Илья Александрович Симанов, глава славного города Екатеринбурга, располагал к себе мгновенно.

Мало того что он встретил меня сам, так и с порога крепко обнял, добродушно расхохотавшись на моё изумление. В общем, я сразу же ощутил себя словно со старым знакомым, с которым давно не виделся.

— Только на дуэль не зовите за нарушение этикета, ваша светлость, — попросил он, не переставая хохотать. — Не пойду, некогда мне.

Статный и седовласый, с такими ямочками на щеках и морщинами у глаз, что однозначно ясно — этот человек очень любит улыбаться. И вся семья ему была под стать.

А с ними меня тоже познакомили без промедлений. И я понял, почему дом такой большой. Вместить всех Симановых было непросто.

У градоначальника было пятеро детей и девять внуков. Все они, как и дремучий дед, впрочем, державшийся не хуже молодых, жили здесь. А также четыре гувернантки, два повара, садовник и даже старая няня Ильи Александровича! Всех мне представили с особой гордостью. Про каждого хозяин дома сказал что-то приятное.

Дети, дождавшись окончания приветствий, разбежались с воплями, за ними кинулись гувернантки, дети разошлись, а меня Симанов пригласил в гостиную. Там, конечно же, ждал такой стол, что я пожалел о плотном завтраке и той паре пирожных, которые съел перед приходом.

— Вы уж не обессудьте, угощение скромное, было мало времени подготовиться по чести, — обвёл он рукой бесчисленные блюда, вазочки и тарелки.

И ведь совершенно серьёзно говорил! Без напускной скромности, правда был огорчён, что не смог встретить как полагается. Эмоции этого человека были как открытая книга, едва пробудившийся менталист бы справился.

— Благодарю, я пока не голоден… — я с сомнением взглянул на свою корзинку и запоздало протянул её хозяину.

— О-о-о! — обрадовался Илья Александрович, доставая закрученную колбасу. — В лавке у Василия побывали? Вот уж замечательный человек, золотые руки у него. Я ему давно твержу: открывай заведение мясное, очереди до самой Змеиной горки будут. А он отмахивается, мол, не шутите так. Да какие шутки! Нет, ну вы пробовали?

Я помотал головой, ошеломлённый жестикуляцией градоначальника. Колбаса в его руке вот-вот грозилась надломиться, так он активно размахивал.

— Пробуйте, — потребовал он, протягивая мне этот знаменитый деликатес.

Не успел я машинально взять колбасу, как Симанов ею же и хлопнул себя по лбу:

— Ох, ты ж… Вы уж извините, прошу к столу. Сейчас я её нарежу как полагается…

И растерянно осмотрел всё это изобилие в поисках ножа. Но такого нужного прибора не нашлось, как и вообще свободного места.

— Не голодны, говорите? — с надеждой обернулся он ко мне.

— Не голоден. Но от кофе не откажусь, — улыбнулся я.

К счастью, дальше мы проследовали в кабинет, куда и принесли напиток с лёгкими закусками. Всего-то два подноса с горкой. Впрочем, в такой большой семье наверняка эти размеры никого не смущали.

— Роман Степанович о вас так тепло отзывался, — мужчина вновь так улыбнулся, что на душе хорошо стало. — Он вообще человек заботливый и мягкий, но о вас говорил по-особенному. Замечательный человек.

Я чуть не поперхнулся. Баталов — мягкий? Да от одного его взгляда даже я был готов сознаться во всех грехах, что уж говорить о прочих. Я очень хорошо помнил, как того матёрого душегуба, что менталист привёл на испытание компаса, затрясло от пары спокойных слов.

Впрочем, не был Роман Степанович жестоким со всеми, это верно. Со мной даже шутил…

— Замечательный человек, — кивнул я. — Мне он о вас тоже говорил много хорошего.

— Ой, — покраснел Симанов. — Добрый он, право слово. Я вам признаюсь, не хотел, чтобы вы беспокоились-то. И Романа Степановича отговаривал, чтобы не дёргал по пустякам. Но вы же его знаете, вот как ему отказать?

Да никак, верно. Даже если отказываешь, всё равно не получается.

— Мне не в тягость, Илья Александрович, — заверил я мужчину. — Вы только про этот пустяк мне подробнее расскажите.

