Нисса

Харон уверял меня, что я смогу призвать Разрушителя ночи, просто пожелав, чтобы он оказался в моей руке — мол, ни одно особенное оружие никогда не покинет навсегда руку того, кто его выковал. И все же я пыталась уже больше часа, но мой бедный, прекрасный меч оставался на дне океана Посейдона.

«Возможно, алкоголь как-то связан с твоими неудачными попытками, божок», — протянула Велира.

Недавно она переняла у Ликоса это снисходительное прозвище — и плевать, что сама она была едва ли подростком по драконьим меркам.

Мой крошечный фиолетовый дракон перестал быть крошечным. Вел теперь не уступала в росте смертной лошади, кажется, удваиваясь в размерах каждую неделю; ее чешуя потемнела до глубокого сливового оттенка.

Все ли драконы так растут?

Нужно будет выкроить время и прошерстить дворцовую библиотеку на предмет скорости роста драконов. Возможно, после испытания Афродиты.

Я ожидала вызова в любую минуту, хотя совет и не знал, что я в курсе. Благодаря предупреждению Афродиты я полулежала на диване в мягком, струящемся платье цвета полуночи. Кружевные детали подчеркивали тот скромный бюст, которым я обладала — грудь у меня была почти мужской из-за многолетних суровых тренировок, — но я не возражала. Меньше кожи, которую могут вскрыть в бою.

Я смотрела в открытые окна, мучаясь одновременно от жуткого похмелья и последствий гнева Посейдона. Мое ускоренное исцеление в итоге сработало, пока я спала, полностью сняв отек. К сожалению, лицо всё еще представляло собой шедевр из разноцветных пятен, но, по крайней мере, я снова видела четко, и прикасаться к коже было уже не больно.

Я размышляла о том, какими способами моя подруга может испытать нас, рассеянно кусая ногти и понимая, что после этого испытания наверняка почувствую себя еще более уязвимой. Погруженная в мысли, я едва не пропустила обрывок пергамента на приставном столике — пока он не шевельнулся от сквозняка.

Когда мои пальцы сомкнулись на нем, я увидела незнакомый почерк:

Харон, Они не дадут ей победить. Они убьют ее. Береги ее.

Что ж, это объясняло появление семифутового телохранителя, который за одну ночь вырос у меня под боком, рыская вокруг дворца и наотрез отказываясь возвращаться к своим обязанностям на Реке.

Харон был необычайно серьезен и сосредоточен той смертоносной хищной сосредоточенностью, что была ему свойственна. Он даже отправил Цербера охранять портальную арку — никто не пройдет мимо трехголового зверя невредимым.

Щелчок.

Ах. Как раз вовремя — единственное исключение из этого правила.

Гермес появился посреди гостиной, моргая от неожиданной яркости декора. Велира зарычала, излучая яростный жар.

«Вел, ради всех Фурий — не ешь его, пока я не узнаю, зачем он здесь».

«Ничего не обещаю», — прошипела она.

— Чему обязана такому удовольствию? — протянула я с дивана, обвивая пальцы теневыми змеями. Уловка, чтобы заставить Первородного дважды подумать о своем местонахождении и дать теням в моей другой руке возможность сожрать записку прежде, чем он сунет в нее свой нос.

Бог путешествий и воровства откашлялся и выпрямился. Он осторожно покосился на Велиру — правильный ход — и только потом обратился ко мне.

— Тебя вызывают в Парфенон. Немедленно, — произнес он высокомерно.

— А если я откажусь?

— Тогда ты лишишься места в Обряде Вознесения, — огрызнулся он, глядя на меня сверху вниз через свой непомерно длинный нос.

— Интересно, — промурлыкала я. — Значит, дело действительно в испытаниях.

Гермес промолчал.

В этот момент Харон ворвался в двойные двери с такой силой, что они с гулким треском ударились об обсидиановые стены. Он пересек комнату в мгновение ока и прижал незваного бога к каминной полке, приставив кинжал к его горлу.

— Как ты смеешь заявляться сюда без приглашения и предупреждения? — прорычал Харон, вдавливая лезвие достаточно сильно, чтобы выступила кровь.

