Но отдохнуть мне, конечно же, не дали.

Едва я пришёл в себя после проделанной работы, так всё вокруг начало стремительно меняться. Заверещала канарейка, ей в тон стали подвывать Гончие, да и хозяйка горы забеспокоилась от происходящего, снова вцепившись в мою руку.

Не было, как у беспутцев, там процесс происходил под контролем тех, кто разбирался в вопросе. Я же хоть и был весьма талантливым учеником и ловил всё на лету, но не в этом случае.

Во-первых, у меня задвоилось в глазах. Я видел, судя по всему, сразу два мира, но теперь мне это грозило расстройством зрения, потому как картинка накладывалась. Во-вторых, я начал слышать чужие голоса. Мне показалось, что среди них были и знакомые — почудилась ругань Баталова и наставительная речь-песнь джинна.

— Нужно уходить! — вскрикнула Лириана, дёрнув меня так сильно, что ткань рукава затрещала.

Очевидно. Но куда? И, главное, как?

Проводниками стали те, кто ещё минуту назад на меня охотились. Псы подскочили и приняли боевые стойки, их уши встали торчком и крутились словно локаторы. А затем они дружно прыгнули и пропали.

Недолго думая, я ринулся следом, подхватив девушку на руки.

Зрелище, что предстало передо мной, было так прекрасно, что я чуть не выронил хозяйку горы. Та, правда, уже обхватила меня за шею такой крепкой хваткой, что вряд ли удалось бы избавиться от неё.

Я стоял на самом настоящем звёздном пути.

До этого момента я лишь слышал о нём, но и представить не мог, каково это на самом деле. Да, где-то за пределами была пустота и кромешная темнота, но под ногами сверкала дорога, и довольно широкая. Искрились и переливались мириады точек как крупных, так и мельчайших.

Путь убегал далеко, извиваясь и скача холмами. А там виднелись развилки, тоже уходящие куда-то вдаль, превращаясь в сияющие нити.

Сердце бешено заколотилось в груди.

— Нужно уходить, — слабым голосом повторила девушка.

Кожа её покрылась бусинками пота и блестела в свете звёзд. Руки бессильно опали, перестав держаться. Чёрт! Без дара Ходящего здесь явно тяжело.

Первым делом я влил в неё магию жизни. И этот тут же отозвалось яркой линией, указывающей на нужное направление. Лирина по-прежнему сохраняла связь с обоими мирами, но самое важное — с гигантским изумрудом. Он стал для меня маяком, зелёный свет которого сложно было не заметить.

Я побежал на это свет и через несколько шагов увидел миры.

Они были близко, но уже разошлись, и каждый из них таял, теряя очертания.

И я не мог понять, который из них нужный. Ведь изумрудный след отражался и на мире вирдлинов из-за принадлежности к нему Лирианы. Как зеркало, сбивающее с толку.

И это былинное перепутье могло стоить мне слишком дорого.

— Налево или направо? — спросил я у Искорки, но птица даже не перестала распевать песни.

Вдруг ещё одна сияющая нить появилась, очень слабая и еле видимая. Дом. Понимание этого так резко возникло в голове, что сомнений не осталось. Последний и рывок, что-то затрещало, свет залил всё окружающее, и мы оказались в подземном городе. Прямо у общего дома, где собрались все жители, пожалуй.

Вероятно, что до нашего прибытия они о чём-то спорили, ведь лица их раскраснелись, да и выражения были не самыми радостными. Но все замерли, кто с раскрытым ртом, кто с поднятой рукой. Тишина стояла такая, что я слышал, как стучат их сердца.

— Малой? — первым очнулся Мадьяр и вышел вперёд.

— Граф? — из-за спины послышался голос Левандовского.

— Граф? — глава этого места удивился ещё больше, хотя, казалось бы, это уже невозможно.

— Да не граф я, — ничуть не обманул я.

И наконец вспомнил, что девушку стоит отпустить. Хозяйка горы достаточно окрепла, чтобы стоять на своих ногах, уж это я мог почувствовать магией.

— Вас лишили титула? — вроде князь даже не особо обрадовался этой новости.

