На пороге нас встретил Джек. Охраны оказалось не так много, как я думал. Август полагался на уже знакомую мне группу. Учитывая размеры города, в котором точно жило несколько сотен тысяч человек, недостатка в верных людях у него не было. Создавалось ощущение, что наш визит здесь не афишируется.

Внутри Обсерватория была типовой, но сильно расширенной и снабжённой техникой. Стеллажи с книгами до высокого пятиметрового потолка пребывали в идеальном порядке. Было тепло, хотя с температурой здесь везде было всё хорошо.

Направились мы не наверх, как я сперва думал. Там располагался главный терминал сектора, потому место вполне походило на рабочее место корректора. Но вместо этого мы свернули влево от входа. Туда, где в двадцать втором был спуск в подвальное помещение — лабораторию Принца, которую нам когда-то предоставляла Серая.

— Вниз? — удивился я. — Мы идём на первый?

— Корректор сейчас в своей лаборатории. Будет лучше… — начал было Джек, но его остановил механический голос из динамиков в Обсерватории.

— Нет-нет, я уже иду. Размяться никогда не повредит.

Мы с Тией переглянулись.

— Элеонора, будь добра, поставь для нас чай, — послышался голос.

— Идём, — коротко бросил Джек.

Я проследовал за ним — к уютному столику неподалёку от крупного телескопа, значительно более мощного, чем был у нас.

— Интересное устройство, — отметил я. — Я могу воспользоваться?

Наш спутник замешкался, но Август, кажется, прекрасно нас слышал, потому как механический голос сразу ответил:

— Конечно, смотрите на здоровье!

Джек остался равнодушен к этому. Значит, чего-то секретного в телескопе не было.

Я направил взор в сторону далёкого от Стены гигантского леса, вершины которого видел далеко отсюда ещё когда впервые вышел наверх. Сила телескопа позволяла рассмотреть деревья получше.

Они выглядели мёртвыми. Хвойного типа, хотя конкретный вид мне был неизвестен. Иглы были длинными, наверное, как рука по локоть, а может как целая. Цвет — болезненный серо-коричневый с зелёным оттенком. Издали они казались полноценными, но благодаря мощному увеличению их можно было рассмотреть лучше.

Детально осмотрел несколько растений, но ни одного живого существа там не заметил. Одно место было очень похоже на гнездо. Может, давно покинутое, а может, мне просто показалось, и это лишь нагромождение сломанных игл и мелкого мусора, нанесённого с ветром.

Затем посмотрел вниз. Море костей продолжалось до самого леса. Дальше из-за плотного строя миазмов рассмотреть ничего не удавалось.

Зато море костей больше не казалось мёртвым. Теперь я, спустившийся ниже, знал, что это место лишь кажется безжизненным. На самом деле я прекрасно знал, что находится там.

— Ну как вид, господин Арктур? — послышался мягкий голос корректора Августа.

— Мрачный, — ответил я. — Думал, если телескоп мощнее, то и знаний станет больше.

— Просто мы используем его, чтобы смотреть в небо, — ответил он и, пройдя к столу, сел в мягкое кресло.

Мой взгляд застрял на лице мужчины, которого до этого я видел лишь в чёрно-белом варианте на экране. На вид ему было около шестидесяти, но внешний вид в Стене не имеет значения. Короткие седые волосы, короткая аккуратная борода, родинка на щеке. Одет он был просто, в лёгкий пиджак нараспашку и белую рубаху с расстёгнутой верхней пуговицей. Одежда человека, который слишком занят сложной работой, чтобы думать о таких мелочах.

Но во взгляде его ироничных глаз читалось нечто большее, я пока не мог определить, что.

Отойдя от телескопа, я вернулся к столу и сел рядом с Тией. Та сразу же коснулась рукой моей руки и передала мысленно:

— У него невероятно силён ментальный план. Как у очень могущественного псионика, — послышался голос девушки у меня в голове.

— Нет, я не псионик, — улыбнулся корректор Август. — Хотя такой силой тоже владею.

Я непроизвольно вздрогнул. Читает мысли?

