Январь

Джерри смотрел в окно, прислушиваясь к докладу Ганнера. Он действительно должен слушать. «Это важно, чёрт возьми». Его работа была для него важна. Было важно делать свою работу. Так почему же все мысли были наполнены некой озорной белкой-перевёртышем?

Его питон нетерпеливо взмахнул хвостом. Зверь хотел знать, почему они не были с самкой в этот самый момент. У Джерри был список причин, ни одна из которых не являлась важной для его внутреннего животного.

Он думал, что через пару недель его влечение к ней угаснет, но нет. Во всяком случае, это было даже хуже, чем когда он чувствовал её мягкие губы на своих, а её пышное тело прижималось к нему.

Джерри не мог отрицать, что какое-то время был без секса. Во всяком случае, настоящего секса. Не то сексуальное освобождение, которое исходило от желающего партнёра, который просто хотел покончить с этим, чтобы она могла снова заснуть. Он предположил, что это была причина, по которой он так увлёкся белкой. Его змея вцепилась в ближайшую самку, которую смог найти, и теперь, похоже, не мог отпустить. «Может, если бы они переспали с ней», — подсказал зверь…

Каждая деталь той ночи запечатлелась в его памяти. Он вспыхнул в тот момент, когда увидел её, вбежавшую в его кабинет, возбуждённо хихикая. Она была видением радости и красоты в сером мире. И этот поцелуй... он не должен был. Но он ничего не мог с собой поделать. Джерри увидел омелу и эти красные дрожащие губы и не смог сдержаться. Он должен был. Он был просто грязной старой змеёй, воспользовавшейся молодым сотрудником в момент слабости. Но то, что он сделал дальше, испугало его ещё больше. Слово «пара» выскользнуло из его рта. Действительно ли она была его парой?

Нет, это не могло быть правдой. Он позволил слову ускользнуть от него, но это не могло быть правдой. Она не могла быть его парой. Его змея зашипела на него, и Джерри попытался её успокоить. С ней не было ничего плохого — далеко не так. Он знал её несколько минут и был поражён. Она была милой и дерзкой, с сияющими зелёными глазами и мягкими возбуждающими формами. Его беспокоило то, что она была белкой, а не змеёй? Нисколько. Его змея хотела затащить её в гнездо, защитить и спрятать от всех остальных мужчин на планете. Его инстинкты защитить её, сохранить её безопасность вспыхнули в тот момент, когда она прижалась носом-пуговкой к его окну.

«Проблема была не в ней». Он бросил вызов любому мужчине, чтобы тот не напрягся от одного лишь подёргивания её носа. Хотя у него было желание выследить и убить любого, кто это сделал. За последние две недели Джерри провёл много часов в душе, думая о ней. «Становилось неловко». Он так сильно не увлекался с тех пор, как был подростком, а может быть, даже тогда. Его жена подумала, что у них проблема с водопроводными трубами.

И в этом была загвоздка. «У него была жена!» У него была жена; он, должно быть, почти на двадцать лет старше белки и был её начальником. Джерри не был уверен, что из этого беспокоило его больше всего. Наверное, разница в возрасте. Он был для неё слишком стар — слишком стар. Она заслуживала такого же молодого и яркого мужчину, как она. Она заслуживала большего, чем несчастная змея средних лет.

Ганнер, агент, отвечающий за команду «Альфа», откашлялся, и Джерри вопросительно посмотрел на него.

Белый медведь-перевёртыш старательно избегал комментировать невнимательность своего босса и решил повторить то, что он говорил.

— Я просто подумал, сэр, что было бы полезно, если бы нам была назначена постоянная техническая поддержка. У нас так много потребностей, и становится всё труднее...

— Ты прав.

Ганнер чуть не удивился внезапному соглашению.

— Я, ах, да, сэр.

— Да, нам нужна техподдержка. Она могла бы работать здесь, на этом этаже. В конце коридора пустой кабинет...

