Утро не принесло надежды. Тобиас сам это видел. Бессмысленно было звать ту, что уже одной ногой была Там. С первыми рассветными лучами пришёл Исцеляющий. Положил руку ей на лоб и покачал головой.

Тобиас понял его без слов. Надежды на Исцеляющих нет. Ну тогда он сам будет надеждой! Просто так он её не отпустит! Эта ночь вымотала его. И всё же он вспомнил кое-что. И пока есть хотя бы малейшая возможность, он её использует!

Исцеляющий ушёл. Ричард остался стоять.

– Дай мне ключ от бассейна! – Тобиас обернулся к королю. Он исправит всё, пока ещё не поздно.

– Нет, – жёстко ответил его величество. – Я жалею, что рассказал тебе об этом. Не стоит даже пытаться.

– Позволь мне решать, что мне делать. – Тобиас застыл, холодно глядя на короля.

Если он откажет… что ж, одним королём сегодня станет меньше, вот и всё. И, наверное, его безумный взгляд заставил Ричарда заговорить.

– Я мог бы сейчас позвать стражу. – Король медленно повернулся к Тобиасу. – Но подумай… разве стоит всё то, что ты имеешь сейчас, жизни одного человека?

Он пытался искушать, но разве это было искушением, когда Тобиас уже давно всё решил?

– Стоит, – жёстко ответил он.

– Даже если я прикажу заключить тебя в темницу на остаток дней?

– Дай мне ключ, и потом можешь делать всё, что тебе угодно, – спокойно ответил Тобиас.

Злость схлынула, осталась лишь усталость и боль. Тем более король и так в своём праве. В конце концов, он участвовал в перевороте. Пусть и не сейчас. Но он уже заметил, что Ричард никогда и ничего не забывает.

– Ты знаешь, я завидую тебе, – усмехнулся его величество. – На, держи! И посмей только не вернуться ко мне живым и здоровым! – Он вытащил из-за пазухи цепочку с маленьким серебряным ключом, расстегнул её и перебросил ему. – Удачи!

И вышел.

Тобиас опустился в кресло возле кровати и вспомнил день, когда король впервые рассказал ему про то, что скрывает запертая дверь в саду.

– Ты слышал что-нибудь о смерти моих родителей? – Ричард поворачивается к нему.

На улице бушует метель. Слишком ранняя метель и слишком злая для этого месяца. Всё перемешалось в природе. Так же, как и у него в голове.

Сегодня первая годовщина без Кэти. Боль не притупилась, только стала острее. Тобиас почти не слышит то, что рассказывает король. Словно тот говорит не ему. И, только уловив слово «смерть», прислушивается.

– Нет, – он качает головой.

Кэти. Даже дышать без неё тяжело.

– Тогда я расскажу тебе. У нас есть королевская реликвия – бассейн, в котором бьют ключи с волшебной водой. Говорят, это дар первых фей королевскому роду. Тогда, когда феи ещё жили в нашем мире. – Король делает паузу, потом, вздохнув, продолжает: – Эта вода может возвращать жизнь человеку, находящемуся при смерти. Но есть два условия: просящий должен искренне любить того, за кого он просит, а ещё должен быть готов отдать взамен всё, без условий и оговорок. За сотни лет этот бассейн оброс кучами недомолвок и легенд. А воду из него назвали живой водой. И только королевская семья знала правду и потому не спешила им пользоваться. За всю историю королевского рода истории о волшебной воде встречались только пару раз. И я, право, не знаю, чем в них всё кончилось.

Надо ж было такому случиться, что, родив мою сестру, моя мать оказалась при смерти. Королевский Исцеляющий в этот день был далеко: исполнял поручение моего же отца. А обычный городской не смог помочь. Моя младшая сестра умерла сразу после рождения, а отец почти обезумел. Бог не давал им дитя много лет. Мне было уже четырнадцать, и королевские советники говорили отцу, что ему надо поберечь здоровье королевы, тем более что у него есть наследник. Но он не хотел никого слушать. И после родов я помню, как он упал на колени возле маминой кровати и кричал, что сам во всём виноват.