— И мысли я тоже не читаю, если что, — улыбнулся он, непринуждённо сел и взял со стола чашку чая. — Хотя, при желании, конечно, могу.

— На всякий случай буду считать, что у вас несколько направлений, одно из которых вполне может быть магией разума. Нам уже приходилось сталкиваться с этой силой.

— Интеллект, — улыбнулся он. — Моя раса и высокий интеллект автоматически делают меня магом разума четвёртого круга. При виде меня все ощущают это превосходство и думают, что это аура сильного псионика. Но у нас с корректором Лысым совсем разные направления развития. Я зачастую использую интеллект иначе.

— Город у вас действительно впечатляющий. Видно, что здесь всё делается для людей.

— Спасибо. Я убеждён, что проходчики могли бы добиться многого, если бы не затевали конфликты из-за такой мелочи, как награды сломанной Системы.

— Очень рад это слышать. Мы за награды тоже не боролись. Система сама щедро осыпает дарами тех, кто спускается вниз. Чем затевать войны между секторами, можно просто пройти пару фильтров и получить гораздо больше.

— Шанс смерти, как многим кажется, тоже будет выше. Но ваш взгляд на вещи никак не конфликтует с нашим, так что между нашими секторами нет идеологических разногласий.

— В этом я соглашусь с вами, — сказал я. — Объединяясь и действуя сообща, можно сделать спуск вниз занятием во много раз более безопасным и получить гораздо больше артефактов и ценностей. Впрочем, предметы не являются целью моей работы. Они лишь её следствие.

— Понимаю… — кивнул Август.

— К слову, меня мучает вопрос, — продолжил я. — Зачем вы хотели, чтобы мы посетили ваш город, и зачем хотели видеть меня лично? Честно говоря, это выглядит ловушкой, с учётом того, что обычно вы проявляете крайнюю степень осторожности.

— Мои люди часто осторожничают, когда дело касается меня. Некоторые ещё помнят, каким был этот сектор до того, как я стал в нём первым. Но, к сожалению, забывают, что я и по сей день остаюсь первым проходчиком семнадцатого сектора.

— Глядя на город, можно понять, почему они вас ценят, если это вы выстроили такое место.

Август заулыбался и пригладил бороду. Было видно, что похвала ему приятна. А я вспомнил, как во время наших первых разговоров он с гордостью говорил, что у них в секторе давно есть все бытовые удобства для жизни простых людей.

Общаясь с нами вживую, корректор семнадцатых создавал совсем не такое впечатление, как через чёрно-белый экран. Казалось, от образа самодовольного параноика не осталось и следа. Сейчас он напоминал больше доброго мудрого короля из сказки.

— Говоришь, зачем мы тебе всё это показали? — спросил Август. — Всё просто. Я хотел показать, ради чего мы стараемся. За твою голову обещают просто невероятную награду. Когда-то давно пятнадцатые едва не уничтожили сектор в попытке добыть одну мифическую реликвию. А за вас Стена готова выдавать их с десяток.

— Тогда почему?

— Кто совершает подобное из жажды наживы, заканчивает так, как пятнадцатые. Система пяти владык уничтожена. У власти самый слабый и почти недееспособный из них и пришлые, которым вообще плевать на сектор. Мы умеем учиться на чужих ошибках и учить других. Война с двадцать вторым сектором нам не нужна и проверять, чей сектор сильнее — только подставляться для удара в спину.

— У вас так много врагов?

— Пятнадцатые могут попытаться взять реванш в любой момент. Девятнадцатый поддерживает мир, но власть корректора Лысого шаткая. У них уже были попытки переворота. Представители одной из двух самых сильных революционных ячеек — наши прямые идеологические враги. В попытки воссоздать цепь композита мы будем вынуждены вмешаться. Плюс чернии. А боевые артефакты проходчика редко могут решить наши задачи.

— Как успехи с летающим городом?

— А кто вам сказал, что у нас летающий город? — улыбнулся он.

— А это не так?

— У нас разные проекты, и большая часть из них засекречена.

— Но ваша главная цель — выжить после разрушения Стены, не так ли? Вы не собираетесь сидеть и ждать конца, как ревизор системы?

