В китайском названии книги издатель использовал иероглифы «дадянь» (大典), имея в виду «большая и полная», но фактически нужно было сделать перевод оригинального русского названия «энциклопедия» на китайский как «байкэ цюаньшу» (百科全书), которое кажется здесь более уместным, так как лучше отражает всесторонний охват материала, глубину описания, удобность и практичность данного издания для чтения, а также больше соответствует традиции «энциклопедии» в русском китаеведении.

Когда на Пекинской международной книжной ярмарке в 2006 году был презентован первый том «Духовной культуры», один из авторов этих строк выступил с речью, выразив свое восхищение, и хотел было немедленно написать на книгу рецензию, поскольку уже читал «предшественника» данного тома – вышедшее в 1994 году русское издание словаря «Китайская философия». Мог ли он подозревать, что, просмотрев текст этого тома, опять испытает удивление и восхищение, узнав, сколь сильно том оказался обновлен! Стало ясно, что будет трудно взяться за перо и написать рецензию на отдельный том, пока не выйдет вся серия и не появится возможность ознакомиться со структурой издания в целом. Оказалось, что по сравнению со словарем «Китайская философия» данный том совершенно изменился – это уже не был справочник с выстроенными по алфавиту словарными статьями и предисловием. Главный редактор определил, что цель издания состоит в том, чтобы представить китайскую цивилизацию как единое целое, показав ее уникальность, с ее внутренним совершенством и разнообразием, и, исходя из этого, подробно продемонстрировать составляющие этой цивилизации. Одновременно редактор не собирался ограничить издание привлечением одной только классики и описанием древней культуры как закостенелой музейной коллекции антиквариата, но предпочел соединить древность с современностью, продемонстрировать всю жизненную силу китайской культуры, представив ее как живую реальность. В начале первого тома редактор заявил, что книга сосредоточивает внимание на прошлом, а также смотрит в настоящее и в будущее, учитывает «не только значительное влияние китайской духовности на формирование культур многих соседних с Китаем стран, но и тот факт, что китайская культура составляет весомую часть сокровищницы мировой культуры. Кроме того, принималось во внимание и то, что быстро меняющийся в ходе осуществления политики реформ и открытости Китай становится одной из мировых держав, определяющих во многом будущее человечества и мировой цивилизации»[372].

Ввиду этого было установлено, что «Духовная культура» должна одновременно учитывать как специалистов, так и рядовых читателей, данный справочник будет обладать двойственным характером – как специальное научное издание и как популярное чтение. Энциклопедия оказалась, таким образом, разделена на два уровня. Первый – Общий раздел, когда в каждом томе есть соответствующий обзор или введение, где подробно объясняется тематика данного тома, или же это несколько длинных статей, по отдельности обстоятельно освещающих главную проблематику конкретного тома. Второй уровень – Словарный раздел, который представляет собой собственно словарь, состоящий из сотни подробных статей. Кроме того, в каждом томе имеется еще третий раздел, где собраны различного рода справочные материалы – указатели названий памятников, имен, терминов, библиография, хронологические таблицы, которые предназначены для удобства проведения последующих изысканий учеными-специалистами и простыми читателями. Такая организация материала только повышает научное значение «Духовной культуры».

Одним словом, без столь тщательной организации структуры энциклопедии и столь обстоятельного изложения материала просто невозможно отразить во всей полноте китайскую духовную культуру с ее долгой историей, глубиной и многогранностью. Можно сказать, что «Духовная культура» пришлась по сердцу всем, удовлетворила как ученых-специалистов, так и обычных читателей. Она совершенно нова по форме и содержанию, причем не только в Европе и в других странах, но и в самом Китае, эта энциклопедия – первая такого рода в мире.

Значение «Духовной культуры» заключается в том, что она является выкристаллизованным, обобщенным отражением результатов китаеведческих исследований в России за несколько веков, это веха на пути развития русского китаеведения.

Китаеведение в России – это сумма различных исследовательских дисциплин, которые, основываясь на оригинальных материалах на китайском языке, занимаются изучением характерных национальных особенностей Китая, в том числе в области гуманитарных и общественных наук. И данные шесть томов показывают, что предмет исследований китаеведением охвачен полностью.

