Попытка убить Императора проваливается. Задуманный Вильямом коварный план рассыпается на куски. Что-то пошло совершенно иначе, не так, как было запланировано. Куда-то исчез его ценнейший партнер — Пьетри. И одновременно с ним все узники, содержавшиеся в подземелье поместья Пьетри. И самое важное — из заточения сбежал Лаки, проклятый калека.

Столь же неожиданно опустели и лаборатории. Пропало все: и персонал, и оборудование, и уже готовое, но еще не отправленное на тайные склады снадобье. Хорошо хоть какие-то запасы зелья уцелели в тайниках. Вильям был в ярости. Он метался по комнате как зверь в клетке, измеряя ее шагами.

На массивном столе из дуба, настоящем произведении искусства, стоял бокал с дорогим коньяком и почти пустая бутылка, но, несмотря на выпитое, опьянение не приходило. Нервы были на пределе. Болезненная пульсация в голове сводила с ума. Вильям не мог понять, что происходит. Он подозревал предательство Пьетри. Но как ему удалось провернуть все так тихо, что даже соседи не заметили переезда? Охрана, прислуга, заключенные, лаборанты, подопытные и сам хозяин — все растворились в одну ночь. Настоящая чертовщина… И самое поразительное, что ни в порту, ни у городских ворот эту внушительную группу людей со всем имуществом никто не видел.

Вильям остановился у стола. Схватил бокал и залпом выпил остатки. Горло обожгло огнем. Тепло медленно растеклось по пищеводу. С грохотом поставив бокал на стол, Вильям судорожно вдохнул. В глазах слегка помутилось. Мужчина тяжело опустился в кресло. Живот уперся в колени, причиняя неудобство. Прокля́тый лишний вес… Прокля́тый Пьетри… Прокля́тый город…

Внезапно Вильяма пронзила мысль. Крам! Этот хитрый шельмец! Он всегда был умён и амбициозен. Беспринципный сукин сын. Отлично!

Грузный мужчина резко встал с кресла. Нужно действовать! Нельзя сидеть сложа руки и ждать, пока его схватят и повесят за попытку очередного свержения. В прошлый раз ему стоило больших трудов отвести от себя все подозрения. Пришлось пожертвовать двоюродным братцем и его семьёй. Жаль только, что не казнили Крона, а обошлись только тем, что выкинули императорского родственничка на помойку. Ну, ничего, ничего… так даже забавнее вышло: наблюдать, как троюродный правнук самого Императора побирается на кулачных боях у безногого калеки, было особым удовольствием.

— Игнатий! — прокричал он, обращаясь к своему преданному помощнику. — Игнатий, чтоб тебя!

— Здесь я, господин! — в апартаменты вошел солидный господин, худощавый, с сединой в волосах, но с грацией профессионального киллера. — Чего изволит хозяин?

— Разыщи мне Крама. Прикажи этому отродью предстать передо мной. Сию же минуту!

Игнат безмолвно утвердительно мотнул головой, отвесил поклон и удалился.

Вильям с облегчением плюхнулся обратно в кресло, но тут же скривился от стеснения в боках. Мебель уже не соответствовала его внушительным габаритам, настало время заказать что-то попросторнее. А лучше сразу занять императорский трон, и чем скорее, тем лучше. Да, трон достаточно широк. И комфортен. Вильям ухмыльнулся, представляя, как Крам, сотник личной гвардии императора, предательским ударом обрывает жизнь этого зазнавшегося потомка богов и отправляет его алчную и мечтательную душу обратно к отцу, на небеса. Крам…

— Юнец… — жадно пробормотал он. — Столько лет я лелеял тебя, незаметно продвигал вперед. Ведь именно благодаря мне ты так быстро поднялся по служебной лестнице и достиг столь высокого положения. Солдат. Пришло время платить по счетам, — пробормотал Вильям, и хищная улыбка обезобразила его лоснящееся от жира лицо.

* * *

Ворн пробудился среди ночи, объятый смутным предчувствием беды. В убежище, устроенном в подземелье небоскреба, где уставшие путники нашли приют и безопасность, царили тишина и покой. Размеренное дыхание спящих и редкие звуки падающих капель воды нарушали эту идиллию. Однако опасность словно ледяная змея пробиралась под одежду, заставляя спину покрываться неприятным ознобом. Вздрогнув, мальчик попытался напрячь зрение, слух и обоняние. Все спокойно. Никакой угрозы. Но что же вызывало это беспокойство? Ворн вспомнил наставления старого Кармана об отделении души от тела. Закрыв глаза, он расслабился и… вот он уже наблюдает за своим телом со стороны. Невидимым духом мальчик обследовал спящих товарищей, внимательно всматриваясь в лица. Дыхание Борга, Кира, Профа — все в норме. Подошел к Гобле, затем к Ноэлю — они тоже мирно спали. Оставалась Лина. Девочка, прижавшись к мрякулу, тихо посапывала. Ворн растрогался, но внезапно кое-что привлекло его внимание. Приглядевшись, он заметил, что её глаза под сомкнутыми веками быстро двигались, будто ребенок читал во сне. Что-то необычное происходило с ней. Может быть, ей снились кошмары? Но лицо ее было безмятежным и спокойным. Он хотел коснуться её волос, но вовремя остановился и отдернул свою бесплотную руку. Девочка внезапно открыла глаза.

