Неожиданное появление близнецов взбудоражило коммуну, напрочь лишив ее сна. Каждому хотелось задать вопрос, а братья, ко всеобщему удивлению, не скупились на ответы. Их словоохотливость пугала и настораживала Тулипа, ведь он знал помощников королевы с детства. У Регины не было никого вернее и покладистее этих двоих. Всегда казалось, что скорее солнце взойдет на западе, чем Рубус и Морус ослушаются приказа монархини. Принц не верил в разительные перемены, точнее, решительно не хотел верить. Наблюдая издалека, он с подозрением щурился и ждал прокола. Оказавшись рядом с возлюбленным, Астер прошептала:

– Тебе тоже странно слышать эти россказни?

– Не то слово! Братья всегда были глазами и руками Де Люты и, в отличие от меня, наверняка знали о ее злодействах. Отчего же теперь они запели по-другому? Не бывает… так просто не бывает!

– То есть вы всерьез утверждаете, что пришли нас спасти? – Громкий голос Астер перебил монотонное бормотание близнецов.

– Так и есть, – не меняя выражения лица, произнес Рубус.

– Но почему? Что сподвигло перейти на другую сторону? – Тулип не упустил возможности вмешаться. – Сколько я себя помню, вы всегда служили королеве…

– При всем уважении, ваше высочество, сколько мы себя помним, вы всегда были ее сыном и наследником, а еще – планировали однажды занять трон, – невозмутимо ответил Морус.

– И вот, все мы встретились тут, – продолжил Рубус. – Прозрение наступает внезапно. Чуть раньше или чуть позже, его не избежать.

– Так же, как и вы с Астер, мы увидели истинное лицо Регины, а быть может, впервые посмотрели на нее пристально и различили то, что никогда не скрывалось, – вновь подхватил другой брат. – Если прикажете покинуть лагерь, мы, безусловно, покоримся. Но сначала вам придется узнать о том, что задумала всеобщая матерь.

– Попридержи лошадей, никто никуда не пойдет! – протестовал Флокс. – Думаю, приди вы по наши души, разговор задался бы иначе. Возможно, я дурак наивный, но мне хочется вам верить… А теперь давайте в подробностях о том, что предлагаете.

Братья молча переглянулись. Казалось, они не решаются сказать что-то важное. От внутреннего напряжения их одинаковые лица заиграли желваками.

– Здесь нечего бояться, можете рассказать все, как есть, – убаюкивающим тоном произнес вождь.

– Дело в том, что нам с братом случайно открылась тайна, которую хранит королева, – робко молвил Рубус.

– Мы знаем главный ее секрет, – добавил Морус.

– Не томите же! – воскликнул Флокс и скрестил на груди руки.

– Регина не единственная, кто способен сотворить чудо. – Братья невольно синхронизировали речь. – Когда-то очень давно мы, забавы ради, подглядели таинство рождения новых существ в замочную скважину. А после – повторили ритуал точь-в-точь.

– Вы же не хотите сказать, что… – От удивления Флокс закрыл ладонью рот.

– Именно так. Каждый из вас способен оживить глину. По крайней мере, это без труда вышло у нас. Нужно лишь знать заветные слова и верить в успех дела от всего сердца, – заключили близнецы. – Нет, наш голем был совсем не похож на то, что создает Регина. В сравнении с ее творениями он казался неуклюжей детской поделкой на фоне работ умелого скульптора. И все же это не отменяет главного…

– Но ведь это ставит под сомнение все, во что мы когда-либо верили! – Астер сжала виски. – Что, если это была случайность? Невероятная ошибка, которая не повториться вновь?

– Невозможно, – покачал головой Морус.

– Мы повторяли эксперимент трижды, – закивал Рубус. – И каждый результат был лучше предыдущего.

– Вы готовы поделиться знаниями? – Астер вопросила без тени смущения.

– Именно с этой целью мы здесь, – уверенно кивнули пришлые.

– Позвольте, угадаю! Вы предлагаете создать свою армию и ждать нападения, чтобы отбиться? – нервно хохотнул Тулип.

– Нет, – возразили братья. – Оборона почти всегда означает проигрыш. Мы должны наступать.

– Но ведь это смешно! – Флокс развел руками. – Пусть даже нам удастся собрать материала на целую сотню бойцов, Регина ответит тысячей. В ее распоряжении мастера, инструменты, огромное месторождение глины, в конце концов!

– А наше преимущество – неожиданность. Кроме того, когда мы вернемся с армией, правда станет очевидна каждому. Лютумвильцы отрекутся от той, что врала им тысячи лет.