Ничего нового я не услышал, но зато у меня было достаточно времени, чтобы найти нужный предмет. Точнее, его месторасположение. Где-то в паре комнат от нас.

След уже почти растаял, магия успокоилась, но я всё же успел.

Как бы меня ни радовал этот позитивный человек, но пришлось поделиться подозрениями и огорчить его. Но Симанов моментально собрался и пообещал показать мне любое помещение, что потребуется.

В нужном оказалась библиотека.

Вопреки столичной моде, вся из светлого дерева и в принципе очень светлая. Стеллажи от солнечного света защищали поглощающие контуры, корешки книг были еле различимы за пеленой магии. И все стены, потолок и полы были усыпаны точками солнечных зайчиков.

Виной этому представлению был глобус, очертания материков на которым были выложены мелкой зеркальной мозаикой.

— Это что? — я остановился так резко, что Илья Александрович чуть не сбил меня с ног, но вовремя обогнул.

— Подарок, — на его лицо вернулась благостная улыбка. — Прапрадеду иноземный купец презентовал. Предок мой был известным деятель.

— Искусств? — машинально спросил я, приглядываясь к глобусу.

Несомненно, именно это я и искал.

— Ну, — замялся Симанов. — Можно сказать и так. Времена лихие были, ваша светлость…

— Александр Лукич, — я осторожно приблизился.

— Тогда же у нас смута поднялась, пожгли склады с запасами съестными, чтобы народ разозлить и мысли дурные навязать. Прапрадед мой взялся тогда привозить припасы по Исети и Тоболу. Сильный воздушник был-то. Чуть не истощился тогда, но не дал людям голодать. Не всем, понятное дело, такое по нраву пришлось…

Он продолжал рассказывать про те времена и неожиданные союзы, про натуральное мордобитие и прочее, а я смотрел на артефакт. Чужеземный, странный и очень-очень мощный.

Смотрел и вообще не мог понять, что это такое.

Надо признать, вызывало во мне это смешанные чувства. Досада и интерес боролись внутри, и всё больше хотелось прощупать глобус магией. Но пока в доме столько людей, это опасно.

— Так что, можно сказать, штука эта стала началом нашего состояния, — закончил Симанов, поглаживая территорию империи. — Талисман нашего рода. Вон, на гербе тоже есть, — он указал на стену.

Там в нише висел герб, вырезанный из того же светлого дерева, что и мебель. Искусная работа, да и талисман исполнен весьма натурально, только там сверху стояли три мельницы.

— Три сына родил прапрадед, — уважительно сказал Илья Александрович. — Один выжил только, прадед мой. Так дальше по одному сыну и было до меня. Я уж наверстал за предками, — засмеялся он, но тут же стал предельно серьёзным: — И никуда с этой земли не уйду.

— С земли и не надо, — я чуть наклонил голову, прицениваясь к глобусу. — А вот из дома на какое-то время хорошо бы.

— Что?

— Есть у вас загородное имение?

— Ну да, на той стороне, возле Мельковки… — Симанов неуверенно махнул рукой.

— Илья Александрович, вы можете увезти туда всех?

— Прямо сейчас?

— Это было бы идеально, — кивнул я, не обращая внимание на его уже совсем слабую улыбку с надеждой, что я шучу так неумело.

Срочности не было, но и времени у меня тоже. Застрять на несколько дней в городе я не хотел. Нам теперь слишком долго добираться обратно. Даже если допустить возможность перелёта, то стоит отъехать подальше от аномалии. А там и смысла уже особо не будет, на поезде или самолёте. В любом случае долго.

Конечно, если придётся, я задержусь. Но ведь не спросишь — не узнаешь.

— Если вы настаиваете, Александр Лукич, то могу и прямо сейчас, — неожиданно согласился Симанов. — Дело серьёзное?

— Не стану вас обманывать. Пока не знаю насколько, но всё может случиться, а рисковать людьми не в моих правилах.

— Сейчас же распоряжусь, — градоначальник буквально вылетел из библиотеки.

В таком деле лучше перестраховаться. Кстати, а застрахован ли этот дом?

