Фредерик, значит, явился! Джейн чувствовала презрение и злость. Профессора она хотя бы могла понять. А вот таких мотов и прожигателей жизни, как Фредерик и его друзья, – никогда.

– Передайте ему, что я не желаю его видеть. Ни сейчас, ни когда-либо впредь, – зло отчеканила она. О, теперь она, кажется, становится похожа характером на человека, в которого так неосмотрительно и глупо влюбилась.

Она усмехнулась, потом скривила губы. Слёзы снова навернулись на глаза. Глупые и злые слёзы.

Джейн сглотнула их и отправилась завтракать.

К обеду список вещей был готов. Собираться, пожалуй, ещё рано. Надо сначала разузнать, где живут сильные Читающие, а потом уже думать о поездке туда. Снять домик она сможет и на месте, а поживёт пока в гостинице.

После обеда она надумала прогуляться до городской библиотеки. Правильно, где ещё искать информацию, если не там.

Джейн подошла к окну, желая вдохнуть свежий и уже почти весенний воздух, и увидела знакомую фигуру в саду. Фредерик маячил у неё перед окнами. Он что, так с утра тут и стоит?

Она сжала губы и отвернулась. Видеть его не хотелось. Никуда она сегодня не пойдёт. А если он и завтра продолжит тут стоять – вызовет гвардейцев. Всё-таки это её дом. Хочет гулять – пусть прогуливается за забором. Можно, конечно, приказать слугам вышвырнуть его, но… Джейн не хотела уподобляться богатым вершителям чужих судеб. Хочет стоять – пусть стоит. Это не её дело.

До вечера она нашла чем себя занять: перечитывала книги, решала, какие платья возьмёт с собой, а какие оставит. Это помогало хоть немного отвлечься, не думать о том, что она больше никогда не увидит профессора Ритара.

Никогда… Какое большое и чужое слово. А ещё в нём звучит отчаянье. За всю жизнь больше никогда.

Вечером Джейн выглянула в окно. Фредерик всё ещё стоял там. Сумасшедший!

Она поплотнее задёрнула шторы и легла спать. Как ни странно, спала она хорошо, вот только ей опять снился профессор, который разворачивался к ней спиной и уходил. Джейн бежала за ним, кричала, просила взять с собой. Но он неумолимо шёл вперёд.

Проснулась она от собственного крика и со слезами на глазах. Кое-как собралась и отправилась на завтрак.

А после завтрака пришла служанка.

– Госпожа, – на её лице читалась растерянность, – господин Деверси просит принять его. Сказал, что никуда не уйдёт, пока вы не согласитесь. Он всю ночь простоял в саду. А на улице-то не лето.

Давит на совесть, значит? Но Джейн действительно не хотела, чтобы кто-то погиб из-за её жестокосердия. Фредерик не стоит того. Даже интересно, что он может ей сказать.

– Хорошо, – немного помедлив, ответила она. – Пусть войдёт.

И прошла в гостиную – ожидать его.

– Джейн! – Фредерик вошёл и сразу подскочил к ней. – Прости меня! Дай возможность объясниться. Я всё расскажу. Пожалуйста, только выслушай меня!

– Хорошо. – Она повернулась к нему. – Я слушаю тебя, Фредерик.

Он потупился, словно не знал, как начать. Смущение очень шло ему, делая такие ещё мальчишеские черты более мужественными. Но Джейн поймала себя на мысли о том, что смотрит на него как на друга или брата, не больше. Поэтому и его предательство не ранило так больно, как могло бы.

– Я… – начал он, а потом немного помолчал и словно ринулся в омут с головой: – Послушай… Твой дядя давно говорил, что у него есть замечательная племянница. Ещё года четыре назад начал такие разговоры. Мой отец, разумеется, их поддерживал. Они с твоим дядей были очень дружны. Я это всё слышал, но мне не хотелось жениться. Не на тебе, а вообще. Понимаешь, Джейн?! – Он умоляюще посмотрел на неё, словно прося прощения.

Но за что?

– И что? При чём здесь пари? – Ей действительно было интересно. Только ответит ли он?

– Понимаешь, я… Ну… – Фредерик замялся. – Я хотел доказать друзьям, что давно уже самостоятельный и могу сам принимать решения. Ничего личного. Что имею право как отказываться от свадьбы, так и жениться. Понимаешь? Сам, а не по воле отца. Я ничего не имел против тебя. Я ведь тебя даже не видел. Думал, что объявлю тебя невестой, а потом… – Он снова замялся, видимо, подыскивая нужное слово.