— Фрау Труда… нам не враг. Её цели, вернее, цели мертвеца на троне Администратора, лежат в том, чтобы сохранить текущий баланс сил. Мы же изоляционисты и никак не влияем на баланс, — сказал он и затем чуть поправился. — По крайней мере, не влияем в той мере, как наши соседи.

— Зато у нас с ней полная конфронтация. А теперь ещё и кое-какие личные счёты.

— Месть — это контрпродуктивное чувство, Арктур. Но это ваше право.

— Моего друга в бою задели её ножницы, и теперь мы не можем его возродить в терминале.

— Сожалею. Ранение, нанесённое оружием норны, обрывает нити судьбы.

— Вам что-то известно об этом? — спохватился я.

— Только то, что они обрывают судьбу, вследствии чего наступает мгновенная смерть и перерождение, потому как без судьбы жизнь невозможна. По этой же причине пустотники долго не живут, пожирая свою судьбу, лишают себя в том числе и физического существования.

— Неужели ничего с этим нельзя сделать?

— Полагаю, душа вашего друга уже у Системы. Возможно даже в новом теле.

Я тяжело вздохнул. Наверное, Альме лучше этого не говорить.

— А как насчёт системных методов? С помощью терминала?

— Для этого понадобится высокий статус в ветви юстициаров… Если система ещё не провела процесс реинтеграции души проходчика, можно попробовать направить душу в нужный сектор.

— Сколько у нас времени, и что для этого конкретно нужно?

— Главный терминал и сектор, где твои полномочия будут самыми высокими. Затем, возможно, придётся убедить Систему в том, что нужно перерождение именно в этом секторе. Желательно, без личных мотивов. Если твой друг был юстициаром — шансов на это больше. Если бедствием — меньше.

Я хотел было ответить, но где-то вдалеке послышался вой сирены.

Август едва заметно приподнял брови.

— Пойду проверю, — коротко бросил Джек.

То, что он отошёл, менее защищённым Августа не сделало — к нам сразу же сделали шаг Морана и Оскар. Да и Сайлас стал поглядывать в нашу сторону чуть чаще.

— Летуны? — предположил я.

— Возможно, — задумчиво ответил Август.

— В общем, если дела обстоят так, что у нас ограничено время, то, наверное, мы бы покинули ваш сектор и поспешили домой. Если только у вас нет решений попроще.

— К сожалению, единственное, о котором я знал, я вам поведал, — ответил Август. — Соболезную.

— Не стоит. Ещё ничего не закончено.

Август кивнул.

— В вас говорит забота о своих людях. Это одна из тех причин, по которым я хотел предложить…

Сирена усилилась, где-то снаружи послышался взрыв.

На лицах охраны стояло недоумение.

— Полагаю, так бывает не часто? — уточнил я.

— Последний раз — во время прорыва пятнадцатых в город, — ответил он. — Скажите, Арктур, это ведь не ваши знакомые?

— Если вы намекаете на пятнадцатых, то я понятия не имею. Мы лишь поторговали и пошли дальше.

— Вот как, — задумчиво кивнул Август. — Скажите, Арктур, а что служило средством бартера? С вашей стороны, полагаю, пища. У анархистов традиционно проблема с продуктами. А что получили от этой сделки вы?

— Фрагменты.

— Я так и подумал, — вновь кивнул Август. — Фрагменты черний, я полагаю?

— Разных существ.

Сайлас хлопнул себя по лбу.

— Вот как… — задумчиво покивал Август. — Элеонора, передай, пожалуйста, в центр управления, чтобы там перешли к протоколу шесть, против черний.

— Хотите сказать, это мы их привели? — спросил я.

— Полагаю, вас подставили, — тяжело вздохнул Август. — У меня было предположение, что это они как-то сумели завязать на вас «концерт». Но, похоже, ловушка была двойной. Сумасшедшая никак не уймётся со своей местью…

— О ком вы?

— Щука. Она периодически проверяет нас на прочность, засылая подлянки.

Я промотал в памяти диалог с пятнадцатыми. Кей показался мне вполне искренним парнем, да и шестнадцатый мы пересекли во многом благодаря полученной от него информации. А вот лут… мог ли он знать, что фрагменты с черний привлекают других черний?