Вот тут-то он и вспомнил про бассейн. Тогда тот ещё не запирался. Любой мог войти в королевский сад и попытать счастья. Отец любил мать. По крайней мере, за свои четырнадцать лет я не помню ничего плохого. Они почти не ругались. А если ссоры и случались, то мелкие, незначительные. Такие, наверное, бывают в любой семье.

Но, видимо, всё-таки его любви не хватило. То ли он не готов был от чего-то отказаться ради матери, то ли ещё что-то. Но на следующий день возле бассейна нашли мёртвых короля и королеву. Так я за один день лишился и отца, и матери.

Ричард вздыхает и отворачивается. Тобиас видит, что ему тяжело говорить. На мгновение собственная тяжесть притупляется.

– После этого я приказал сделать крепкую дверь и запереть эту часть сада. А ключ от неё всегда ношу с собой. Видимо, любви уже не осталось в мире. А дар фей превратился в проклятие.

Тобиас смотрит на Ричарда и не узнаёт его. Король – далеко не старик, не сильно старше его самого – сейчас кажется ему древним старцем.

Солнце взошло. Его лучи проникли в комнату и осветили бледное лицо Джейн. Время пришло. Лучше он умрёт вместе с ней, чем будет жить без неё.

Тобиас повесил королевский ключ себе на шею, взял Джейн на руки и вышел из комнаты.

Пока он спускался вниз, к выходу в сад, Джейн даже ни разу не застонала. Она висела в его руках, словно в ней уже не было жизни.

Только не думать о том, что всё может оказаться бессмысленным. Только не думать!

Тобиас кивнул гвардейцам и вышел в сад. Бассейн с волшебной водой находился в самой отдалённой части сада. И он должен успеть.

Сначала идти было легко. Потом с каждым шагом всё тяжелее и тяжелее. Сказался вчерашний день и бессонная ночь. И всё-таки он шёл вперёд.

Миновал главную аллею, свернул к королевскому пруду, решив сократить путь, и тут услышал голоса.

– Его величество просто обязан знать, где она находится. И я добьюсь от него аудиенции! Потому что на балу во время нападения Исторгающих Джейн не было.

– О, Фреди, она для тебя уже Джейн! Поздравляю! Когда свадьба?

– Перестань дурачиться!

Тобиас узнал голос говорившего. Фредерик Деверси, дружок Джейн. Накатила злость, даже ярость. Захотелось заставить этого аристократика заткнуться. Чтобы не порочил имя его Джейн своими словами. Она теперь только его, и он никому её не отдаст.

Тобиас зашагал быстрее, чтобы случайно не встретиться с Деверси.

И всё-таки они столкнулись. Как раз тогда, когда он свернул на тропинку, ведущую к бассейну.

– Профессор Ритар!

Кажется, их было трое, студентов академии. Безмозглых тупиц, которые прожигали свою молодость дольше, чем учились.

Тобиас скривился, но не замедлил шаг ни на секунду.

– Эй! Это же Джейн! Куда вы несёте Джейн, профессор? Она без сознания! Да постойте ж вы!

Тобиас слышал, как его нагоняют эти ребята. Но сейчас никто и ничто не могло ему помешать. Он увидел заветную дверь. Она словно венчала лабиринт садовых тропинок. Высокие каменные стены, заросшие мхом и увитые плющом. И сама дверь – маленькая, неприметная. Если не знать, что здесь есть дверь, можно и не найти. Ещё немного – и он либо спасёт Джейн, либо умрёт вместе с ней. Ещё несколько шагов…

Вот и дверь.

Он прижал Джейн к себе и достал ключ. С трудом, со скрипом, но ключ всё-таки вошёл в замочную скважину. И дверь распахнулась, открывая взгляду поляну с небольшим бассейном с прозрачной водой. В воду вели мраморные ступени.

Он знал, что должен сделать.