— Активирован протокол «Защита», — еле слышно прошептали ее губы. И горизонтальная полоса тусклого голубого света, словно сканер, прошла сквозь бесплотного Ворна сверху вниз.

— Объект Ворн. Протокол отменен, — глаза девочки снова закрылись, и она уснула как ни в чем не бывало.

— Ни хрена себе… — изумленно прошептал ошеломленный парень, широко раскрыв глаза. — Что это только что было⁈

Ворн поспешно вернулся в свое тело. Хотелось вскочить с лежанки, растолкать девчонку и немедля допросить ее, но поднимать переполох не хотелось. Он не знал, как поступить.

Девочка вновь что-то прошептала и резко села. Медленно повернув голову, она, не мигая, уставилась на дверь. Приглушенный свет лампы, оставленной на ночь, едва освещал комнату, но глаза Ворна хорошо видели в полумраке.

Это умение мальчик приобрел после путешествия в пещерах Наблюдателей. Свиток, впитавшийся в его тело, все же изменил организм, и теперь подросток постепенно открывал в себе новые способности. Обострилось не только зрение, но и все остальные чувства. Улучшилась реакция, повысилась выносливость и память. Мозг стал работать намного быстрее, чем прежде. А еще Ворн заметил, что ему стало легче общаться с мрякулом. На других животных он пока не проверял телепатическую связь, но вот со своим Полканом говорил совершенно свободно, лишь изредка прибегая к образам, если нужно было увидеть что-то глазами зверя.

Лина поднялась с лежанки и совершенно бесшумно подошла к входной двери. Прислонилась к ней руками и лбом. Что-то происходило, но что именно, мальчик не понимал. Он сел, сжимая кукри в руке. Рукоять была теплой. Внимательно наблюдая за ребенком, Ворн тихо позвал девочку по имени. Но та, не отрывая лба от двери, лишь показала рукой короткий предупреждающий знак, мол, тихо. Подожди. Ворн прекрасно понял ее без слов. За дверью кто-то был, и этот кто-то явно представлял угрозу.

Ворн поднялся. Тихо, как призрак. Руны на его клинке слабо пульсировали светом, и он знал, что этот свет кроме него никто не видит. Раньше он думал иначе, но опытным путем выяснил, что магию его оружия может увидеть далеко не каждый. Он уже собирался подойти к двери, когда Лина повернулась к нему лицом. Глаза у девочки, совершенно черные, медленно приобретали нормальный вид.

— Злые люди, — прошептала Лина. — Они шли сюда. Хотели войти, но я их прогнала.

— Прогнала? — недоверчиво переспросил Ворн, приподняв бровь. — И как же ты их прогнала? — гнев начал медленно подниматься. Недоверие, настороженность. — Кто ты?

— Я их обманула, — лицо ребенка было не по-детски серьезным и сосредоточенным. — Показала им страшную живую стену вместо двери. Они испугались и ушли отсюда. Но они еще рядом. Я их чувствую. И слышу, — она подняла глаза к потолку, словно сканируя пространство сквозь железобетонные перекрытия. — Они там, — подняла она руку, указывая пальчиком вверх. — Спорят. Им страшно.

Ворн кивнул и продолжал смотреть на Лину в строгом ожидании, показывая, что эта важная информация им получена, но на свой вопрос он ответа не услышал и ждет его.

— Ложись спать, Ворн. До утра они нас не побеспокоят. А утром… Возможно, для них утро не наступит.

— Лина, — прошипел рассерженный подросток, сжимая рукоять клинка, и зубы его скрипнули.

— Не сердись, — обиженные эмоции вернулись на лицо девочки, снова превратив ее в прежнюю Лину. — Я не могу ответить тебе на твой вопрос. Я сама не знаю, кто я. Это правда. Но я не причиню вреда ни тебе, ни Полкаше. И это тоже правда. Определенно, я должна быть с вами. Это моя цель. Моя миссия. Правда, я не знаю, что такое миссия, но это слово звучит у меня в голове, — она слегка коснулась пальцами виска. — Там иногда звучит голос, женский. Он говорит мне, что делать. Приказывает. И я не могу не подчиниться ему.

