Я слежу за тобой уже несколько недель, Натали. Каждый раз, когда я вижу тебя, мой член напрягается от возбуждения. Я прячусь за деревьями и машинами, стараясь остаться незамеченным, но я всегда наблюдаю. Я смотрю в твоё окно, когда ты переодеваешься. Твои упругие сиськи восхитительны. Идеальные, круглые, загорелые сосочки, которые ждут, когда я их вкушу.

Иногда я чувствую укол вины, и я знаю, что это звучит безумно, но я не могу остановиться. Мне нужно пристальнее следить за твоими перемещениями.

Ты идёшь в душ, и я знаю, что это мой шанс сделать всё по-своему. Так я смогу оберегать тебя надёжнее.

Я с лёгкостью взбираюсь к тебе в комнату. Путь для моих ног намертво вписан в моё естество, после того как это стало ритуалом каждое лето на протяжении нескольких лет. Я нахожу то, на что и надеялся, — твой телефон. Он уже разблокирован. На экране — переписка с одной из твоих подруг. Она выглядит младше тебя, возможно, кузина. Её имя сохранено как «Юпитер». Я не видел этого имени нигде в твоих соцсетях, и теперь моё любопытство сводит меня с ума. Но как любопытство сгубило кошку, я знаю — сейчас не время. Я пришёл сюда с планом, и у меня не так много времени.

Я скачиваю приложение и зеркалю твой телефон на запасной, что купил. Теперь я вижу всё, что ты делаешь, куда бы ты ни отправилась, ведь я синхронизировал твою геолокацию со своим телефоном. Теперь я смогу быть к тебе ближе — смогу оберегать тебя.

Возвращаюсь в твой чат с Юпитером и кладу телефон обратно на подушку рядом с твоей любимой мягкой игрушкой — я помню, ты назвала его Мистер Лопоухий из-за его длинных висячих ушей. Это всегда меня смешило. Ты просто, блядь, очаровательна, ты знаешь это, Наталия? Просто прелесть.

Я успеваю выбраться как раз вовремя, чтобы увидеть, как ты надела маленькое чёрное платье и туфли на каблуках. Блядь, у меня моментально встаёт.

Ты заказываешь такси.

Я слежу за его маршрутом на экране. Вижу то, что видишь ты.

Бегу вниз, выскакиваю с твоего участка и запрыгиваю в свою машину.

Я смотрю в приложение, чтобы понять, где такси. Я жму на газ и перекрываю ему путь, когда он приближается. Он сигналит.

Ёбаный идиот. Зачем поднимать такой, блядь, шум? Это меня бесит, Наталия. Он разрушит наши планы.

Я выхожу из машины и иду к водителю, как полный псих, дорожный хулиган, мудак. С размаху бью ладонью по капоту, и водитель попадает в мою ловушку, вылезая из своей машины.

— Ты что творишь, чувак? — кричит он.

— Завали, блядь, хлебало! — я щёлкаю запястьем, и в руке появляется лезвие.

— Остынь, мужик. У меня нет денег. Все расчёты онлайн. Мы не возим с собой налички.

— Заткнись нахуй! Мне не нужны твои ебучие деньги. Я, блядь, похож на того, кому нужны твои деньги? Я одет как бомж?

— Чего тебе надо?

— Мне нужно завершить твой следующий заказ вместо тебя, — я улыбаюсь при мысли о Наталии, сидящей на заднем сиденье машины, которую веду я.

— Ты спятил. Я не могу позволить тебе этого сделать.

— Выбора нет. Я не прошу у тебя разрешения. Я говорю, что так и будет. Хватит болтать.

Я хватаю его за рубашку и резко дёргаю на себя. Развернув его, грубо толкаю к багажнику его же машины, с силой нажимаю на кнопку, пока тот не открывается, и указываю лезвием.

— Залезай! — приказываю я.

— Да брось, чувак. Прошу тебя. Это безумие. Просто забери машину и отпусти меня.

— Чтобы ты мог вызвать копов? Вряд ли, дружок. Итак, ты или сам залезаешь в багажник, или я оставлю твой труп здесь — выбор за тобой.

Я вздыхаю.

Он понимает, что я не шучу, и залезает в багажник.

— Ты вляпался в какую-то странную историю или что-то в этом роде? Она что, твоя бывшая? Ты преследуешь эту цыпочку? Что ты за урод? — он продолжает трепаться, лёжа в багажнике.

