конечно, Аркфейн мог бы догнать нас, пожертвовав ещё кем-то из своих, но тогда вопрос времени, когда остальные поднимут бунт. Раз уж они настолько разумны, чтобы отступить.

Мы бежали по тоннелям в поисках выхода наверх весь день, активно чередуя для ускорения астральную тропу и временные аномалии ионитов. Использовать прежний маршрут не получалось, в спешке отступали примерно и в первую очередь так, чтобы противник не мог нас легко выследить и догнать. К счастью, пролом наверх не был уникален.

К вечеру к нам неожиданно присоединилась Белая. Я хорошо помнил, что её прежнее воплощение было уничтожено, но всё равно опасался, что она может быть монстром-оборотнем.

— Девять жизней, — пояснила она. — Я специально прокачивала его радиус действия и вернулась сразу сюда.

— Интересная у тебя способность. Получается, ты, как дух, можешь парить всюду и отмечать место, где ты возродишься? Можешь, например, подсматривать за нашими недругами?

— Не совсем присматривать, только смутно ощущать присутствие, если буду специально настраиваться и искать. Но я не буду. Против пустотников и душеловов это не рекомендуется.

— Хорошо. Что скажешь по поводу фильтра?

Белая поморщилась.

— Трюк в духе Стены. Как я поняла, это наши самые сильные воплощения. «Победи себя» или что-то в этом роде.

— Теперь понятно, почему истинный враг находится ниже Оазиса, — подала голос Селена. — Если ты победил бога, то твоя копия тоже будет находиться ниже.

— Всё равно я сомневаюсь, что они сильнее иммундусов. Вот кто страшный враг. Или ирреалов. Это вообще какая-то жесть.

— Это ты ещё в мирах-заповедниках не бывал, Арк, — послышался знакомый мудрый и слегка насмешливый голос Странника.

— О, ты тоже с нами. Очень рад тебя видеть! Как насчёт порталов?

— Не могу пока, — развёл руками Странник. — Мой противник лишил меня на некоторое время возможности их строить. Так что я уязвим как никогда ранее… Кстати, что с твоим предсказателем?

Я с удивлением посмотрел на Хантера. Предсказатель был совсем плох. Шёл и повторял что-то едва различимое.

— Хантер, ты как? — спросил я у него.

— А-а? — он чуть отшатнулся. Затем взял себя в руки. — Прости, Арк, я пока что не могу ничего предсказывать. Я вообще ничего не чувствую.

— В смысле? На тебе проклятие? Странно, с моей аурой не должно быть такого, она пустотные проклятия Аркфейна жрала за милую душу.

— Я не знаю. Это ещё до боя началось. Я просто думал, что там безопасно, и не видел никакой серьёзной угрозы. У меня способности будто заблокированы и показывают чушь.

— Ну так обратился бы к Альме, в чём проблема?

— Да, ты, наверное, прав. В любом случае, на предсказания пока не рассчитывай.

— Фиг с ними, прорвёмся. Не в первый раз так. Я больше за тебя беспокоюсь. Не переживай из-за Нэссы. Альма сказала, что всех держит.

— Да, всё в порядке, — с уверенностью подтвердила Альма. — Мы встречались с таким уже много раз. Она очнётся на ближайшем терминале.

Мы продолжили путь, по большей части в молчании. Один раз издали видели монстров. Белая предупредила, что впереди очередная странная нечисть со сложновыговариваемым именем и кучей цепей. После первых пяти минут описания, где-то после её слов о щупальцах с лезвиями и видимым только в инфракрасном диапазоне пламенем я её остановил и сказал, что мы не ленивые и обойдём.

Вскоре был найден подъём наверх в виде пролома в потолке. Наверху — пустая брошенная локация, где жили какие-то летучие мыши, оказавшиеся не сильно агрессивными. Существа вообще к нам старались не приближаться.

Здесь тоже был один из разрушенных городов, только новой культуры. Что-то вроде фэнтезийного поселения в пещере. Но состояние локации было настолько ужасным, что разобрать что-то было сложно.

Свет сюда поступал из крупного закрытого решёткой люка наверх. В большое отверстие между прутьями легко пролетел дрон Сайны. Трансляция с его камеры показала, что над нами очередной мир иммундусов. Нечто отдалённо напоминающее пещерный город, по которому мы бродили сейчас. Только здесь были больше пещеры, чем что-то жилое, а там поселение всё ещё напоминало город.

Прямого пути наверх не было. Да и иммундусы плохая компания. Но когда я немного отдохну и восстановлюсь, путь наверх станет возможен через астрал, минуя их.

Неужели ненадолго можно расслабиться?

Где-то далеко отсюда завыла собака. Откуда бы здесь взяться этому звуку?