Джерри сцепил пальцы так, что супер-злодей мог бы гордиться. Его зверь шевелился в направлении его мыслей.

Огромный белый медведь почесал затылок. Разговор ускользал от него.

— Э-э-э, она, сэр?

Джерри замолчал в своих махинациях.

— Или он, — сказал он легкомысленно.

Ганнер наморщил массивную бровь.

«Пора двигаться дальше». Джерри откашлялся.

— Вы добились чего-нибудь с убийством хирурга?

— Нет, — хрипло ответил Ганнер.

Он воспринимал любую неудачу с делом как личное оскорбление — он переносил это даже тяжелее, чем Джерри.

— Любые зацепки, которые у нас были, ни к чему не привили и когда мы, наконец, получили техническую поддержку, чтобы покопаться, мы обнаружили, что против жертвы действительно было возбуждено дело о халатности.

— О?

— Да, несколько месяцев назад. Парень подал его после того, как его жена умерла в хирургии. Но дело сразу закрыли, видимо, это была действительно рискованная процедура, и наш доктор сделала всё, что могла. Не было никаких сообщений о том, что парень, который подал это письмо, напал на неё или что-то в этом роде, поэтому я понятия не имею, мог ли он это сделать. Но он утверждал, что доктор поспешила с операцией, и поэтому она плохо закончилась. Операция была назначена на пятницу, и она перенесла её на другой день. Он сказал, что это потому, что она хотела отправиться на лыжную прогулку.

— Вы говорили с ним?

— Он мёртв, — мрачно заявил Ганнер. — Умер через неделю после того, как мы нашли её тело.

— Как?

— Дорожная авария.

Джерри приподнял бровь.

— Самоубийство?

— Что ж, когда они проверили его кровь, было ясно, что он превысил предел. Он мог намеренно напиться и врезаться в дерево.

Ганнер в этом сильно сомневался.

— Я говорил с его сестрой. Она сказала, что он был опустошён после смерти жены. Она сказала, что сначала он разозлился на доктора, но, похоже, успокоился после того, как было отклонено злоупотребление служебным положением. Хотя она вскользь прокомментировала его сберегательный счёт. Она была удивлена, что после смерти у него осталось так мало денег. Она думала, что у него на счёте не хватает как минимум семи тысяч.

— Может, он потратил недостающие деньги на киллера для нашего хирурга?

— Никто не откажется от таких денег…

— Откажется?

Губы Джерри скривились.

Ганнер кивнул.

— На повестке дня — мой подарок Тайного Санты.

Ах да, офис Тайного Санты, и подумать только, Джерри избегал участия в этом.

— Во всяком случае не для того, чтобы отказываться от денег, но для профессионального убийцы — это не так уж и много. И кто-то приложил кучу усилий, чтобы убить её. Хотя коронер сказал, что сомневается, что убийца был профессиональным хирургом. Он сказал, что работа с ножом была слишком грязной.

— Полагаю, это будет зависеть от киллера, — медленно произнёс Джерри, рассматривая вариант наёмных убийц по выгодной цене. — Жалко, что мы не смогли поговорить с ним перед смертью.

— Да, мы могли бы добраться до него вовремя, если бы у нас была чуть лучшая поддержка, — многозначительно сказал Ганнер.

Внутренний питон Джерри проворчал. «Чёртов Барри Сэйлз».

— Ты точно подметил.

Его глаза заблестели.

— Оставь это мне.

* * *

Мадам похлопала Мириам Куирк по руке.

— Обо всём позаботились. Как и просили, он заперт в своём доме и ждёт вашего прихода. Один из моих товарищей вложил в него очарование — по любой причине, если он освободится, всё, что вам нужно сделать, это сказать слово «дремать», и он станет послушным. Я также приготовила для вас ряд орудий на случай, если вы захотите проявить творческий подход к его наказанию.

Мириам закусила губу.

— Я не уверена, что смогу это сделать.

