– Даже так, – протянула я. Бабушка Агата может гордиться мной, ни один мускул не дрогнул на моем лице. – Спасибо за честность и помощь.

Мы вышли под палящие лучи солнца.

– Это меньшее, что мы можем сделать для дочери нашего друга и товарища. – От улыбки Делянова тугой узел холода затянулся у меня в животе. Если бы можно было избегать доктора… Но нет, перевязки были два раза на дню.

– Нам нужно поговорить, – спокойствие и выдержка мне сейчас просто необходимы.

– Непременно, – доктор усмехнулся и галантно пропустил меня к выходу из пещеры.

На улице было влажно и жарко, что для тропиков является нормой, но, несмотря на высокую температуру, меня бил озноб. Не нужно даже искать причину этого – доктор. Дмитрий Делянов – крайне неприятный человек, похожий на наглую, хитрую крысу. Он, как и грызун, не знает жалости, изворотлив и готов напасть на любого. С ним не то что никаких дел не хочется вести, а хочется оказаться за тысячу километров от его пронзительного взгляда и тихого устрашающего голоса. Интуиция вопит о том, что от него надо держаться подальше, что ничем хорошим знакомство с этим человеком не закончится. Его цепкий взгляд маленьких глаз горит желанием проникнуть в самую душу собеседника, все там перетрясти и обнажить скрытые тайны. И чем больше ему сопротивляться, тем сильнее доктор будет стремиться влезть тебе под кожу. Я уже почти вижу его нездоровый интерес ученого – разобрать на молекулы новый объект исследования – меня.

Чтобы как-то отвлечься от неприятных мыслей, я осмотрелась. Перед пещерой располагалась большая площадка, на которой были установлены три походные палатки. Но для такого большого числа людей нужно больше мест для ночлега, так где они? Ответил на мой незаданный вопрос сам Дмитрий Делянов:

– Нам сюда, – он указал рукой вправо на тропинку, идущую вдоль горы. И через пару минут уже были видны бараки для работников и большие палатки для охраны. Все они надежно закрывались зарослями. – Риджина, нам нужно доверять друг другу, – мужчина поправил очки на переносице. – Мы – друзья твоего отца. Мы в течение многих лет работаем с ним над одним… – тут доктор немного замялся, – проектом. Я не раз предлагал Маку пригласить тебя к нам, но он такой упрямый. Не хотел тебя тревожить раньше времени.

– Да, папа такой.

– Не сердись на него, он ведь старается ради тебя.

– В смысле? – разыгрывать дурочку нужно было аккуратно, тут, главное, не переиграть.

– Всему свое время. Вот сюда, пожалуйста, – доктор указал на центральную палатку. Она была самой большой. Мужчина кивнул охраннику и откинул полог, приглашая войти. – Как ты себя чувствуешь? Тебе что-нибудь надо?

– Мои вещи для начала.

– Считай, что они уже у тебя в комнате. Кстати, – усаживаясь за стол, с многозначительным видом добавил Делянов, – комната, в которой тебя поселили, – это комната Мака.

– Мой отец был здесь?

– Да. И не один раз. Ты присаживайся. В ногах правды, как известно, нет. – Мужчина снял пробковый шлем и аккуратно положил на большой стол, заваленный бумагами.

– Спасибо. И за комнату, и за заботу, – я быстро огляделась. Стол, шкаф и пара походных стульев. Никаких излишеств. – Еще мне нужен мой телефон.

– Нет, – немного резко ответил доктор, но потом собрался, прочистил горло и более спокойным голосом продолжил: – Телефоны пока останутся у нас. Доверие надо заслужить. К тому же с твоими финансовыми ресурсами новый гаджет не проблема.