— Не лишили… — я поморщился, ну как же он не вовремя с этими формальностями. — Так, господа. И милейшая дама, — я учтиво поклонился Лириане. — Стоит кое-что обсудить.

В голове раздался гул и, не успел остановить элементаля, как он явился с пылающим мечом наперевес. А рядом из теней соткался фантом, пусть и без оружия, но менее устрашающим он этого не стал.

Как только соприкосновение окончательно разрушилось, пришла подмога.

Когда умудрились спеться и эти двое, я не знал, да и времени поинтересоваться не было, мне нужно было срочно остановить побоище. А началось оно мгновенно.

Народ здесь был разные, из разных эпох и разных сословий. Но все единодушно решили, что перед ними злые духи. Впрочем, мои защитники так и выглядели. Яростное пламя и сумрачная тень.

— Остановитесь! — но мой крик утонул в рёве бросившихся в атаку людей.

На что они рассчитывали с рабочим инструментом, непонятно. Испугалась и девушка, влив в своих подданных столько силы из чудесного камня, что те бы и потерю конечностей не заметили.

Вспомнив о связи и данной клятве обоими, я обратился к этой магии. Не хотелось, но иначе пострадали бы люди. Клятва служения давала силу, пользоваться которой считалось недостойно. Пусть и не все соблюдали законы чести, но всё же — если твой человек не может подчиняться приказам без воздействия, хреновый из тебя предводитель.

Но сейчас я бы ничего иного не успел.

Ментальный дар буквально врезался в разумы джинна и фантома и взорвался внутри громким приказом — уходить. Болезненным, неприятным и таким, которому невозможно сопротивляться. Потом извинюсь, они поймут причину.

Две грозных фигуры тотчас же исчезли, а я был вынужден уворачиваться и увещевать разъярившихся горняков. К счастью, это удалось сделать практически без травм. И потом мы всё же пошли в общий дом на переговоры.

Явление «духов» даром не прошло, так что слушали меня внимательно.

Только на Лириану косились со страхом, но девушка молчала, гордо вскинув голову. Я-то знал, что она находилась в большей растерянности, чем остальные. Так что не забывал давать ей подтверждать кивком мои слова, спрашивая верно ли я говорю.

Эффект её воздействия пока не прошёл бесследно, но оставалось этому восторженному преклонению жить буквально час, может два.

Меня же волновало иное.

— Так мы можем уйти?

С этим возникли новые проблемы… Их было целых три. Первое, но это как раз быстро решаемое, договор с купцом Яковлевым, а через него с хозяйкой горы. Девушка могла отозвать его по своей воле. Второе чуть сложнее — ходов наружу в этом мире не существовало. Все переходы были в мире вирдлинов, туда они и переместились. Лирина была очень сильна, но в чём-то бестолкова по неопытности. Она и сама не понимала, в каком из миров что создаёт. Точнее, именно штольни ей было проще делать в родном пространстве, там её дар работал лучше.

Но и это отступало перед главной трудностью. Отойти от камня, дарующего всем долгую жизнь, никто не смог бы. Я бы надорвался и на одном человеке, что уж говорить про сотни. И увы, никто кроме универсала в этом мне не помощник. Мысль, что можно позвать из столицы десяток высокоранговых магов и усадить их в пещеру на недели, чтобы вывести всех отсюда, пришлось отвергнуть.

— Чуть позже, — вздохнул я, отвечая на вопрос.

Разочарованные вздохи прошелестели по помещению. Кто-то шмыгнул носом.

— Но сможете, — пообещал я.

Так или иначе, я сдержу данное слово. В конце концов, придумаю, как убрать изумруд из этого мира, чем не вариант. Пусть и неизвестно, возможно ли вообще такое. Главное — попытаться.

— Пока же всем нам требуется отдохнуть, — решил я и на недоумевающие переглядывания добавил: — Без сигнала. Его же можно отключить? — спросил я у Лирираны.

Девушка вновь лишь царственно кивнула и ушла, на том обсуждение и закончили. Горянки не спешили расходиться, шёпотом переговариваясь. Не верили, не могли поверить, что смогут оказаться на свободе. Некоторые так вообще боялись, ведь снаружи их ждал совершенно незнакомый мир.