– А потом скажешь, что только забавлялся и это было ошибкой, – жёстко закончила за него Джейн.

И вот за этого хлыща дядя хотел её выдать?

– Я не… – Фредерик потупился. – Ну да. Так и собирался сделать. Но, увидев тебя, не смог остаться безучастным. Да и кто бы смог, Джейн? – Он вдруг встал перед ней на одно колено. – Я влюбился в тебя сразу, как увидел. Тогда же сказал друзьям, что проиграл в споре и отдал им бутылку вина. Я не прошу тебя отвечать на мои чувства. Только одного прошу: не гони меня, пожалуйста.

Фредерик смотрел на неё с такой мольбой, что Джейн поневоле смягчилась. Только на одно мгновение – на одно несчастное мгновение! – вместо Фредди она увидела перед собой на коленях профессора Ритара и едва позорно не разревелась. Что ей до Фредерика и остальных, когда он никогда больше не посмотрит на неё!

Но господин Деверси, видимо, думал, что она обиделась на него. Или бог знает что ещё. Потому что вдруг подскочил с колен и протянул ей руку.

– Прочитай меня, Джейн! Пожалуйста! Я ведь не вру!

Джейн колебалась ровно одну секунду, а потом всё-таки взяла протянутую руку. Фредерик хотя бы сказал, что читать, какое воспоминание. Но потом она вспомнила уроки профессора. Как раз попробует, потренируется.

Он со стуком ставит на стол бутылку вина.

– Что это, Фредди? – Арно смотрит с изумлением.

– Вино. Ваш выигрыш. Я проиграл пари и заявляю, что больше в нём участвовать не собираюсь, – говорит он громко. Так, чтобы слышали и Арно, и Роб.

– Так-так! Ты отказываешься от пари?

– Отказываюсь!

– Что же произошло с мальчиком Фредди? Дай угадаю! – Лис начинает паясничать. – Мальчик Фредди решил, что обманывать бедную девочку нехорошо. Потому что мальчик Фредди влюбился.

– Арно, угомонись! – рявкает Роб. – Он отказывается от пари, но это не значит, что он отказывается от нас, верно Фредди?

– Верно, – кивает он. А в груди становится больно. Влюбился. Какое замечательное слово. Такое же, как и Джейн. И он добавляет, чтобы не было никаких недопониманий: – Это было бы нечестно по отношению к ней. Джейн – замечательная девушка.

– На свадьбу пригласить не забудь. – Лис уже остыл и хлопает его по плечу.

Джейн отпустила руку Фредерика. Она смогла прочитать воспоминания, которые были предназначены для неё, связаны с событием, о котором они говорили и думали. Всё, как учил профессор Ритар. К тому же услышала предназначенное ей признание в любви.

Она должна была радоваться, но чувствовала только тоску. Ничего похожего на тот сладкий восторг, который опутывал её после чтения профессора.

Пусть он и любил не её! Никогда не любил её!

– Спасибо, Фредерик, за доверие, – тихо и серьёзно ответила она. – Но я не могу ответить на твои чувства.

Он нахмурился, но тут же снова улыбнулся.

– Хотя бы не гони меня! Позволь быть рядом!

И Джейн не смогла ему отказать. Она догадывалась, на что он надеется. Наверное, на то же самое, на что надеялась бы она рядом с профессором Ритаром. Но в их случаях это бесполезно. Они оба полюбили не тех.

Они очень мило побеседовали, пока пили чай. Фредди словно чувствовал что-то и ни словом ни намёком не касался профессора Ритара. А она… не могла спросить. Хотя сейчас выслушала бы про него любые новости.

– А знаешь, Джейн… Я ведь не просто так пришёл. У меня есть для тебя маленькая радость.

И он улыбнулся так тепло, что Джейн даже стало немного стыдно за своё равнодушие. Но она не могла (да и не хотела, если уж быть честной) приказать своему сердцу полюбить Фредерика.

И всё-таки при его словах глупое сердце пустилось вскачь. А может быть…

Но нет.

– Что за радость? – Она даже заставила себя улыбнуться Фредерику. Хотя между ними больше не было той свободы. Джейн не знала, как он, но сама точно чувствовала неловкость.

– Его величество король Ричард в этом году решил отступить от правил. И устраивает бал для всех учащихся университета и всех преподавателей. И даже ты приглашена. Руководством университета мне поручено передать тебе приглашение. – И он протянул ей конверт с королевской печатью.

А Джейн слышала только слово «преподавателей». Может ли быть такое, чтобы профессор Ритар тоже пришёл на бал? Или он откажется от королевского приглашения?

