Она протянула ему руку. Тобиас осторожно перехватил её, и Джейн снова провалилась в его воспоминания. Зачем он хотел её прочитать? Хотел увидеть что-то важное? Что-то, что она забыла?

Ей было это не важно. Она доверяла Тоби. И не стала ставить барьер. Ей надо было узнать, что произошло за последние часы. И она увидела всё. Тобиаса перед ней на коленях, его безумную скачку, его отчаянье, его боль, его решимость… Его надежду, наконец. А потом этот бассейн, возле которого они сейчас сидели. И… он снова спас её.

Она вынырнула из его воспоминаний растерянная, но счастливая. Его боль и его любовь переполняли её. Теперь она знала, что это она – его Кэти. И… наверное, она не заслуживает такой любви.

Джейн не сразу поняла, что профессор Ритар смотрит на неё как-то растерянно и грустно.

– Что?

Всего одно слово, но ей снова стало страшно. Может, он нашёл что-то в её мыслях, что-то неподобающее? Может, что-то увидел… Интересно, наступит ли когда-нибудь время, когда она сможет не бояться, а он – перестанет закрываться от неё?

– Я больше не Читающий, – ответил он просто.

– Как это? – тихо переспросила она. Быть такого не может!

– За всё надо платить. – Тобиас устало улыбнулся.

И Джейн не могла понять, что было в этой улыбке. Радость? Боль? Обречённость? Усталость?

– Это из-за меня, да? – вскинулась она. – Это я виновата. Ты снова спас меня. Я видела. Эта вода забрала твой дар.

– Не говори ерунды. Мой дар – ничто по сравнению с твоей жизнью. По правде говоря, это слишком хорошо для того, чтобы я смог в это поверить. – Он коротко усмехнулся. – Это не дар, это – тяжёлое бремя. Особенно если использовать его так, как я. Я понимаю твоего отца, Джейн. Жаль только, что дар либо есть, либо нет. Никто не даёт нам права выбора – родиться с ним или без него.

Он замолчал и посмотрел куда-то вдаль. И ей вдруг стало печально. Всё, что было между ними, оно… зыбко. Словно есть только в воспоминаниях. Ни один из них не может сказать другому вслух то, что чувствует. Раньше Джейн думала, что одного дара достаточно, чтобы быть счастливым с любимым. Как же она ошибалась.

И всё же она не могла на него насмотреться. Лицо Тобиаса за эти дни осунулось и похудело, морщины прорезали лоб. Он ненамного старше её, а пережил… Боже, как много всего он пережил! Если это в её силах – хотя бы возместить ему то, что он выстрадал. Быть рядом, помочь.

– Джейн! – вдруг прорезал тишину его голос. – Это – твоё.

Он снял с шеи цепочку, на которой висело знакомое кольцо. То самое, помолвочное – россыпь бриллиантов среди роз. И протянул ей на ладони, смотря на неё так, что Джейн невольно покраснела. Он ведь всё знал. Зачем спрашивает? Зачем проверяет? Разучился доверять?

Она осторожно взяла кольцо и надела себе на палец. Странно. Подошло, как будто он только вчера купил его.

– Спасибо тебе, – ответила тихо. И застыла, не зная, что сказать.

– Оно твоё по праву. Я все эти годы корил себя тем, что ты не взяла его. Хотя, по правде сказать, тогда ты была права.

– Не надо об этом! – торопливо перебила Джейн. – Я была глупой девчонкой. Если бы я знала, какую боль причиняю тебе, я бы никогда так не поступила.

– А теперь ты согласна стать моей невестой? – Его голос звучал мягко и глухо. Знакомый бархат.

И Джейн вспомнила, как в первые дни в пансионе, после того как отец заставил её забыть, просыпалась в слезах. Ей снился этот вкрадчивый бархатный голос. Он звал её по имени. А она не понимала, кто её зовёт, не помнила.

– Да, конечно, да! Сотню раз да! – Она подняла на него глаза. Так странно… Читать его мысли и бояться посмотреть ему в глаза. Но…

Тобиас тут же прижал её к себе.

– Моя Джейн! – сказал глухо. В его глазах плясали искры. Золотое на чёрном.

Она потянулась разгладить морщины.

– Я теперь всегда буду с собой! Ты никуда от меня не денешься, профессор Ритар! – шутливо ответила она.

И тут же его взгляд помрачнел.

– Я больше не профессор.