– Профессор, стойте! – Деверси попытался схватить его за руку, но Тобиас вывернулся. У него не было желания сейчас выяснять отношения.

Надо успеть, пока ещё не поздно. Или умереть вместе с Джейн. Другого не дано.

И тогда мальчишка встал у него на пути.

– Стойте профессор! Вы не имеете права! Это же бассейн с живой водой! Вы хотите, чтобы она умерла?

– Фредди! – Друзья попытались схватить его за руки, но он вывернулся.

– Вы что, не понимаете? Он же хочет убить её! Он же её не любит! Вы что, не помните легенды?

Его отчаяние даже смешило Тобиаса. Возможно, он бы поговорил с мальчишкой, если бы не время. Оно бездарно утекало сквозь пальцы. Ничто не важно, кроме Джейн!

– Отойди!

Наверное, в его голосе звучала усталость вместо ярости. Иначе почему тогда мальчишка не послушался?

– Отдайте мне Джейн, профессор! Она – моя невеста. Я люблю её. Зачем она вам? Отдайте её мне!

– Отойди! – Он не стал ждать и объяснять. Просто оттолкнул мальчишку. Если тот попробует сделать глупость – он сам разделается с ним.

– Я люблю её! Верните мне её! – донеслось отчаянное в спину. – Пустите! Да пустите же меня! – Видимо, его дружки держали крепко.

Ну и правильно. Нечего вставать у него на пути.

– Фредди, не кипятись!

– Вы хотите убить её! – Деверси не успокаивался.

Тобиас сам не знал, зачем развернулся к мальчишке, теряя драгоценные секунды.

– Я всего лишь хочу умереть вместе с ней, если иначе нельзя! – ответил устало.

И шагнул вперёд, к заветному бассейну, который так и манил прозрачной водой. Скинул сапоги. Осторожно перехватил Джейн и начал спускаться вниз по ступеням. Некогда было раздеваться. Он видел, как бледнеют щёки Джейн, как всё тише и тише вздымается грудь. Если он и в этот раз не вырвет её из лап смерти, то ему больше нечего здесь делать.

Вода была обжигающе холодной. Настолько, что перехватило дыхание. И всё же он сделал шаг вниз по ступеням. Потом ещё один шаг… и ещё один… Всё ниже и ниже. Бассейн был неглубоким, а ещё – не очень большим. Поплавать здесь явно не вышло бы.

Тобиас спустился по ступеням и ступил на дно бассейна. Вода доходила ему до пояса. Он поднял Джейн повыше. Чего он ждёт? Сам не знал. Но на негнущихся ногах шагнул вперёд. И вдруг услышал голос, так явственно, что, казалось, всё заполнило им одним.

– Чего ты хочешь? – Древний и мощный, он звучал словно везде и сразу и в то же время нигде.

– Чтобы она жила, – прошептал тихо.

– Что ты готов за это отдать? – Голос спрашивал строго, словно взвешивал его на весах и находил готовым или нет.

– Всё, – выдохнул он. – Всё, что захочешь.

– И жизнь?

– Да. – Он был готов к этому, действительно готов. Если он должен умереть, чтобы Джейн жила, пусть так и будет. Не было ничего, что он не отдал бы за жизнь Джейн. Ничто не имело для него такого значения.

– Хорошо, – снова прозвучал голос.

И Тобиас понял, ЧТО должен делать дальше.

Он шагнул туда, где прямо из дна бассейна били ключи, и, прижимая к себе Джейн, погрузил её в воду. С головой, полностью. И сразу же вытащил, развернулся и направился к выходу из бассейна.

Джейн слабо застонала. Вода стекала с её волос и платья.

Тобиас сделал шаг, и острая боль пронзила всё его существо. Он был готов и лишь усмехнулся. Так быстро и нелепо. А впрочем, чего он ждал? Джейн без него не пропадёт. Выздоровеет, выйдет замуж за этого мальчишку, Деверси. Тем более тот, кажется, действительно её любит. И будет у них всё хорошо. И она забудет его.