— А если этот голос прикажет тебе убить всех нас, ты убьешь?

— Нет. Приказа убить тебя и Полкана не будет. Я это знаю вот тут, — она коснулась груди. — А вот насчет остальных… — девочка тихо вздохнула. — Да. Убью всех, если они будут угрожать вам.

Парень задумался. Его взгляд скользнул по кардиналу.

— Нет, — отрицательно покачала девочка головой. — Пока он не представляет опасности. Наоборот, он очень заинтересован в твоей и Полкашиной сохранности.

— Как…? — Ворн хотел спросить, как она узнает, но девочка перебила его.

— Я слышу, о чем они думают, — и, улыбнувшись, добавила: — Спать?

Нет, он не удовлетворен этим кратким разговором, но кое-что стало яснее. Продолжать беседу ему показалось опасно, и он, кивнув, убрал кукри в ножны и, стараясь не шуметь, лег обратно. Лина легла рядом, погладив мрякула по загривку. Ворн заметил, что Полкан не спал, а наблюдал за ними все это время, но при этом не выказывал беспокойства.

Заснуть никак не удавалось. Ворна бросало из стороны в сторону, словно он лежал на углях. Слова Лины неотвязно крутились в голове, переплетаясь с картинами прошедших событий. «Я знаю, о чём они думают…» — эта фраза внушала наибольший страх. Означает ли это, что девочке известны все его тайны, все его опасения и терзания? Он тщетно пытался отгородиться, закрыться от неё. Он ощущал её близость, будто она непрерывно сканировала его разум. Только к утру, когда усталость взяла верх, ему удалось провалиться в сон. Но сон показался очень коротким, словно и не засыпал вовсе.

Утро выдалось мучительным. Голова словно горела, во рту ощущалась сухость. Лины не было поблизости. Полкаши и Гамлета тоже не наблюдалось. Ворн резко поднялся, внимательно осматривая окружающее пространство. Тишина была жуткой. Остальные спали крепким сном. Неужели никто ничего не слышал? Не чувствовал надвигающейся угрозы? Юноша взял кукри и тихо направился к выходу. Прислушался. Полная тишина. Он толкнул дверь. Она оказалась не заперта. Он вышел в коридор и тут же отпрянул. В воздухе стоял запах дыма и паленой плоти. На стенах виднелись следы копоти и крови. Впереди, у лестницы, ведущей наверх, лежали мертвые тела. Ворн осторожно двинулся вперед.

Убитые были одеты в дорожную одежду, но по их вооружению парень понял, что это не обычные путешественники. Слишком хорошее и дорогое оружие было у этих трупов для рядовых бродяг пустоши. Кто они такие? Наёмники? Их лица застыли в гримасе ужаса. У одного из них глаза были широко открыты, словно он увидел что-то, что повергло его в неописуемый страх. Ворн перешагнул через тела и поднялся на несколько ступенек. Оттуда открывался обзор на часть этажа. Все вокруг было разрушено, словно здесь бушевал торнадо. Повсюду валялись обломки стен, части тел и искореженное железо. И ни единой живой души.

Мальчик ментально позвал своего мрякула. Полкан мгновенно откликнулся.

— Я рядом, друг. Лина ждёт тебя на улице. Здесь безопасно.

— Карр! — раздалось сверху. Ворн поднял голову. На торчащем из полуразрушенной стены куске арматуры восседал Гамлет и с важным видом чистил свои перья. — Карр! — раздулся он как шарик и, встряхнувшись, захлопал крыльями, не покидая своего импровизированного насеста.

— Не ори, блин! — прошипел на него Ворн. — Раскричался, проказник пернатый, — птица, словно поняв его, затих и, склонив набок голову, с любопытством посмотрел на мальчика сверху.

Ворн, обходя обломки стен, стал пробираться к выходу из здания. Лина нашлась сразу. Девочка сидела на широких высоких ступенях и, прищурившись, подставляла лицо лучам восходящего солнца.

— Что делаешь? — присев рядом, тихо спросил подросток, настороженно осматривая территорию. Полкана он заметил на каркасе соседнего дома. Обдав головы сидящих порывом воздуха, Гамлет взлетел и, хлопая крыльями, устремился ввысь.

— Смотрю забавные картинки, — улыбнулась девочка, не открывая глаз. — Я их подсмотрела в твоей голове. Мультики называются. Мне нравится.

Ворн усмехнулся. Мультфильмы… Когда он их смотрел в последний раз?.. В детском доме, наверное. Сколько лет уже прошло с тех пор. Он и забыл уже совсем о таких простых вещах, как обычные мультики.

