Время – самый коварный спутник жизни. Как ловко оно играет с теми, кто верит в его непрерывный ход! Как беспощадно глумится над несчастными, что томятся в ожидании… И все же только времени подвластна высшая справедливость. Оно все расставляет на места и выносит беспристрастные вердикты, оспорить которые не в силах даже Господь. У времени нет любимчиков. Оно не дает поблажек и не делает исключений. Никому еще не удалось запастись им с излишком. Никому, кроме Регины Де Люты.

Впрочем, проклятие одного – благословение для другого. Бесконечно долгие будни, счет которым теряла владычица, стали лучшими друзьями Астер. Сколько же всего ей предстояло обдумать! Нет, она не сомневалась в своей любви к Тулипу. Но вся та жизнь, что шла в комплекте… Верный ли это путь? И если да – есть ли шанс пройти его достойно, не посрамив честь семьи и не разочаровав супруга?

Глядя на Лютумвиль с высокого балкона, девушка пытала себя вопросами. Любая другая на ее месте ликовала бы от радости, но Астер держалась скромно. Слишком уж быстро завязалась история ее любви. Слишком большая ответственность легла на эти хрупкие девичьи плечи. Впереди немало испытаний, и первое начнется совсем скоро. Ужин в честь матери ее избранника. Очередная традиция, от которой Астер бросало в холодный пот.

О чем говорить с той, в чьей абсолютной власти находилось все королевство? Как не показаться глупой в беседе с мудрейшей женщиной всех времен? Где пролегают границы приличия? Есть ли шанс не сойти за скучную простушку? В очередной раз запутавшись в ответах, Астер решила повторить столовый этикет. Ведь если недостаток ораторского мастерства легко скрывает молчание, то упущения в манерах сразу же бросаются в глаза.

В запасе у девушки было чуть больше трех часов. Много это или мало? Зависит от того, как с ней обойдется капризное время. К слову, Астер принадлежала той породе людей, что разумно использовала каждую секунду. А таким старик Хронос нередко идет навстречу. «Я все успею!» – повторяла будущая принцесса, преумножая веру в лучшее.

Регина тем временем никуда не спешила и ни к чему не готовилась. Едва ли что-то могло застать ее врасплох. Из последнего – странное появление Люпуса, но теперь и этот вопрос закрыт. Разум мальчишки полностью находится в ее подчинении. Больше он не угроза. Отныне он поддержка. Слуга. А еще – верный пес, что растерзает любого бунтаря и вольнодумца, который окажется на пути.

Предстоящий ужин, которым молодые выказывают уважение матери жениха, был еще одним обычаем, что ввела Регина. Наверное, поэтому она считала себя вправе нарушить его ход. «Никакой лести и заискиваний с вашей стороны, а со своей – избавлю вас от нотаций и наставлений!» – заранее предупредила Де Люта. Ей казалось, что куда разумнее и приятнее провести отведенные часы в непринужденной беседе. Ведь, что бы ни случилось, свадьбе быть. Уже выбран день и составлен список гостей. Отправлены приглашения. Разве может что-то пойти не так?

Слугам не пришлось хлопотать над созданием образа для Регины. Она самостоятельно причесала волосы и облачилась в платье с пышными рукавами. Фрейлинам осталась самая малость: затянуть корсет и поднести парфюм. В тот вечер королева соблазнилась сочетанием бергамота, лимона и нероли. Завершив подготовку, Де Люта решила провести оставшееся время за прогулкой. Ей, как и всегда, требовалось уединение, чтобы успокоить мысли.

В качестве укромного местечка, где никто не потревожит ее покой, был выбран Солисвиль, безлюдный городок, примыкавший к Лютумвилю. Когда-то очень давно Регина мечтала заселить эту местность творческой элитой, самыми выдающимися талантами из различных областей искусства. Тогда это казалось блестящей идеей… Но шли годы, а задумка не воплощалась. Сначала монархине не хватало времени, а после – желания. В конечном итоге Солисвиль так и не заполнили голоса. Его территорию оградили, а по периметру дежурили часовые.

