Ничто не могло испортить это прекрасное утро. Даже история, рассказанная Баталовым.

Солнце светило так, будто это был последний шанс согреть, а то и поджарить, людей перед наступлением холодов. Воздух нагрелся сразу же после рассвета, да так, что пришлось отказаться от костюма и достать из вещей лёгкую футболку.

Я пил кофе на террасе, наблюдая за канарейкой, скачущей по перилам и весело щебечущей.

— Вы понимаете, что всё очень серьёзно? — спрашивал меня в который раз глава конторы.

Подняв голову и прищурившись, я помотал головой. Не понимал.

— Возвращайтесь, — тоже уже раз я пятый увещевал он.

А всё дело в Часах Исхода. Великом и, конечно же, очень загадочном артефакте, предвещающем если не конец света, то точно что-то похожее. Почему? Потому что так написано с обратной стороны.

И спорить с этим было совершенно бесполезно.

Но Роман Степанович хотя бы не паниковал, пусть и настроен был решительно. К тому же отчего-то его решительность распространялась и на меня. Мол, именно мне предстоит как-то это всё остановить.

Вообще, написано было не буквально, но тревожно. Как и положено загадочному артефакту. «В тот миг, когда замрёт время, исход начнётся. И только артефактору под силу повернуть всё вспять».

То есть ничего страшного и критического. Никаких смертельных угроз там не было упомянуто, как и прочих проблем. Но часы встали, артефактор в наличии, так что Баталов сделал выводы.

— Может, речь про Левандовского? — улыбнулся я. — Ну так его поисками я собирался заняться…

— Александр Лукич, мне крайне импонирует ваше чувство юмора, с огромным удовольствием каждый раз слушаю ваши шутки. Но сейчас они неуместны, — менталист говорил предельно спокойно, оттого я и понял — всё решено.

Когда точно остановились часы, никто не знал. В ежедневный обход эта часть хранилища не входила, туда вообще старались лишний раз не заглядывать, такие жуткие вещи там лежали. Поэтому связать с каким-либо событием этот момент было невозможно. Пусть меня бы это и не убедило.

Мало того что я весьма не любил всяческие предсказания, так и с подобными «загадками» уже имел дело. Что лишь больше подтверждало, что всё это ерунда.

Меня поэтому и проклятье хозяйки гор заинтересовало, уж очень напоминало это историю, приключившуюся в одном из путешествий. Тогда аномальные осадки выпали, и мы застряли у подножия гор, когда снегом завалило перевал. Проще было обождать, чем идти в обход, так что мы встали на целый месяц в приятном городке, где нас довольно тепло приняли. Ну так как мы не только столовались, но и активно участвовали в жизни жителей, помогая где знаниями, а где банальной физической силой, то нас открыли тайну города.

Жили там уже несколько веков, но всё это время ждали явления, которое называлось «очищение». Уж не помню, чем так нагрешили предки этих ребят, но по преданию потомки тоже были виноваты, так что расплата была неминуема.

И наступить это должно было, когда луна взойдёт меж двух вершин-близнецов, с которых в этот момент сойдёт лавина, что и очистит, значит, всех ожидающих.

Учителя моего отчего-то эта байка так заинтересовала, что он попытался забраться на те самые вершины, но с погодой было не сладить. Подключать магию в таких случаях рискованно, можно запустить цепочку разнообразных явлений, контролировать которые очень сложно и затратно. Последнее и останавливало учителя, так что он просто каждую ночь выходил и глядел в небо.

На мой вопрос, в чём дело, он не отвечал, но ощущалось какое-то предвкушение. Причём злорадное.

Пророчество, кстати, тоже было записано на большом валуне, который нам показали как главную реликвию городка.

Вокруг каменюки возвели целый храм, куда ходили приложиться по любому поводу. И за благословением на всё — от зачатия до открытия предприятия, и за проклятьем для недоброжелателей, и просто погоду узнать…

Но суть в том, что пророчество исполнилось.