Нет, на спокойствие даже надеяться не стоит.

— Предлагаю всем растениям собраться в дерево и восстановиться в медитации, — сказал я. — Потом сменим остальных на постах.

Мы разбили лагерь в пещере, когда убедились, что прямой угрозы здесь нет. Звук доносился сверху, и с тех пор повторялся ещё раз. В медитацию я направился с толикой злости и раздражения, хоть и не показывал этого, как мог. И даже в самой медитации чувства не утихали, пока я не вспомнил про мудрость природы.

Срок действия навыка истёк и давно пора было его реактивировать. Разум с толикой логики колонии грибов начинал думать, как минимум, более конструктивно.

Итак, тела товарищей они с собой не уносили. Их в любом случае будет меньше. Но если мы покинем тридцать девятый, по идее, истинный враг тоже обнулится?

— Сайна, у тебя, случаем, не осталось камер там, где была та дверь? — неожиданно спросил я механистку.

— Ничего интересного, — ответила она, и синеволосая кукла селенитов спроецировала рукой пустой разрушенный зал без намёка на дверь в центре.

— Не обнулилось? — удивился я.

— Видимо да. Может, это вообще была какая-то ловушка в первый раз, чтобы нас заманить?

— Важны те, кто входят в дверь… физически, здесь всё формируется по памяти прошлых жизней именно тела. На то, что там другая душа, Стена не отреагировала. Ещё бы понять, по какому принципу локация перезагружается, и почему не хочет сейчас перезапуститься.

— Я… кхм… у меня есть небольшая идейка по этому поводу, но она тебе сильно не понравится, — сказал Мерлин.

— Ну, давай, удиви меня.

— Я думаю, тот взрыв, что устроил Наги… ну, и может я самую малость со своим бывшим перестарался… В общем, просто напоминаю, что по центру локации и дальше к стене там несколько крупных воронок.

Я хлопнул себя по лицу.

Может быть, дело даже не в излишней хитроумности Аркфейна, и я себе сильно льщу. Может, мы просто повредили какой-то механизм в локации, который поддерживал всю эту механику?

— Ну, по крайней мере теперь мы точно знаем о том, что ниже этого уровня будет сороковой. Следующий фильтр уже дышит в спину.

— Ещё только антагониста нам не хватало, — вздохнула Сайна.

— Пока что мы туда не полезем, — ответил я. — Идём наверх, залечиваем раны и потом с новыми силами в новый рейд.

— Опять⁈

— Ну, может, отдохнём немного, — пожал я плечами, понимая, что иного ответа она мне точно не простит. — Да и так, как сейчас, мы точно спускаться не будем.

— О, а как? — заинтересовался Странник, да и остальные тоже.

— Пока думаю, но точно не так, как сейчас. Если врата не перезапустятся, будем думать, как разобраться с теми, кто остался. Может быть даже методами Мерлина от греха подальше, ну или поставить тут пару заводов и теплиц, и пусть все «истинные враги» играют в сафари против машин и поделок Мордреда. Здесь же полно земли, можно наладить свет…

— Узнаю старого Арка, — Сайна сменила гнев на милость. — Мне нравится план.

— Давайте для начала выберемся. Потому что Аркфейн может сейчас думать так же и готовиться к преследованию, чтобы добить, пока мы не вернулись со свежими силами.

Медитация для восстановления маны под навыком недвижимого была прервана сигналом тревоги через три часа. В принципе, запас сил был восстановлен на три четверти, так что чувствовал я себя уже почти идеально.

Это хорошо, потому что крепкие нервы мне поутру были очень нужны.

— Тсс, — пальцем показал Странник и указал в черноту вокруг лагеря в мёртвом городе.

Костёр под деревом и шокированных проходчиков окружал круговорот рыб. И рыб очень непростых.

По воздуху плавали ирреалы. Не те громадные радужные существа, а множество рыбёшек размером с лосося. Они светились мягким розоватым светом, будто поток лампочек.

Рыба плавала по воздуху вокруг нас, не удаляясь и не сокращая расстояние. Очень медленно, так что при желании можно было пройти мимо, ни с кем не столкнувшись. Но проверять никто не спешил.

— Ты что-нибудь понимаешь? Они так охотятся? — спросил я у Странника.

Тот лишь пожал плечами.

— Это один из самых таинственных и неизученных видов. О них практически ничего не известно.

— Ты упоминал, помнится, миры-заповедники? Это что?

— Есть сектора со странными цепями, которых нет больше нигде, и которые представляют большую угрозу. В такие места стараются просто не заходить и поддерживать в мёртвом состоянии, чтобы эти цепи не распространились.

— И много таких?

— Не очень. Ирреалы — это как раз пример того, что происходит, когда граница такого заповедника нарушена, и твари просочились в другие сектора.