Таких фрагментов у нас с собой было достаточно много. И тут, кстати, вопрос — ведь Кей утверждал, что чернии крайне редко пересекают барьер. Или они там стоят тысячи дней, или чернии приходят чаще чем раз в тридцать дней, но что-то здесь не сходится с количеством фрагментов, которые у них были в наличии.

— В таком случае, я бы хотел помочь в обороне, — сказал я.

— Не стоит, мы справимся с этим.

Дверь с шумом открылась. На пороге стоял Джек. Я впервые видел его такими встревоженым.

— Корректор… — он замер, глядя на нас.

— Чернии, — подсказал Август.

— Да. Их очень много. Тени, зрители и страждущие. Но возможно, есть и другие. Это самый масштабный прорыв, и они… кажется их главная цель — Обсерватория. Они пришли за нашими гостями.

Джек гневно посмотрел на меня.

— Позвольте мне помочь, — повторил я. — Если вы правы, это я навлёк беду на сектор, будет справедливо, если я приму участие в обороне.

Джек немного растерялся от моих слов, а Август чуть улыбнулся.

— Хорошо, продолжим наш разговор чуточку позже, — сказал он. — К слову, аудитор Арктур, как вы планируете бороться с черниями?

Ответ был явно с подвохом, потому как на лице-маске Сайласа и в уголках губ Оскара я увидел усмешку.

— Молния, сильный ветер, обкаст созиданием и фотонное оружие техноцита, — не стал скрывать я свой простой как двери план.

— У вас хороший сенсор, — уважительно ответил Август. — А насчёт оружия техноцита, позвольте спросить, где вы его взяли? Мне бы, признаться, не хотелось встречать на своей земле усиленный техноцит того чудовища, которое считается наместником шестнадцатого.

— Если и нужно предъявлять к кому-то претензии, то к маггитам, которые устроили геноцид техноцита посреди дороги. Мы только взяли с собой парочку образцов.

На лице корректора появилась улыбка.

— В таком случае, образец этого оружия был бы хорошим способом показать нам готовность к сотрудничеству.

— Не вопрос, — легко согласился я. Оружие техноцита в шестнадцатом секторе, а точнее, их необычные фотонные излучатели, не имели ценности как оружие против людей. Это специальное оружие против черний. А их нам было нисколько не жалко. — Мог бы передать прямо сейчас, но у вас не работают пространственные навыки.

— Хорошо. Джек, проводи наших гостей к балкону.

Он кивнул и вновь открыл дверь.

Снаружи, за пределами города сектора, царила вьюга. Но над городом семнадцатых было силовое поле — сейчас оно виднелось особенно ярко: сгустки снега с кусочками льда сталкивались с барьером, создавая едва заметные волны, из-за которых он становился видимым.

— У края есть область за барьером, — пояснил проходчик. — Мы не можем во время боя снимать «замок смещений». Этого достаточно?

— Для оружия хватит, — кивнул я и посмотрел влево, на город.

Слышались выстрелы. Массивные металлические орудия, расставленные по всему городу, нервно дёргались, выискивая потенциального противника в небе. Выла сирена. Где-то вдалеке слышался шум идущего боя.

Это не было постановкой, в городе реально были большие проблемы. Мысль об обмане до последнего теплилась в груди. Что такое чернии, я уже понял, и если там что-то вроде тех же концертов, дела плохи.

Мы с Тией шагнули к краю балкона, на котором стояла Обсерватория.

— Свяжись с Белой. Мне нужна вся инфа по тем, кого она увидит. Сайна пусть готовит дроны, как вернёмся к Августу, запрошу какие-нибудь цифровые метки, чтобы их не сбивали. Не знаю, есть ли у них кто-то со способностью Белой…

— Да, я уже… — начала было Тия, но в этот момент я вдруг почувствовал, как из меня выбило мощным ударом весь воздух.

Прямо передо мной стояла Фрау с пылающими чёрно-лиловым ножницами.

— Твой артефакт не сможет защищать тебя вечно! — проскрежетала старуха и сделала шаг в мою сторону, волоча божественный предмет за собой.