– Очевидно, вы слишком хорошего мнения о подданных короны. – Тулип печально отвел взгляд в сторону. – Тот, кто был на турнире, знает, насколько кровожадны слуги Регины. О, как они воспевают смерть! Как радуются при виде разбитой головы или оторванной конечности! Уверен, эта бойня покажется им лучшим развлечением. Я видел такое не раз и знаю, о чем говорю.

– Ваше высочество, подобные рассуждения и впрямь не лишены смысла. – Морус сделал шаг навстречу принцу.

– Но как же вы собираетесь поменять что-то, если не готовы рискнуть? – Рубус поравнялся с братом.

– Они правы, Тулип, – выдохнул Флокс. – Если сидеть тут в ожидании расправы, она придет. Нас перережут в этом самом лесу. Сегодня или завтра, быть может, через месяц – не важно! Мы должны выступить первыми и попытаться склонить горожан на свою сторону. Ведь у правды немало доказательств! Есть вы с Астер, есть бывшие помощники Регины, есть я, тот самый ребенок из дома на пятой улице, что видел все и сумел выжить! Объединив усилия, мы загоним королеву в угол!

– Что же. Единственное, с чем я согласен, так это с тем, что скрываться и прятаться – не спасение. Ваша взяла, мы будем наступать. Вероятно, погибнем все до единого, но, по крайней мере, попытаемся. – Тулип плюхнулся на землю и обнял колени. – Да и потом, я так жаждал приключений, схваток с противниками. Вот они! Мечты сбываются…

Близнецы одновременно улыбнулись, выслушав заявление принца. Тулип едва не поперхнулся, наблюдая этот феномен. Ведь лица братьев всегда казались ему неживыми, двумя тяжелыми железными масками. А теперь на них сияет радость. Еще одно маленькое чудо, что побуждает иначе взглянуть на привычный мир. Нет, наследник Регины все еще не верил в успех задумки, но теперь в его сердце мерцала надежда.

* * *

Несколько часов кряду Де Люта провела в мучительном безмолвии. Осматривая руины своей мастерской, она пыталась понять мотивы бывших помощников. За что они вонзили ей нож в спину? Почему предали именно сейчас, когда дела у Регины и без того шли из рук вон плохо? Неужели она давала им недостаточно? Ведь эти двое находились в замке на особом положении. Их боялись и уважали много больше любого министра или военного начальника. Они были причастны к величайшему таинству, фактически являлись жрецами во служении у богини…

Сотни лютумвильцев мечтали оказаться на их месте! Тысячи мечтали подружиться с этими угрюмыми истуканами. И все же они отреклись от всего, что имели. Но что обрели взамен? Славу? Сомнительно… Власть? Никак нет! Владычица перебирала в голове теории, но у этой головоломки не было ответа. По крайней мере, он не укладывался в логику монархини, а значит – был спонтанным, иррациональным.

Сумей королева заплакать, ей бы стало чуточку легче. Но на ее беду, глаза оставались сухими, а горло не сжимал ком. Де Люта так долго прятала истинные эмоции, что те начисто атрофировались. Вернее, превратились в неподъемный камень, что окончательно расплющил душу.

– Вы поплатитесь, – выдохнула Регина, представляя лица предателей.

В ее голове уже созрел план мести. Близнецы сломали заготовки, вывели из строя печь, унесли важные инструменты, но главного им не отнять. Магия Де Люты по-прежнему была с ней. Текла по ее венам. Насквозь пропитывала каждую клеточку. В любую секунду готовилась вырваться из рубиновых губ. Кому нужна помощь двух дуболомов, если в твоем распоряжении самое искусное и тонкое волшебство на свете? Регина внезапно поняла, что организованный бардак не меняет ее планов, лишь немного их корректирует.

Королева вновь приблизилась к твердеющей мешанине. Несколько уверенных движений, и она убедилась в том, что еще не все потеряно. Глина поддается замесу. Да, теперь не стоит ждать плавных линий и гладких поверхностей – всюду виднелись трещины, но с этим материалом определенно можно работать. Будущий голем получится грубым и уродливым. Но именно так полагалось выглядеть карателю. Поймав странное вдохновение, Регина задвигала руками. Она умело ваяла гиганта, наслаивая шматы грязи один поверх другого. Монархиня, словно безумная, создавала монстра из самых страшных кошмаров… Увлекшись не на шутку, она потеряла счет времени.