Сборы продлились часа два. И всё это время я изучал глобус, стараясь аккуратно разобраться в чужих плетениях. Сам не заметил, как увлёкся необычной схемой, позабыв об опасности.

Всё же старинная вещица, таких давно уже не делали.

Да и не зеркальная мозаика то была, а осколки обсидиана с отполированной поверхностью. И как я сразу не заметил камень отчаяния…

Чем дольше я всматривался, тем больше подмечал деталей. В оправу камней была вложена сила, она распределялась по всему глобусу, сходясь в основании основным узлом. Подставка выполнена из раухтопаза, камня эфира. Накопитель и одновременно преобразователь силы. Ножки из металла, но и тот проводник магии — вкрапления сделаны из яшмы, камня земли.

А внутри ещё какая-то сила, до которой мне было не добраться, не прикоснувшись.

Чтобы скрасить ожидание, я достал блокнот и взялся зарисовывать видимую схему. И с каждым штрихом всё лучше понимал чужое творение. Так уж устроен дар артефактора — особая магия действует, пока мы делаем чертёж.

Громоотводом глобус не был.

Подземная сила била по нему, стараясь уничтожить. Но хитрое плетение отводило удар практически случайно. То в стёкла, которые разбивались, то ещё куда-нибудь. Хоть в то же молоко, что моментально скисало. Благо не вредило живым, но в любом случае это был вопрос времени, когда кто-нибудь окажется на пути выброса. Симановым невероятно везло пока что.

И почему никто из магов, побывавших здесь, не смог определить источник проблем?

Скорее всего, просто упустили из виду диковинный глобус. Да и не фонило от него, к тому же. Я смог уловить след на короткое время, когда прошёл удар. Уже спустя несколько часов артефакт ощущался обычным декором.

Череда совпадений, невнимательности, а то и халатности.

Да и не случалось ничего трагического, ведь никто не пострадал пока. Может, никто и не пострадает. Но меня притягивала эта неизвестная сила, и я чувствовал — эту загадку нужно раскрыть. Это важно.

— Всё готово, — нарушил мои размышления Илья Александрович, заходя в помещение. — Все домашние уехали.

— А вы?

— А я останусь с вами, что бы ни случилось, — решительно заявил градоначальник. — Даже не вздумайте просить меня покинуть свой дом.

Я приценился к его размерам и весу. В принципе, много силы не понадобится отключить его. А вот вытащить в безопасное место… Проще прикрыть защитой. Да и прав он, ведь хозяин имеет полное право защищать своё жилище.

— Но только если будете слушаться меня беспрекословно.

— Я имел честь служить в императорской гвардии, Александр Лукич, — выпрямился Симанов. — И знаю, что такое подчинение командиру. Жду ваших распоряжений.

— Скажите, а есть у вас подвал?

Меня так влекло вниз, что хотелось максимально приблизиться к источнику этой тяги.

— Есть, — кивнул хозяин. — Когда при строительстве земля осела, мне специалисты сказали, что лучше будет над этим выстроить систему укрепляющую. Вроде рельсов туда установили, а поверх уже фундамент делали. Так вот, в той полости организовали хранилище. Большое, надо сказать, получилось-то. Мы и малую часть не используем, без надобности столько.

— Отлично, тогда пойдёмте.

— Так точно! — стукнул каблуком градоначальник и захохотал: — Как изволите к вам обращаться?

— Александр Лукич, — тоже рассмеялся я.

Ладно, лучше уж с шутками, но наверняка. Тревожиться уж успеем, если придётся.

Прежде чем спуститься по узкой лестнице, отыскавшейся в кладовой кухни, я проверил запасы. Сумку с артефактами я, безусловно, взял с собой. Больше волновался за сохранность, чем из необходимости. Всё же Баталов очень переживал за выданное имущество.

Арсенал был внушительным. Даже с учётом наполовину разрядившегося перстня, я мог отразить атаку целой армии, усиленной кадаврами, тёмными заклятьями и прочими неприятными вещами.

Ну а Илья Александрович вооружил нас фонарями — самыми обычными, немагическими.

— Часто сюда спускаетесь? — спросил я, подсвечивая себе путь.

— Да не очень. Не любят домашние подвал-то.

— Отчего же?