Метод написания «Духовной культуры» состоит не в том, чтобы отобрать для перевода китайские памятники соответствующего содержания, но в том, что опытные китаеведы в рамках разделения труда пишут статьи сами, естественным образом создают обобщения из собственных исследований, а также суммируют исследовательский опыт, накопленный несколькими поколениями ученых за триста с лишним лет, в том числе впитывая исторический опыт, полученный учеными китайскими.

Возьмем в качестве примера второй том «Мифология. Религия». Общий раздел содержит введения в две обозначенные в названии темы и их обзоры, которые разбиты на подразделы по более узким специальным темам (некоторые из них имеют еще более дробное внутреннее деление). «Мифология» состоит из четырех очерков: ее общего обзора и очерка изучения древнекитайской мифологии в Китае и за рубежом; народных верований и государственных культов; мировоззренческих категорий; мантики и астрологии. «Религия» включает шесть очерков, рассказывающих о краткой истории религиозных верований и их современном состоянии, о конфуцианстве, даосизме, буддизме, синкретических сектах и иностранных религиях в Китае, таких как христианство и его ветвь – русская православная церковь, ислам, иудаизм, зороастризм и манихейство. Авторы здесь – академик Б. Л. Рифтин и другие выдающиеся специалисты. Введение к Общему разделу – сжатый вариант статьи Б. Л. Рифтина «Китайская мифология», и среди 450 статей о мифологии и религии, вошедших в Словарный раздел, около двухсот о древнекитайской мифологии тоже написал он. Перечисленное занимает важное место в словаре «Мифы народов мира», который в 1990 году получил Государственную премию С ССР.

Так же и в третьем томе введение о классической литературе, литературе Нового Китая и современной литературе в Общем разделе написано такими опытными китаеведами, как К. И. Голыгина, В. Ф. Сорокин, А. Н. Желоховцев и другие. Подраздел «Китайская литература в России» представляет выжимку из опубликованной в 2004 году книги «Изучение китайской литературы в России» Голыгиной и Сорокина.

Сильная сторона главного редактора «Духовной культуры» Титаренко состоит в его широком кругозоре, в способности унаследовать исторические традиции русского китаеведения и правильно организовать работу ведущих в своих областях ученых.

Русское китаеведение с самого начала во главу угла ставило комплексное изучение характерных национальных особенностей Китая. Его основоположник Н. Я. Бичурин за свою жизнь сделал большое количество переводов, охватывающих и историю, и географию Китая, и законы и уложения империи Цин, и нравы и быт народа, и культурные реалии, которые потомки составили в своеобразную «энциклопедическую» серию. Его называли ученым-энциклопедистом, и подобный подход к работе после Бичурина превратился в традицию. Позднее традицию продолжил академик В. М. Алексеев, редактировавший сборник «Китай» 1940 года, тоже энциклопедического характера, куда вошла 21 работа разных китаеведов, анализирующих китайскую историю, экономику, культуру и пр. Все это было не только собранием результатов работы старшего поколения китаеведов, но и основой, учебным материалом для взращивания нового их поколения. Теперь же лидером третьего поколения энциклопедистов стал Титаренко. Но это было уже поколение новаторов.

Движущей силой проекта Титаренко стал, несомненно, Институт Дальнего Востока, но он мобилизовал элиту всего российского китаеведения, в первую очередь четыре других традиционно сильных в изучении Китая учреждения – Институт востоковедения РАН, Институт стран Азии и Африки при Московском университете, восточный факультет Санкт-Петербургского университета и Институт восточных рукописей РАН, а также привлек недавно созданные в восточной части России китаеведческие центры в Новосибирске, Улан-Удэ и во Владивостоке. После десяти с лишним лет напряженной работы мощная команда из сотен ученых завершила наконец этот грандиозный проект. Титаренко, как и его предшественник Алексеев, взял на себя большую историческую ответственность лидера, а «Духовная культура» стала монументальным памятником в историческом процессе развития русского китаеведения.