Одна лишь Регина имела право навещать заброшенный недострой. Вид пустующих домов и бесхозных лавок удручал ее. Она, как главный архитектор Лютумвиля, с грустью размышляла о том, что его продолжение, вероятно, так и останется мечтой на бумаге. Проектом, что так живо виделся однажды, но окончательно погиб вместе с желанием творить. Наверное, это и есть он, знаменитый творческий кризис? Рано или поздно с ним встречается каждый художник. Но если писатель может годами без толку марать бумагу и хранить это в тайне ото всех, то о мертворожденном детище Регины знал практически каждый. И это терзало ее гордыню.

Монархиня не питала иллюзий относительно будущего. Она, в отличие от бестолковых кукол, знала правду. Ту самую правду, что не объявит глашатай с высокой трибуны. Правду, которую можно было уместить в одном-единственном предложении: «Регина окончательно утратила интерес к жизни». Теперь все ее действия были направлены на поддержание себя в относительной норме. А до нужд и интересов других владычице вовсе не было дела.

Регина не помнила, когда в последний раз испытывала радость, садясь за гончарный круг. Она всячески избегала новых творений, перепоручая их близнецам-помощникам. Эти двое взвалили на себя большую часть работы. Они искусно лепили новые формы и недостающие детали, собирали воедино фигуры и вели учет новых жителей. Единственное, что требовалось от Регины – распалить искорку жизни в готовой скульптуре, но и с этим она справлялась из рук вон плохо. Накопившаяся усталость взращивала апатию. Де Люта решительно не хотела больше править королевством, но все еще находилась у него в заложниках.

Лютумвиль закономерно вырождался. Его правительница делала вид, что не замечает острую нехватку слуг во дворце. Прогуливаясь по Солисвилю, монархиня думала о том, что однажды и столица станет чем-то подобным: немой безлюдной пустыней, одной большой могильной плитой на месте некогда процветающего города…

Мрачным размышлениям Регины довелось прерваться. Как и любой монарх, Де Люта не имела возможности уединиться надолго. Ее неторопливые блуждания по городу-призраку оборвались, когда на горизонте возник Люпус. Движением головы он дал понять, что самое время поворачивать обратно. Тулип и Астер были готовы ко встрече во дворце.

Вечер в компании будущих мужа и жены не предвещал сюрпризов. Но стоило Регине перешагнуть порог, как ее охватило странное возбуждение. Точно владычице открылась некая тайна, способная перевернуть все с ног на голову. Она будоражила куда сильнее ароматных вин, изысканных деликатесов и разодетой парочки, терпеливо дожидавшейся встречи.

Заняв почетное место за столом, Де Люта с улыбкой взглянула на сына и его невесту. Оба сильно поменялись. Даже за эту пару недель. Принц напитался статью и харизмой будущего монарха, теперь он – истинная белая кость, а не сорванец в дорогих одеждах. Его избранница получила должную огранку. Грациозная и утонченная, она могла обсуждать любую тему, при этом оставалась скромной и покладистой. Теперь казалось, что в ее жилах всегда текла голубая кровь, а работа служанкой была недоразумением.

Испытав неожиданный прилив радости, монархиня позволила себе расслабиться. Чуть изменив осанку, она выдохнула. Напряжение в комнате спало, между августейшими особами завязалась приятная беседа. Тулип с нежностью следил за тем, как две главные в его судьбе женщины находят общий язык. Астер говорила, отринув неловкость, Регина слушала, одобрительно кивая. Все складывалось наилучшим образом до тех пор, пока не раздался стук. Дверь немедля распахнулась. На пороге возникла служанка. В дрожащих руках она держала клочок бумаги. Изумленная внезапным появлением, Регина пригубила вино.

– Ваше величество, прошу простить великодушно. У меня срочное послание для Астер… – сбивчиво выдыхала женщина, протягивая листок.

– В чем дело, Калуна? На тебе лица нет, словно призрака увидела! – засмеялся Тулип, приподнявшись. – Неужто дело настолько срочное, что не терпит отлагательства?