— Такой урод. Который зарежет тебя, пока твои потроха не вывалятся нахрен наружу, — я наношу удары ему в живот снова и снова. Кровь брызжет мне на лицо. — Вот, посмотри, на что ты меня спровоцировал. Твою мать, у меня на лице кровь. Хорошо, что я всегда ношу с собой чистую тряпку в кармане на случай таких чрезвычайных ситуаций.

— Помогите... — хрипит он.

— Заткнись и сдохни тихо, — я захлопываю багажник.

Этот уёбок так всё усложнил. Хорошо, что она живёт в тихом районе.

Я возвращаюсь в свою машину и паркую её за кустами у моего старого родного дома. Мой брат, Павел, до сих пор живёт там. Я ненавижу это место, но оно по соседству с домом семьи Наталии, так что сейчас, полагаю, оно послужит укрытием для моей машины.

Я бегу по улице, зная, что она уже минут пять гадает, почему её такси не двигается. Я запрыгиваю на водительское сиденье и открываю систему сообщений такси-приложения.

Водитель: Уже почти на месте, прошу прощения за задержку.

Я жму «отправить».

Пассажир: Всё в порядке.

Какая же ты, блядь, вежливая.

Подъезжая по твоей гравийной дорожке, я вижу тебя близко, по-настоящему близко, впервые за долгое время. Кровь приливает к голове, и я чувствую, как у меня темнеет в глазах.

Ты замечаешь это.

— С вами всё хорошо? — ты пытаешься разглядеть меня получше.

Я опускаю голову и наклоняю кепку так, чтобы ты не увидела моё отражение в зеркале. Я не хочу, чтобы ты запаниковала, если поймёшь, что я не тот водитель, которого показывает приложение, и я ещё не готов к тому, чтобы ты снова увидела моё лицо.

— Всё в порядке, мисс, — быстро отвечаю я и начинаю движение.

Твои духи наполняют салон, и мой член напрягается, упираясь в ткань брюк.

Ты заходишь в «Сашу» — ёбаный стрип-клуб. Я паркую такси за углом. Желание последовать за тобой внутрь слишком сильно. Я должен увидеть тебя. Должен знать, что ты делаешь. Как ты танцуешь. С кем ты танцуешь.

Я запираю машину и быстрым шагом возвращаюсь к «Саше».

Оглядываю зал, пока не нахожу тебя.

Я слежу за тобой пристально, и моё сердце обрывается, когда я вижу, как ты танцуешь с парнем. Он твой парень? Его руки обнимают твою талию, а ты улыбаешься ему, совершенно не подозревая о моём присутствии. Я чувствую укол ревности и гнева, зная, что это он прикасается к тебе прямо сейчас. Почему ты ни разу не выкладывала его фото в соцсетях? Заставляешь меня гадать. Кто, блядь, этот тип?

Я достаю телефон, чтобы перепроверить, листаю твои фотографии, список друзей — о нём, блядь, ни хуя. Его нет в соцсетях. Всё будет немного сложнее, чем я думал.

Но я не сдамся. Я буду ждать подходящего момента, чтобы сделать свой ход, чтобы показать тебе, что это я — тот, кто по-настоящему о тебе заботится. Тот, кому ты должна принадлежать. Кто будет хранить тебя только для себя. Возможно, сначала я не буду обращаться с тобой, как с принцессой, но ты научишься относиться ко мне, как к Королю, и тогда станешь достойна королевского обращения.

Я пробираюсь сквозь толпу, стараясь остаться незамеченным, не свожу с тебя глаз, следя за каждым твоим движением. Не могу отрицать, насколько ты, блядь, прекрасна. Ты превратилась в бабочку. Вживую ты ещё эффектнее, и я не могу оторвать от тебя взгляд.

Внезапно ты ловишь мой взгляд. Я замираю, чувствуя прилив паники. Ебать. Ты узнала меня? Ты знаешь, что я делал?

Но затем ты отворачиваешься, смеясь с тем, с кем ты здесь, с этим мудаком. Я с облегчением вздыхаю. Меня не раскрыли.

Я продолжаю наблюдать за тобой издалека, испытывая смесь чувств. Часть меня хочет уйти, отказаться от своей одержимости, но я не могу. Я знаю, что должен продолжать следить, ждать подходящего момента. Я же, блядь, припёрся сюда, ради тебя.