Джейн не знала. Но точно поняла, что поездка откладывается. Уехать можно и после бала. Она не сможет спокойно жить, не узнав, будет ли на балу профессор Ритар. А значит, тоже обязательно на него пойдёт. Пусть он не будет танцевать, пусть просто постоит где-нибудь в стороне. Такой высокий, пугающий, похожий на ворона…

Ей всё равно. Главное, увидеть его ещё раз.

– Спасибо за приглашение, Фредерик. – Она почти искренне улыбнулась молодому человеку.

И он просто просиял. Наверное, отнёс это на свой счёт. Но что же ей делать? Он ведь тоже абсолютно глупо надеется. Так же, как и она.

– Я счастлив, что порадовал тебя, Джейн. Бал будет в это воскресенье, в пять часов вечера. Если ты не против, я заеду за тобой.

Джейн раздумывала недолго. Она может пойти на бал одна. Всё равно профессор никогда не пригласит её. Но к чему обижать Фредерика? Просто после бала она скажет ему, что уезжает и чтобы он больше не искал её. Наверное, он быстро утешится.

Джейн улыбнулась своим мыслям, кивнула Фредерику и решила готовиться к балу.

Дни до бала пролетели как один. Джейн делала всё, чтобы у неё не оставалось ни секунды свободы. Не думать о профессоре! Только не думать!

Она выбирала платье. Конечно, все портные в городе были разобраны заранее. К ним выстроилась очередь из клиенток, которые просто мечтали попасть на Королевский бал. А вдруг им улыбнётся удача? Король ведь не женат. Да и кроме него много кавалеров.

Но Джейн это было не важно.

Конечно, она могла потребовать, чтобы её пропустили вне очереди – положение в обществе и состояние позволяли это. Но она не хотела. В конце концов, с балом у неё не связаны никакие надежды. Она может выбрать и готовое платье, которое потом подгонят ей по фигуре.

Этим она и занималась. Узнав, кто перед ними, портные буквально рассыпались в извинениях и льстивых заверениях, что будет всё, что нужно, и чуть ли не завтра. Но Джейн осталась равнодушна к их словам и поймала себя на мысли, что ей всё равно, как она будет выглядеть. Потому что профессор знает её душу и видел её воспоминания. А до внешности ему, кажется, и дела нет. А ради других она одеваться не намерена.

Интересно, его Кэти была красивой?

Поэтому очень скоро платье было выбрано, и наступила утомительная череда примерок. Джейн знала, что приходить на бал в тёмном не принято. Но под её сегодняшнее настроение прекрасно подходили только тёмные цвета. Был соблазн остановиться на тёмно-синем (тем более что ей очень шёл именно синий цвет), но в результате она всё-таки выбрала нежно-голубое.

Фредерик хотел сопровождать её на все примерки и походы в магазин, но она отказалась. Конечно, с ним было бы проще забыться. Но не хотелось давать ему надежду. Ложные надежды убивают, превращают в пыль. Она это знает как никто.

Джейн так и не смогла выбраться в библиотеку. Ничего, после бала ещё будет время. Такие ослепительно долгие и скучные дни.

Она сжала губы и посмотрела на себя в зеркало. Никакой особой красоты. Обыкновенная. Джейн это всегда знала и никогда не расстраивалась. Но именно сейчас ей почему-то захотелось быть красивой. Для профессора – и только для него одного.

День перед балом выдался на редкость пасмурным, а дождь чередовался со снегом. Такая погода как нельзя кстати подходила к её мрачному настроению. И хотя Джейн делала всё, чтобы не думать о профессоре (потому что он потерян для неё навсегда, и вообще он мерзавец и чудовище), она всё-таки не могла его забыть. Может быть, время лечит. Но это время ещё не прошло.

А ночью ей опять снился профессор. Одержимость? Сумасшествие?

Джейн не знала. Он снился ей каждую ночь и каждую ночь уходил. И даже во сне она не могла на него насмотреться.

Утро следующего дня оказалось хлопотным. Наконец-то привезли платье и надо было успеть одеться и сделать причёску. Камеристки у неё не было, и Джейн вынуждена была попросить помочь нескольких служанок. А причёску вообще решила делать сама. В конце концов, это её дело и только её – как выглядеть.

Поэтому она не стала мудрить. Как учили в пансионе, лучшее украшение для молодой девушки – это живые цветы.

Странно, она могла купить себе любое украшение, но не желала этого. Поэтому после того, как ей помогли надеть бальное платье, Джейн просто распустила волосы, подколов их так, чтобы свисали на спину, а не мешались перед глазами. И украсила причёску и платье бордовыми розами. Розы она тоже заказала заранее, из королевской оранжереи.