Мадам не теряла сочувственной улыбки.

— Моя дорогая, я не буду заставлять вас это делать. Все, что происходит, — ваше решение. Вы уже подписали контракт. Если вы решите, что не хотите продолжать, это полностью зависит от вас. Хотя я не решаюсь упомянуть об этом, в настоящее время мы не сможем вернуть вам деньги. Но помните, вы здесь не только из-за того, что он сделал с вашей сестрой. Вы здесь из-за всех страданий и боли, которые он принёс вашей семье. И всю боль, которую он может причинить семьям будущих жертв. Копы не смогли защитить вашу сестру и не смогли привлечь его к ответственности. Разве вы не сделаете то, что нужно сделать?

Мириам вытерла слёзы тыльной стороной рукава.

— Вы правы. Он должен заплатить за то, что сделал.

— Око за око, — согласилась мадам, сжимая её руку. — Теперь вы уверены, что хотите, чтобы это произошло здесь?

Мириам яростно кивнула.

— Вот что он… он должен заплатить.

— Конечно, как пожелаете. Только помните, его домработница должна приехать в шесть утра. Нам понадобится как минимум два часа, чтобы избавиться от любых улик. Однако, — мадам замолчала и нахмурилась, — если ему нужно стереть воспоминания, нам потребуется как минимум три часа. Это деликатная процедура, и для её выполнения мне понадобится шаман.

Бровь Мириам нахмурилась.

— Что вы имеете в виду под «если»?

— Просто помните, если он всё-таки выживет, он запомнит всё, что вы с ним сделали.

— Вы хотите, чтобы я его убила?

Мадам развела руками.

— Делайте, что захотите, в конце концов, это ваша месть. Просто убедитесь, что у моих людей будет достаточно времени, чтобы прийти и убрать до прихода его экономки.

Мириам моргнула.

— Хорошо, — пробормотала она.

— Хорошо, но, если что-то пойдёт не так, воспользуйтесь этим.

Мадам передала ей камень и объяснила, что это.

— Всё, что вам нужно сделать, это бросить его на пол, и он скроет любой… беспорядок. Просто убедитесь, что вы уберётесь оттуда, как можно скорее. Используйте его только в крайнем случае.

— Вы имеете в виду, если кто-нибудь появится?

— Да, особенно полицейские. Меньше всего мы хотим, чтобы вас арестовали за это. Кстати, один из моих партнёров в настоящее время предоставляет вам алиби в баре на другом конце города.

— Вы обо всем подумали.

Мадам ободряюще улыбнулась.

— Всё это часть работы. Позвоните мне, как только закончите. Теперь идите. Несправедливость ждёт скорая месть. Вы ждали достаточно долго, идите, наслаждайтесь местью.

* * *

Мириам возилась со своим телефоном. Она с трудом могла его схватить из-за крови на пальцах. Когда мадам наконец ответила, Мириам заплакала.

— Она пришла домой рано, — икнула она.

— Кто? — спросила мадам так же спокойно, как всегда, несмотря на бешеный тон Мириам.

— Экономка! — воскликнула Мириам. — Она пришла домой рано. Я испугалась и ушла. Я забыла использовать камень. Это было… о боже! Мне жаль. Я облажалась и забыла всё, что вы мне сказали.

— Он умер? Вы закончили работу?

— Я… да, я почти уверена, что он мёртв. Было так много крови.

Мадам едва успела остановиться, как она начала тихонько и успокаивающе бормотать.

— Моя дорогая, не волнуйтесь, ещё не всё потеряно. У меня есть... ну, скажем так, контакт в АСР. Я позабочусь о том, чтобы доказательства пропали. Помните, у вас уже есть алиби; они не смогут вас за это арестовать. Постарайтесь не плакать — вы оказали миру огромную услугу. Не жалейте его. Он это заслужил. Теперь вы идёте домой, принимаете длительный душ и пытаетесь немного отдохнуть. Предоставьте всё мне.