Стол, конечно же, уже убрали.

Впрочем, это ничуть не помешало устроить настоящий пир в честь успешно завершённой операции по освобождению. Хозяев земли и дома. Илье Александровичу я не стал объяснять, что же случилось внизу на самом деле. Отмахнулся, мол, всё могущественные артефакты, а глава города и рад был, даже подробностей не потребовал.

К тому же вид мой явно был таким, что лучше без деталей.

И в первую очередь Симанов решил меня откармливать. Далеко мы не ходили — устроились на кухне, там и носить ничего не надо было, всё под рукой.

Но сначала я выпил целый графин прохладной воды и посидел с минуту, откинувшись на спинку стула.

— Может целителя позвать, Александр Лукич? — волновался хозяин. — У нас хорошие лекари, враз на ноги поставят.

— Не надо, благодарю, — слабо помотал я головой.

Внутри царило такое опустошение, что было даже приятно. Ничего не болело и не беспокоило, а чувство глубокого удовлетворения с лихвой перекрывало усталость. Всё хорошо.

Я отгонял мысли от того, кто сотворил весь этот кошмар. Но они назойливо скреблись, не отступая. Универсал-артефактор… Сколько подобных магов было за всё время, что известно по хроникам? Я о таком не слышал.

Безусловно, это не означало, что подобных мне никогда не существовало. Не настолько я был нескромен и самолюбив. Так-то, обо мне тоже почти не знает. Кроме парочки верных людей, призраков и Баталова. Но я был отлично осведомлен, как искусно можно стереть одного человека из истории. Моего прошлого имени нигде не было…

Но кто же он?

Как мог одарённый самой созидательной силой так поступить? Ведь как универсал он же тоже ощутил разум этих существ. Он мог понять, что они не враги.

Я встречал в своей жизни множество дурных людей, но не было среди них артефакторов. Кроме владеющих тёмным даром, пожалуй. Левандовский не в счёт, как и мой учитель. Характер скверный, но я не сомневался, что никто из них не навредил бы слабым и беззащитным.

Поёжившись, я открыл глаза.

Градоначальник застыл передо мной, наклонившись и прислушиваясь к дыханию. Я улыбнулся:

— Всё в порядке, Илья Александрович.

— Как скажете, ваша светлость, — не очень поверил он, но всё же занялся сервировкой.

Ну то есть доставал из холодильного шкафа всё, что под руку попадётся, и складывал на огромный поднос. Но только он ухватился за ручки и сделал шаг к столу, как вся добыча грохнулась на пол.

— Господин! — хором вскрикнули ассасин и джинн, появляясь посреди помещения.

Надо признать, это было весьма эффектно — Хаамисун вышел из вихря теней весь в чёрном, держа наготове кинжалы, а Хакан выскочил из огненной воронки, с пылающим ятаганом наперевес.

Элементаль тут же испепелил подготовившийся к его ногам окорок.

— Демоны… — прошептал Симанов и осел на пол, отключаясь.

Вот чёрт… Я и злиться не стал на моих стражей, что они нарушили приказ не являться без моей просьбы. Без объяснений было ясно: сначала меня скрыло от них, полагаю, при этом и наша связь либо оборвалась, либо предельно ослабела. А потом, появившись, я еле дышал, организм ушёл в режим самосохранения, отключив практически все функции.

Почувствуй я подобное про кого-то из близких, тоже примчался бы, наплевав на всё.

— Будьте добры, поднимите Илью Александровича, — я жестом остановил их попытку броситься ко мне. — Я в порядке, а вот с хозяином этого славного дома нехорошо получилось.

Джинн с ассасином переглянулись, словно безмолвно обсуждая, стоит ли мне подчиняться. Спелись всё же, вот и чудесно. Раз уж сумели договориться, прийти вместе и так слаженно атаковать.

— Я ощутил нечто странное в сумеречной долине, — Хаамисун ловко подхватил Симанова, словно тот ничего не весил и бережно усадил на свободный стул.

— Связь наша вдруг стала миражом на горизонте, — в своей манере пояснил джинн, слегка виновато глядя на горстку пепла, оставшегося от деликатеса. — Решили мы, что вы покинуть собрались нас…

— Благодарю, — я наконец смог встать. — Что пришли на помощь.