Хотелось, как в школьные годы, ответить какой-нибудь резкой фразой, может, даже нагрубить, но благоразумие взяло верх. Делянов не тот человек, с которым можно безболезненно упражняться в остроумии. От него веяло опасностью и злобой. Да и в хорошие отношения между ним и папой мне не очень верилось. Если они такие друзья, то почему отец никогда не говорил про него? Хотя папа вообще практически ничего не говорил про свою НАСТОЯЩУЮ работу. К тому же доктор только на вид безобидный и интеллигентный, на самом деле его личность была более темной, чем казалось на первый взгляд. И пусть у меня не было доказательств, кроме собственных ощущений, но взгляд мужчины мне совсем не нравился. В глазах собеседника таились сдерживаемый гнев, злоба, ненависть, зависть. Черты лица Дмитрия Делянова резкие, хищные, как будто он постоянно высматривает добычу, чтобы поймать ее в подходящее мгновение.

– Что насчет Карлоса? – Молчаливое разглядывание друг друга мне уже порядком надоело, да и к тому же нужно было узнать, что с товарищем.

– А что с ним? – Делянов удивленно смотрел на меня. – Он тебе так нужен? Малыч сказал, что вы… – впервые мужчина выглядел неуверенным, – партнеры. Но я в это не поверил. И как такой пройдоха умудряется втереться к женщинам в доверие?

– Природная харизма, – буркнула я. – Вам нужна я. Он нужен мне. Вывод напрашивается сам собой. – Я с вызовом посмотрела на доктора.

– Вы, шотландцы, все такие прямолинейные? – доктор попытался пошутить, вот только его злобные глаза так и сверкали. Ухоженные пальцы неторопливо постукивали по шлему.

– От папы я много чего унаследовала.

– А от мамы?

– От нее то, что я всегда возвращаю себе то, что было моим. – Нельзя было позволить этому мужчине запугать себя. Пусть страшно, пусть тревожно, в конце концов я здесь одна, без магии, а вокруг полно вооруженных людей. Если они почувствуют мой страх, то пиши пропало. Разорвут на части, и никто не найдет. Сельва огромная. – Может, вы мне расскажете про это место? И как я могу сюда вписаться? – нужно было дать возможность доктору вернуть Карлоса, не теряя лицо. Пусть считает себя главным, пусть мнит себя победителем. Это временно.

Делянов театрально изогнул бровь и с удивлением посмотрел на меня.

– Деловой подход. Ценю это в женщинах. Мы проводим научные исследования.

– На предмет?

– Достижения истины и равенства.

– И мой отец вместе с вами?

– Да. У Мака поразительное чутье на интересные места.

– Интересные места? – теперь настал мой черед удивляться.

– Он умудряется находить следы магии, – Делянов внимательно наблюдал за мной. – Ведь именно ради нее мы все собрались здесь. Мир магии давно манит людей. – Я молчала, пытаясь успокоить бешено стучащее сердце. Одно дело – подозревать о нечто подобном, и совсем другое – узнать, что это правда. – Если кто-то довольствуется книгами, фильмами и игрой в костюмах, – мужчина усмехнулся, – то нам этого мало. Мы хотим открыть мир магии для людей.

– Ничего себе, – от полученной информации я невольно вскочила со стула и прошлась по палатке. – Прямо так и всем откроете? Или только избранным?

– Ты умная девочка, вот и скажи сама, – доктор отряхнул рубашку и шорты. – Ты с нами? Ты хочешь стать избранной и вернуть себе магию?

– Да! – к своему стыду, я почти прокричала ответ. Как иначе? Когда можно вернуть то, что было утрачено так давно. – Да, – уже спокойнее ответила я.

– Прекрасно. Мак в тебе не ошибся. Он вообще редко в чем ошибается. В ходе своих путешествий твой отец нашел несколько точек на планете, где сохранилась магия.

– Разве такое возможно? – стоять было тяжело, а потому я плюхнулась на ближайший стул. Сердце пыталось вырваться из груди. Я частично прикоснулась к тому, чем занимался мой отец, какие задачи и цели он поставил перед собой.