— Нет, Ворн. Ты не забыл, — ответила Лина на его мысленный монолог. — Просто ты их спрятал глубоко в памяти. Но они есть.

Ворн осознал, что ночные ощущения не были плодом воображения. Действительно, Лина тщательно изучила его воспоминания, не церемонясь.

— Что ты сделала с парнями?

— Они спят, — безмятежно ответила девочка. — Не переживай, они скоро проснутся.

— А с этими тоже твоя работа? — Ворн кивнул в зияющую темноту проёма многоэтажки у них за спинами.

— А эти, — пожала девочка хрупкими плечиками, — уже не проснутся.

— Это были те самые злые люди?

— Ага, — Лина захихикала. — Бедный мишка. Маша его совсем замучила.

Ворн, не понимая, о чем говорит Лина, вопросительно посмотрел на нее. Та все так же продолжала с улыбкой щуриться на солнце.

— А ты сделаешь мне велосипед, Ворн?

— Какой еще велосипед? — подросток растерялся от этого неожиданного вопроса.

— Ну, такой, как у Маши. С тремя колёсиками.

— А-а… — протянул Ворн, наконец-то поняв, о чем толкует ребенок. — Ну, не знаю. Можно попробовать. Так что с теми бандитами? Ты так и не ответила.

— С ними все в порядке, Ворн. Они мертвы.

— Ясно… — многозначительно покачал головой подросток, не зная, как выудить из странного ребенка нужную информацию. Прибегать к грубости ему почему-то совсем не хотелось. — Да, я заметил, что они мертвы. Сложно было этого не заметить. Но… у нас, Лина, теперь проблемы. Ты это понимаешь?

— Какие проблемы? — тут же поинтересовалась она, прервав свое занятие и уставив огромные зеленые, крайне любопытные глазенки на парня.

— В виде трупов и того хаоса, который ты там устроила. Как мы все это объясним?

— А зачем кому-то что-то объяснять? — наивность девочки была беспредельной.

Ворн вздохнул.

— Понимаешь, Лина, я не хочу, чтобы остальные члены команды знали о твоих способностях. По крайней мере, пока.

— Ты боишься, что они испугаются и захотят убить меня? — тут же озвучила она мысли парня, считав их.

— Да, — утвердительно кивнул он.

— А еще ты думаешь, кто были эти люди и что им нужно было от вас?

Парень снова кивнул.

— Это боевые послушники. Им было приказано следить за вами до определенной цели, а на обратном пути уничтожить всех, кроме тебя. «Мальчишка нужен живым», — так я услышала.

— Зачем тогда они хотели напасть сейчас? Мы же еще не достигли цели.

— Они и не собирались нападать. Они собирались присоединиться к вам. Кирилл ждёт их. Но его обманули. Если бы эти злые люди постучались в двери ночью или утром, то разбудили бы всех. Я не должна была допустить этого слияния.

— Приказ? — догадался парень.

— Да.

— Лина, а как ты смогла их убить без оружия? — осторожно спросил парень.

— Не знаю, — пожала она плечами. — Легко. Они такие медлительные. И мягкие. Оказывается, убивать совсем не сложно. И не страшно. Когда мне угрожает опасность, у меня нет страха. Я не знаю, как это происходит.

— Ты хочешь сказать, что раньше ты никого не убивала?

— Не-а, — мотнула девчушка головой, растрепав и без того растрепанные волосы. — По крайней мере, я этого не помню. И даже не подозревала, что умею так делать. Мне сказали, что их нужно убить, я пошла и убила. Все, — развела она руками, наивно хлопая ресницами.

— И даже не испачкалась… — только сейчас до Ворна дошло, что ему так резало глаз и било в мозг несоответствием. — Телекинез? — осенило его.

Девочка ненадолго задумалась, а затем кивнула.

— Да. Те-ле-ки-нез, — по слогам проговорила она сложное слово. — Я нашла в твоих воспоминаниях, что это такое. Да, именно так я все и делала, руками и глазами. Хочешь, покажу?

— Не, не надо, — испугался мальчик непредсказуемых последствий. — Давай потом как-нибудь.

Девочка громко рассмеялась.

— Хорошо, не буду тебя пугать. И твоих друзей тоже не станем пугать. Сейчас мы вернемся в комнату и притворимся, что тоже спали. А когда все начнут просыпаться, у них будет болеть голова. И ты тоже сделай вид, что у тебя болит голова. А когда они откроют дверь и увидят этот хаос — они сильно удивятся и будут гадать, что произошло и почему никто ничего не слышал. Они сами придумают, что здесь произошло. Ты главное удивляйся так же сильно, как и они, — хихикнула юная заговорщица. Зови Полкана и птицу. Нужно поторопиться. Сонное действие скоро закончится.