Только для этого сначала надо выбраться из бассейна. А каждый вдох давался ему с трудом. Ноги будто налились свинцом. Может, он и должен остаться здесь, в этой воде, но Джейн он не отдаст.

Закусив губу, Тобиас из последних сил сделал шаг вперёд. Потом ещё один… и ещё…

Ухватился за бортик, подтянулся одной рукой, выполз на траву. Бережно опустил Джейн на землю, прислонился спиной к каменной ограде и провалился в темноту без сновидений.

Джейн

– Джейн! – Голос звал её, будил, заставлял очнуться.

Она помотала головой. Возвращаться упорно не хотелось. Она отмахнулась от знакомого голоса и снова провалилась во тьму.

Она стоит на поляне в условленном месте и ждёт Тоби. Ну почему же он не приходит? Разве не знает, чего ей стоило сбежать от гувернантки? Или он теперь такой важный стал из-за своего дара и не хочет с ней общаться? Или с ним что-то случилось?

Ей тут же становится страшно. Решено. Ещё несколько минут, и она пойдёт его искать.

– Эй! – окликает её противный мальчишеский голос.

Она знает его – это Бенджи, сыночек мэра. Они встречались пару раз на родительских приёмах.

– Не этого ли нищеброда ты ищешь?

И он пинком вталкивает на поляну Тобиаса. Волосы у того растрепались, глаз подбит, нос в крови. И смотрит волком.

– Что вы с ним сделали? Отпустите его сейчас же! – вскрикивает она, но забывает, что здесь, без помощи родных, она не аристократка, а такая же, как они.

– Да ну! С чего это мы должны его отпустить? Мы ещё не повеселились. Верно, Рони?

Его дружок улыбается и сплёвывает сквозь зубы. Потом подходит и пинает Тоби. Тот вскидывается и тут же получает кулаком в нос.

– Прекратите! – Она бросается к мальчишкам, не в силах на это смотреть. – Перестаньте сейчас же!

– А то что? Что ты нам сделаешь? Маменьке с папенькой расскажешь, а? – нагло улыбается Бенджи. Да так, что хочется стереть эту улыбку с его лица. – Хотя, пожалуй, мы прекратим, если ты поцелуешь меня… ну, пока, скажем, в щёчку. И попросишь его отпустить.

– Кэти! Не надо! – вскрикивает Тоби, и тут же получает кулаком в живот.

– Хорошо, я согласна, – торопливо отвечает она, пока Бенджи не передумал.

– Ну тогда проси! – Бенджамин с наглой ухмылкой на противной прыщавой роже стоит, задрав голову, и смотрит на неё.

– Бенджи, отпусти его, пожалуйста. – Она мило улыбается. Главное, чтобы этот самовлюблённый дурак ничего не заподозрил.

– Отпустите его! – милостиво кивает Бенджи.

Мальчики отпускают Тобиаса. Кэтрин поворачивается к нему и улыбается. Только бы он понял. Тоби стоит и хмурится. Один глаз заплыл, по губе течёт кровь.

– Теперь поцелуй, – противно улыбается Бенджамин.

– Конечно. Ты такой красивый, – мило улыбается она ему.

Подходит ближе, приобнимает Бенджи. Тот даже прикрывает глаза. Вот сейчас. Кэтрин со всей злости кусает его в щёку, потом бьёт ногой.

– Бежим! – кричит Тобиасу.

Он тут же хватает её за руку, и они бегут в лес. А вслед им летят совсем не аристократические эпитеты.

– Фух. Больше не могу. – Она падает на траву, когда вопли Бенджи затихают вдалеке.

– Ловко ты его! – смеётся Тоби. – Я даже и подумать не мог, что ты так умеешь.

«И что сделаешь это ради меня», – говорят его глаза.

И Кэти всё понимает.

– Тебе больно? Давай я помогу! – бросается она к Тобиасу.

– Чем? – Он улыбается.