Я поднялась с дивана и направилась к ним. Гермес теперь парил над потрескивающим пламенем, а на моем лице застыла маска ледяного безразличия.

Хотя это была даже не маска, а истинная холодная ярость. Гермес посмел войти в мои владения без приглашения. Прямо в сердце моего дворца? Любопытный засранец сейчас получит ценный урок.

Я подняла руку и пошевелила пальцами, направив один из них ему в лицо. Иссиня-черная змея скользнула по воздуху и улеглась на сальную макушку бога. Он содрогнулся от отвращения, отчего Харон вогнал клинок еще глубже. Ихор пропитал воротник его грязно-белой тоги.

Велира облизнулась, почуяв запах крови и насилия — любимое лакомство драконов.

Я поманила пальцем. Теневая змея сползла по лицу Гермеса. Он дернулся, когда она юркнула в его левую ноздрю и полностью исчезла. Он застыл в чистом ужасе, его тело периодически конвульсивно вздрагивало, пока змея продвигалась по носовым пазухам.

— Убери ее! В Тартар, что ты творишь?! — закричал Гермес, и в его голосе проступил страх.

Он закричал — нечеловеческим, пронзительным воплем, — когда я заставила тень зарыться глубоко в закоулки его мозга, вонзив клыки в его гиппокамп.

Недавние воспоминания Гермеса пронеслись перед моими закрытыми веками, словно фильм: змея передавала мне информацию телепатически через ту теневую связь, что нас сейчас объединяла. Это был отличный трюк — полезный в такие моменты.

— Испытания перенесли, — произнесла я монотонно, концентрируясь на мириадах образов и сцен, пролетающих в голове. — Гера послала его разведать обстановку. Она хотела увидеть, сколько повреждений успел нанести Посейдон, прежде чем отправить меня на следующее испытание — к Афродите.

Харон нахмурился, притворяясь, что не знает информации, которую богиня уже сообщила накануне. Я замерла на одном кадре.

— У Геры есть титанический кинжал, — сказала я, выгнув бровь и подходя ближе к Гермесу. — И что именно она намерена с ним делать? — спросила я.

Он отказался отвечать. Клыки змеи вонзились глубже. Гермес заскулил и упал на колени, вынудив Харона убрать клинок. Золотая кровь закапала из носа бога.

— Она планирует убить меня, — тихо сказала я. — Она хочет, чтобы Келис победил. Любой ценой.

Я отозвала тень, позволив ей свернуться клубком в моей ладони, и повернулась к Харону.

— Твоя очередь, — зловеще улыбнулась я.

Харон ответил мне такой же коварной улыбкой. Он подошел к дрожащему богу воров и положил руки ему на голову с обеих сторон.

— Что ты делаешь? — всхлипнул Гермес.

— Сколько стирать? — спросил меня Харон.

— Только ту часть, что касается планов Геры, — пробормотала я.

Слабое фиолетовое сияние пульсировало под ладонями Перевозчика, пока он применял свою силу, прошивая разум Гермеса и стирая его недавние воспоминания.

— Готово, — объявил Харон, отступая.

— Спасибо за ценную информацию, Гермес. Я скоро буду. Можешь идти.

С резким хлопком Гермес исчез. Харон ухмыльнулся.

— Красиво сработано, Нисс. Теперь они дважды подумают, прежде чем лезть к тебе.

— Им вообще не стоило меня недооценивать.

Я потянулась и коснулась щеки Харона, улыбаясь чистоте его серо-голубых глаз, его ямочкам на щеках и копне светлых волос.

— Спасибо, — нежно сказала я. — Я скоро вернусь.

«На этот раз я иду с тобой», — сказала Вел.

— Поправка: мы скоро вернемся.

Харон кивнул. — Не слишком там веселитесь без меня.

Тени скопились у моих ног, превращаясь в знакомую чернильную арку. Я подмигнула ему и шагнула в портал, а за моей спиной следовал дракон размером с лошадь.

Данный текст перевёл канал https://t.me/damzabook Если вы выставляете к себе фрагменты перевода или сам файл, оставляйте ссылку на переводчика.