Закончив, обессиленная владычица отползла в сторону, чтобы увидеть свое творение во всей красе. Точнее, во всем уродстве. Итог превзошел ожидания. Колосс едва помещался в мастерской, упираясь макушкой в ее потолок. Крепкое туловище, из которого, будто ветки, в разные стороны тянулись руки. Голова без шеи, расположенная между плеч. Пара громоздких ног, способных разверзнуть землю одним ударом…

Королева потрудилась на славу. Она, безусловно, гордилась собой. Этот монстр – не пыльные гаргульи, которых вышло одурачить. Он – воплощение дикой первобытной силы, что не ведет переговоры и не берет пленных. Многорукий титан – идеальная машина для убийств. Уж ему-то можно довериться.

Карабкаясь по махине, как по скале, Регина достигла затылка. Начертав заветные символы, она ловко перебросила себя на другую сторону, оказалась лицом к лицу с самим дьяволом, отчего даже ее ступни похолодели. Впрочем, владычица и секунды не сомневалась, когда пришло время вдохнуть в него жизнь. Набрав полные легкие воздуха, Де Люта произнесла заклинание. Гора пробудилась с чудовищным утробным ревом. Урод кричал, будто от боли, а королева понимала, что через его глотку выходят ее страдания.

В этот раз ей удалось невозможное. Инфернальный воин не просто воплотил больные фантазии Регины, но и напитался ее гневом. Монархиня отдала ему все, с чем едва справлялась сама. И теперь великана рвало на части от силы. Он мучился жаждой… жаждой крови предателей! Но даже в ярости голем понимал, кому обязан жизнью.

Осторожно поставив волшебницу на пол, он напряг каждую из рук и зарычал еще сильнее. Этажи замка охватила дрожь. Слуги, будто мыши, пищали и прятались, а Регина молча ликовала, предвкушая собственный триумф. Де Люта подбежала к единственной уцелевшей после диверсии стене и сняла перекрещенные секиры. Она безмолвно вручила их новому детищу и кивнула, благословляя. Голиаф не нуждался в приказах. Он лучше создательницы понимал, чего от него ждут. Опустившись на колени, монстр с трудом протиснулся в дверной проход.

Грохот шагов еще долго сотрясал полы и поджилки обитателей замка. Когда же перекошенная фигура вышла в город, послышались вопли испуганных лютумвильцев. Вряд ли кто-то из них ожидал подобной встречи… Точно такой же реакции Де Люта ждала и от своих врагов. Она зло ухмылялась, представляя лица предателей и то, как под ударами секиры крошатся их хрупкие тела.

– Возмездие грядет. Оно уже в пути… – шептала Регина, провожая исполина взглядом.

* * *

План близнецов требовал скорейшего воплощения. Во-первых, Регина уже собирала силы для нового удара и в этом не было сомнений. Во-вторых, на создание роты солдат в полевых условиях уйдет немало сил и времени. В Лютумвиле постоянной добычей глины занималась целая бригада. В их распоряжении огромное месторождение, кирки и телеги для перевозки, а также баки с водой, в которых вымачивают породу. У дикого племени не было и толики этих удобств. Но что они имели в избытке – так это азарт. Бывшие подданные короны обрели новый смысл жизни. Реванш. Возможность отомстить Регине за все то горе, что она принесла вынужденным беглецам, оказалась неиссякаемым источником сил.

– Мы и подумать не могли, что твои соплеменники настолько выносливы, – бросил один из близнецов Флоксу.

– Жизнь в месте, где жизни нет, определенно закаляет, – усмехнулся вожак, проводив взглядом немолодую женщину с увесистым мешком на спине.

– Как только будут готовы первые образцы, мы с братом проведем ритуал. Если все получится, рабочих рук станет больше.

– Будем надеяться, что все это колдунство работает и за пределами Лютумвиля. – Флокс уронил лопату и достал из-за уха самокрутку. – Иначе все это зря…

– Даю слово, ваши усилия не окажутся напрасными. – Морус продолжил копать.

– Эй, дружище, выдохни хоть на минутку. Точнее, вдохни! – Мальчишка протянул самодельную сигарету.

– Я никогда не… – Здоровяк заметно смутился.

– Все бывает в первый раз. – Флокс сделал затяжку и вновь предложил папиросу напарнику.

Тот опустился на землю и вдохнул дым. Слегка закашлявшись, он перевел тревожный взгляд на товарища.

– Все в порядке, продолжай. – Парнишка хлопнул Моруса по плечу.

– Какое странное чувство. Вкус неприятный, но тело расслабилось…

– Табачный лист, – пожал плечами Флокс. – У нас его курят все взрослые. Накручу вам с братом целую пачку, а то вы двое ходите чернее тучи!

