Дыхание выравнивалось медленно. Сердце еще стучало, отдаваясь пульсацией во всем теле. И так хотелось лежать и не двигаться. Мысли вращались, как и потолок над головой. Словно стрелка на сломанных часах, пока не дернулась на границе между «Шлюха» и «убийца». Голова начинает адски болеть, а по щекам течь слезы. Но стоит Арсению подняться, как я глотаю слезы, стараясь не издавать ни звука. Чувствую, как из меня продолжает активно вытекать. В этот раз поднимаюсь довольно легко, хотя ноги конечно гудят. Запираюсь в ванной, но в этот же момент дверь открывается.

— Что еще?

— Не закрывай двери и мойся.

— Боишься, что я с собой что — то сделаю?

Он рассматривает меня, потом качает головой.

— Нет, не сделаешь, — говорит и хлопает дверь, оставляя меня одну.

Когда я выхожу из ванной, он, развалившись на моей кровати, смотрит какой — то иностранный сериал.

— В твоей комнате сломался телевизор?

— Смешно. Ложись, не бойся.

— Я и не боюсь… Теперь.

Сажусь на кровать, вытираю волосы полотенцем. Стряхиваю волосы так, что обязательно попадает на Арсения. На его теле теперь видны следы капель, а еще красные полосы от моих ногтей и ладоней. На щеках красные пятна от пощечин. Вообще, мне нравится его потрепанный вид. Он выглядит уже не таким грозным, более человечным что ли… И если я смогла так быстро найти подход к Андрею, то, наверное, смогу и к Арсению. Просто времени это займет чуть больше… Гораздо больше.

— Что за сериал?

— Черное зеркало. О влиянии технологий на будущее человечества.

— Фантастика? Я больше фентези люблю.

— Ну не такая уж и фантастика. Очень многое из показанного вполне реально уже в наше время.

— А мой… будущий муж. Чем занимается?

— Помогает людям получить желаемое.

— Это как?

— Девушкам возможность выбраться заграницу, а богатым людям стать еще богаче.

— Так он получается хороший? Ну, раз помогает.

— Конечно. А я плохой, потому что хочу его убить. А ты плохая, потому что поможешь мне это сделать.

— Точно, — ложусь с ним рядом, чувствуя жар, исходящий от его тела.

— Почему ты хочешь его убить?

— Пытаешься покопаться у меня в мозгах?

— Простой вопрос. Если он такой хороший, то почему ты хочешь его убить.

— Я тебе скажу… — он двигается ко мне, делает вид, что собирается обнять, а сам зажимает шею. — Не твое собачье дело, поняла?

Он встает и уходит, а потом возвращается с пакетом. Я, тут же вскакивая, немного опасаясь того, что внутри. Может быть еще один пистолет и мне нужно застрелить себя?

А что, вполне в его духе.

— Тамаре телефон передали еще утром. Так что устанавливай симку и звони.

— Ладно, — говорю с трудом, гипнотизируя оставленный на краю кровати пакет с известным лейблом. Как только Арсений уходит, я тут же прыгаю вперед лягушкой и роюсь в пакете. Он знал, что у меня все получится, если купил гаджет заранее? Еще и сестре передал. Сегодня среда, значит совсем скоро я смогу ее увидеть.

Вставляю симку в новенький телефон и сразу набираю сестру. Плачу, когда слышу ее недовольный голос. Анализы, уколы, она так устала… Но она там, под наблюдением, а значит все будет хорошо.

Я рассказываю коротко про Дашу, про ее стряпню. Улыбаюсь до тех пор, пока Тамара не спрашивает про маму.

— Может ты позвонишь ей? Она наверняка не хотела так говорить.

Господи, малышка, какая ты еще глупая и наивная. И ведь я тоже, когда — то верила, что все будет хорошо. Верила, что мама снова нас полюбит. А она променяла нас на мужика.

— Позвоню. Завтра созвонимся?

— Три раза.

— Хорошо, — смеюсь я с нее и выключаю телефон. Долго сижу во всяких приложениях, пока Даша не зовет меня ужинать с Арсением. На этот раз я не опаздываю. Быстро надеваю платье и прихожу ровно к семи, сажусь напротив хозяина дома. На ужин сегодня телячьи щечки и картофелем бейби и множество разных овощей.

— Тебе нужно будет разыграть потерю памяти.

— Я помню, да. Когда?

— В понедельник я отправлю тебя в один притон, где точно ошивается его приятель. Он тебя узнает и отвезет ему.

— Мне нужно будет выглядеть как шлюха?

— Думаешь не справишься? — хмыкает он, а я корчу моську.

— Волосы тебе покрасим до нужного оттенка и придется набить татуировку, как у нее.

— А если он решит взять у меня кровь?

— Зачем?

— Проверить, я ли это…

— Он все еще носит с собой фотографию жены. Говорю же, был на ней помешан. Так что он не станет ничего проверять.

— Надежный конечно план. Безопасный для меня.

— Давай лучше придумаем тебе легенду.

— Чем меньше лжи, тем лучше. Я очнулась без паспорта и документов в доме какого — то ублюдка. Имени не знаю. Лица не помню. Он насиловал меня, а когда надоело, отдал в бордель, где меня морили голодом, пока я не стала послушной. У меня было множество мужчин.

— Думаешь избежать с ним секса?

— Зачем. Мне понравился секс.

— Со мной.

— Думаешь, ты какой — то особенный? Или член у тебя лучше, чем у других. Да я даже жалею, что не дала отчиму, может было бы с чем сравнить. А еще жалко, что у тебя нет сына, я бы с ним еще переспала. Охранников своих еще зови.

— Хватит! — вдруг бьет он по столу. — У тебя будет еще шанс сравнить, но сейчас ты в моем доме и трахаться будешь только со мной.

— Это ненадолго, — встаю со стула, хочу уйти, но слышу в спину.

— Я тебя не отпускал. Поехали делать татуировку.