Ночь продолжается, и ты целуешь его. Мне хочется впасть в ярость, закричать, схватить бутылку и разбить её о его голову с криком: «Убери, нахуй, свои руки от неё!» — но я знаю, что не могу. Не здесь и не сейчас.

— А ну-ка, красавчик, потанцуй со мной, — блондинка из бара хватает меня за руку, отвлекая от тебя.

— Убери. Свои. Руки. От меня, — я скрежещу зубами, хватаю её за кисть и снимаю её с себя, не отрывая пристального взгляда от её глаз, покрытых контактными линзами — я вижу, как свет отражается от стеклянной поверхности.

Её глаза расширяются от страха. Она читает серьёзность на моём лице. Улыбка стирается, лицо мрачнеет. Она напугана. Я знаю этот взгляд. Видел его множество раз. С лицом, искажённым тревогой, она выглядит даже привлекательнее.

— М-мне пора, — заикается она и устремляется прочь через толпу. Её взгляд прикован к выходу, с частыми оглядками назад.

Она что, хочет, чтобы я последовал за ней? Потому что я, блядь, так и сделаю. Не потому, что хочу её. Мои глаза прикованы к Наталии. Пусть технически она пока не моя, но скоро это изменится.

Я отвлёкся. Снова. Куда она ушла? Нахуй эту блондинку.

Я ухмыляюсь и смеюсь над шуткой, которую не расслышал, поворачиваясь к новым друзьям, с которыми познакомился всего час назад. Они поднимают руки, и я делаю то же самое. Притворяться, что веселишься, достаточно легко. Всю жизнь я учился притворяться нормальным. Подделывать эмоции. Только мой брат знает настоящего меня, да и то есть вещи, которые я ни за что не открою никому. То, что унесу с собой в могилу. То, что заставляет содрогаться даже моё собственное нутро, — неверие в то, на что я оказался способен.

— Дмитрий, держи, — голос темноволосого парня возвращает меня в реальность, он протягивает мне стопку бурбона. Кажется, он назвался Алексом. Я не знаю. И мне, блядь, плевать.

Я опрокидываю её без колебаний и усмехаюсь про себя. Отпуская всё, я кружусь под прыгающими вокруг огнями. Позволяя эйфории захватить меня, я продолжаю хватать стопки с подноса официантки с ярким розовым бейджиком «Изабелла». Я знаю, что скоро буду в стельку и отрублюсь. Это всегда такой кайф — просыпаться утром после ночной гулянки и гадать, что, блядь, я творил прошлой ночью. Мне так хотелось забрать Наталию с собой. Согреть её и обезопасить. Сделать её моей снова и снова.

Прямо сейчас твои руки обнимают его, но я вернусь, буду следить за каждым твоим движением, выжидая момент, когда наконец смогу сделать тебя своей.

Я пьяным шатаюсь к выходу. Достаю телефон, чтобы вызвать такси, — и тут вспоминаю, что я и есть, блядь, такси.

Дерьмо!

Я перебегаю через улицу и пробираюсь к переулку, где оставил машину. Оглядываюсь и понимаю, что это — сомнительный район города.

Пожалуй, если я оставлю его здесь, это будет выглядеть как случайное нападение. Вокруг полно банд. Я открываю дверь машины и беру тряпку, которой вытирал с лица кровь водителя. Тянусь на пассажирское сиденье и хватаю маленький пластиковый пакет, куда сложил сегодняшние «сувениры» моего Воробушка. Всё ещё на месте. Готово к пополнению моей коробки. Я оставляю машину в переулке и решаю не трогать труп. Знаю, что он уже истёк кровью. Я пырнул его слишком много раз, чтобы он мог выжить. Он сам виноват. Если бы только послушался. Он был слишком тупым, чтобы следовать инструкциям, даже для таксиста.

Я прохожу несколько улиц и заказываю такси для себя. Оно приезжает через несколько минут. Меня тошнит, я опускаю стекло, думая, что меня сейчас вырвет. Я перебираю ключи от другого такси в руках и «нечаянно» роняю их на оживлённую трассу, пока такси везёт меня домой. Я заберу свою машину утром. Сейчас я слишком пьян, чтобы вести машину. Может, я и ебанутый, но не настолько.