Меня разбудил торжествующий крик учителя, затем земля вздрогнула, и крики стали раздаваться уже отовсюду. Надо признать, струхнул я тогда прилично, по юности очень был доверчив к таким штукам, да и силой толком не владел. К тому же невероятные вершины, что громадинами вырастали за городским силуэтом, внушали трепет.

— Свершилось, — с усмешкой сказал наставник, когда я выскочил на улицу в одном исподнем.

Впрочем, почти все жители выскочили в подобных нарядах, так что я не особо выделялся. Зато учитель был тепло одет, да и выглядел таким довольным, словно не конец света начинался, а знаменитый венецианский карнавал, на котором мы недавно побывали.

— Мы все умрём? — спросил я тогда, глядя как какое-то невообразимое количество снега идёт прямо на нас.

Большой круг полной луны ярко горел над всем этим, делая зрелище чуть более прекрасным, но всё равно не менее пугающим. Не успел я удивиться, почему так тихо, как донёсся новый звук. Оглушительный треск и гудение.

— Когда-нибудь, наверное, — пожал плечами учитель, наклоняя голову и с любопытством разглядывая явление.

Не то чтобы это меня успокоило, но чего паниковать, когда это бессмысленно? Остановить такую лавину и высокоранговому стихийнику не под силу. Вот если бы команду магов сюда… Но таких, конечно же, в этой глуши не было.

При нас были неплохие артефакты, что могли спасти, но не весь город, увы.

Тогда я первый раз в жизни осознал, насколько же крошечен человек по сравнению с мощью природы.

Но учитель продолжал стоять и наблюдать, пока люди носились по улицам, стуча в двери тех, кто как-то умудрился проспать. Лавина приближалась, обманчиво неторопливо, но набирая массу всё больше и больше. Гул перешёл в грохот, и я перестал слышать голоса, только этот устрашающий звук.

А потом всё стихло.

Над городком с пронзительным звоном раскинулся прозрачный защитный купол, снег испарялся, едва достигая его. И водяными потоками устремлялся вниз, уходя куда-то в лес.

— Неплохо, хоть и халтура, — хмыкнул учитель и пошёл спать, когда всё закончилось через полчаса.

Наутро перевал оказался открыт, снег сошёл и оттуда, попутно расчистив дорогу наверх. Расчисткой это и было, а не очищением, как неправильно перевели когда-то давно. А артефакт среагировал на лунный свет, над чем наставник долго потешался, так как древний маг ошибся из-за явного профанства в астрономии. Если коротко, то помимо точного расположения луны ещё и толща снега над артефактом, расположенном между вершин, должна была быть определённая. То есть достаточно большая для активации устройств. В камне был защитный купол, наверху — стихийное смещение препятствия.

По идее, работать это было должно каждый месяц. Зимний, естественно.

Жители устроили грандиозный праздник, а мы ушли. Учитель так ничего им и не объяснил. Сказал мне, что никто не поверит. А то и побить могут несмотря на всеобщую радость.

— Ты либо пиши инструкцию нормально, либо вообще не пиши, — выдал мне свой очередной урок тогда учитель.

И подкрепил щелбаном.

После я ещё несколько раз сталкивался с похожими явлениями. Поэтому, слушая Баталова, не разделял его беспокойства. Но и вслух делиться соображениями не стал, памятуя о словах учителя. Ведь один раз всё же побили…

Ну требуется ему верить в конец света, пусть верит. Благо менталист был не из тех, кто панику поднимет и примется глупости творить. К тому же магический фон в столице был нормальный, никаких катаклизмов не происходило, да и там погода тоже разошлась, вновь вернулось тепло.

— Я обязательно вернусь, — пообещал я. — Когда закончу здесь с делами.

— Александр Лукич…

— Вы же сами меня послали… кхм, просили отправиться куда подальше, Роман Степанович.

— Просил. Но…

— Мне в любом случае ехать несколько дней. Ещё пара-тройка хуже не сделает.

Я чувствовал, что как всегда глава тайной канцелярии о чём-то умалчивает. Например, откуда эти часы взялись. И почему так серьёзно относятся к их остановке. Пусть это ничего не поменяло бы, но надоели недоговорки.