Но мне чертовски хотелось только одного. Хорошенько отоспаться, прежде чем опять кидаться в магическую битву. Она мне виделась посложнее всех, где я побывал. Мне нужно было уничтожить изумруд.

* * *

Снилась мне отборная чушь. Калейдоскоп мельтешащих миров, звери и существа добрые и не очень, орущий Баталов, ворчащий дух предка…

Перед тем как уснуть, я поговорил с Хаканом и фантомом. Извинился, объяснил что произошло, и заодно новости узнал. Элементаль рассказал, что команда моя отправилась на поиски в тот же вечер. Ушли они в горы, выше шахты. И оказались в зоне аномалии, оттого достучаться до них было невозможно.

Да и теневой путь был закрыт. Лишь фантом и смог пробиться, и то по причине того, что был по сути созданием сумеречной долины, новым и единственным её настоящим обитателем.

Соприкосновение миров безвозвратно изменило эту гору, так что теперь здесь всегда будет зона странностей, где всё работает не так, как обычно.

За своих людей я переживал, но не сильно. С Хлебниковым они не пропадут, походный опыт у того был огромный, да и экипировку мы с собой взяли отличную. Не удивлюсь, если они вообще новое поселение организуют.

На следующий день, или какое там было время суток, мы с князем Левандовским задумчиво стояли перед изумрудным колоссом.

Я позвал Аркадия Власовича с собой, чтобы тот подстраховал. Ну и подал идею, ведь несмотря на характер и ранг, артефактором он был прирождённым. Ленивым, но что уж поделать. Две головы всегда лучше одной.

— А если распилить? — его светлость не подводил, выдвигая предложения одно нелепее другого.

Я записал в блокнот, но больше машинально.

— Ну да, не получится… — сам же понимал он. — Выброс силы нас убьёт.

Князь грустно вздыхал, обходил камень вокруг и опять предлагал что-то подобное. Он действительно старался, чем мне и помогал.

Традиционные способы обработки мы уже обсудили. Но нам не требовалось не нарушить структуру изумруда, а как раз наоборот. Сделать так, чтобы он повредился от одного-единственного удара как можно сильнее. Ведь второго шанса может и не быть.

К тому же множество связей с людьми усугубляли проблему. При разрушении они могут погибнуть вместе с изумрудом.

— Да проще всех прибить, чтобы не мучились, — в сердцах высказался Левандовский, присаживаясь прямо на пол. — Ваша светлость?

О новом титуле я ему сообщил, и князь уже успел посетовать на тяжкие времена, когда князем кого угодно сделать могут. Но удивился он моей улыбке.

— Вы же не собираетесь…

— Всех убить? Именно это и нужно сделать, Аркадий Власович!

— Александр Лукич, я несерьёзно это сказал, вы же понимаете? Признаюсь, меня мало волнуют чужие судьбы, но всё это слишком негуманно…

— Мнимая смерть, ваша светлость, — ещё шире улыбнулся я. — Мнимая смерть!

Если отрезать всех от изумруда, то можно его разрушить без последствий. Надёжно экранировать, перегрузить, и камень сам рассыпется, не имея выхода для силы. План безумный, но могло сработать.

— Хм-м-м-м, — Левандовский подскочил и заходил туда-сюда. — А ведь действительно, есть в этом смысл. Но это же… Сколько артефактов нам нужно будет сделать?

В глазах его перемешался ужас с азартом. И без поголовной переписи населения ясно было — очень много. При этом требовалось погрузить в летаргический сон всех одновременно. То есть создать единую активирующую схему, в которую объединить все артефакты. Вызов для любого мастера.

— Полагаю, приступать следует безотлагательно, — подытожил я.

Князь справился. Все справились, потому как принимали участие в этом грандиозном проекте реально все обитатели подземного города. Включая его владычицу. Лириана, тоскующая в тронном зале, оживилась, когда мы пришли с Левандовским и попросили о помощи. Но мне показалось, её больше воодушевили взгляды, которые князь бросал на девушку. Магия перестала работать, но Аркадия Власовича это не коснулось, ведь воспылал он настоящими чувствами.