То, что места соприкосновения миров существуют, известно всем. Но в то, что людям удастся их отыскать, верилось с трудом. Активные точки перехода в мир магии находятся под контролем Коллегий и безопасников. Тогда получается, что здесь одна из неактивных точек соприкосновения.

Я мысленно выдохнула и немного успокоилась. Если бы в сельве была призрачная надежда активировать магию, то безопасники никого не подпустили бы к раскопкам на пушечный выстрел. А раз здесь никого из магов нет, то и переживать понапрасну не стоит. Хотя… Отец не стал бы просто так тратить силы и время, чтобы проводить исследования в заведомо проигрышном деле. Если только он не сунул Делянову и компании пустышку, а сам занят на золотой жиле. От этой мысли на душе стало чуть спокойнее.

– Похоже, что да. Мак же жил в магическом мире. Много чего знает. Правда, не обошлось без помощи Анны Роговой, – вытирая пыль с пробкового шлема, как бы невзначай добавил мужчина и внимательно на меня посмотрел.

– Мама?

– Не веришь? Сомневаешься? Я понимаю твое сомнение. – Теперь он смотрел с превосходством, будто это он, а не я потомок магического рода и носитель силы. Хотя информация – это тоже сила. В этом я не раз успела убедиться в мире людей. – Думаешь, почему она устроила заговор пять лет назад? Тогда Анна Рогова узнала, что Коллегия Девяти магов Европы получила данные о нас, о том, что люди хотят попасть в мир магии. Одним из таких «попаданцев» стал Патрик Мак Кенси, твой отец. Анна отвлекла безопасников, и Мак беспроблемно попал в ваш мир. К сожалению, планы Анны и ее Приспешников не осуществились в полной мере. Но если бы Заговор удался, то мы бы уже давно стали друзьями, а ты жила бы с родителями.

От полученной информации я снова вскочила и начала нервно мерить шагами палатку. В голове совсем не укладывалось подобное: как мама могла предать мир магии? Она же помнит про Утечку в Средние века. Сколько тогда погибло магов и людей, которых подозревали в колдовстве. Темные и страшные были те времена. Именно тогда многие точки перехода между мирами были закрыты. Будто сама Бездна встала на защиту мира магии и отрезала на время миры друг от друга.

События настоящего обещали ничуть не лучшие последствия. Если люди смогут попасть в наш мир, если смогут обуздать магию? Стоп. С магией надо родиться. Ведь даже в магических семьях рождаются «пустышки». Магии надо учиться. Не просто так нас отдают в школы для тренировки и отработки магических навыков.

– Значит, родители вместе с вами? И тот Заговор был создан специально? – медленно задавала я вопросы, надеясь, что Делянов солгал. Но он уверенно кивал головой, в глазах не было ни тени сомнения, а значит, он точно уверен в своих словах. Это плохо. Разве мама не знала, какое наказание полагается тем, кто открывает людям магические секреты? Самих преступников казнят, а всех их родственников лишают магических браслетов и изгоняют из мира магии. Даже их потомки не смогут никогда вернуться обратно. Жить в мире людей – вот что остается изгнанникам. И мама на такое пошла? И Лукиани с его большой итальянской семьей? И остальные Приспешники? Если бы безопасники тогда все это узнали, мир магии Европы лишился бы колоссальных сил. И все родственники преступников были бы вынуждены жить в мире людей. И многие из них мечтали бы вернуть утраченное и пошли бы на все, чтобы добиться цели и вернуться на магическую Родину. Почти как я.

А папа? Как он мог решиться? Это же тоже риск. А если бы мир магии его не принял? Если бы безопасники прознали про него? И ради чего? Ради власти в Коллегии? Но с магическими способностями он и в мире людей получил бы огромную власть. Что-то не сходится. Этому логическому пазлу чего-то не хватает, какого-то кусочка, а может, и не одного.

