Элизабет Корнувелл отомстила своим мучителям. Гонимая горечью своей смерти, воззвала к морским сестрам, погубила пиратский корабль и на этом не остановилась. Торговые корабли, малые суда, обычные рыбацкие лодки – все пали под ненавистью новообращенной сирены. Без жалости и сожаления, не разбирая, она утаскивала на дно и раздирала любых мужчин, которые ей попадались.
Одной лунной ясной ночью, заплыв в устье реки, она увидела костер, у которого пригрелся юноша. Возжелав утопить столь юное прекрасное создание, она поднялась над водой и запела, но ее голос не пленил сердце юноши. Молодой человек не реагировал на ее грустную серенаду. Тогда, выбравшись на землю и мягко ступая, она стала красться к своей добыче. Блеснув глазами, наполненными чарующей магией, Элизабет призвала силу сирены, чтобы соблазнить юношу, а когда тот поднялся и направился к ней, дочь морей затрепетала. Она не знала, с кем встретилась. Возможно, если бы Элизабет отпустила свою ненависть, то учуяла бы запах, смешанный с дровами: кардамон, корица, мускатный орех и шафран – специи, которые повышают женское либидо. Этой лунной ночью охотником была не она. Одним быстрым движением некромант культа мертвых перерезал ей горло, а когда женское тело обмякло, то вырезал сердце. Сердца озлобленных сирен используют в темных ритуалах призыва могущественных демонов для службы колдунам.
Никому не сбежать из списка лорда Смерти. Тот, кому предначертано умереть, – умрет. Миры конечны, так же как жизнь человека. Все, что когда-то родилось, – обратится в прах. Так не стало Элизабет Корнувелл.
Счетчики душ и прядчие во дворце Божества Времени взвыли. Гобелен судеб был разорван. Служители зала душ рванули к своему владыке. Аймсвер – лорд Времени – поджал губы и про себя чертыхнулся. Попросил всех успокоиться и дать ему время… Какова была ирония… Чтобы разобраться, он направился во дворец Божества Исхода.
– Ну и как мы из этого болота будем выплывать? – поинтересовался лорд Времени.
– Не помню, чтобы вы задавались этим вопросом, когда гибли архангелы! – бровь лорда Смерти изогнулась как знак скрытого неодобрения.
– Хмм, – громко обратила на себя внимание Королева Душ, – воистину дельное замечание!
По кабинету Божества Исхода плыли запахи. Ароматы ладана и лилий, морской соли, тины и раскаленного песка смешивались с табаком и крепкими напитками.
– При всем уважении, не понимаю причину нахождения меня здесь! – Ангхен У'Мор, правитель морей и океанов, нервно постукивал своей перепончатой ладонью по подлокотнику кресла. – Мой народ не виноват в гибели непредназначенных для лорда Смерти душ.
По ту сторону двери раздались возмущенные вопли. Смерть поджал губы. Он уже знал, кто с таким рвением желал ворваться в его кабинет.
– Вот ведь проклятая заноза, – язвительно высказался Божество Исхода. – Осмелел мальчишка. Наконец-то!
Дверь распахнулась и с грохотом ударилась о стену.
– Прошу меня выслушать! – заявил Стейнер.
Один из четырех Божеств смотрел на вошедшего с грустью. Триста лет Смерть надеялся, что конвоир мятежных душ прикипит к кому-то и найдет путь к своему перерождению. Он в него верил, но спустя три столетия не произошло никаких изменений. Тогда его возлюбленная Малия решила подбросить кипящего масла в затухающее пламя и соединить проклятую и проклявшего. Искренне любящий мужчина сделает все, чтобы его женщина была счастлива, и он позволил Верховной Банши вплести новый узор в гобелен. В тот же миг в чертогах летописей появилась запись судьбы Стейнера Нунена и Риган Хоув – любовной истории с трагичным концом.
Все имеет начало и конец. Ничто не вечно!
Лорду Смерти предстояла самая жестокая участь в мироздании. Он увидит конец миров. Ему предстояло забрать свою возлюбленную Малию, своих братьев и только потом умереть самому.
Любящий мужчина сделает все…
– Стейнер, присядь там, – указал Божество в угол кабинета, где мгновенно появилось кресло. – Не стоит демонстрировать еще больше неуважения, чем ты уже показал. – Договорив, он развернулся к своим могущественным гостям: – Продолжим!
Первый час Стейнер ловил каждое слово присутствующих в кабинете. Они говорили обо всем и ни о чем, о наказании Риган вспомнили единожды, и то вскользь. Ему показалось, что сильные мира сего собрались обсуждать не надвигающуюся катастрофу, пути решения проблемы и расплату за совершенную ошибку, а посплетничать, покурить и выпить. Один раз жнец попытался вставить слово, когда заговорили о банши, но Божество Исхода осадил его прищуром ледяных глаз. Так, под монотонную болтовню, он заснул и очнулся, когда по кабинету громогласно разнеслось его имя.
– Стейнер!
Распахнув глаза, он подскочил на стуле и бегло осмотрелся. В кабинете был только он и лорд Смерть.
– Садись, – ледяной голос резанул по ушам.
Усевшись напротив широкого массивного стола, за которым расположился Божество Исхода, жнец напрягся и приготовился к выговору. Он его ожидал.
– Согласно записи, тебе и Риган было велено вместе забрать душу Элизабет Корнувелл.
Мышцы конвоира мятежных душ превратились в железные канаты. Воздух вылетел из легких. Все тело сковало напряжением, а кожа покрылась испариной. Плотный запах ладана и лилий раздирал носоглотку и колючими ветвями терновника рвал внутренности. От скопившегося в кабинете аромата хотелось блевать, или же тошно было от осознания своей ошибки и эгоизма? Стейнер оплошал, пренебрег обязанностями, свалив все на хрупкие плечи предвестницы смерти.
– Отвечай! – звуковая волна снесла все на своем пути.
Пергаменты взмыли в воздух, хрустальный кувшин с вином и кубки рухнули на пол и раскрошились. Досталось даже одинокому кактусу, который стоял в горшке в дальнем углу комнаты.
– Я отказался забирать душу по личным причинам, что было неприемлемо. Этому нет оправдания, – слова слетели с языка без раздумий, оставив горький привкус печали.
Смерть театрально покачал головой, стараясь придать своему лицу больше разочарования. Актером он был никудышным, и, будь ситуация другая или имелись другие зрители, те уличили бы его в фальши и отвратительной, бездарной игре.
Сидящий напротив Стейнер был погружен в раздумья и снедал себя терзаниями. Ему не было дела до выражения лица Божества Исхода. Перед его глазами стоял образ Риган, ее печальные, застланные слезами глаза.
– Суд над Риган Хоув назначен на следующий вторник. До этого момента тебе запрещено с ней видеться. Не вздумай пытаться пробраться к ней в камеру. Она под стражей четырех Ил'Лисов, они на тебе живого места не оставят. А сейчас пошел прочь с глаз моих!
Конвоир мятежных душ поднялся с кресла и, поклонившись, покинул кабинет Смерти.
– Потерпи немного, Риган. Я все исправлю!