Пока мрачный прорицатель обводил взглядом замерших посетителей трактира, тишина стояла такая, что лишь треск поленьев был слышен. Кажется, все даже дышать перестали.

— Дед, — наконец отмер какой-то щуплый горняк, сидящий в одиночестве неподалёку от двери, — ты присядь лучше. Поговорим.

— Не о чём мне с тобой говорить, Дима, — лысый демонстративно плюнул на пол.

От этого действия координация его вновь нарушилась, и на этот раз рука не поспела за уставшим разумом. Дед грохнулся плашмя на грубые доски пола. Раздался хруст — носу не поздоровилось.

Тут уже оживились все и ринулись на помощь.

— Эй, ты, — вдруг обратился ко мне тот, кого прозвали Канарейкой. — А ты чего сидишь?

Не успел я сообразить, как реагировать, как подключился один из братьев:

— Точно, ты же этот, лекарь. Давай, отрабатывай тогда уж жалованье, зря мы скидываемся чтоль?

Вот оно как…

К сожалению, тот вид морока, что я выбрал, был рискованным именно вот по такой причине. Малознакомая внешность могла принадлежать кому-то, чьи услуги всё же понадобятся.

Но судя по всему, лекарь здесь был новичком и ни с кем толком не успел познакомиться. А может, и не любили его… Уточнять я не стал, поднялся и подошёл к «пациенту».

Бедолага приложился очень крепко. Похоже, отрубился он ещё в падении, потому как совершенно не сопротивлялся гравитации.

— Разойдитесь, ни видно ж ни черта, — глухо бросил я, надеясь что и голос местного костоправа тоже никто не запомнил.

Удача меня не покинула, народ не удивился и послушно расступился, но наблюдать местные продолжили очень внимательно.

Так, в подобное место вряд ли наняли кого-то высокорангового. А с учётом того, что платили за медицинское обслуживание сами горняки, а не хозяин, точно не выше начального ранга и не самого талантливого. Осталось припомнить, на что способны слабые целители…

Пожалуй, остановить кровь мог бы маг и сразу после пробуждения дара. Кости срастить кое-как, лихорадку ослабить. Значит, без чудесных исцелений.

Я с трудом повернул набок Деда, бесчувственное тело весило с тонну. Лицо его было всё в крови — сломал-таки себе нос. Очень уж хотелось сразу избавить горянка от травмы, но пришлось сдержаться. И не обезболивать, когда прикоснулся к переносице и влил совсем немного силы жизни.

Лысый застонал и разлепил глаза.

— Сесть можешь?

Мужчина прикрыл один глаз и кивнул. Я помог, ухватив его под локоть.

— Голову наклони. Нужна вода и тряпица чистая, — огляделся я.

Нужное мне добыли быстро, причём сразу ведро притащили. Я осторожно протёр пострадавшему лицо. Место удара опухало прямо на глазах.

— Есть лёд? Ну или бутылка холодная?

Все дружно посмотрели в сторону стойки, где красовались пузатые бочонки. Нда, такое не подойдёт…

— Я могу! — вышел вперёд сущий мальчишка.

Он потёр руки, театрально развёл их в стороны и хлопнул. Передо мной грохнулась глыба льда, тут же расколовшись на куски. Стихийник ойкнул и осел рядом, отрубаясь. Перестарался.

— Вот дурак, — ёмко кто-то описал этот подвиг.

Второго пациента я просто обследовал, убедился что ничего страшного с источником не случилось, и велел отнести домой. Ну или где он там ночевал. Парнишку резво подхватили и унесли.

Выбрав самый крупный осколок, я приложил его к носу Деда.

Так, перелом вправил, кровь более или менее остановил. На большее, по идее, местный лекарь не был способен. Но вот поговорить с этим бывалым горняком мне хотелось всё сильнее и сильнее.

— Давай до дому. Провожу, — пробурчал я, протягивая руку.

Конечно, был шанс, что Дед живёт в бараке, но раз уж он здесь давно, то скорее всего у него отдельный дом. На то и была надежда.

Лысый ухватился за меня, и я влил магию уже в своё тело, ведь поднять и удержать такого здоровяка было непросто.

— Помочь? — спросил кто-то.

— Справлюсь, — отмахнулся я.