Интересно, а знает ли Делянов про Прометея?

– Где отец? – тихо спросила я, глядя на уверенного в себе доктора.

– Он работает над пропуском для всех нас в мир магии.

– Но как?

– На сегодня вопросов достаточно, – Делянов глянул на часы. – У меня много дел, а тебе надо отдохнуть и принять лекарство, – с этими словами мужчина направился к выходу. Недолго думая, я сунула в карман первую попавшуюся бумажку, что лежала на заваленном бумагами и картами столе. – Остальное мы обсудим за ужином, – уже на улице сообщил Дмитрий. Он кивнул одному из охранников, и тот попытался взять меня за локоть.

– Друзей под конвоем не водят, – сквозь зубы произнесла я.

– Друзьями нам только предстоит стать. Но ты права, – Делянов попытался улыбнуться, – нам надо поберечь твои руки… для браслета. – Он кивнул человеку с автоматом, и тот отступил на шаг. – Карлос присоединится к тебе немного позже.

Мне ничего не оставалось, как отправиться обратно к пещере. Дополнительная информация была крайне необходима. То, что главари ведут свою игру, это я поняла сразу. Но чтобы разобраться, где правда про родителей, а где ложь, нужно больше сведений. Надо сосредоточиться и отбросить эмоции, чтобы просто проанализировать то, что удалось узнать. Но мама не могла предать мир магии. Не верю! Как такое возможно? Неужели все из-за любви к отцу? Или дело в другом? Прометей?

Вопросы, вопросы, а ответов нет. Вот если бы была возможность поговорить с мамой. Но увы… безопасники охраняют лечебницу Лукреции очень хорошо. Даже если бы я и пробралась туда, то вывести маму из комы пока не удалось никому. Самые сильные маги, самые умелые лекари пытались это сделать, и ничего не получилось. Да, не все. Папа. Точно, папа не пробовал. Если у них такая сильная любовь, ради которой можно и заговор организовать, и в другой мир очертя голову ринуться, то, возможно, у него и получится вернуть маму обратно из царства магической комы.

Папа. Вот еще один человек, с кем пообщаться большая проблема. Но теперь хотя бы понятно, почему он не мог встретиться со мной, почему Скип переделывал электронные послания. Отец был в мире магии.

Именно, что был. Если верить Делянову, то сейчас Патрик Мак Кенси где-то в Европе. Уж очень много европейских карт лежало на столе у доктора. Не думаю, что доктор рискнет все здесь оставить на Малыча. Тогда получается, что европейской точкой перехода занимается папа? Но в Европе уже есть место средоточия магии – школа.

В каждой школе есть телепортационный зал. Именно там грань между миром магов и людей почти стерта. Потому-то и телепортироваться из зала можно легко и безболезненно даже тем, у кого очень мало магии. Неужели в Европе есть еще одна точка? Если это окажется правдой, то я готова биться об заклад, что у Бездны есть чувство юмора.

Есть ли точка или нет, не суть важно. В любом случае папа ищет возможность проникнуть в мир магии. Кто же папа? Какова его роль во всем этом: пешка, офицер или ферзь? Один из организаторов или информатор? Снабжает информацией о мире магии в обмен на силу для меня? Или же он один из тех, кто «откроет» мой мир для людей? Нужно быстрее посмотреть ту бумажку, что я стащила из палатки. Благо мы уже подошли к моей комнате, и, попрощавшись с охранником, я скрылась у себя.

Не раздумывая, я вытащила из кармана брюк украденный листок и принялась его рассматривать. Несмотря на жару, меня прошиб холодный пот. Я узнала это место. Пусть там не было названий городов, рек, достопримечательностей и прочего, но это место я узнала. Любой студент европейской школы магии, кто учился на старших курсах, узнал бы цель людей. Это лагерь в Болгарии. Наш студенческий лагерь, где мы проходили практику в мире людей. Магистры учили нас выживать без магии в городах из бетона и стекла, в деревнях и селах, рассчитывая только на себя и своих друзей.