Ну вот и всё. Только накинуть плащ – и вперёд, на бал.

Джейн посмотрела на себя в зеркало и даже вздрогнула. На неё строго смотрела незнакомка, которая словно забыла, как улыбаться. А ещё вдруг накрыло ощущением, что когда-то она уже одевалась на бал. Когда-то давно. И почему-то она была чётко уверена, что розы в прошлом она тоже очень любила.

Но Джейн тут же постаралась отвлечься. Если она попытается вспомнить, снова придёт приступ и головная боль. Наверное, надо смириться с тем, что она никогда уже не вспомнит. Смириться и жить дальше.

Но почему-то именно сегодня она остро почувствовала, что забыла что-то очень важное. Такое, без чего её жизнь изменилась безвозвратно. Жаль, что она ничего уже не может с этим сделать.

Джейн вздохнула, помедлила несколько секунд и направилась вниз. Там ее ждал Фредерик.

– Ты прекрасна, Джейн!

Деверси посмотрел на неё с таким откровенным восторгом, что Джейн почувствовала себя неловко. Она ведь сказала ему, что никогда не сможет ответить на его чувства.

Буркнув что-то в ответ, она села в экипаж, стараясь устроиться как можно дальше от Фредерика. Он тоже выглядел очень красиво и костюм подобрал почти в тон её платью. Как будто знал, в чём она пойдёт на бал, хотя Джейн специально молчала, чтобы избежать такого сюрприза.

И всё-таки она не могла на него злиться. Он ведь не хотел ничего плохого.

Джейн вздохнула.

В королевском саду было людно, а ещё – неожиданно тепло. Джейн с удивлением вдыхала такой тёплый, почти летний воздух.

– Нравится? – спросил Фредерик, подавая ей руку и помогая выбраться из экипажа.

Она только кивнула в ответ, изумлённая этим чудом.

– Говорят, всё здесь – плод стараний Создающих Иллюзии, пока те ещё существовали. В королевском саду всегда тепло. И фонтаны бьют, и цветы цветут круглый год. Правда, сейчас, скорее всего, более поздние, осенние.

– Огромная оранжерея, – тихо прошептала Джейн, с любопытством оглядываясь.

– Да, что-то вроде того, – улыбнулся Фредерик. – Пойдём на бал, а то пропустим самое интересное! Осмотреть сад, думаю, можно будет и позже.

Джейн согласно кивнула и направилась вслед за Фредериком, игнорируя его протянутую руку. Да, приехали они вместе, но дальше – каждый сам по себе. Так будет лучше.

В огромной бальной зале было настолько многолюдно, что она сразу же потеряла из виду Фредерика. И, наверное, это к лучшему.

Джейн постаралась пробраться ближе к колоннам, туда, где стояло несколько профессоров университета. Она видела их мельком, когда приходила на занятия с профессором Ритаром. Может, он тоже с ними? Разве он сможет ослушаться короля и не принять его приглашение?

Джейн не знала, что будет делать, если увидит профессора. И зачем она вообще его ищет. Но отчаянно нуждалась хотя бы в одном взгляде.

Пробираясь к колоннам, Джейн слышала шепотки за спиной:

– …богатая наследница…

– …дядя умер и оставил огромное состояние…

– …выгодная партия…

– …Самая сильная Читающая…

– …Такой ужасный дар… Говорят, это проклятие.

И её передёрнуло. Зачем вообще она здесь? Уехать туда, где никто её не знает и не слышал о ней и о её даре.

Джейн осторожно, бочком пробралась к колоннам, спряталась в их тени и наконец-то облегченно выдохнула. Потом осмотрелась. Профессора Ритара нигде не было видно. А резные двери наконец-то захлопнулись, пропустив последних гостей, прибывших на бал.

– Доброго вам дня, господа! – заговорил король, и в зале повисла тишина.

А Джейн вдруг почувствовала тоску. Бал без профессора Ритара обещал быть скучным и утомил её, ещё не начавшись. Что она вообще здесь делает? Лучше было бы остаться дома. Но теперь уже поздно, назад не уедешь.

Его величество произнёс краткую речь, поздравления первокурсникам и что-то о традициях. Но Джейн почти не слушала его. Она, не отрываясь, смотрела в зал, ища глазами профессора и отчаянно надеясь. Но его не было. Всё-таки не пришёл, посмел.

Наконец его величество закончил говорить и хлопнул в ладоши.

Бал начался.