Даже говорить не буду, что не стоит так поступать. Неправильно это, пусть сейчас не было необходимости, да и градоначальнику придётся как-то всё это объяснять…

Мои стражи поклонились, синхронно прикладывая кулаки к сердцу.

Около очага снова возник вихрь теней. Из него сначала вылетел дракон, а за ним вывалился запыхавшийся Тимофей. Рыжий быстро огляделся и разочарованно вздохнул.

— Опоздал.

Всё же до скорости ассасина парню пока было далеко. Да и ранги у них были разные, что уж говорить об опыте. Устроить спринт по теням не каждому под силу.

Симанов застонал, и я быстро махнул рукой, отправляя дракона обратно в тени. Сам не понял, как получилось, действовал машинально. Неужели оттого, что фантом поделился со мной своей силой?

Тимофей вытаращился на меня с восхищением, я же подошёл к Илье Александровичу, стараясь заслонить собой свою маленькую армию.

— Ваша светлость? — прищурился он, глядя на меня. — Мне показалось…

— Вы только не переживайте, не показалось. Но всё в порядке! Они со мной.

— Что… — мужчина наклонился вбок, выглянул из-за меня, немигающе посмотрел на гостей, вернулся в прежнее положение и спокойно изрёк: — Что же, угощения на всех должно хватить, полагаю.

Поначалу неловко было всем. Кроме меня, но я до того вымотался, что в принципе сил не было переживать. Рыжий и ассасин включились в дело, помогая прибраться и заново достать провизию. Джинн стоял в сторонке и полыхал, освещая кухню мерным тёплым светом. Элементаль явно смущался больше всех.

Но постепенно и глава города отошёл, снова принявшись рассказывать какие-то удивительные истории, и Хакан перестал изображать необычный светильник и в итоге включился в разговор.

А там разговорились, и Симанов новых слушателей тоже принялся уговаривать на озеро съездить отдохнуть, на рыбалку отправиться…

Ну а я восполнял силы всеми возможными способами. Помимо еды отыскал в сумке накопитель с магией жизни и воспользовался им. Это помогло высвободить ресурсы для быстрого восстановления источников.

Просели все они очень серьёзно.

Борьба с работой неизвестного мага прилично потрепала меня. И это заставило задуматься, что стоит стать очень осторожным. По меньшей мере пока не возьму новый аспект, все эти качели крайне опасны. Пропускать через себя столько силы за такое короткое время — рискованно.

Но вместе с этим я чувствовал прогресс. Внутренние потоки стали иными, будто готовя новую оболочку.

Перебирая свои запасы, я наткнулся на авантюрин. Златоискр был чуть тёплый и сверкал вроде сильнее, чем прежде. Любопытно… Камень будто бы откликался на магию, но при этом ощущался совершенно пустым. Может, он просто хороший проводник?

Я покрутил подарок старосты в руках.

Надо бы по возвращении обеспечить Хлебникова средствами для изучения самых разнообразных драгоценных камней и минералов. С его дотошностью и помощью духа шамана может получиться что-то дельное. Мастер ювелир был не просто талантлив, он обладал теми редкими качеством, что непременно ведут к открытиям. Увлечённостью и любознательностью.

К тому же, если его свести с алхимиком… С Воротынским они горы свернут. Научные, естественно.

Авантюрин отправился обратно в карман, а я вернулся к беседе, прислушиваясь.

— Ну конечно же можно! — уже что-то обещал Симанов ассасину. — Наши мастера с радостью готовы поделиться наработками с… Простите, запамятовал.

— Аламут, — улыбнулся Хаамисун. — Народ Аламута будет очень признателен вам, господин.

О чём они уже успели договориться? Я с удивлением взглянул на воина, но тот лишь пожал плечами. Судя по всему, идея принадлежала градоначальнику.

Как бы мне ни хотелось и дальше пользоваться удивительным гостеприимством этого человека, но чувствовалось — ещё чуть-чуть и я совершенно невоспитанно усну прямо за этим щедрым столом, используя какой-нибудь деликатес в качестве подушки.