Искорка вспорхнула и села на моё плечо, выдав особо громкую трель. Я погладил её свободной рукой и улыбнулся, когда она зажмурилась от удовольствия.

— Я могу отправить за вами ещё один самолёт.

— Нет уж, — перебил я. — Обратно я отправлюсь по земле. Отправляйте поезд.

Я понял, что спорить с менталистом бесполезно, что-нибудь да отправит. Можно просто отказаться, но зачем расстраивать Баталова, если я могу просто заняться тем, что и планировал. Пока приедет поезд из столицы… Ну а там уж подождёт, вряд ли кто-то будет способен силой меня туда усадить.

— Правда? — так обрадовался Роман Степанович, что мне немного стыдно стало его обманывать.

Впрочем, я же и собирался вернуться Транссибирским путём, как самым безопасным, пусть и не быстрым. А так и не придётся подгадывать под расписание немагических составов.

— Правда, — в общем-то, недалеко от истины это было.

— Сейчас же организую! — счастливо выпалил глава конторы, но всё же насторожился: — Вы что-то задумали?

— Жду, — коротко ответил я и отключился.

Так, в запасе есть два дня в лучшем случае. Всё же сию минуту отправить поезд у Баталова не получится. Но, учитывая, что поедет тот без остановок… Сутки в самом худшем варианте. Стоит поскорее уехать на прииски.

Чёрт, не успел расспросить градоначальника про купца Яковлева. Да и времени не остаётся на светские визиты. Значит, будем действовать на месте.

— Друзья, — я вышел в гостиную на первом этаже, где собралась моя команда после завтрака.

Здесь и небольшая библиотека была, и различные игры вроде шахмат, шашек и подобных. Да и место уютное, собраться и обсудить планы.

— Мы отправляемся в горы, — объявил я. — Сейчас же.

— Сейчас? — Хлебников оторвался от партии, которую играл с ассасином. — На чём?

— Минутку, — я вышел и достал телефон.

Взять напрокат автомобиль не составляло проблемы, но вот незнакомые дороги, к тому же горные… Нужен хороший водитель, который знаком с местными реалиями.

Вариантов было много, исключая те, что предоставил Баталов. Ему сразу же доложат, если я обращусь к кому-то из его списка. Овражские, при всех их достоинствах, занимались торговлей.

— Кузьма Васильевич, — я вызвал того, кто точно ближе всех к нужным компетенциям. — Вы говорили, что знаете хороших проводников?

К счастью, связь в Горняшках работала. Так что староста сразу откликнулся и мгновенно нашёл мне надёжного человека. И меня ему отрекомендовал, что немаловажно. Меньше вопросов будет задавать.

— Транспорт прибудет через час, — вернулся я в гостиную.

* * *

Последние дома окраины Екатеринбурга проносились мимо, у горизонта синело марево гор, а над ними висело солнце.

Сборы заняли больше времени, чем я рассчитывал. Всё же успели расслабиться, разложить вещи, а кто-то и стирку затеял… Да и насчёт провианта долго спорили. Что именно взять с собой и в каком количестве. Мой план был простым — туда и обратно, два дня на всё. Но Хлебников, наученный опытом неожиданных поворотов, настаивал на более тщательной подготовке.

К тому же мне требовалось восполнить накопители, а для этого съездить в магическую гильдию, ведь для моих запросов лавки не подходили. Такого количества там могло и не найтись.

А там и чаепитие с главой гильдии, а затем и короткая экскурсия…

В общем, выдвинулись мы после обеда, и по заверениям нашего проводника, должны были успеть до темноты. Первая цель — шахтёрское поселение неподалёку от самого крупного прииска. Ехать ночью к самому месторождению было неразумно, хоть и работали там круглосуточно.

— У Ивана Четыре Пальца встанем на постой, — пообещал водитель, прибавляя скорости после выезда из города.

И четыре пальца — это не количество оставшихся, как выяснилось, а те, что были потеряны в шахте. Вообще, человека староста нашёл весьма интересного. Настоящий великан, его лохматая макушка почти упиралась в потолок автомобиля. Лицо и руки в шрамах, но лучезарная улыбка и какое-то исходящее внутреннее добродушие меняло восприятие этого здоровяка.