– Ты будешь профессором в нашем пансионе. – Только стереть эту грусть с его лица! Стереть, чтобы никогда больше не видеть, как Тобиас грустит. – А ещё будешь учить наших детей!

– Я – и дети! Джейн! – Он покачал головой и улыбнулся.

Джейн восторженно смотрела, как улыбка преображает его лицо, сразу разглаживая морщины. А профессор Ритар стал мальчишкой Тоби, с которым они вместе бродили по лесам и полям.

Подул слабый ветерок, над головой зашумели ветки, а ей резко стало холодно. Она вдруг почувствовала, что платье на ней мокрое и что со вчерашнего дня во рту ни крошки не было.

– Замёрзла? – Тоби тут же оказался рядом. – Я – дурак. Забыл, что ты промокла. Спас тебя для того, чтобы заморозить. Пойдём быстрее во дворец.

– Зачем туда?

Во дворец не хотелось. А вот увидеть дом, где столько лет прожил Тобиас, было жизненно важно. Вот, правда, приличия… Хотя какие между ними могут быть условности?

– Это быстрее. Тебя и накормят и согреют. А я наконец-то выясню подробности произошедшего вчера.

А Джейн со стыдом подумала, что он, наверное, и не ел вчера ничего – не до того, кажется, было.

– Можешь идти? Или тебя донести?

– Я пока живая и могу пройти несколько шагов! – возмутилась она.

И как он так выводит её на эмоции?! Всегда. И мальчишкой, и профессором. Как у него это так замечательно получается?

Тобиас только посмотрел на неё и усмехнулся. Потом подал руку, и они так быстро, как только могли, направились ко дворцу.

– Тоби, – она решилась спросить, пока они шли, – как ты меня узнал? Ведь я не похожа на ту Кэти…

Джейн смутилась. Она помнила, как в семнадцать лет смотрелась в зеркало. А зеркало показывало неотразимую молодую девушку. Она считалась самой завидной невестой. Золотые волосы, точёная фигура, идеальный овал лица, ясные синие глаза. На неё заглядывались, когда она проходила мимо. И это совсем немного, но кружило голову. От той семнадцатилетней кокетки ничего не осталось. И это было почти больно.

Тобиас без слов угадал, о чём она думает, и осторожно пожал ей руку. И никакие воспоминания были не нужны.

– Ты вскидывала голову в знакомом жесте. А ещё крутила медальон и вытирала платком подол платья. И ещё куча и куча мелочей, которые делала только моя Кэти. А внешность – это только оправа для души. Я говорил тебе, что узнал бы тебя в любом виде, и повторяю это снова.

Джейн стало жарко от его слов и от его голоса. Чувствовать себя настолько любимой было даже больно!

Во дворце было тихо и пусто. Джейн удивилась бы этому, если бы не усталость. Хотелось лечь в кровать, укрыться тёплым одеялом, свернуться клубочком, и чтобы рядом был Тоби, как в детстве.

Но Тобиас всё вёл её хитросплетениями коридоров. Наконец они остановились перед дверью. Тоби постучал, дверь тут же распахнулась, и на пороге появился король.

– Тобиас! – ахнул он. – Госпожа Фелина!

Ей показалось или король был изумлён?

– Джейн надо отдохнуть и переодеться, – кивнул на неё Тобиас. – И вот, держи, это твоё. – И он протянул королю цепочку с маленьким серебряным ключом.

Тут же появился слуга и отвёл её в небольшую комнату, где ей предложили сначала принять ванну, а потом принесли завтрак. Джейн до сих пор казалось, что она – в сказке. Как будто сбылась её мечта. Даже не верилось. Всё хотелось дотронуться до Тобиаса. Неужели это правда? Неужели она действительно его невеста?

Она прижала руки к горящим щекам и улыбнулась.

Служанка услужливо указала ей на кровать. Джейн прилегла. Она ведь только на чуть-чуть. И сон сморил её. И почему-то во сне рядом с ней сидел кто-то неимоверно похожий на Тобиаса и гладил по волосам.

Тобиас

Когда Джейн ушла, он даже не сразу понял, почему вдруг так темно стало в комнате, словно солнце померкло. А потом понял. Она – его солнце.

– Ну что? – Ричард предложил ему присесть. – Я готов выслушать тебя. А тебе, думаю, интересно, что произошло вчера.

– Мне нечего рассказывать. – На душе в первый раз было безоблачно. – Только то, что я больше не Читающий.

