Капсула модульно-синтетического терминала со щелчком и шипением отворилась. Мы замерли перед ней — обычно проходчик после улучшения мог встать и выйти оттуда. Прежде большинство терминалов, за редкими исключениями, восстанавливал здоровье и возвращал сознание.

Но наружу никто не спешил.

Не выдержав, я подошёл к капсуле, где в белом геле лежала обнажённая девушка со светящимися рогами.

Она смотрела на меня большими, меняющимися зрачками. Горизонтальный, вертикальный зрачок на жёлтом фоне. Зрачок символом «плюс». Затем закрутилась чёрно-жёлтая спираль и глаза поменяли цвет на спираль с бирюзовым и пурпурным. Цвета Мисы.

Лицо её было в порядке. Всё та же милая энирай. Рук и ног тоже правильное количество. Пальцев пять. Всё хорошо.

— Как ты? — спросил я.

— Это сложно описать словами, брат, — произнесла она после долгой паузы. — Но, кажется, здесь мой путь поиска себя заканчивается.

— Это хорошо или плохо?

Она улыбнулась.

— Теперь для меня всё будет по-другому… Могу я увидеть логи встройки, и что за фрагмент я получила? Чувствую себя иначе. Что-то внутри изменилось.

— Мракобестия. Помнишь существо из тьмы со светящимися каменными зубами? Он распадался на несколько своих копий, и смерть одной из них просто переливала силу в других. Они тогда нас заставили отступать в локацию с Орденом Тиши.

— Конечно, помню, — она привстала. В руки девушки сам прыгнул тарийский листвин — скрещенная с мантией броня. Серебристые сапоги ласточки тоже были рядом.

— Как ты себя чувствуешь?

— Пойму, когда увижу логи, — сказала она.

— Ты понимаешь, что с тобой произошло? — спросила Тия.

Она подошла к подруге и начала помогать одеваться и вооружаться. Заодно вырастив растительный заслон перед ними. Я как-то об этом не подумал — слишком переживал за саму Альму, как за младшую сестру.

— Помню бой с предателями. Меня что-то задело. Вероятно, граната. Предположу, что вы не смогли меня воскресить сразу и потребовалось вмешательство терминала. Но не пойму, почему вы не использовали простую модификацию, не задевающую структуру развития. Мракобестия — сильное существо, а я получила новую генетическую ветвь.

— Всё немного сложнее, — поведал я. — Мы тебя едва не потеряли. Тот мод, который был сейчас встроен — единственный способ тебя вытащить. Мы не можем в данный момент искать другой терминал.

— Где мы?

— Десятый сектор.

Альма замерла и с удивлением посмотрела на меня.

— Как долго я была в беспамятстве?

— А ты вообще ничего не помнишь после того момента?

— Отдалённо… — нахмурилась девушка. — Мне снились кошмары. Много кошмаров, где всё вокруг состояло из уродливых монстров. Я думала, что погибла и оказалась в аду, но теперь понимаю, что это лишь морок…

— Ты говорила, что поняла ответ на вопрос — кто ты, и что твой путь поиска себя окончен.

— Скорее всего. Всегда есть шанс, что меня снова увлекут другие вопросы, — улыбнулась Альма. — Сейчас мне важно знать, что со мной и как это произошло…

Она коснулась терминала и начала читать логи встройки. На некоторое время мы все замерли в ожидании. По лицу Альмы было сложно сказать, угадали ли мы с модом, но постепенно черты её лица разгладились, а улыбка стала искренней.

— Это действительно лучший вариант из доступных. И в целом, это именно то, чего я хотела добиться сама. Хотя, конечно, использовала бы для этого другой фрагмент.

— Не парься так. Это модульно-синтетический. Юстовский, короче, который только тебя подпускает. Он, насколько я знаю, не использует сам фрагмент, а создаёт искусственную копию на основе. Так что мракобестией ты точно не станешь. Видишь, в логах встройки нет ошибки по мировоззрению и осознанности.

— И правда, — на лице Альмы было удивление. — Если так, то всё вообще шикарно. Я, наверное, должна благодарить эту гранату.

— Это была не граната, — сообщила ей Тия. — А концентрированная энергия стихии Созидания, которая вступила в контакт со структурой твоей души и дала развитие твоей амальгамической композиции.

— Так… понятно. Нужно попробовать, как это делается… Кстати, как?