Транспорт был под стать. Симбирский внедорожник «Родолюбец» имел репутацию совершенно всепроходимого автомобиля. Любая дорога ему была нипочём, как и бездорожье, впрочем. Тихояр, так звали проводника, продемонстрировал нам цепи, что обеспечат и проход по льду или глубокому снегу, если понадобится.

Мне не верилось, что там уже лежит снег, но мужчина только расхохотался.

— Там всяко может быть, — уверенно сообщал он, оценил нашу одежду и добавил: — Шкуры тоже есть, в багажнике. Портянки-то взяли с собой, господа?

— Ну конечно, — подтвердил мастер ювелир слегка обиженно. — Не вчера родились-то.

Тихояр лишь быстро взглянул на нас с Тимофеем и хмыкнул.

Я в прошлых многочисленных походах по достоинству оценил такой незаменимый предмет, как портянки. При грамотном способе одевания очень комфортны, стираются и сохнут быстрее, да и места не занимают много. А вот рыжий с ассасином непонимающе переглянулись, но спрашивать не стали.

Пусть горный поход я не планировал, но подготовиться и к такому нужно было. На всякий случай. Поэтому и котелки при нас были, и кресало с кремнём, и прочая экипировка. Хлебников мне даже с гордостью продемонстрировал моток сухой бересты. Не пропадём.

— Мы вашего друга точно не стесним? — спросил я насчёт ночёвки.

Отелей, понятное дело, в шахтёрском поселении не было. Те, кто приезжал сменами, жили в больших бараках, где в одном помещении стояло по несколько десятков коек. Постоянные жители размещались в избах-двойнях с одной печью на две семьи.

Но были и гостевые строения, точнее одно и там уже разместились какие-то высокородные туристы. Ну и купеческий «особняк», как его назвал Тихояр, презрительно сморщив нос.

— Друг? Ну вы скажете тоже, — рассмеялся водитель. — Нет, вы не подумайте, мужик он неплохой, кукуха только слегка поехала после полжизни в шахтах. Так что вы не слушайте, чего он несёт про духов и прочее. Хотя, если для развлечения — можно и послушать. А так он как раз гостей разместить может, с нужными людьми свести, достать что…

Тихояр умолк, с опаской взглянув на меня.

Вряд ли Иван может достать мне нужный изумруд, а вот про духов я бы точно послушал. Полжизни в шахтах… Может быть хороший источник информации. Сумасшедший иль нет — это сразу будет ясно. Ментальный дар такое различал довольно хорошо. Не без осечек, но тем не менее.

Темнело быстро.

Я уже привык к долгим дням, белым ночам и медленным закатам, когда солнце садится добрый час, раскрашивая небо то в алый, то в рыжий. Здесь было иначе. Небесное светило на минуту зависло над уже совсем близкими вершинами и будто резко нырнуло за хребет.

Проводник включил фары и ещё поднажал.

Дорога уже давно перестала быть приличной, и трясло нас от души. Тимофей зеленел, но держался, Хлебников снова похрапывал, а ассасин не отводил взгляда от леса, мелькающего в свете фар впереди.

Мы шли в гору, мотор рычал, низкие ветви елей хлестали по крыше. Пару раз кто-то проносился наперерез, мелкое лесное зверьё совершенно не пугалось машины.

Канарейка на моём плече тоже спала, вцепившись лапками.

И я погрузился в дрему, убаюканный темнотой и теплом. Источники магии работали без перебоев, и я принялся сканировать окрестности.

Лес был живой. Всё в нём буквально дышало. Крепкие деревья корнями уходили глубоко под землю, где протекали ручьи. Животных тоже было в избытке. От птиц до крупных хищников, бродящих в паре километрах на юг. Рысь с двумя уже почти взрослыми детёнышами! Я даже проснулся, ощутив отклик этих грациозных животных.

Но ещё я ощущал другие богатства этой земли.

Где-то впереди, куда мы мчались через лес, были самоцветы. Не только изумруды, но и множество других. Там точно находился камень, что мне нужен.