— Не понимаю, о чем они оба думали, — спокойно сказал Черногор. — Магическая дуэль — это всегда риск. Особенно, когда схлестываются два сильнейших противника.

— Они не могли понимать, как выставят драку между кузенами, претендующими на один трон, — фыркнула я, вытирая салфетками руки, залитые кофе.

Мирания осторожно сжала мое плечо, и протянула новую салфетку. Я шмыгнула носом, но рыдать уже надоело.

— Карина, есть ещё одна неприятная новость. Черныйчеловек, который за тобой охотится, оставил предупреждение в зале кофейни.

Я замерла.

— Что сделал?

— Написал тебе угрозу чем-то красным, перепачкав весь пол. Видимо, хотел напугать, но, судя по аромату, он извел весь джем из запасов «Лавки забытых историй». Право слово, кто так додумался назвать кафе? Все давно зарытые на пару метров под землю истории начали всплывать!

Я вздохнула. Недавно я узнала, что принадлежу к правящему роду. Не очень приятно оказаться наследницей древнего правящего дома, считавшегося пропавшим без вести. Моей крови, которая вдруг оказалась ценнее любого золота, возжелали все враги монархии.

— Как я от всего этого устала, — тихо сказала я. — зачем я им?

— Ты последняя, — пожал могучими плечами Черногор. — Поэтому наш мир оказался на грани переворота. Из-за тебя.

— Из-за меня?

— Принц драконов и наследница исчезнувшего рода... Может родиться союз, который изменит баланс сил.

Я посмотрела на пустую кружку Кайрона за стойкой. На его любимый угловой столик. На место, где он смеялся, когда у меня впервые получилась идеальная розочка из молочной пены. Потом перевела взгляд на свой стол.

Надо поменять мебель. Этот почему-то вызывает неприятные ассоциации.

— Я не буду с ним, никогда. — сказала я твёрдо. — Откажусь от права на трон, и тогда...

— Тогда что? — спросил Черногор, озадачив меня.

Продолжение фразы: «И стану жить спокойно», — даже мне самой показалось глупым. Если я заявлю о себе официально, даже отречение от престола меня не спасет.

— Тебе придется либо прятаться всю жизнь, либо принять власть. — совсем не обрадовал меня Черногор. — и я буду поддерживать тебя только во втором случае.

Я хмыкнула. Забыть резкое перемещение из библиотеки в его домик на опушке леса не получится. И, если он столько искал представителей моего рода, и, что поразительно, нашел, то ожидать от него помощи в сокрытии моей персоны от всего мира, точно не стоит.

— А что там было написано? — я слышала, как пришли сотрудники кофейни, и была уверена, что Черногор не оставил им шанса узнать о том, что владелица «Лавки забытых историй» подвергается преследованиям и угрозам. Довольно будет того, что принц в больнице... не хватало нам слухов о том, что мое детище преследует злой рок!

— Не вдавался в подробности, — поморщился сын Черного Змея, — там была какая-то угроза. Совершенно банальная. Грозят тебе смертью, даже не мучительной. Я стер ее примитивным чистящим заклинанием. Кстати, бутерброд будешь? Джем закончился, но я нашел шоколадный сыр.

Черногор извлек из воздуха тарелку с шестью кусками хлеба. Как я поняла, по два на каждого из присутствующих.

— Слушай, Карина. Времени на самобичевание нет. Твои… партнёры в тяжёлом состоянии. Уж не знаю, что там у вас с каждым из них, но сейчас ни ты, ни я им ничем не поможем. Необходимо сосредоточиться на тебе. Понимаешь? Если ты сейчас погибнешь, равновесие рухнет окончательно. Враг, который за тобой охотится, ждёт именно этого. Твоя смерть развяжет ему руки, а наши шансы на спасение друзей упадут до нуля. Нам нужно найти способ его вычислить, пока он не нанёс следующий удар.

Не успела я ответить, как колокольчик над входной дверью жалобно звякнул. На пороге стояли королевские гвардейцы в тёмно-синих мундирах, но теперь их было шестеро.

— Госпожа Лермон, в связи с вашим экстренным звонком о чрезвычайном происшествии с участием наследника престола, инициировано служебное расследование. Согласно протоколу безопасности, все ваши контакты, переписка, перемещения за последний месяц и родословная подлежат немедленной проверке. Вам запрещается покидать город.

Я сглотнула сухой комок в горле.

— Проверяйте. Мне нечего скрывать от дворца.

Ну да, совсем нечего. Мне. Нечего. Скрывать.

А вот моей троюродной тётушке, и всем прочим родственникам очень даже было, что прятать глубоко в шкафах. Но, надеюсь, раз все скелеты не повываливались раньше, то и сейчас никто об их существовании не узнает.

А я кто? Студентка, которая просто случайно стала партнёром его высочества в грантовой программе. Ничего подозрительного.

Правда ведь?

Мне очень не понравилось, как один из гвардейцев нехорошо так ухмыльнулся, и достал из воздуха бумагу с гербовой печатью, весьма мерзопакостно заявив:

— Вашего дозволения никто не спрашивал. Проверка уже завершена. Данные из архива, сверенные с королевской генеалогической книгой, неоспоримы. Ваша родословная восходит к угасшей ветви Кангов. Регент страны, князь Вальдемар, подтвердил подлинность печатей и магических маркеров. Он официально заявил о готовности сложить полномочия и передать бразды правления законной наследнице.