Уйти без подарков и отсюда не удалось. Хаамисуну презентовали нож работы местных мастеров с инкрустацией самоцветами, Тимофею вручили кафтан с меховым подбоем, джинн получил кусок какой-то застывшей лавы, впрочем, элементаль пришёл от него в полный восторг, заверив, что чует силу вулкана внутри.

— Александр Лукич, — дар для меня Симанов оставил напоследок, хитро улыбаясь и пряча что-то за спиной. — Как отблагодарить человека, который ни в чём не нуждается…

Ну это он смело. Княжеский титул мне пока никаких материальных выгод не принёс, сплошные траты. Хотя прав был градоначальник — нужды я ни в чём не испытывал, у меня было столько всего, чего и пожелать раньше не осмеливался. Дом, близкие, любимая работа.

— Но пожалуй, я смогу вас удивить, — широко улыбнулся Илья Александрович и наконец показал, что прятал.

— Это… — я заморгал, потряс головой, но картина не изменилась.

На его огромных ладонях сидела… птичка. Маленькая и жёлтая, словно комочек солнечного света. Голова её была наклонена и смотрела пташка прямо на меня, внимательно разглядывая.

— Канарейка, ваша светлость. Старый друг всех горняков. Она способна предупредить о любой опасности.

Птичка подтверждающе чирикнула и распушилась. А я тоже к ней присмотрелся. Химера! Причём создание довольно давнее, канарейке было лет сто, если не больше.

— Служи, малышка, его светлости, и береги его, как берегла многих до него, — Симанов осторожно погладил птицу по голове, и она зажмурилась от удовольствия и мягкого воздействия силы.

Не успел я возразить, да вообще что-то сказать, как ритуал передачи был завершён. Канарейка издала мелодичную трель, вспорхнула и приземлилась на моём плече.

— Я… Я даже не знаю, что и сказать, — натурально растерялся я.

Мало того что правда сумел удивить, так и подарок сделал бесценный. И дело даже не в химерологии, вполне распространённом явлении, пусть и непростом с точки зрения процесса. Ведь для создания подобного нужен был некромант. А для этой канарейки — некромант высокого ранга.

Это солнечное пушистое чудо не просто реагировала на нехватку кислорода, как было заведено в те времена, когда стихийные амулеты стоили очень дорого. В ней таилась магия посерьёзнее. Я прикоснулся к малышке и ощутил потоки разных аспектов. И мощь магии.

Разобраться сразу было нереально, но и без того понятно — пташка ой какая непростая.

— Обычной благодарности будет достаточно, — расхохотался Илья Александрович, очень довольный произведённым впечатлением. — Вы меня, ваша светлость, очень выручили. Я уже с ума потихоньку сходить начинал… А малышка уж дома засиделась, скучно ей со мной. Знаю, знаю, химеры не скучают. Но мне будет радостно, если Искорка с вами рядом будет. От беды убережёт, если что. Да и всё веселее с вами, Александр Лукич, да?

Искорка. Изумительно ей подходило это имя. Пёрышки её действительно будто искрились, переливаясь как у сказочной жар-птицы.

— Со мной не заскучаешь, это верно, — тоже рассмеялся я.

А ещё от Искорки исходило тепло, такое умиротворяющее и приятное, будто греешься на солнце в погожий день. Не огненная сила, а именно согревающая.

— Спасибо, — я поклонился и почувствовал, как птичка вцепилась в плечо крошечными лапками, чтобы удержаться.

Вот коты-то обрадуются.

Но за канарейку можно было не переживать. Химеры вообще создавались так, чтобы уничтожить их было крайне затруднительно. А внутри этой милахи так и целый магический коктейль был. Я ощущал слабый след даже магии смерти. Убить она вряд ли сможет, разве что насекомое мелкое, но вот убедительно отпугнуть — вполне. В общем, постоять Искорка за себя точно могла.

Помимо этого, безусловно, было две больших корзины с едой…

Возвращались мы на такси, прогуливаться не было сил. Да и спутники мои, откормленные и задобренные Симановым, тоже утомились. Элементаль исчез ещё до нашего выхода на улицу, а вот рыжий отчаянно зевал, стараясь скрыть. Но из-за этого его лишь перекашивало.

