«Просто поговори с ней. Ты ей нравишься».

«Что значит – я ей нравлюсь?»

«Когда про тебя услышала – сразу голос изменился».

Тимофей вздохнул и нажал кнопку лифта. В этот раз ему заказали пропуск, все было прилично. Девушка по имени Надежда, которая, как выяснилось, отвечала за набор волонтеров, согласилась побеседовать.

Смуров сделал все, что мог: договорился о встрече. У него не было больше возможностей отвлекаться от работы на официально закрытое дело. И Тимофей остался один.

«Успокойся, – посоветовал он себе. – Сосредоточься на главном. Просто задавай вопросы».

Он вышел из лифта и безошибочно нашел нужный кабинет. С ориентацией на местности у Тимофея возникали проблемы только один раз: когда бывал на этой местности впервые.

– Здравствуйте! – Надежда встретила его улыбкой и даже встала из-за стола.

В кабинете сегодня она была одна. Пустовали все остальные столы, пустовала дорожка. Тимофей почувствовал, как его с таким трудом достигнутое спокойствие улетучивается.

– Добрый день, – сказал он слишком сухо, по собственной же оценке.

Улыбку выдавить вовсе не получилось. Нет, Тимофей умел улыбаться, но это всегда получалось как-то спонтанно. Сейчас вот не вышло, и улыбка девушки тоже увяла.

– Эм… Вы хотели что-то выяснить по поводу волонтеров?

– Да. У вас есть какие-то досье или что-то подобное?

Тимофей встал возле стола Надежды и огляделся. Все стулья стояли за другими столами, были чьими-то. Стульев для посетителей не предусматривалось. Не того типа организация, чтобы часто принимать посетителей.

– Досье… – озадачилась Надежда. – Ну, что-то вроде. А что конкретно вас интересует?

– Насколько сложно вообще стать волонтером?

– Никаких сложностей. Достаточно одного лишь желания. Если бы были сложности, как бы мы набирали сотни и тысячи человек? Это ведь неоплачиваемая работа.

– Сотни и тысячи? – переспросил Тимофей с кислым видом.

Он, конечно, мог предположить, что волонтеров на подобных забегах работает много, но почему-то до сих пор не задумывался, о каких числах идет речь.

«Это потому, что ты становишься человеком, – подсказала маленькая невидимая Габриэла. – Ты отвлекаешься, упускаешь детали. Потому что тебя сейчас беспокоит совсем-совсем другое…»

Надежда улыбнулась. Пальцы ее пробежались по клавишам.

– Подойдите. Возьмите вон там стул, садитесь рядом.

Тимофей подкатил к Надежде кресло, на котором во время прошлого визита сидел дизайнер.

– Ну, вот вся информация. – Надежда проскроллила мышкой строки электронной таблицы. – Две тысячи триста шестнадцать волонтеров. Я, честно говоря, не стала бы ее вам отправлять, тут все же личные данные. Имена, фамилии, паспортные…

– А данные о регистрации по месту жительства? – перебил Тимофей.

– Есть. Но это…

– Я не собираюсь продавать базу мошенникам, не беспокойтесь. Отфильтруйте, пожалуйста, данные по слову «Екатеринбург».

Надежда быстро исполнила указание.

– Трое.

Тимофей и сам видел, что екатеринбуржцев в списке всего трое. Собственно, даже это было невероятным совпадением. С натяжкой еще можно понять, зачем участники едут на забег за тысячи километров. Но волонтеры?.. Неужели он настолько плохо понимает людей?..

– Скопируйте мне, пожалуйста, информацию об этих людях. Данные паспортов не нужны. Фамилия, имя, отчество и дата рождения, этого достаточно.

Надежда кивнула. Тимофею показалось, что на ее лице появилось выражение облегчения. Ей явно не хотелось делиться совсем уж серьезной информацией.

– Могу распечатать.

– Да, пожалуйста.

Левый мизинец Надежды ткнул в «ctrl», правый – в «p». Зажужжал принтер.

– Вы отлично работаете с клавиатурой, – вырвалось у Тимофея.

– Правда? – Надежда бросила на Тимофея быстрый взгляд и поправила что-то в прическе.

– Да. Обычно, когда мне приходится видеть, как кто-то работает за компьютером, это жалкое зрелище.

– Угу, тоже бесит. Особенно когда на почте сидят и двумя пальцами тыкают, еще и по полчаса каждую букву ищут.

Тимофей кивнул. И тут же вздрогнул. «Что это я делаю? Это что, светская беседа?! Вместо того, чтобы анализировать данные?!»

– А я печатать вслепую еще в школе научилась, – продолжила Надежда. – Как по мне, в наше время это обязательный навык для каждого человека.

«А я просто понял, что анализировать в этих данных нечего. Эти фамилии мне не знакомы, в расследовании они не фигурировали. Нужно будет передать список Смурову, пусть он, как это у них говорится, „пробьет информацию“. Возможно, всплывут какие-то пересечения…»

– Пожалуйста.

Тимофей взял протянутый листок, но даже не взглянул на него. Он смотрел на экран.

– Что это за цифры? – ткнул пальцем.

– Это? – Надежда растянула столбец так, чтобы можно было прочитать его название. – Локация. Где стоит волонтер, куда приписан. Число – это километр.

– То есть люди из списка занимались волонтерской деятельностью на двадцатом, тридцать пятом и сороковом километрах?

– Верно.

– Тогда эта информация мне не нужна. Она бессмысленна. – Тимофей положил лист на стол. – Все – какая-то бессмыслица…

– А что за локация вас интересует?

– Десятый километр.

Два безымянных пальца коснулись «единицы» и «нуля» почти одновременно.

– Тридцать волонтеров, – сообщила Надежда. – Распечатать?

– Что это значит? – Палец Тимофея вновь бесцеремонно ткнулся в экран. – Здесь нет данных о регистрации по месту жительства.

– Эм… – озадачилась Надежда. – Не знаю. Какая-то странная ситуация…

– Нет. Не странная.

– Ну… О’кей. Распечатка нужна?

– Нет. – Тимофей поднялся. – Я увидел все, что хотел, спасибо.

– Да не за что. А может, кофе…

Конец предложения оборвала захлопнувшаяся дверь. Мысль о том, что он поступил невежливо, не догнала Тимофея. Все условности сделались абсолютно неважными, как было всегда. Потому что имя человека с незаполненными данными о регистрации по месту жительства было ему знакомо.

А значит, дело раскрыто. Нужно лишь заставить преступника выдать себя.