Пояснений Система не дала. Альма напряглась и попыталась сосредоточиться. Затем махнула рукой, будто пыталась что-то выбросить из себя. Ничего не срабатывало.

— Тия, как ты это делаешь? — спросил она.

— Тебе не поможет мой ответ. Я концентрируюсь на подходящем теле и представляю себя в нём, пытаюсь ощутить себя им с помощью эмпатии. То есть перенять сенсорные ощущения тела. А перед этим насыщаю тело маной, конечно.

— Точно, мана! — просияла Альма, сосредоточилась и резко выбросила правую руку в сторону, швыряя сгусток черноты.

Послышался мелодичный голос Альмы — из чёрного сгустка, на глазах обретающего форму той же Альмы. Получилось немного грубо, и та сильно ушиблась о пол локации.

Но с этим девушка разобралась сама, собрав огни золотистой энергии жизни и применив их на себе.

— Работает, — не веря своим словам, сказала Альма, довольно улыбаясь.

Затем зажмурилась, собралась с силами и повторила жест левой рукой, выбросив из себя ещё один сгусток мрака. Поднялся лёгкий ветерок, сложившийся в спиральный узор из песка и пыли на давно немытом полу.

— Хою-ами! — произнесла тари с короткой белой стрижкой и кошачьими ушами. — Я снова Миса! Только… — она призвала артефактное зеркало, то зависло рядом с ней, позволяя рассмотреть свой новый облик. — Только поседела. Ну да, ещё бы, столько нервов. Ну и мордашка у нас у всех одинаковая. Сестрёнки, хех. Всегда хотела себе близняшку… ха-ха. Марнин-айрай…

— У-у… я? Это я? Всамделишно? — мягко произнесла вторая Альма. Она неверяще осматривала свои руки. — И в то же время не совсем я. Но я же — я?

— Даже не сомневайся! — показала большой палец седая Миса.

— Это так странно. Я вышла из терминала, а затем… выбросилась в сторону с уверенностью, что я Алихая. Я всегда была Алихаей, но почему-то считала себя Мисой в теле Алихаи.

— Вообще-то базисом тела мы обязаны ей, хотя твоя генетика там тоже имеется, — Миса кивнула на третью.

— А-а… где я? — спросила третья. — Что нужно делать?

— Делать? — удивилась Миса. — У тебя есть самосознание? Ты помнишь, кто ты?

— Я… помню холод. И долгий сон. Я же… часть группы. В голове будто дыра. Я была чем-то одержима и не контролировала, что я делаю. Ничего не понимаю. Помню, как стреляла… только из арбалета, а не винтовки.

— От твоей личности почти ничего не осталось. Но посмотрим, что с тобой можно сделать, — заявила Миса.

— Сделать со мной?.. — не поняла Альма. — Что? Постой… я была одержима тобой, да? Ты тёмный дух! Вот почему…

— Всё есть в твоей памяти, — оборвала её Миса. — Успокойся. По идее, ты — это я, так что база у тебя должна быть та же, что и у меня. Безжалостность должна работать. Вспомни, как её включать. Или возьми арбалет. С ним у тебя прояснится в голове из-за способности юста.

Кот понятливо протянул девушке её арбалет. И как раз вовремя, потому как вскоре им пришлось пользоваться по прямому назначению.

Послышался грохот и выстрелы. Это могло означать только нападение на Обсерваторию. Для старухи было ещё рано, а если это местные монстры — нам конец.

Но как оказалось, я был не прав.

— Прочь, насекомыши! — Рявкнула Фрау, и группу встречающих отбросило в стороны. Выполнявшие роль танков дендроиды на время вышли из боя, но стрелки Лифы и сама она продолжали поливать старуху пулями.

Та взмахнула ножницами — слишком быстро для старческого тела — и перед ней возникло силовое поле.

Затем старуха с невероятной скоростью прорезала пространство и прыгнула в портал, чтобы выйти прямо нос к носу ко мне.

Я удивился такому ходу, но не растерялся и бросил себе под ноги связку гранат. А сам перенёс сознание в растущий клон моего тела.

Как я и думал, предосторожность оказалась вовсе не лишней. Ещё до взрыва Фрау с немыслимой скоростью, разрубила ножницами мою копию.

— Ты заплатишь за содеянное, Арктур Алолесный! — пророкотала она скрипучим ледяным голосом.

— Вы напали, я защищался. Я в своём праве! — крикнул я.