Благо никто не настаивал, поэтому отправились мы в путь одни. Лишь ассасин следовал за нами тенями, я ощущал его присутствие рядом. Только бы тот, за кого меня приняли, не знал где живёт Дед…

И в этом повезло, горняк меня вёл, что-то неразборчиво мыча и указывая дорогу взмахами руки. Ну а когда мы наконец добрели, я мысленно поблагодарил судьбу. Домик стоял на отшибе, и, судя по тёмным окнам, никого там не было.

— Спасибо, — не очень-то добродушно сказал мужчина, когда я буквально затащил его внутрь и усадил на лавку. — Как там тебя… Извиняй, забыл. А-а-а! Вячко, верно? Верно, — сам подтвердил он и всё же улыбнулся. — Не совсем отшибло-то всё. Да ты садись, молодой…

Его сморило, и я едва успел подскочить, чтобы он снова не ударился носом, теперь о стол. Заодно влили побольше магии, чтобы наверняка не было последствий. Ну и слегка прочистил организм.

Дед очнулся, встряхнул головой и сфокусировался на мне.

— Ты кто?

Внутри похолодело, неужели переборщил с силой?

— А-а-а, Вячко, — поморщился он. — Всё ж не бесполезный ты, оказывается. Зря народ тебя сторонится, вон как меня подлатал лихо. Да ты садись, — опять пригласил он.

Я увидел силуэт лампы на подоконнике, взял и поджёг фитиль, подкручивая так, чтобы света было немного. Не в кромешной же темноте сидеть.

— Вот что я тебе скажу: вали отсюда.

— Чего так? — насупился я.

— Я в том смысле, молодой, что пока цел, уезжать нужно. Если договором не связан, проваливай, послушай мой добрый совет. Ты мне помог, а я тебе помогу. Пожитки собирай и ехай. Вон сегодня городские припёрлись, им на хвост сядь, долго они здесь не пробудут.

— Да с чего бы? — я упрямо изображал не самого сообразительного человека.

— Никакие деньги мира не стоят того, что там, — доверительно сообщил Дед.

— Где, там?

В слишком уж мы разной кондиции были, но окончательно приводить его в чувства было опасно. Может и разглядеть, что перед ним не тот.

— Про хозяйку горы слыхал?

Я чуть не подпрыгнул от радости, но старательно продолжал тупить.

— Кого?

— Эх, молодые… Ничего им не интересно, кроме девок да гулянок.

Да сколько же этому лекарю? Не такая между нами разница огромная, хотя один год здесь за пять пойдёт, наверное.

— Неправда, — обиделся я. — Мне всяко интересно.

— Тогда слушай. Ты мне помог, и я тебе помогу.

Я уж подумал, что мы заходим на второй круг увещеваний про необходимость срочного отъезда, но горняк всё же раскрыл тему.

— Мне уж терять нечего, сгину в шахте. Не завтра, так послезавтра. Если хозяйка горы кого присмотрела, то заберёт. Про обвалы слыхал?

На моё отчаянное мотание головой он усмехнулся.

— Ну конечно, кто же скажет новичку, что тут происходит на самом деле. Что люди пропадают каждый месяц.

— Пропадают? — удивился я, на этот раз искренне. — То есть не заваливает их в шахте?

— Говорю же — забирает их хозяйка горы! — разозлился Дед, и я решил быть «поумнее». — Ты ж врачеванием занимаешься, не должен быть безмозглым таким. Иль налить тебе, чтобы уразумел уже?

— Не надо…

— Ладно, слушай, Вячко. Мне уж терять нечего…

История, рассказанная на окраине поселения, при тусклом свете лампы, была под стать антуражу — зловещая и пугающая. По меньшей мере звучала так.

Пропажа людей происходила с постоянством, достойным строгого расписания. Что лишь нагоняло таинственности на это явление, так как под конец месяца все в Изумрудном готовились к печальной новости. Даже ставки делали, но это не от чёрствости, а от страха.

«Заваливало» одного-двух, не больше. При этом не спасло то, что всегда ходили группами и следили друг за другом. Невозможно неотрывно смотреть, работать надо, да и не парами же по нужде отлучаться.

Не помогало и не ходить в шахту в определённые дни. Штрафовали за это сурово, но и бойкот не уберегал, ведь в первую же смену кто-то пропадал. Даже если эта смена через неделю наступала. Было такое раз, упёрлись горняки, несмотря на наказание.