Не точка перехода интересует заговорщиков, а студенты. Что есть у них, что нужно людям? Знание? Умение? Они поверхностны и фрагментарны.

Стоп.

Я прислонилась к прохладной стене и медленно начала оседать на пол. У студентов действительно есть то, что пригодится и Делянову, и Малычу, и отцу, и даже мне. Это поможет запустить процесс перехода между мирами. Браслеты. Магические браслеты.

Выходит, что Делянов и компания, включая моего отца, намереваются забрать магические браслеты у студентов, чтобы обеспечить себе проход в мир магии. И один из учебных браслетов будет моим. Это, конечно, не полноценный браслет, но все же какая-никакая, но магия. Студент, еще не прошедший главный экзамен, не получивший свой личный браслет, не должен испытать сильных потрясений от потери артефакта. Или я ошибаюсь? Последствия для студентов должны быть не такими фатальными, как для магистров.

Картинка пятилетней давности, когда я посещала лечебницу Лукреции после заговора мамы, снова предстала перед глазами. Маги, принудительно лишенные браслетов, лежали на лечебных койках полуживые. Они будто находились между мирами, тело их жило, а душа была очень далеко. Может, она отправилась искать магию, отнятую так жестоко и вероломно Приспешниками Ужасной Анны. Может, душа сбежала в мир грез и фантазий, подальше от заговоров? Не знаю.

Много лет лекари пытаются решить проблему возвращения магов без магического браслета к нормальной жизни, но безуспешно. Силой отобранная магия рвет все нити с магом, лишая его самой цели для жизни. Другое дело, когда маг отдает браслет сам, тогда можно сохранить разум и жизнь. Даже научиться существовать и не походить на призрака. Правда, без магических сил в мире магии делать нечего. Это уже я знаю на своем опыте.

Прошлое снова напоминало о себе. Я столько раз пыталась избежать этого. Сбежала из мира магии, жила нормальной человеческой жизнью, и все ради чего? Чтобы снова с головой окунуться в загадки прошлого?

Солнечный луч ударил мне в глаза. Я невольно зажмурилась и посмотрела в окно. Дмитрий Делянов отдавал распоряжения своим головорезам, а рядом с ним, понурив голову, стояли трое изможденных индейцев. Вскоре вся компания отправилась к развалинам. Я еще там не была, но хотела бы посмотреть на это место магии. Быть может, моя магия ответит местной. И не нужно будет ни у кого отбирать браслет.

Кого я обманываю? У меня нет никаких магических сил. Я как была «пустышкой» пять лет назад, так ею и осталась. Единственный способ стать магом – забрать чей-то браслет. Но это означает, что кто-то другой навсегда лишится магии. Или хуже того, превратится в почти овощ. Насмотрелась я на таких в лечебнице Лукреции пять лет назад. Нет. Так нельзя.

Обрекать другого мага на жизнь «пустышки» очень жестоко. Тем более что рана от браслета, отобранного силой, может никогда не зажить. Мама и ее Приспешники до сих пор не пришли в себя, впрочем, как и те, у кого они отобрали браслеты. Нет, жить без магии, помня, каково это было, ужасно. А если маг не будет жить? Если предположить, что после потери магического браслета он погибнет? Или во время сражения? Никто не захочет отдавать свой браслет добровольно. Даже студенты могут оказать серьезное сопротивление, но тогда насилия не избежать. Зато они в состоянии прожить без браслета, ведь свой настоящий еще не получен. А учебный… потоки магии не такие глубинные, и нет еще энергетической привязки к личному браслету.

Кошмар.

Меня прошиб холодный пот. Я что, действительно подумала об этом? Я действительно допустила, что можно убить мага ради браслета? О нет. В кого я превращаюсь? Так нельзя. Нельзя. Нельзя. Это неправильно.