Я потерял счёт времени, сколько мы трудились. Спали и ели там же, в мастерской, чтобы не терять ни минуты. Хозяйка горы поставляла малахит, горняки обрабатывали, а мы вплетали в заготовки сил.

По ходу сделали несколько открытий. Конвейерное производство не подходило, слишком много магии придётся вливать для активации. Поэтому мы привязывали артефакт к человеку, делая вещь уникальной. Источник носителя становился очень экономичным активатором, ведь устройству не нужно было закрывать все аспекты. Только один и сразу понятный.

Поэтому и горняки все с радостью участвовали, ведь каждый из них делал для себя «пропуск на свободу». Сотни неповторимых малахитовых цветков рождались в подземном царстве.

— Да мы за это императорскую награду получим! — радовался Левандовский. — Непременно получим!

— Непременно получим, — вздыхал и соглашался я, пусть и думал о другом.

Как бы не получить никаких наград. Особенно от главы тайной канцелярии. Ведь я перевёл уже несколько ценных артефактов, чтобы ускорить процесс. И собирался использовать ещё одну вещицу, за которую точно получу…

Но работа шла такими темпами, что и не представить. Так уж дружно все включились. Об отдыхе позабыли совсем, и к концу изготовления артефактов каждый из нас был похож на диковинное горное существо, чумазое и вихрастое. Спасал лишь джинн, магия его пламени справлялась для подогрева воды, чтобы была возможность принять горячие водные процедуры. Хакана, кстати, все приняли радушно, когда я объяснил, что это не чёрт и в адское пламя он не утащит. Не все поверили, но горячая вода по запросу смягчила их настрой. Элементаль пусть и возмущался, что истинного воина используют вот так банально в виде кипятильника, но видно было — рад помогать.

На последних подготовительных этапах даже я стал переживать.

Уж слишком грандиозную вещь задумал.

Но вот прозвучал сигнал, последний, как все надеялись. Звук пронёсся над сводом, угас в тумане, и началось.

— Приступим, — негромко сказал я.

И ощутил руку на плече — князь чуть сжал пальцы в знак поддержки. Мы вновь стояли перед изумрудом, и теперь с чётким планом. Умолчал я только об одном, не хотелось брать с Левандовского какие-либо клятвы, так что о своей силе я не сказал. Как и про то, что активация будет происходить магией смерти, лишь так можно осуществить задуманное.

Я прикоснулся к поверхности, тёплой и гладкой. Мне нужно было уловить каждую связующую нить. И для того, чтобы оборвать их в один момент, и чтобы убедиться — никто не отступил в последний момент. Пусть я и рассказал, что это означает верную смерть, а не мнимую, но людей слишком много, поэтому вероятность была немалой.

И я был готов к такому. Как паук, чувствующий едва уловимое дрожание путины, я ощущу если кто-то смалодушничает. И убью его, нда уж. Об этом тоже умолчал.

— Что бы ни случилось, — обернулся я к Левандовскому. — Не вмешивайтесь. Уходите как можно дальше. Когда всё начнётся…

Это уже будет не остановить. Я не договорил, но Аркадий Власович всё прекрасно понял. Побледнел, но уверенно кивнул и покинул пещеру, как мы и договаривались. Находиться внутри не стоило никому, кроме меня.

Я сделал глубокий вдох и шумно выдохнул.

И активировал сеть артефактов, послав тёмный импульс. Он пронёсся по городу, зажигаясь чёрными огоньками. Жизненные искры гасли одна за другой, магический мир вокруг погружался во мрак.

— И почему я не удивлён? — криво усмехнулся я, заметив обрыв.

Я не разозлился, что кто-то не сдержал слово. Можно понять того, кому очень не хочется умирать, пускай не по-настоящему. Миг, другой, но сомнение уже превратилось в нежелание. Но малахитовый цветок уже был связан с владельцем, и я запустил процесс вручную. Огонёк погас.

Последней была хозяйка горы. Девушка так попросила, хотела остаться до конца. Но вот и её искра угасла, Лириана не передумала и не отступила. Умница.

Я достал древний и очень дряхлый на вид медальон, провёл пальцами по его шершавой поверхности и привёл в действие купол, одновременно замыкая оборванные нити на источник.

— Вот теперь на самом деле приступим.