Дед, которого на самом деле звали Алексей, прозвище своё заслужил из-за опыта, как я и догадывался. Удачного, причём. То есть и под обвал не попал, и с добычей всё в порядке было. Бригада его одной из самых удачливых считалась, все к нему хотели попасть. В основном именно потому, что никто из бригады не пропадал.

Вот только слухи ходили, сколько лет было Изумрудному, столько и шептались про хозяйку горы. Алексей по молодости не верил, смеялся над бывалыми, но потом начал сопоставлять некоторые факты.

Например, что перед пропажей горняки видели и слышали что-то странное.

Не все говорили, далеко не все, но и Дед уже два десятка лет здесь был, так что тех редких говорливых слышал. Слышал, но всё равно не очень верил, ведь с ним ничего подобного не случалось.

— А что видели-то там? — мне пришлось вернуть разговор к теме, когда Алексея понесло хаять своих менее удачливых коллег.

— Девку, — неожиданно расхохотался мужчина. — Красы такой, что язык отнимается. Не, ну как в такое поверишь? Само собой, воздух в штольнях спёртый, дышать-то толком и нечем, от этого всякое привидеться может. Но не девка же с косой до жопы.

Горняк в выражениях не стеснялся, ну да я и не ждал от него возвышенных описаний. В общем выходило, что девушка неземной красоты являлась уставшему трудяге под конец рабочего дня, но издалека. И пропадала, едва тот моргнул. Видение быстрое, но всегда оно предвещало беду. Каждый из рассказавших об этом, однажды не вернулся со смены.

И вчера Дед её увидел.

Увидел и смекнул, что пришла-таки его очередь. Оттого и напился почти до беспамятства, хотя до этого вообще ничего крепче кваса не пил. Ещё и всеобщее молчание злую шутку сыграло — когда своим рассказал, тоже никто не поверил. Как ни уговаривал не идти, никто не согласился.

— Слушал я годами байки эти, слушал, а толку… — вздохнул Алексей и поморщился: — Зараза, башка ещё теперь трещит.

Я сжалился и чуть снял боль, прикоснувшись к вискам. В благодарность получил ещё порцию страшилок.

— Ведьма, говорят, раньше жила в лесу. В паре вёрст отсюда. До сих пор изба её стоит заброшенная, многие видали и я тоже. Так вот, она могла отвести беду ценой немалой, но могла. А теперь нет никого…

Любопытно. Слухи уж совсем неправдоподобные, но если допустить возможность избавления от такого, то получалось, что дело в тёмной магии. Скорее всего, ведь ведьмами до сих пор тёмных одарённых называли. Ну или чуть уважительнее — колдуньями.

К сожалению, проверить теорию можно было лишь на месте. То есть непосредственно в шахте. Хотя бы очень близко к ней.

И вряд ли туда водят экскурсии…

— Уезжай отсюда, Вячко, — завершил свой рассказ Дед тем, с чего начал.

— А что, и лекари тоже пропадают?

— Ты дурной? Все здесь пропадают, рано или поздно. А за лекарей не знаю, первый ты у нас такой. И тот дурень, — махнул он рукой. — Тоже не веришь, да?

— Верю, — я сделал самое серьёзное выражение лица, на которое был способен. — Уеду, клянусь.

— То-то, — успокоился Алексей, и взгляд его помутнел.

Слишком много переживаний и нагрузки на организм. Как только выговорился, отпустило, и тут же навалился сон. Я помог ему добраться до кровати и укрыл плотным шерстяным одеялом, так как вырубился мужчина сразу же, как лёг.

Постоял немного, обдумывая дальнейший план.

Рассчитывать на то, что можно пройти тенями к шахте, было очень смело. Может, там и не стояло никакой серьёзной защиты, но хоть какая от тёмной магии точно была. Это стандартная процедура для всех промышленных объектов, а уж с таким хозяином тем более. Можно сходить на разведку и проверить.

Но если затраты будут слишком ощутимые, то придётся возвращаться и придумывать что-то другое. Потеряю время.

