Сосланные в Кирилло-Белозерский монастырь бояре грубо нарушали установленный порядок, не подчинялись распоряжениям игумена. В связи с этим настоятель монастыря Козма обратился с просьбой к царю повлиять на опальных бояр и заставить их выполнять монастырский устав. В ответ на эту просьбу иван Грозный откликнулся в 1573 г. обличительным посланием, наполненным меткой иронией и сарказмом, разговорной фразеологией.
В пречестную обитель пресвятыя и пречистыя владычицы нашея Богородицы честнаго и славнаго ея Успения и преподобнаго и богоноснаго отца нашего Кирила чюдотворца, яже о Христе божественаго полка наставнику и вожу и руководителю к пренебесному селению, преподобному игумену Козме, яже о Христе з братиею, царь и великий князь Иоанн Василиевичь всея Русии челом бьет.
Увы мне грешному! Горе мне окаянному! Ох, мне скверному! Кто есмь аз на таковую высоту дерзати? Бога ради, господие и отцы, молю вас, престаните от таковаго начинания. Аз брат ваш недостоин есми нарещися, но по еуангельскому словеси сотворите мя, яко единаго от наемник своих. Тем же припадая честных ног ваших стопам и мил ся дею, Бога ради, престаните от таковаго начинания. Писано бо есть: «свет иноком ангели, свет же миряном иноки». Ино подобает вам, нашим государем, и нас заблуждевших во тме гордости и сени смертней прелести тщеславия, ласкордъства и ласкосердия, просвещати. А мне, псу смердящему, кому учити и чему наказати и чем просветити?..
И аще хощете, есть у вас дома учитель среди вас – великий светильник Кирилл. И на его гроб повсегда зрите, и от него всегда просвещаетеся. Потому же великие подвижници ученици его, а вашы наставницы и отцы, по приятию рода духовнаго даже и до вас. И святый устав великаго чюдотворца Кирила, яко же у вас ведется. Се у вас учитель и наставник! – от сего учитеся, от сего наставляйтеся, от сего просвещайтеся, о сем утвержайтеся; да и нас, убогих духом и нищих, благодатию просвещайте, а за дерзость, Бога ради, простите. Понеже помните, отцы святии, егда некогда прилучися некоим нашим приходом к вам в пречестную обитель пречистыя Богородицы и чюдотворца Кирила, и случися тако судбами божиими: по милости пречистыя богородицы и чюдотворца Кирила молитвами от темныя ми мрачности малу зарю света Божия в помысле моем восприях, и повелех тогда сущему преподобному вашему игумену Кирилу с некоими от вас братии негде в келий сокровене быти, самому же такожде от мятеж и плища мирскаго упразнившуся и пришедшу ми к вашему преподобию; и тогда со игуменом бяше Иоасаф архимандрит Каменьской, Сергий Колычев, ты Никодим, ты Антоней, а иных не упомню; и бывши о сем беседе надолзе, и аз грешный вам известних желание свое о пострижении, и искушах окаянный вашу святыню слабыми словесы. И вы известисте ми о бозе крепостное житие. И яко же услышах сие божественое житие, ту абие возрадовася скверное мое сердце со окаянною моею душею, яко обретох узду помощи божия своему невоздержанию и пристанище спасения. И свое обещание положих вам с радостию, яко нигде инде, ащ благоволит Бог, в благополучно время здраву пострищися, точию во пречестней сей обители пречистыя богородицы, чюдотворца Кирила со давления. И вам молитвовавшим аз же окаянный преклоних скверную свою главу и приподох к честным стопам преподобнаго игумена тогда сущаго, вашего же и моего, на сем благословения прося. Оному же руку на мне положъшу и благословившу меня на сем, яко же выше рех, яко некоего новоприходящаго пострищися.
И мне мнится окаянному, яко исполу есмь чернец: аще и не отложих всякого мирскаго мятежа, но уже рукоположение благословения ангельскаго образа на себе ношу. И видех во пристанищи спасения многи корабли душевныя люте обуреваемы треволнением. Сего ради не могох терпети, малодушествовах, и о своей души поболех, яко сый уже ваш, да не пристанище спасения испразнится, сице дерзнух глаголати…
Яко же апостоли Христу сраспинаеми, и соумеръщвляеми, и сово-скрешаеми будут, тако и вам подобает усердно последъствовати великому чудотворцу Кириллу, и предание его крепко держати, и о истине подвизатися крепце, и не быти бегуном, пометати щит и иная, но вся оружия божия восприимете, и не предавайте чюдотворцова предания никто же от вас, яко Июда Христа сребра ради, тако и ныне страстолюбия ради. Есть бо в вас Анна и Каияфа – Шереметев и Хабаров, и есть Пилат – Варлам Собакин, понеже от царския власти послан, и есть Христос распинаемь – чюдотворцово предание преобидимо. Бога ради, отцы святии, мало в чем ослабу попустите, – то и велико будет…
Видите ли, каково послабление иноческому житию плача и скорби достойно? И по тому вашему ослаблению, ино то Шереметева для и Хабарова для, такова у вас слабость учинилася и чюдотворцову преданию преступление. И только нам благоволит Бог у вас пострищися, ино то всему царьскому двору у вас быти, а монастыря уже и не будет.
Опальные бояре И. Шереметев и И. Хабаров сравниваются с иудейскими первосвященниками Анной и Каиафой, главными виновниками казни Христа; боярин В. Собакин, в монашестве Варлаам, уподобляется Понтию Пилату, римскому наместнику в Иудее(с 26 по 36 г); во времена наместничества Пилата был распят Христос, как говорится в христианско-мифологическом сказании.