— Всё, хватит на сегодня геройствовать, — приказным тоном сообщил я, когда мы уже через пять минут прибыли к доходному дому. — Всем отдыхать. Мне тоже.

Ассасин посмотрел на меня недоверчиво, но промолчал.

— Обещаю, сегодня больше никуда не отправлюсь.

Разве что в объятья одеяла, ну и сдамся в плен подушке. Мне требовалось срочно впасть в целебный сон, тело уже настойчиво начинало гудеть, источники ворчали, а глядеть на безуспешно скрывающего зевоту Тимофея так вообще было невозможно.

Но прежде я позвонил Баталову.

Канарейка, едва я зашёл в комнату, изучающе облетела её и устроилась на карнизе. По идее, ей не требовалась пища, но я всё же налил воды в блюдце и поставил на видное место. Порой любили химерам добавить реалистичности, оставляя нечто живое. Всё зависело от создателя. Моя гаргулья, например, вовсю лакала молоко, хоть и не нуждалась в том.

— Роман Степанович, доброго вам вечера.

— Александр Лукич, — голос у менталиста был странным, будто он ожидал какого-то моего признания, но боялся этого. — Как всё прошло?

— Как вы и говорили — сущий пустяк. Я всё уладил, — я не сдержался и всё-таки от души зевнул так, что аж щёлкнуло. — Полагаю, теперь Илью Александровича больше ничего не будет беспокоить.

— Позвольте узнать… — глава конторы замялся. — Этот сущий пустяк… Вы использовали что-то «особенное»? — он так выделил последнее слово, что ясно стало — речь об артефакте из императорского хранилища.

— Да, — не стал скрывать я.

Да и как скроешь, ведь артефакт я исчерпал. Он постепенно восстановится, даже если не помогать с этим, несколько лет — и как новенький будет. Но я, конечно же, планировать влить в него все аспекты, как сам приду в себя.

— А что-нибудь ещё? — вкрадчиво поинтересовался Баталов.

— В чём дело? — мне не понравился его загадочный тон.

Роман Степанович замолчал надолго, а я терпеливо ждал. Доверить эфиру великие государственные тайны было нелегко. Но и выбора у него особо не было. Точнее, можно было мне вообще ничего не говорить, я не возражал. Глаза слипались, и мне становилось всё больше всё равно.

— Они встали, — вывел меня из дрёмы голос менталиста.

Я подхватил ускользающий из рук телефон и уточнил:

— Кто?

— Не кто, а что… Часы Исхода, ваша светлость. Вещица, что хранится в… скажем так, особо охраняемом месте с особыми инструкциями.

— Звучит серьёзно, — вздохнул я, ничуть не иронизируя. — И что это значит?

— Это значит, Александр Лукич, что вам поскорее нужно вернуться домой. И взглянуть, что это за штука. Потому что я ни черта о ней не знаю. Кроме того, что написано на оборотной стороне.

Искорка чирикнула, и я встрепенулся. Опять чуть не уснул с трубкой в руке.

— Роман Степанович, не сочтите за грубость, но не может это потерпеть хотя бы до утра?

— И вам даже неинтересно, что там написано? — слегка обиженно спросил Баталов.

— Очень интересно, — откровенно соврал я, но всё же сгладил: — Будет утром. Обещаю, я вас наберу сразу же, как проснусь. И мы обсудим… поломку.

— Хорошо, Александр Лукич, — сдался менталист. — Только не забудьте…

Но я уже совсем забил на правила приличия и отключил связь. Ну встали какие-то там часы, вещь явно старая, сломалась или запылилась и оттого перестала работать. Мало ли по какой причине они встали.

Два шага, оставшиеся до кровати, мне показались восхождением на неприступную вершину. Лицо ощутило прохладу подушки, пахнущей какими-то травами, и я отправился в лучшее своё путешествие по добрым мирам сновидений.

Кажется, канарейка прилетела ко мне и прижалась, щекоча ухо. Я улыбнулся и отключился. Всё, больше никаких «сущих пустяков».