— Ты бедствие! — послышался её голос у меня за спиной, но когда я обернулся, там никого не было. Настоящая же бабка атаковала с другой стороны и абсолютно бесшумно. Спас только покров.

Я ударил в ответ, направив на неё всю растительность вокруг нас. Активировал плач цикад и атаковал во всю мощь растительной цепи.

Из руки выстрелил Майр, но Фрау легко уклонилась и поставила между нами заслон ножницами. Ещё одно силовое поле.

— Ты никогда не меняешься, Артерикс! Настырно прёшь, куда не следует, каждую чёртову жизнь! — прорычала она. — А сейчас ты убил мою ученицу!

— Отдал Системе на перерождение.

— А учить её тоже заново будешь, умник?

Движения карги были совсем не старушечьими, да и не человеческими вовсе. Со змеиной резкостью и точностью она ударила ножницами сбоку, но я остановил её барьером в браслете. Тот напряжения не выдержал и осыпался.

Следующий удар последовал молниеносно, но замедлился в алом свете ионитов. Сайна применила остановку времени. Верней, её навык искажал время вокруг неё самой. Благодаря этому она смогла сравняться в скорости с Фрау, но всё равно проигрывала ей в технике.

Боевой опыт тысяч дней был явно виден по движениям старухи. Фрау отбила болт, пущенный Альмой из арбалета. В бою третья версия девушки вернула себе крупицы осознанности — глаза её заблестели, и она начала посылать болты со смертельной точностью.

Сайна тоже не прекращали пальбу. Судя по тяжёлым шагам, её гвардия робота из Вереск, Лорелей, синеволосой и бегущего за ними некрочешира была рядом с ней, охраняя жизнь механистки.

Каргу окружали, но та ловко вырвалась порталом и оказалась за спинами проходчиков. Взмах ножницами оборвал жизнь одного из киборгов, затем портал к раненому Манри — Фрау ловко насадила его на ножницы и резко развела рукоять, разламывая некродендроида.

Круговой взмах в попытке достать Рэйдала, но тому хватает ловкости уклониться. А старуха тем временем не глядя открывает портал и шагает назад, появляясь у меня за спиной. Приём не новый, так что там же она попадается в ловушку в виде облака незримой плесени.

Злобный рык, который не мог принадлежать человеку. Ненависть, разлитая повсюду, ощущалась физически. Старуха топнула ногой, поднимая вверх крупицы разбитого пола, и изо всех теней потянулась энергия, собиравшаяся в форму чудовищ.

На поле боя появились четыре крупных чёрно-лиловых полосатых саблезубых тигра, силуэты которых двоились в глазах. Сама старуха перешла в стихийную форму и втянулась чернотой в пол.

Поняла как-то, гадина, что угодила в плесень.

Я запустил миазмы циркулировать по кругу в локации. Само место работало на меня.

— Эти ножницы режут нити судьбы, Артерикс! Те, кто попадётся под них — не имеют будущего!

Вслед за этим послышался крик.

— Скольких ты готов потерять, друид? Или ты, как Аркфейн, кайфуешь от потери товарищей?

Послышался крик Листвички. По полу проскользил старый арбалет Альмы. Новый же выпустил ещё один арбалетный болт, больше напоминавший копьё. Фрау Труда отбилась барьером и коротким порталом перешла к эльфийке. Но та была готова к такому повороту событий и тоже обладала тысячами лет опыта.

Первая кровь в этом бою оказалась за ней. Увернуться до конца Фрау не смогла — фактически она вышла из портала под дуло. И сразу же раздался выстрел артефактной пушки, которая вырвала плечо вместе с рукой.

Как я и думал, под старческой кожей не было плоти. Лишь клубящийся мрак и сияющие белые нити. Думать, что это, времени не было.

Слышались крики и звуки идущего боя. Призванные двоящиеся саблезубые тигры набросились на остальных, насколько позволяли размеры локации. Синие росчерки пламени говорили о том, что Мерлин сражается с одной из зверушек. Белая взяла на себя вторую и проигрывала — пустота пробралась в её душу, и движения девушки стали нервными. Ещё двух монстров я не видел, но не сомневался, что они никуда не делись.

— Нужно было тебя стереть навсегда ещё в первый раз! — произнесла она и атаковала меня ножницами.

Удар отразил покров, а я ответил ей Майром. Но не успел. Раненое плечо старухи при этом уже практически заросло.