– Плата, – кивнул король. – Жаль. Ну, у меня есть твоя невеста. Ведь верно?

– Не впутывай её в это! Эта мерзость! То, что видел я, не для неё!

– То есть всё-таки невеста, – довольно улыбнулся король.

Тобиас смутился. Он не говорил Джейн о любви. Между ними всё было просто. Никаких секретов. И всё-таки… Может, ей этого мало?

– Разве могло быть иначе? – тихо ответил он.

– Могло, судя по тому, насколько смурной ты ходил.

– Я не хотел впутывать её во всё это. Она и так слишком пострадал из-за меня.

– Угу, – хмыкнул Ричард. – Лишилась памяти и одного богатства, чтобы обрести второе и ещё силу. Но совет вам да любовь, как говорится. С таким желанием утешать друг друга вы будете безумно счастливы, чего я вам и желаю. Когда, кстати, свадьба?

– Не знаю, – пожал плечами Тобиас. – Пусть это будет её праздник. Я лишил её этой радости в день помолвки. Пусть же порадуется сейчас. Но всё-таки хочу как можно скорее.

– Через неделю? В королевской часовне? Вас устроит?

– Меня устроит всё, – усмехнулся Тобиас. – Но я спрошу Джейн. Ждал семь лет – и подожду ещё.

Король снова хмыкнул, но ничего не сказал. Потом встал, отодвинул недопитый бокал и подошёл к окну.

– Мы поймали почти всех. – Он посерьёзнел. – Но Наставник, как всегда, улизнул. Только в этот раз туда, откуда не возвращаются.

– Яд?

Король кивнул.

Тобиас даже не сомневался. А разве могло быть иначе? Если бы он сам ловил Наставника, возможно, он смог бы прочитать и не допустить такого исхода. Но тот (случайно ли?) вывел его из игры. Теперь уже никто не узнает его истинную цель и то, зачем он затеял целых два переворота.

– А остальные?

– Половина в тюрьме, половина погибла.

– Смотрю, ты сам был ранен. – Тобиас кивнул на правую руку короля, которая всё ещё лежала на перевязи.

– Тут было горячо, – усмехнулся Ричард, – поэтому я и опоздал.

Тобиас кивнул, принимая ответ. Сейчас они с его величеством были почти на равных.

– Не забивай себе голову. Подумай лучше о свадьбе.

– Если нужно будет допросить кого-то… – начал Тобиас и осёкся. Он теперь не Читающий.

– Не бойся, без тебя обойдёмся, – усмехнулся Ричард.

– А что с Авени? Знаешь ли, неприятно, когда у тебя на глазах погибают студенты.

– Там не всё чисто, – вздохнул его величество. – Студент сам оказался виноват. Наставник наобещал ему с три короба и поставил следить за профессорами, и за тобой в частности. А потом то ли студент оказался не так усерден, то ли Наставник захотел предупредить тебя и продемонстрировать, как он относится к предателям, но в итоге Авени оказался мёртв.

– Пешка в его игре. Очередная. – Тобиас посмотрел через окно на королевский сад и отстранённо подумал о том, сколько на самом деле людей погибло от руки Наставника и по его воле. – Хорошо, что он больше никому не сможет навредить.

Король согласно кивнул и встал.

– Ну, не буду тебя задерживать. Если у тебя есть ещё какие-то вопросы – задавай. Я же вижу, что тебе не терпится вернуться к своей госпоже.

Тобиас усмехнулся, пытаясь за усмешкой скрыть смущение. Ему действительно не терпелось увидеть Джейн. Он не мог на неё насмотреться. Неужели жизнь действительно повернулась к нему белой стороной?

Он ещё немного порасспрашивал Ричарда о подробностях того вечера, а потом откланялся и направился в комнату Джейн. Хотелось спросить у неё про свадьбу. Он всё ещё не до конца верил, что это возможно. Что его Кэтрин-Джейн действительно его и больше никуда не денется.

Но в комнате было тихо. Джейн спала на кровати, смешно свернувшись клубочком. Такая маленькая и такая сильная. Только его.

Тобиас сел рядом с ней и погладил по волосам. Так странно… Он не говорил ей о любви. Она прочла это в его воспоминаниях. Наверное, надо сказать. Но он не мог, не умел. А вот быть рядом каждую минуту – мог.

А ещё – никогда не оставлять.