– Так было не всегда. Просто мы привыкли держать осанку и рот на замке в присутствии королевы. По-другому не продержались бы в ее помощниках и недели.

– Но теперь вы среди друзей. – Вождь диких людей упал на спину, подставив лицо заходящему солнцу. – Кстати, где Рубус?

– Они с принцем Тулипом по памяти восстанавливают схему замка и думают над стратегией. Это ключевой момент в наступлении.

– Скажи, тебе вообще бывает страшно?

– Конечно. – Морус потупил взгляд.

– И чего же ты боишься?

– Мне страшно за брата. Каждый раз, когда Регине приходилось злиться, она бросала шальной взгляд на Рубуса, и мое сердце сжималось. В этом напряжении прошли годы. Вероятно, оно и стало причиной нашего побега, а все остальное – лишь повод.

– Как бы там ни было, я рад, что вы с нами! – хлопнул в ладоши Флокс. – Ну что, успеем закончить работу до захода солнца, а?

– Как скажешь, вождь, – произнес Морус, хватая лопату.

Тяжелый трудовой день подошел к концу. Досыта наевшись, лагерь разбрелся по разным концам пещеры на ночлег. Тулипу и Астер досталось одно из лучших мест. Небольшое каменное плато овальной формы пряталось за огромным гранитным навесом. И пускай это было совсем не похоже на мягкие перины из королевского дворца, там пара не страдала от сквозняков и любопытных взглядов. Сей укромный уголок – лучшее, что мог предложить Флокс несостоявшимся супругам.

Тулип уснул мгновенно. Его веки склеились, а тело обмякло, едва он устроился на застеленном шкурой камне. Астер же лишь мечтала об отдыхе. От усталости у нее гудели ноги, и в других обстоятельствах девчонка предалась бы грезам немедленно… Вот только страх за покинутых близких не позволял расслабиться.

В течение дня Астер могла отвлечься, переключить внимание на быт или знакомство с новыми друзьями. Но с приходом ночи, когда смолкали чужие голоса, отчетливо слышался вопль сердца. Девушка осознавала: Регина может сделать с ее родными что угодно. Фантазия сводила беглянку с ума, воображение проигрывало самые страшные сценарии, вынуждая ладони холодеть. Первая ночь в лагере прошла ужасно. Астер почти не спала, а когда удавалось ненадолго задремать, ей снились кошмары: отец, восходящий на эшафот в сопровождении палача, братья в холодных тюремных камерах и сестры в теплых постелях вояк…

Очередное видение накрыло Астер, так и не дождавшись ее забытья. Она снова видела близких. Живые, но заточенные в беспросветном подвале, пленники с трудом передвигались, связанные цепями. Невеста Тулипа чиркнула спичкой, и в непродолжительном зареве ей открылись лица родственников. Пустые глазницы, зашитые рты. Астер резко подскочила, едва сдержав крик.

Решение пришло само собой: больше так продолжаться не может, девушка вернется в Лютумвиль и заберет тех, кто остался. «Сейчас или никогда…» – прошептала Астер и аккуратно поднялась на колени. Принц даже не шелохнулся – он спал как убитый. И это показалось ей очередным добрым знаком. Тонкий девичий силуэт тенью выскользнул из пещеры. Астер бежала по ночному лесу, вооруженная одним лишь кортиком, подарком Тулипа. Все, на что ей оставалось надеяться, – это удача, покровительство небес, глядя на которые она искала дорогу домой.

Не меньше получаса бессонная блуждала в Дебрях, умоляя их сжалиться. Несколько раз казалось, что чаща ее слышит, но уводит все дальше, в дремучую, пропитанную мраком неизвестность. И все же тропинка оказалась верной. Астер увидела вдалеке стены Лютумвиля и вскрикнула от радости. Она так быстро пробиралась сквозь заросли, что сердце забилось сильнее. Теперь все тело содрогалось от его боя.

Внезапно беглянка почуяла неладное. Она остановилась и приложила руку к груди. Тук-тук-тук-тук – там, между ребер, пряталась крошечная птичка, а у больших толчков была совсем иная природа. Правда открылась чуть позже, когда в расступившихся воротах города показался великан. Вооруженный секирами, он шел довольно быстро, хоть и неуклюже. Остановившись у самого краешка леса, он взревел на манер берсерка и перешел на бег. Астер ни на секунду не сомневалась, кто, куда и зачем отправил это чудовище. Бросившись со всех ног обратно, она больше всего на свете боялась опоздать…