— Сколько раз, в скольких жизнях я должна повторять, что выхода нет⁈ Строители не задумывали выход из этого места! Путь в Стене должен был быть вечным! Его не существует! На дне нет ничего кроме моря цепей!

— Тогда почему вы не позволяете его увидеть?

— Потому что оно тебя сожрёт, глупец!

Мелькнула ещё одна стрела Альмы. Старуха отбила её ножницами, теми же неестественно быстрыми движениями. Затем отбила чью-то пулю и сходу рубанула меня. Но ножницы столкнулись с тяжёлой рамой огромного зеркала.

— Мы не будем здесь сидеть вечно! — зло прорычала Селена. — Да покарают бесконечные травы поправших волю мою!

Энергия магии природы подняла листья и травы, увеличила их прочность и множество зелёных игл вошли в тело старухи. От них она защитилась стихийной формой. Хищная тьма поглотила растения, после чего чернота ринулась ко мне.

Хочешь победить врага — удиви его.

Резко перехожу с энергии жизни на некротизм, и из обломков мёртвой древесины восстают два голема. Один из них — с источником магии. Он сразу же применяет волну магии смерти, которая прокатывается по спине другого некро-древня и уносится к карге.

Фрау резко с шумом выдыхает воздух — изо рта старухи вырывается чёрное пламя — один из гибридов стихии огня. Я пытаюсь поймать её побегами цветов зла. Пустота — единственное, что хоть как-то работает.

Неубиваемая тварь, в которой от бабки был только возраст и облик, передвигалась с немыслимой скоростью. Сайна без остановки перезапускала временные аномалии, чтобы позволить нам сравняться с её скоростью. И единственная надежда победить в бою с пришедшей слишком рано Фрау была в том, чтобы использовать наши преимущества — количество и контроль над локацией.

Несколько раз она порталами оказывалась рядом с механисткой и пыталась задеть проклятым кинжалом с чёрно-лиловым огнём. Но девушку хорошо защищало трио механизмов. Старуха и не настаивала — она ни с кем не вступала в долгое противостояние. Её тактика была во множестве быстрых болезненных уколов. Чтобы выбить сперва слабых внезапными ударами в спину, постепенно сокращая нашу численность.

Каждая такая жертва ложилась на мою совесть, потому как мы ещё не знали, можно ли будет как-то воскресить убитых этим артефактом. С Рейном пока не получалось.

Потерпев неудачу в попытке убить Сайну, она снова отыгралась на ком-то из группы Лифы, после чего получила стрелу крови и заряд универса от Элейса. Магию старуха погасила и впитала в себя. Однако заря универса был слишком быстр даже для её рефлексов и достиг цели.

Часть тела чудовища отвалилась и разлилась на полу чёрной жижей. Фрау даже не замедлилась и уже быстро регенерировала. Создавалось ощущение, что она давно потеряла привязку к форме и была чем-то сродни живого элементаля, который поддерживает форму старушки неким модом со свойством мимикрии, как каждый второй обладатель странных негуманоидных рас.

Проблема была не в том, что мы её не пробивали — изредка нам удавалось её поймать. Нас было слишком много, и даже сверхсущество, с лёгкостью отбивающее пули, не могло защититься от выстрелов и магии сразу отовсюду. Даже сама локация под воздействием «хищных земель» пыталась зацепить её чем-то или удержать.

Тем временем, потери в строю продолжались. Лифа второй раз поразила Фрау, причём на этот раз пулей с кровью ляпуса, но почти сразу поплатилась за это жизнью.

На короткий миг мне показалось, что это победа. Но наша противница оказалась крепче — она отделилась и принялась регенерировать от одних лишь ног. Саму Лифу же настигла кара в виде неизвестного заклинания карги. Эльфийку разрезало на множество тонких листов. Сверху на уже погибшую девушку зачем-то обрушились ещё и ножницы, а в бок Фрау вошёл болт Альмы.

Тело старухи дёрнулось, и в другой бок прилетела пуля с криотиком. Стрелком неожиданно оказался выживший тари. И вид у него был самый воинственный.

Фрау взмахнула ножницами, но в спину прилетела синяя стрела огня Мерлина. Если он осободился от сдерживания призванных монтров, значит справиться с ними как-то удалось.