Я всеми силами отгоняла «прекрасные» перспективы обладания магическим браслетом. Нет. Я не готова. Я не могу заплатить такую цену за возвращение своей магии. Тем более что отдала-то я ее добровольно. Не мне теперь плакать и сожалеть о выборе. Я сделала его сама.

Вот и сейчас надо не ошибиться.

Мысли вернулись к лагерю в Болгарии. Не сомневаюсь, окажись Делянов и Малыч там, жертв будет намного больше. Отец не такой жестокий. Может, он постарается уменьшить возможные потери. Хотя какие потери? Сейчас весна, а студенты приезжают в лагерь в начале лета. Так что есть время предупредить Службу магической безопасности. Вот только поверят ли они мне? Можно поговорить с агентом Бри или, на худой конец, с агентом Бабичковкуром. Он же знает, что врать я не умею. Не лучший выбор агентов, но других знакомых у меня нет среди безопасников. Если только… Березкин. Егор.

Сердце противно заныло. Это последний человек, с кем я сейчас хочу встречаться. Можно поговорить с его отцом, тот тоже безопасник. Объяснить все и… Стоп. А может, решение Егора о разрыве отношений было принято не так спонтанно, как мне показалось? Может, он в курсе того, что люди готовят заговор? Может, это место вообще под магическим наблюдением и не ровен час, как нас всех повяжут и все само образуется?

От мрачных мыслей меня отвлек стук в дверь. На пороге стоял мой напарник – Карлос. Немного помятый, с подбитой скулой, но с озорной улыбкой, которая невероятно ему шла. Я неспешно подошла к нему, обняла и поцеловала в небритую щеку, после чего прошептала:

– Подыграй мне.

– Конечно, малышка, – Карлос убрал локон моих волос за ухо. – Я соскучился, – с улыбкой произнес он (погромче), а через мгновение поцеловал в губы. Воспользовавшись моим замешательством, он подтолкнул меня к кровати и ногой захлопнул дверь.

– Значит, ты хочешь, чтобы я шпионил для тебя? – Мы с Карлосом лежали в кровати. – Я не против. Я даже не буду говорить, что мне не нравится твой план изображать любовников. Мне это… определенно нравится, – мужчина сделал попытку снова поцеловать меня, но я отстранилась.

– Только благодаря притворству ты еще жив, – губами произнесла я.

– Ценю заботу о своей скромной персоне. Видела бы ты этого Делянова при допросе, – Карлоса передернуло. – Нет, лучше с ним в такой обстановке не сталкиваться. Я много слышал о нем от Мака, но… – Мужчина накручивал мои волосы на пальцы.

– Что вы с ним не поделили?

– О, это давняя история.

– И? Расскажи. – Я слегка отодвинулась от напарника. – Знаешь, Карлос, такие истории очень сближают.

– Да мы и так ближе некуда.

– И помогают укрепить доверие, – не обращая на его руку, поглаживающую мою спину, продолжила я.

– Ну если доверие, то ладно.

– В общем, – мужчина обнял меня, – вдруг кто подсматривает, – пояснил он свои собственнические замашки. И от хриплого шепота Карлоса по моей спине побежали мурашки.

– Ты же закрыл ставни на окне, – возмутилась я и попыталась вырваться из его крепких объятий.

– Это мой бонус за риск быть раскрытым. Пару лет назад я заключил договор о переходе к Рорайме. Знаешь, что это?

– Кто не знает горы тепуи?

– Вот. Твой отец хотел исследовать все подобные горы в районе. Он искал…

– Магию, – перебила я Карлоса.

– Ты дашь мне хоть слово вставить? Или мне надо тебя целовать, чтобы ты молчала?