– Да хоть промою рану! Нянюшка читала мне как-то про лечебные травы. Ну-ка, дай посмотрю!

Ей так жалко Тобиаса… Они не имеют права над ним издеваться! Ничего, он вырастет и покажет им всем!

– Я думал, ты бросишь меня, – вдруг бурчит он. Видно, что ему стыдно.

– Я – тебя? – изумляется она. – Никогда! Ты – мой самый лучший друг.

– Ох, ну и влетит тебе из-за меня! – Тобиас внимательно осматривает её наряд, весь помятый, рваный и кое-где даже в крови. – Аристократка не должна бегать по лесам с нищим мальчишкой.

– Не влетит, – отмахивается она. Подумаешь! Поругают и на пару дней посадят под замок. Всё равно ничего ей мама с папой не сделают. – Давай лучше поищем малину. Ты знаешь, как выглядят малиновые кусты?

Джейн очнулась, как будто резко вынырнула из глубокого сна. Что с ней произошло? Прошлое так сильно перемешалось с настоящим, что она с трудом вспомнила события последних дней.

– Джейн! – Её снова кто-то позвал по имени. И это точно был не Тобиас!

Она открыла глаза и увидела наклонившегося над ней Фредерика. Рядом стояли двое его друзей.

– Ты очнулась! – Он просиял. – А как ты себя чувствуешь?

– Всё хорошо! – Она удивилась вопросу. Что-то было не так, совсем не так. Этот вопрос должен был задавать ей Тобиас.

Она обернулась, ища профессора. Он полусидел рядом с ней, опираясь на каменную ограду. Глаза его были закрыты. Спит? Или…

В глазах потемнело от страха.

– Тоби! – Она быстро передвинулась к нему и взяла его за руку. Сейчас весь мир перестал для неё существовать, кроме него. Куда-то отдалились Фредерик с друзьями, их изумлённые вопросы… Всё вдруг стало ненужным и не важным. – Тоби! – позвала она ещё раз и попыталась нащупать пульс.

Всё повторялось. Началось в саду и там же должно закончиться. Только в этот раз над головой сияло яркое солнце, а от света даже стало больно глазам.

Она не заметила, как исчез Фредерик. Главное – тут был Тобиас. И он был жив. Значит, всё хорошо.

Она постепенно вспоминала, что произошло. Этот ужасный вечер, когда его пытал Наставник. Вечер закончился для неё болью и полной темнотой. Что случилось потом, она не знала. Но они вдвоём, и оба живы. А это – самое главное.

Джейн осторожно провела пальцами по его лицу и сделала то, о чём так давно мечтала: убрала седую прядь волос с лица. И поразилась тому, какой же красивый её Тоби. Она никогда не смотрела на него так, и вот сегодня ей даже стало больно от этой красоты. Нет, наверное, он красивый не для всех, не той канонической красотой, к которой все привыкли. Но и она, положа руку на сердце, вовсе не красавица.

– Тоби! – позвала она его ещё раз.

И он наконец открыл глаза. Увидел её, улыбнулся и перехватил её руку.

– Джейн! Мы живы, ведь верно?

– Да, – кивнула она. – А что случилось?

– Я расскажу тебе позже. – Было что-то, о чём он не хотел говорить.

Но и она не настаивала.

Джейн смотрела на него и не могла отвести глаз, растворяясь в его глазах. Чёрные, в глубине которых словно вспыхивали искорки. Вспыхивали и таяли только для неё.

Тобиас молча притянул её к себе, погладил по голове, а потом прижался губами к волосам.

– Ты пахнешь счастьем, – прошептал тихо.

Но Джейн услышала. И стало жарко от радости.

Сколько минут они так сидели, она не знала. А потом Тобиас вдруг высвободился из её объятий.

– Что такое? – Она посмотрела на него. Напридумывает себе чего-нибудь, с него станется.

Но Тобиас не ответил. Только сидел и молча рассматривал её. А потом вдруг попросил:

– Дай мне руку.