Глеб смотрел на телефон, имя Миланы светилось на экране.

— Звонит который раз, — он бросил телефон на диван. — Наверное, поняла, что я в курсе.

Я попыталась понять, что он чувствует. Гнев? Облегчение? Безразличие?

— Что ты ей скажешь? — спросила тихо.

— Ничего, — Глеб повернулся ко мне. — Пусть адвокаты говорят. Мне не о чем с ней разговаривать.

Телефон снова завибрировал. Глеб выключил звук, положил на стол экраном вниз.

— Извини. Испортил момент.

— Не испортил. Просто отложил.

Он долго смотрел на меня, затем поднял руку, снова коснулся моей щеки. Провел большим пальцем по скуле, по губам. Я замерла, боясь пошевелиться.

Глеб наклонился и его губы коснулись моих. Осторожно, бережно, будто я могла сломаться от одного неверного движения. Я ответила на поцелуй и обняла его за шею. Он притянул меня ближе, углубил поцелуй. Мир вокруг исчез, остались только мы, тепло его тела, вкус напитков на губах, стук сердца под ладонью.

Мы целовались долго, не торопясь. Глеб гладил мои волосы, спину, прижимал к себе, будто боялся отпустить. Когда мы оторвались друг от друга, в его глазах было что-то новое.

— Останься, — попросил он тихо. — На ночь.

Я хотела остаться, забыть про Пашу, Милану, суды и скандалы. Просто быть рядом с этим мужчиной, спать в его объятиях, просыпаться утром и видеть его лицо… Но не сейчас, слишком рано. У нас еще много нерешенных вопросов.

— Отвези меня домой, — я коснулась его губ пальцами. — Пожалуйста.

Он кивнул, не настаивая.

Утром я проснулась неожиданно выспавшейся и бодрой. Включила кофеварку, взяла телефон. На экране светились десять пропущенных от Марата, пять от Кати, три от Самсонова. Явно что-то случилось.

Первым набрала Марата.

— Полина, включи телевизор, — он говорил взволнованно. — Утреннее шоу. Быстро.

Я включила, нашла канал. В студии сидели Паша и Милана. Он в светлом костюме, она в бежевом платье, выглядели как идеальная пара. Красивые, счастливые, влюбленные.

Ведущая приторно улыбалась:

— Милана, Павел, спасибо, что согласились на это интервью. Вся страна следит за вашей историей. Расскажите, как все началось?

Милана наклонила голову, взяла Павла за руку.

— Мы встретились на съемках. Я играла главную роль в его сериале. Мы были связаны обязательствами, но не могли бороться с чувствами, — она говорила медленно, с паузами. Актриса до мозга костей. — Это случилось само собой. Мы пытались сопротивляться, но любовь оказалась сильнее.

— Павел, вы чувствуете вину перед супругой? — ведущая повернулась к нему.

— Конечно, — Павел кивнул серьезно. — Я виноват перед ней. Много лет вместе, совместная работа, общие проекты, но любовь не преступление. Я не властен над чувствами.

— А что вы скажете о слухах про отношения Полины с Глебом? — ведущая посмотрела на Милану. — Они появились вместе на красной дорожке.

Милана выпрямилась, лицо стало жестким.

— Полина использует Глеба, чтобы отомстить нам. Она манипулирует им, играет на его чувствах. Глеб богатый человек, влиятельный. Ей это выгодно, — она вытерла несуществующую слезу. — Мне жаль его, он не заслуживает такого.

Я смотрела на экран и смеялась до слез, держась за живот.

Телефон завибрировал, пришло сообщение от Глеба: «Видела?»

Набрала: «Да. Милана в своем репертуаре».

Ответ пришел незамедлительно: «Не волнуйся».

Я допила кофе и полезла в интернет. Новостные сайты пестрели заголовками: «Милана и Павел признались друг другу в любви!», «Полина Крылова использует миллиардера для мести?», «Скандал в шоу-бизнесе: кто прав?».

Не знаю зачем, начала читать комментарии. Половина поддерживала Пашу и Милану: «Любовь не выбирают», «Полина сама виновата, если муж ушел». Другая половина защищала меня: “Крылов изменник», «Милана разрушила брак».

с ума сойти, я героиня собственного сериала. Все как я писала: измена, скандал, борьба за правду, только теперь не на бумаге, а в реальности.

На следующий день утром позвонил Самсонов.

— Полина Сергеевна, сегодня в час дня будет пресс-конференция на канале. Приезжайте, если хотите присутствовать.

— О чем конференция?

— Глеб Викторович сделает заявление по поводу финансовых махинаций в компании «Форвард Медиа». Мы не будем раскрывать детали, но дадим достаточно информации, чтобы поднять шум.

Я приехала за полчаса до начала. Зал был забит журналистами, повсюду камеры, микрофоны, вспышки. Глеб сидел в строгом костюме рядом с Самсоновым, перед ним лежала папка с документами, которую я видела уже не раз.

— Добрый день, — Глеб говорил в микрофон, его голос звучал спокойно, уверенно. — Я хочу прокомментировать ситуацию вокруг сериала «Чужие жены» и компании «Форвард Медиа».

Все затихли. Журналисты навострили уши.

— В ходе аудита финансов компании были обнаружены нарушения. Систематический вывод средств, завышенные гонорары отдельным актерам без обоснования, фиктивные договоры с несуществующими компаниями, — Глеб перечислял пункты четко, без эмоций. — Детали я не могу раскрывать, так как дело передано в правоохранительные органы. Но хочу заявить: автор сериала, Полина Крылова, не имеет отношения к этим махинациям. Она была обманута так же, как и все мы здесь.

Журналисты загудели. Вопросы посыпались градом:

— Кто конкретно виноват в махинациях?

— Павел и ваша жена будут привлечены к ответственности?

— Полина получит права на сериал?

Глеб поднял руку, зал снова затих.

— Все вопросы решаются в судебном порядке, комментарии дадут наши адвокаты после заседания.

Самсонов кашлянул и начал зачитывать официальное заявление. Я слушала вполуха, больше наблюдала за реакцией журналистов, они не упускали ни одного слова.

Катя прислала сообщение: «Полина, вся съемочная группа на твоей стороне. Если понадобятся свидетели, мы все придем».

Вечером позвонил Марат:

— Полин, ты выиграла битву за общественное мнение, теперь главное выиграть суд.

— Знаю. Я готова.

Утром пришло уведомление от адвоката. Я открыла письмо, прочитала первую строчку и замерла.

«Полина Сергеевна, назначена дата заседания по разделу прав на сериал "Чужие жены". Ваш муж подал встречный иск».

Я читала дальше, не веря глазам. Он требовал не только прав на сериал, но и компенсацию морального вреда. Три миллиона рублей за то, что я «очернила его репутацию, распространила ложную информацию о его деятельности, нанесла ущерб его карьере и психическому здоровью».

Адвокат писал: «Будьте готовы к жесткой борьбе. Павел Крылов нанял команду агрессивных юристов. Они будут атаковать, пытаться дискредитировать, выставить виновной. Мы готовы к защите, но процесс будет непростым».

Положила телефон на стол, руки дрожали. Паша хочет не только денег, а еще и выставить меня виноватой.

Я набрала Глеба, он ответил сразу.

— Полина?

— Павел подал встречный иск. Он требует компенсацию три миллиона.