Вот после такого вопроса все желание перебивать напарника исчезло. Не то чтобы я была против поцелуев, нет. Карлос в этом знал толк и целовался уверенно, горячо, но было в этом что-то неправильное. Что-то такое, как будто я предавала Егора и наши отношения, хотя их уже и не было.

– Молодец, послушная девочка, – усмехнулся Карлос и продолжил: – Так вот, с твоим отцом мы прекрасно поладили, поговорили и обсудили детали экспедиции, и я отвел его, как договаривались, к Рорайме. Ты была там? – Я мотнула головой. – Обязательно надо там побывать. Красота неописуемая. Величественные горы, устремленные вверх. Облака, простирающиеся у твоих ног. Стоишь на краю, и ощущение, будто весь мир принадлежит только тебе. Волшебное место.

Мужчина на секунду зажмурился. Было видно, что воспоминания захлестнули его. Небольшие морщинки на лбу разгладились, руки расслабленно повисли вдоль тела.

– Потом Мак сказал, что скоро приедут его коллеги для полномасштабной экспедиции в горы. Я должен был их встретить и привести в лагерь. Но когда я отправился за Деляновым, то услышал много слухов о нем и громиле Малыче. Индейцы, бывшие у них носильщиками и рабочими, рассказывали не самые лучшие истории. Так, например, доктор не только не платил им, но и не брезговал физическими наказаниями, приказывая головорезам избивать провинившихся. Я себе такой участи не хотел, а потому взял деньги и пошел своим путем.

– Ты их кинул?

– Да.

– Но почему ты согласился сейчас идти к ним? – вот этот вопрос меня интересовал уже очень давно.

– Мак. Мак попросил меня помочь тебе. Он знал, что ты решишь его искать. Вот и попросил приглядеть за тобой.

– Попросил? Или заплатил? – с подозрением спросила я.

– Я не такой уж и меркантильный, – заметив мое недоверие, Карлос разжал руки и откинулся на подушку. – Во время похода к Рорайме Мак спас мне жизнь, а потому я был ему должен.

– Вот оно что…

– Я не забываю своих долгов и всегда плачу по счетам. Если они не касаются финансов, – Карлос хитро улыбнулся.

– Похвально.

Мы лежали одетыми в кровати, изображая отдых счастливых любовников. Каждый при этом думал о своем. Если Карлос сказал правду, то получается, что он будет мне помогать выбраться отсюда, чтобы отдать долг отцу. Но тогда вопрос: если папа связан с этими людьми, то почему договорился с Карлосом, чтобы он приглядывал за мной? Может, он думает, что я попытаюсь помешать им завладеть браслетами? И тогда Карлос никакой не друг, а надзиратель, который включится в игру, чтобы обезвредить меня. Или папа ведет свою партию, отдельную от Малыча и Делянова? И тогда мы с Карлосом либо отвлекающий маневр, либо козырь, который как раз и должен сорвать планы людей.

Как же все запутанно. С другой стороны, дедушка Сергей и бабушка Агата нас с Григорием к этому и готовили. Распутывать интриги, играть на чужих слабостях и добиваться своих целей. А какая у меня цель? Вернуть магию. Но какой ценой? Нужно ее узнать, прежде чем делать следующий шаг.

В любом случае сейчас я могу довериться только Карлосу. Это уже немало. Это уже один человек, на которого можно рассчитывать. Вот если бы еще перетянуть на свою сторону Скипа… Хакер в таком деле явно пригодится. Например, восстановить связь с внешним миром.

– Рид, ты уверена, что хочешь влезть в это дело? Ребята тут серьезные, – обеспокоенно поинтересовался напарник.

– Мне нужна информация. Встревать в чужие разборки не в моих правилах. Потому только информация, – я почти не кривила душой. Я действительно хотела выяснить, зачем людям понадобился лагерь в Болгарии, когда студентов там нет.

– Хорошо.

– И помни, – я внимательно посмотрела на Карлоса и твердо добавила: – Мы только притворяемся.