Бой становился немного сюрреалистичным, но я уже видел его конец. Старуха была сильнее нас, однако не могла сражаться сразу с таким количеством окруживших её противников. Она не ожидала увидеть здесь такой комитет по встрече. Несмотря на всю свою силу и скорость, за всеми она не поспевала.

Разделёнными ножницами она отбила ещё несколько выстрелов, затем снова попыталась зарубить Сайну, поддерживающую постоянный перезапуск неприятной для неё способности с искажением времени. Снова столкнулась с роботами, зарубила новенькую синеволосую, отрубив голову и сильно повредив механизм в области живота.

Но робот был просто жестянкой, и забрать его судьбу она своим артефактом не могла. Всё острее становился вопрос выносливости. Кто первым выдохнется? Это натолкнуло меня на мысли об использовании этиний, и регение оказалось верным.

Первая же, сумевшая коснуться этого чудовища растительная пиявка аж засветилась от пожираемой прорвы энергии, а старуха будто стала чуть меньше. После этого она не пропустила ни одной этинии и отвлекалась на их устранение магией или уклоненялась от них.

Противнику приходилось тяжело под давлением группы.

Сгустком мрака она мгновенно перешла слева от меня и атаковала вновь. Защит уже не оставалось, но был старый трюк с переносом сознания в тело клона. То же, что было моим телом только что — было пробито насквозь ножницами. Затем Фрау резко их раскрыла, разрывая тело, и сразу же отхватила облако спор незримой плесени, а одержимый цветами зла древень, которым стало всё остальное, принялся её оплетать колючими ветвями, несущими мой гибрид мёртвой магии.

Урон пустотой старуха уже ощутила. Попыталась уйти коротким порталом, но что-то сработало не так, и она лишь отскочила на пару шагов. Подвижные ветви вновь взяли её в оборот.

— Меня так не убить! — крикнула она и отбила ещё один арбалетный болт. Затем резко разделила ножницы на два клинка и принялась с невероятной, запредельной скоростью освобождаться от пут.

Где-то рядом завыла призванная тварь.

Левитирующее зеркало Мисы настигло её со спины, повалив на пол. Из зеркала выскочила Альма с арбалетом. Следующая стрела была необычной — я узнал светящийся контур стрел «богоборца».

Увернуться она уже не могла на такой дистанции. На полу разлилась чёрная жижа. Тело старухи начало рассыпаться в мерзкую субстанцию из чёрной клокочущей слизи.

— Я… ещё… вернусь!… — прошипела старуха, ловя болт затылком.

На месте тела падшей богини осталась лишь лужа из чёрной мерзкой жижи с лопающимися пузырями.

— Тебе не покинуть это место, — послышался шёпот старухи где-то над головой. — Я буду забирать вас по одному!!

Некоторое время мы сидели в тишине, не веря, что жестокий бой с опасным врагом прервался. Наконец, Сайна спросила:

— Она что, всё? Или ушла?

— Ушла, конечно, — ответил я с сожалением. — Она, походу, тоже с кучей модов на бессмертие, так что всё не может закончиться так просто. Может, у неё где-то схроны с запасными телами.

— Но обещала вернуться, — добавила Тия.

Троица Альм переговаривались чуть в стороне от остальных.

— Как те, кого она успела зарубить? — спросил я у них.

— Я пытаюсь понять, — ответила та, что с рогами энирай. — Тела я восстановлю. Но здесь что-то нарушено с привязкой души.

— Давай попробуем связку с твоим перерождением? — предложила Альма с кошачьими ушами и посмотрела на Селену.

— Говори, что делать, Миса. Навык «природного перерождения» заново привязывает к новому телу, но иногда магия прописывает код.

— Она очень сильный проклинатель, — подала голос Тия. — Нам очень повезло, что я хаархус, а у Арка способность превращать проклятия в чистую ману. Но мы заблокировали сильнейшую ветвь способностей Фрау.

— Тогда понятно, почему она пошла в затяжной бой. Мы не должны были дожить до исхода.

— Проклятия должны были выкосить нас гораздо раньше, — подтвердила Тия. — Физические сражения с использованием ножниц — вынужденная мера, а не основной стиль боя.

— Мда… — покачал я головой. — Надеюсь, все помнят, что она обещала вернуться?

— Нужно уходить отсюда как можно скорее, — предложила Белая. — Альма прошла модификацию. Разбираться будем потом. Мы должны покинуть это место прямо сейчас!