Эйвери немного покачнулась, пробираясь сквозь оживлённую толпу в «Текила О'Райли». Это был единственный совместно мексиканско-ирландский бар в городе, которым владели муж ирландец и жена мексиканка. Это было эклектично, безумно и всегда популярно. Сейчас они праздновали Синко де Майо. Что для бара означало праздничные вымпелы, мини-мексиканские флаги, много текилы, зелёное пиво — вероятно, оставшееся со Дня святого Патрика — и нити бус для любой женщины, желающей блеснуть своими сиськами. Честно говоря, так они отмечали почти все праздники.

Львица-перевёртыш улыбнулась и помахала рукой, узнав нескольких других агентов Агентства сверхъестественных расследований. Несколько случайных мужчин одаривали её оценивающими взглядами, и у неё было множество предложений показать им свою грудь в обмен на пластиковые бусы. Она сказала им, что её грудь стоит гораздо больше. Группа холостяков объединилась и предложила ей все деньги из своих кошельков, но этого было недостаточно, чтобы убедить её.

— Уборная, уборная, уборная, — пробормотала она, пытаясь протиснуться сквозь бурлящую толпу.

Она не собиралась выходить, но, когда альтернативой было идти домой и слушать, как её соседка по комнате занимается шумным сексом с её неряшливым бойфрендом, напиться было гораздо заманчивее. Но, возможно, это было ошибкой. Всего в пяти футах от неё был её бывший бойфренд — парень, который сделал предложение, поклялся в вечной любви, а затем целовался с её соседкой по комнате в колледже, Кристиной, и всё это в течение недели. Хуже того, он был там с Кристиной, и они были женаты. «Придурки».

Рикки начал поворачиваться в её сторону, и вместо того, чтобы выпустить когти, на что её толкала львица, она упала на пол и начала, как большой, чёртов трус. Её львица насмехалась над ней, но Эйвери была не совсем в настроении объяснять одному из своих коллег-агентов АСР, почему она держала свои пьяные лапы на шее Рикки, когда её арестовывали бы за нападение. Было бы лучше, если бы она ускользнула от искушения.

Ей удалось обойти множество пар ног, не обращая внимания на извращенца, который предложил ей возможность сделать ему минет, пока она была там внизу, и фактически добралась до уборной как раз в тот момент, когда Рикки решил пойти в мужской туалет. «Чертовски идеально».

— Эйвери?

— Да, о, о, это моя контактная линза.

Она сделала вид, что притворяется, что снова засовывает её себе в глаз, прежде чем встать, что на её каблуках переместило линию её взгляда на его макушку. «Коротышка засранец». Она посмотрела вниз и увидела, что Рикки улыбается ей.

— Эйвери, ты прекрасно выглядишь, — сказал он ей, чуть слишком кокетливо.

Это было не так. По крайней мере, по её мнению, нет. Она не переодевалась после работы; её макияж был мутным, а волосы вьющимися. Она чувствовала себя потной и неряшливой.

Эйвери раздражённо отмахнулась от комплимента.

— Ой, ради бога.

— Нет, ты всегда самая красивая женщина в комнате.

Да, Рикки никогда не скупился на комплименты. Её львица насмехалась над самцом. В самом деле? Неужели он действительно заигрывал с ней, в то время как женщина, ради которой он её бросил — теперь его жена — была как выброшенный бокал вина?

— Спасибо, приятно было снова тебя увидеть, извини, — торопливо выпалила она и убежала в дамскую комнату.

«Придурок». Её зверь скривил губу в знак согласия.

Она не торопилась, занимаясь своими делами, поправляя макияж, читая электронную почту на телефоне… Она была уверена, что к этому моменту Рик уже должен был закончить и вышел на улицу. Она уловила громкий смех Кристины и двинулась в противоположном направлении, воспользовавшись задним выходом и выбравшись в переулок. Прохладный воздух приятно прикасался к её разгорячённой коже, и туман в голове немного уменьшился. Вытащив телефон, она просмотрела номера в поисках службы такси.

— Эйвери!

Она зарычала, когда Рикки вышел из бара.

— Что?

— Ты действительно хорошо выглядишь.

— Ага.

Она проигнорировала его и сосредоточилась на своём телефоне.

— Знаешь, я скучал по тебе.

Эйвери нахмурилась, когда её львица фыркнула.

— Мне всё равно.

— Я сожалею о том, как всё обернулось. Я никогда не хотел причинить тебе боль.

— Конечно, поэтому ты засунул свой член в мою лучшую подругу, чтобы я прыгала от радости?

— Это всё она — она меня соблазнила. Она всегда ревновала тебя. Она заставила меня сделать это.

Эйвери одарила его испепеляющим взглядом.

— Верно, конечно, ты не имел права голоса в этом вопросе.

— Её семья богата. Мой отец и мой брат нуждались в работе. Её отец дал им работу и дом. Она просто продолжала подталкивать меня своей щедростью, пока я не смог сказать «нет».

Эйвери вздохнула.

— Ты всегда мог сказать «нет». Не надо было с ней спать. Тебе не нужно было жениться на ней.

— Я планирую развестись с ней. Она изменяет мне как сумасшедшая.