— Ну, — он замялся. — Говорят, слышится там всякое. То шорох какой, то стук. Оно и понятно, земля же не камень, живая и движется. Но всё равно им боязно. Не знаю, я как ни спускался, ничего такого не замечал. Ну пару раз, может, и шуршало что. Мыши поди.

— А маги спускались? — мне всё не давал покоя факт, что дом не единожды изучали.

— Конечно, все ползали, — хохотнул Симанов. — Один целые сутки просидел безвылазно. Захворал, бедолага, простыл. Тогда как раз дожди шли, подтопило подвал, сырость везде была жуткая.

— И ничего не нашли? — скорее утвердительно спросил я, осторожно обходя подгнившую часть ступени.

— Нашли, что у меня богатая фантазия и много лишних средств, — его смех скакал под каменным сводом, улетая вниз. — Выставляли неприличный счёт и отбывали восвояси.

— Шамана не приглашали?

— Шамана? — удивился градоначальник. — Его-то зачем звать? Не лесная нечисть шалит же. Негоже уважаемых людей от важных дел отвлекать. Был этот… спиритолог, во! Что за мастер, я так и не понял, большую часть речей его не разобрал, но шибко дорогой. Что-то поджёг в подвале, дюже вонючее. Но это долго помогало, кстати. Правда, пришлось дверь законопатить, да и кухню на время перенести…

Спустились мы довольно глубоко.

Здесь своды тоже облицевали камнем, но под ногами был утрамбованный песок. Вполне логично — потолок крепился к тем самым «рельсам», а вот прочее могло двигаться.

Помещений оказалось несколько, целая анфилада хранилищ заканчивалась… провалом.

Я запустил вниз небольшой огненный шар, чтобы осветить этот колодец. Глубоко. Сгусток пламени погас внезапно, словно попал в воду. Но отблеска я не заметил. Магическая преграда поглотила его.

— Опять осыпалось, — вздохнул Илья Александрович, заглядывая в тёмную дыру.

В полуметре от проёма виднелись металлические балки, землю укрепили и на этом уровне. Хм, к ним можно привязать верёвку.

— Я спущусь туда, — я запустил ещё один огненный шар, но остановил его на полпути.

Провал был широкий, даже если начнёт осыпаться дальше, то не завалит, успею подняться и без магии. Соваться в узкий лаз я бы не стал.

— Что же, думаете сидит там кто? — неожиданно испугался градоначальник.

Ладно, антураж жутковатый. Полутьма подвала, давящая тишина и дыра куда-то глубоко вниз. Вот только магических эманаций абсолютно никаких, меня это и успокаивало. Можно сказать, здесь было по-своему уютно.

— Если бы там кто сидел, вы бы давно об этом узнали, — подбодрил я его, но мужчина лишь отступил на шаг. — В том смысле, что никого там нет.

А вот сила есть, она меня и интересовала. Чем ближе я буду, тем лучше смогу разобрать, что же там.

За верёвкой Симанов сбегал сам. Кажется, он был и рад на время быть подальше от провала. Я же пока посылал вниз короткие импульсы, анализируя отклик. Впрочем, нечего было анализировать — поглощались все аспекты. Точно работа универсала.

Обвязку я сделал прочную, надеяться на одну лишь магию не стал. Когда лезешь в тёмную дыру — лучше полагаться лишь на свои силы. Ну и храбрость. Учитель назвал бы это дуростью, и порой разница была в одной детали.

Я знал, что делаю. Пусть пока не понимал зачем.

Шар, парящий в нескольких метрах ниже, вдруг погас.

— Кому сообщить-то, если что? — Симанов пытался улыбаться, но получалось уже на так успешно.

— Точно, — я вытащил телефон и написал Тимофею, что задержусь, а они пусть наслаждаются внеурочным выходным. — Илья Александрович, если что — сообщать будет некому.

— А вы мне нравитесь, ваша светлость, — всё же развеселился он. — Но давайте договоримся, что хотя бы не станем расстраивать Романа Степановича.

— А вот это уже аргумент, — согласился я.

И начал спуск. Баталов точно из-под земли достанет, отчитает и сам зароет. Хорошо всё же, когда есть такой заботливый и добрый человек, которого не хочется расстраивать.