— То есть, ирреалы есть везде?

— Нет, но они часто бывают на нижних этажах в секторах, где их быть не должно. Свой родной сектор, насколько я знаю, они сожрали. Но в других, вроде бы, не поднимаются слишком высоко. Они не очень любят солнечный свет.

— Что ж ты раньше не сказал? — посетовал Мерлин.

— Нет, — покачал головой Странник. — Не любят — это не значит, что им он может чем-то навредить. Просто они стараются не подниматься наверх и редко покидают нижние этажи.

Некоторое время мы просто сидели, глядя на окружившую нас светящуюся рыбу, и ожидали неприятностей. Как бороться с ними — у меня не было ни малейшей идеи, да и ни у кого не было.

— Красиво, — заметила Тия.

С эстетической точки зрения это было действительно красивое зрелище.

— Главное, они, вроде бы, не влияют на разум.

— Влияют, — с улыбкой сказал Хантер. Мы обернулись к нему, и тот пояснил. — Я впервые такое вижу, но, похоже, это не плохой монстр.

— К тебе вернулось предсказание? — спросил я.

— Нет, — помрачнел Хантер, — просто я много общался с Нэссой и пробовал на себе бафы её странной силы. Эти рыбы действуют почти так же. Они пожирают гаввах.

— В смысле? Как Пустотники? — переспросила Сайна.

— Нет, — тихо сказала Тия и улыбнулась. — Я тоже чувствую это. Они прямо сейчас поглощают все наши плохие мысли и чувства. Смотри на их свет.

Я внимательно всмотрелся в рыбу и сперва не понял, о чём она, но затем заметил, что каждая рыбёшка, проплыв несколько кругов вокруг нас, постепенно становилась темнее, теряла яркость и тогда уплывала прочь. Видимо, насытившись.

— Погоди, а это не может лечить пустоту? — осенило меня.

— Вряд ли, — покачала головой Тия. — Это ведь просто наши текущие мысли и чувства. Скоро они вернутся.

Действительно, я чувствую себя слишком оптимистично для лидера, у которого две трети рейда сейчас недееспособны. И сомнений в том, что я разберусь с двойниками, у меня почему-то нет. И вообще, я чувствовал себя всесильным, успешным и полным идей.

Удивительно, что может произойти с головой, если просто избавиться от негативных переживаний и стать на миг непробиваемым самоуверенным оптимистом.

Но об осторожности забывать всё равно не стоит. К счастью, разум у нас был достаточно чист, чтобы понимать это.

Спустя ещё полтора часа удивительное зрелище начало быстро заканчиваться. Последние рыбы теряли светимость и уплывали прочь.

Удивительно, но в ту ночь на нас никто так и не напал, а ирреалы оказались совершенно безвредными. Ободрение тоже было не лишним перед подъёмом. Относительно свежая после ночёвки голова работала значительно лучше, и даже без мудрости природы я набросал примерный план действий. Подъём, восстановление и так далее. Мы знаем, кто наш враг, так что можем подготовиться заранее.

Меня не покидало стойкое чувство, что я упускаю нечто важное. И в то утро я, наконец, понял, что именно.

Я упорно обхожу вопрос с фрагментом левиафана. А ведь именно он поднимет меня на уровень выше. Это сила высшей лиги, вроде Гильгамеша, или Мисы, в чьей божественности никто не сомневается. А я даже как-то несерьёзно на их фоне выгляжу.

Надо бы исправить как-то это упущение.

Но так, чтобы гарантированно не закончить, как тот же Гильгамеш. И один способ этого добиться был.

Терминал Ерша. Он ведь до сих пор находится там, в Оазисе двадцать третьего, где я недолго жил с Селеной и Альмой. В тот момент мы не могли его с собой взять. Сейчас с возможностями Ордена это реально.

Тогда у меня не было фрагмента левиафана, но сейчас всё в наличии. Второй, выпавший из Леви, с частицей таинственной стихии созидания, которой у нас владела лишь Нэсса.

Вернее, её гибрид с хаосом.

Первый фрагмент принадлежал Чёрному Солнцу и затем был передан Гильгамешем Леви. Не знаю доподлинно весь механизм, но чем дольше существует левиафан, тем больше у него фрагментов. Так мне некогда сказал Странник. С помощью него Миса пробудила свою память.

Второй фрагмент, и вторая личность — второе тело Леви — Голубь, обладал другой силой. На основе того же хаоса, но со стихией созидания.

Терминал Ерша даст мне вариант безопасной встройки, от которой я не поеду крышей. Что там какой-то левиафан против тех тварей, которых этот терминал пережёвывал?

С намеченным планом я отдал приказ снимать решётки над нами и создал астральный путь, ведущий наверх.