– Сама об этом не забудь, малышка, – усмехнулся он. – Это ты затащила меня в свою постель, пусть даже в одежде.

– Рубашку ты же снял.

– Так жарко, – он приподнялся на локте и царапнул щетиной щеку. – Только одно твое слово – и поверь, ты не пожалеешь.

В этот момент дверь комнаты открылась и на пороге с невозмутимым видом стоял Малыч.

– Даже так, – брови громилы чуть приподнялись. – Какие вы быстрые. Только не перетрудитесь. Рид, тебе пора на процедуры. Доктор ждет.

– А мои вещи? – Хорошее настроение быстро улетучилось, стоило вспомнить про Делянова.

– У Скипа. Потом заберешь.

– Я возьму. – Карлос подмигнул мне.

Еще раз внимательно осмотрев комнату, Малыч скрылся в коридоре. Медлить я не стала, благо была практически одета.

Медицинский пункт располагался в одной из комнат, так что далеко идти не пришлось. Делянов быстро обработал мне раны на руках, вколол укол с антибиотиками.

– Спасибо. Когда я могу поговорить с отцом? – нужно было пользоваться моментом.

– После ужина, – складывая медицинские отходы в пакет, ответил Дмитрий.

– Почему так долго?

– Временные пояса, знаешь ли. Мы помогли тебе, Рид. И ждем от тебя ответного действия. Нам нужна информация.

– Какая?

– Магические браслеты. Как они функционируют, на кого настраиваются и как снимаются. – Я готова была поспорить, что большую часть ответов он и без меня знает. Это такая проверка, скажу ли я ему правду или что-то утаю. С другой стороны, откуда они могут знать, наврала я или нет? Вот если кто-то из мира магии с магическими способностями делится сведениями с людьми, – это другое дело.

– Вы действительно думаете, что можно сломать границу между мирами?

– Мы это уже делаем, – улыбнулся Делянов и поправил очки. – И если ты оцениваешь шансы на возвращение твоих магических сил, то, поверь, шансы большие.

– Хорошо, – я посмотрела мужчине в глаза. – Но вся информация только после беседы с отцом. А что вы делаете на развалинах? Можно посмотреть?

– Вот именно это мы и делаем. Проход. – Делянов с превосходством посмотрел на меня. – Экскурсия к раскопкам запланирована на завтра. Так что возвращайся к себе и отдохни как следует.

В комнату я возвращалась в глубокой задумчивости. Проходы между мирами, если верить легенде, появились благодаря Бездне. В детстве дедушка Сергей рассказывал, что бывают между мирами щели в границе, но они такие незначительные, что никто не может проникнуть в другой мир. А что, если найти щель и найти способ ее увеличить, раздвинуть края, так сказать? Тогда проникнуть из одного мира в другой не представит особого труда. Не так ли папа попал в мир магии? Но как они ищут эти проходы? Какими приборами определяют место?

Информации прибавилось, как и вопросов. Смогут ли люди действительно попасть в мир магии? А где тогда безопасники? Почему они бездействуют? Невозможно, чтобы они ничего про это не знали. У них приличный штат сотрудников и осведомителей. Быть может, даже среди головорезов Малыча или индейцев скрывается один из немагов, работающих на Службу магической безопасности.

– Вещи? Здорово, – поблагодарила я Карлоса, как только оказалась в комнате. – Узнал что-нибудь? – закрыв дверь, осторожно поинтересовалась я.

– Только то, что хакер запал на симпатичную блондинку. Он наблюдает через свои беспилотники за какими-то студентами в лагере на берегу какого-то водоема. Говорит, это очень важно. Делянов и Малыч каждый день все его отчеты просматривают.

– Что? Студенты в лагере? – мне на секунду стало трудно дышать. Но они не должны были быть там. Сейчас весна, не лето. Времени, чтобы предупредить безопасников, нет. И операция по изъятию браслетов может начаться в любой момент.