По тому, как подозрительно умолк Баталов, я уже предполагал, что тот едет на поезде, который я попросил за мной отправить. А значит, как прибудет, ринется по следу. На день его ещё задержит выяснение деталей, но потом менталист обязательно объявится. Не то чтобы я так уж возражал против его участия, но мне требовалось самому разобраться. Без свидетелей способностей Ходящего, скажем так.

— Уж простите, Роман Степанович, но в этот раз без вас, — улыбнулся я, приняв решение.

Вышел на улицу и вдохнул пьянящий лесной воздух. Двери здесь в принципе не закрывались, как я понял. Засов в доме у Деда заржавел так, что сдвинуть его стало невозможно.

Ассасин появился, когда я зашёл во двор нашего пристанища.

— Вы что-то задумали, господин? — сразу же спросил он и на моё недоумение пояснил: — Вы улыбаетесь.

— Задумал, — не стал скрывать я, ведь в мой план придётся посвятить всех, без их помощи не обойтись. — Расскажу позже, сейчас ещё одно дело есть.

Дело моё было к шестипалому хозяину дома, которого я бесцеремонно разбудил. И пока тот сонно тряс головой, спросил, где живёт лекарь, так как сил моих терпеть нет. Зубная боль одолела такая, что хоть вой. Получив нужный адрес и заверив Ивана, что сопровождать меня нет необходимости, я вернул его в сон, чуть поспособствовав этому магией.

И отправился к настоящему Вячко.

Мне нужно было позаимствовать у него личность ещё ненадолго, но чтобы он при этом не мешал. Скорее всего, защита от иллюзий в шахте тоже была. Маловероятно, что горняки могли себе позволить амулеты, скорее бы просили за себя выйти другого, но мало ли конкуренты попытаются проникнуть. Задействовать больше силы — не вариант. Во-первых, накопителей ограниченное количество, а во-вторых, не факт, что там сигнального контура нет, реагирующего на уровень силы. Банальное плетение, от нападения не убережёт, но предупредит.

Устойчивый морок без задействования большого количества силы можно создать, пообщавшись с тем, чью личность берёшь. Серьёзную проверку не пройти, но мне и не надо. Если шахту охраняет нечто существенное, то не помогут и все накопители, что можно унести с собой. Лишь высокий ранг.

Так что, по сути, сделать я мог только одно. Снять отпечаток личности при помощи ментальной магии, которая даст общие сведения о характере и манерах человека, услышать и запомнить голос. И всё это вложить в иллюзию. Если на подходе пойму, что меня могут вычислить, то отступлю.

Вообще, всё складывалось удачно. Лекарь недавно приехал, все его чурались, но присутствие рядом с шахтой явно входило в его обязанности.

— А вот договариваться мы, пожалуй, не будем, — тихо сообщил я перед дверью, прежде чем постучать.

Возможно, Вячко и согласился бы. Мало ли какой каприз столичному князю в голову придёт. Но раз уж рассчитывать на эту версию, то лучше сразу подстраховаться и исключить риски. Вдруг он идейный, ну либо принципиальный. В людей я верил, но времени проверять не было.

Да и самому лекарю потом проще будет. Если что — я виноват.

Мой план был простым. Воспользовавшись легендой о зубных страданиях, пообщаюсь, получу все нужные данные и отправлю лекаря в долгий приятный сон. И перехвачу его рабочую смену. И человек отдохнёт, и я выясню всё, что мне интересно.

В это время остальные будут стеречь мои «покои», ведь я страшно заболею.

Ещё наверняка придётся уговаривать Хаамисуна с Тимофеем, но я справлюсь уж. Всем составом пойти в шахту не выйдет. Кому-то нужно меня прикрывать. В том числе и от главы тайной канцелярии. С него станется повторить наш лётный подвиг и рухнуть где-нибудь поблизости, чтобы быстрее до меня добраться.

— Кого принесло? — послышался крайне недовольный высокий голос из-за двери. — Совсем сдурели, в такой час ломиться?

— Доброй ночи, — вежливо поздоровался я с Вячко, появившимся на пороге.

И правда очень молодой, к тому же сходство у нас было существенное. Возраст, рост, телосложение… По этой причине иллюзия так хорошо сработала, вот ведь опять удача. Значит, и во второй раз будет несложно.

Парень разглядел моё приличное одеяние и враз подобрел:

— Могу я вам помочь?

— Можете, — улыбнулся я. — На вас одного вся надежда.