– Именно так, ваше высочество. Мне велели передать это будущей принцессе. – Голос служанки то и дело срывался.

– Матушка, если вы не против, я ознакомлюсь с письмом? – обратилась Астер к хозяйке вечера.

– Разумеется! – кивнула Регина с мягкой улыбкой на устах.

Передав записку, Калуна унеслась прочь, забыв откланяться. Астер в полной растерянности подошла ближе к одному из канделябров, чтобы рассмотреть послание. С каждой секундой ее лицо становилось все мрачнее. Издав тяжелый стон, девушка упала на холодный мрамор, но тут же поднялась и стремительно исчезла в дверном проеме. Ошарашенный Тулип извинился перед матерью и отправился вслед за беглянкой.

Регина осталась в полном одиночестве. Отщипнув несколько виноградин, она перебила кислое послевкусие вина и поднялась из-за стола. Белый лист бумаги, потревоживший встречу, лежал на полу, чуть подрагивая на сквозняке. Проявив несвойственное ей любопытство, королева подняла его и вгляделась в неровные строки.

Последние несколько недель моей жизни выдались мучительными. Я безуспешно старалась вернуть память, восполнить тот пробел, когда обрела семью и детей… К сожалению, безуспешно. Я по-прежнему не помню дом, который считается моим, и людей, что зовутся близкими. Все то, что меня окружает, – чужое, холодное, незнакомое… Я потерялась и более не знаю, чему верить. Горестно оттого, что все сложилось подобным образом, но мне неведомо, как это изменить. Заранее прошу прощения за ту боль, что я, возможно, причиню вам своим решением. Не сомневаюсь, что вы – чудесные люди и любящая семья, но я сломлена и страдаю. Это невыносимо. Извините, что так и не смогла вас вспомнить, стать той, кем вы меня знали. Время поставить точку. Будьте счастливы и прощайте!

Виола.

Лицо королевы на секунду исказила злая ухмылка. Без лишних раздумий она поднесла прощальную весточку к огоньку затухающей свечи. Робко дрогнув, пламя перекинулось на письмо. Очень скоро серые хлопья упали на пол, обернувшись пылью.

– Что?! Что было в письме, матушка?! – прокричал возвратившийся Тулип.

– Кто же теперь припомнит, – равнодушно отозвалась монархиня. – Хочешь десерт?

Принц, едва сдерживая рвущийся наружу гнев, приблизился к Регине. Его губы плотно сжимались, а лицо играло мускулами. Он грозно вознес дрожащий указательный палец, намереваясь ответить матери.

– В чем дело, Тулип? Ты хочешь что-то обсудить? – как ни в чем не бывало интересовалась Де Люта. – Внимательно обдумай ответ. Я не потерплю дерзости. Даже от главного творения моей жизни.

– Что… что ты сделала с мамой Астер? – тяжело выдохнул юноша и глаза его увлажнились.

– Исполнила ее волю. Ничего больше.

– Она была сама не своя! Ничего не помнила и никого не узнавала все эти дни!

– Разумеется. Багаж ее опыта потерялся. Вместе с морщинами и складками, вместе с дряблой кожей и больными суставами. Она добровольно отказалась от всего того, что имела. Разве есть в этом моя вина? – усмехнулась Регина, вернувшись за стол.

– Ты должна была…

– Я никому. Ничего. Не должна! – Глаза Регины вспыхнули огнем, а пламя в камине разгорелось с новой силой. – Еще одна вольность, и я измельчу в пыль тебя и твою потаскуху!

Тулип почувствовал, как стена жара прошла сквозь него, покрыв испариной кожу. Страх охватил его сердце, а ноги самовольно зашагали назад. Владычица, вернее, то, во что она превратилась, смотрело на мальчишку с презрением. Принц в ужасе понял, что впервые столкнулся с подобным. Кто этот демон? Когда он успел подменить его любимую мать?

– Прошу прощения, – с трудом выдавил Тулип. – Я вынужден покинуть вас…

– Доброй ночи, мой дорогой, – прошипела нежить, едва пошевелив губами.