Эйвери вернулась к своему телефону, даже несмотря на то, что её львица самодовольно расхаживала вокруг.

— Ха, не может быть.

— Может быть, мы с тобой…

— Ах, дай подумать — нет!

Ну и наглости у этого ублюдка! Как будто она хотела вернуть её после того, что он сделал.

— Да ладно, Эйвери. Я никогда не переставал любить тебя. Ты всегда была для меня самой красивой женщиной в мире.

Грязный ответ крутился на кончике её языка, и она была готова произнести его, если бы не три аллигатора-перевёртыша, появившиеся из тени. От их немытых запахов её чуть не стошнило. Все её чувства насторожились, её глаза сузились, а когти выдвинулись вперёд.

— Отдайте нам сумочку, телефоны и бумажник, — прошипел один из них.

Он посмотрел на ноги Рикки.

— И эти модные туфли.

— Они сделаны на заказ, чтобы соответствовать моим ногам, — дрожащим голосом сказал Рикки.

Аллигаторы рассмеялись.

— Как хорошо для тебя, сладенький. Снимай их, — усмехнулся второй.

— Уходите, — прорычала Эйвери, — и я не буду привлекать власти.

Она солгала об этом, но ей не очень нравились её шансы против трёх огромных аллигаторов одновременно. Во всяком случае, не тогда, когда она была пьяна.

— Я чертовски ненавижу АСР, — протянул третий аллигатор. — Если бы кто-нибудь из этих говноедов был здесь сейчас, я бы оторвал им грёбаные ноги.

Львица закатила глаза, когда Рикки — явно самый слабый перевёртыш в мире — попытался спрятаться за ней. «Вот вам и рыцарство».

— Она из АСР, разберитесь с ней.

— Спасибо, Рикки, — пробормотала она.

Аллигаторы настроили на неё подходящие дикие хмурые взгляды. Эйвери предполагала, что сможет позвать на помощь, но с такой громкой музыкой, шумными криками и постоянными фейерверками кто её услышит? Нет, три аллигатора хотели напасть на неё, и она была одна. Может, Рикки побежал бы за помощью? Или, что более вероятно, просто сбежит и продолжит бежать, пока он не доберётся до следующего округа.

Эйвери смутно осознавала удаляющиеся шаги Рикки, когда она зарычала и превратилась в свою львицу. Но едва она сомкнула челюсть на ноге первого аллигатора, как рычание эхом разнеслось по переулку. Все четверо подняли глаза и увидели супергероя — серьёзно, одетого в чёрное, супергероя, — мчащегося к ним.

— Держитесь от неё подальше, сволочи! — завыл человек в чёрном.

Львица замерла в середине укуса, задаваясь вопросом, не выпила ли она, возможно, слишком много. Аллигаторы быстрее пришли в себя. Их интерес отвлекся от львицы, и они начали атаковать супергероя. Один пошевелился и попытался сломать ему лодыжки. Но при всей их массе, зубах и том факте, что они превосходили его численностью, они, похоже, не могли нанести удар. У супергероя был довольно хороший набор зубов, и он знал, как ими пользоваться. Аллигатор номер два вскоре осознал это, а Эйвери вскоре обнаружила, что он визжит, как двенадцатилетняя девочка на её первом поп-концерте. Аллигаторы пытались избить его кулаками, но в истинном стиле Бэтмена у человека в чёрном было множество гаджетов. У него была дубинка, электрошокер, и он только что использовал мини-дымовую шашку?

Львица, воя в знак одобрения, бросилась в драку, хватая и кусая изо всех сил. Бой, должно быть, длился меньше минуты, но, когда львица и супергерой танцевали, сражаясь в тандеме, казалось, что это намного больше. Это было так прекрасно, так правильно! Для Эйвери, которая всегда затмевала и побеждала каждого мужчину, с которым когда-либо встречалась, это было волнующим, и она подпрыгивала и била своих противников, как котёнок.

Когда последний аллигатор со стоном упал на землю, Эйвери перекинулась в человека.

— Кто ты? — выдохнула она.

Мужчина уставился на неё, открыв рот. Его глаза остановились на её худощавой обнажённой фигуре, возможно, он слишком долго смотрел на её вздымающуюся нагую грудь, но в этот момент Эйвери не хотелось кричать на него. Нет, она благоговела перед ним.

— О, я, э-э-э…

Он сглотнул, явно поражённый, когда Эйвери положила руки ему на плечи и притянула для поцелуя. Его губы, сначала нерешительные, вскоре отдались ей, и он погладил её обнажённую спину. Она не знала, что заставило её поцеловать незнакомого мужчину, когда она была голой в переулке, и трое аллигаторов стонали у её ног, но это была совершенно странная ночь, и то, что она делала, казалось таким правильным.

Когда поцелуй закончился, похоже, он произвёл на супергероя должное впечатление.

— Я Человек-волк, — решительно сказал он ей. — И я обещаю, мы ещё встретимся, красотка.

Человек-волк поцеловал её руку и в мгновение ока убежал. Эйвери провела пальцами по губам, когда её львица удовлетворённо зарычала.

— Да, увидимся.