Мир вывернулся наизнанку. Я почувствовала, как пол уходит из-под ног. Только не это!

— Я отказываюсь... — выдавила я, чувствуя, как голос срывается на несолидный писк. Я без сил опустилась на табурет.

Черногор шагнул вперёд, и рявкнул:

— Дайте ей три дня! Или вы подозреваете Карину в организации магической дуэли?

— Хорошо, думаю, мы можем пока что позволить госпоже Лермон собраться с мыслями, но ни шагу за пределы столицы. Гвардия будет вести внешнее наблюдение. При попытке скрыться или покинуть город, буду приняты меры в виде задержания.

Гвардейцы шумно покинули мою кофейню, а я посмотрела на свои дрожащие пальцы.

Я больше не могла прятаться.

Враг знал, что я жива, королевские дома теперь узнали о том, что утраченные потомки правящей ветви нашлись, а я обрела ещё пару весьма увесистых проблем.

И что мне теперь делать?

Я повернулась к Черногору. Он стоял у стойки, скрестив руки на мощной груди, и хмуро разглядывал нас с Миранией.

— Мне нужна твоя помощь, — тихо сказала я, стараясь, чтобы голос не сорвался на уже прозвучавший здесь мерзкий писк. — Ты сказал, что поможешь, и вот я прошу.

Черногор изучающе просверлил меня тяжёлым взглядом, и спросил:

— Карина, ты просишь меня завоевать тебе трон или уничтожить твоих врагов?

— Я прошу тебя помочь мне выжить, — взмолилась я, Я не хочу быть пешкой. Я не хочу выбирать между троном и жизнью. Вообще трона не хочу, но если карты легли именно так, и мне уже не скрыться...

— Ладно. Не так я мечтал найти тебя, принцесса...

Здоровяк шагнул в сторону, пространство вокруг него дрогнуло, и в следующий миг он исчез. Телепортировался в неизвестность, ничего не сказав. как я поняла, подобная манера в его стиле.

Я выдохнула, опираясь ладонями о стол. Мира, до этого молча наблюдавшая за нами, тихо взяла меня под руку.

— Пойдём домой, Карина. Ты сейчас упадёшь.

Мы молча вышли на улицу, оставив кофейню на попечение персонала. Дорога до общежития показалась бесконечной. Каждый шаг давался с трудом, будто асфальт под ногами превратился в вязкую трясину.

Моя жизнь рушилась!

В комнате я наконец позволила себе расслабиться. Села на край кровати, уткнулась локтями в колени и закрыла лицо руками. Слезы, которые я сдерживала весь день, прорвались плотной стеной.

если я думала ,что выплакала всё в кофейне, то я глубоко ошибалась! Там я просто немного пустила слезу, совершенно незаметно, я бы сказала.

Наверное, рыдала я не один час. Мира сначала пыталась меня утешить, потом ушла, и молча вернулась с успокаивающей настойкой. Только выпить я её смогла, окончательно прорыдавшись.

Икая, и стуча зубами о край чашки, я всхлипывала:

— Он мне нравится, Мира...

— Этот физкультурно одарённый? — уточнила подружка, грызущая сушку. Благо, у меня в комнате их целый тазик.

— Кайрон. Когда он рядом, у меня внутри всё переворачивается. А потом... потом он хватает меня так, что остаются синяки! И я начинаю его бояться.

Мирания сочувственно вручила и мне горсть сушек, отняв опустевшую чашку, а я продолжила:

— А Серж спасал меня! Читал вслух, укрывал пледом, обещал защиту-у-у... а потом заявил, что ланирует использовать. И я не знаю, верить ему или бежать сломя голову как можно дальше от...

— Бежать. — меланхолично перебила подруга, — очевидный тревожный звоночек. Красный флажище, я бы сказала. Не связывайся.

— Всё сложно, — выдохнула я, растирая мокрое лицо ладонями. — Слишком сложно!

— Наоборот. Проще некуда. Оба манипуляторы, от которых следует держаться на расстоянии полёта арбалетной стрелы.

Я кивнула, чувствуя, как истерика понемногу отступает, оставляя после себя тяжёлую, ноющую пустоту, и едва не заорала от ужаса.

Между шкафом и моим рабочим столом возник Черногор.

— А если бы я переодевалась? — закричала на него я.

Черногор хмыкнул, спокойно приблизился, и сел на свободный стул.

Его фигура на колченогом стуле сразу показалась ещё массивнее в тесном пространстве студенческой комнаты.

— Я бы с удовольствием полюбовался.

— Я же не в твоём вкусе! — выпалила я, не подумав о том, что подобные заявления лучше не делать. Он ведь поймёт, что я не просто так его фразочку запомнила...

Сын Чёрного Змея нагло подмигнул:

— Может я посмотрю, и передумаю.

Я замерла, чувствуя, как кровь стучит в висках. Мира, сидевшая на кровати, тихо кашлянула, явно пытаясь скрыть смешок.

— Вы оба невыносимы, — пробормотала я, отворачиваясь к шкафу, чтобы скрыть пылающее лицо. — лучше скажи, что узнал.