Близился парад сфер. Каждые сто лет существующие миры выстраивались в ряд, и на десять минут все погружалось во мрак. В преддверии этого события четыре Божества – Созидания, Времени, Пространства и Исхода – устраивали бал Затмения, врата меж мирами открывались, впуская могущественных созданий, приглашенных на бесшабашное веселье.

Жители столицы Антии наблюдали, как хрупкая красивая брюнетка носилась от одной модистки к другой, и гадали, что за повод заставлял ее быть настолько привередливой в выборе наряда. Не обращая на них внимания, Риган, как злющим вендиго укушенная, металась по лавкам, выбирая платье для предстоящего бала.

Первый магазин предложил ей великолепное платье, но цена оказалась такой высокой, что Хоув пришлось бежать оттуда, прежде чем продавец предложил бы ей еще и дополнительные аксессуары. В следующем торгашка с елейным голосом утверждала, что это самый модный и изысканный фасон в столице. Осматривая себя в искрящемся алом платье с глубоким декольте, Риган понимала, что не сможет носить его уверенно, ведь ее грудь была настолько маленькой, что даже котенок смог бы с ней конкурировать. Отнекиваясь и с трудом отвязавшись от приставучей продавщицы, она вышла за порог и встретилась с огненными глазами очень знакомого кошака.

– Пойдем за мной, – велел Хагун и сквозь толпу прохожих двинулся вниз по улице. Хоув, утомленная и раздосадованная неудачей, послушно поплелась следом.

Они отошли от торгового квартала уже на приличное расстояние, когда любопытство Риган взяло-таки вверх.

– Куда ты меня ведешь, усатый?

– Терпение, И-Ри, уже практически пришли.

Черный кот свернул на узкую улочку и нырнул в царящий меж тесно стоящих домов полумрак. Риган смотрела ему вслед. Меньше всего ей хотелось переступать черту света и тени. Зловещая атмосфера и странные испарения наводили на недобрые мысли и намекали на печальный финал тех, кто оказывался в этом темном переулке до нее.

– Не будь трухлом! – раздалось из полумрака голосом ритхуда. – Ты же банши!

– Половинчатая, – пробубнила себе под нос Хоув и, закусив нижнюю губу, сделала шаг в сумрак.

Пройдя пару-тройку домов, они остановились около лавки. Керосиновый фонарик освещал вывеску, на которой аккуратным почерком было выведено: «Бездонный дедушкин сундук».

В захламленном помещении витал аромат медовых сот и кофе, мгновенно перебивший вонь уличной сырости, которой успела надышаться Риган.

– Здравствуйте, миледи, прошу, проходите! – Молодой человек с ослепительной улыбкой спешил навстречу, вытирая руки полотенцем.

Хоув оторопела и раскрыла рот. От красавца будто исходило свечение, да и сам он был похож больше на ангела, чем на простого смертного. Белоснежная рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами демонстрировала накачанную грудь, кожаные штаны обтягивали длинные натренированные ноги. А глаза походили на два аквамарина.

Молодой человек нежно улыбался, но стоило его взгляду опуститься вниз и наткнуться на черного кота, с лица схлынули приветливость и очарование.

– Чего приперся, кошак блохастый? – пропищал парень голосом, свойственным больше истеричным дамам, нежели крепкому представителю сильного пола.

– Иззи! – воодушевленно гаркнул ритхуд. – Давно не виделись.

– Засунь свою доброжелательность шишиге в ж… – парень прокашлялся и обратился к Хоув: – Зачем пожаловали, миледи?

Риган переступала с ноги на ногу и не знала, что ответить. Хагун привел ее сюда, но не поделился планами. Лавка походила на пристанище старьевщика. Поселившийся на полках и полу помещения хлам для нее ценности не имел.

– Нам бы платье, – сообщил демон, – и желательно очень красивое!

Молодой человек нехотя перевел взгляд с Риган на черного кота.

– Я с тобой дел вести больше не буду, – отрезал этот Иззи и, развернувшись, попытался сбежать.

– Ну что ты завелся? Нельзя поминать старое. – Кот последовал за хозяином лавки.

– Старое? – пропищал парень и резко развернулся. – Ты меня дракону чуть не скормил! Я из-за тебя год на заднице сидеть не мог.

Скомкав белоснежное полотенце в шар, парень запустил им в ритхуда, но тот как ни в чем не бывало лишь грациозно отпрыгнул от летящего снаряда.

– Основное слово – чуть! Да и ты забрал главный приз, я ж ни медяка от продажи лунного камня не получил, – защищался ритхуд.

Из их странного диалога Риган поняла лишь то, что Хагун явно успел когда-то отличиться. В это она могла легко поверить, зная его нрав. Она заинтересовалась и последовала за двумя перемывающими друг другу кости созданиями. В том, что этот прекрасный парень был не человеком, а существом, она не сомневалась: таких красивых мужчин в мире не существует. К тому же его профиль не отразился в зеркале, мимо которого он прошел, что навевало мысли о том, что парень вампир… Но этот писклявый голос!

– С продажи? Я ни гроша не получил за него! Думаешь, найдется смельчак, который купит лунную слезу?

Риган остановилась в проходе подсобки. Старая легенда об украденном лунном камне, что был словно слеза младенца, всплыла в воспоминаниях. Два безрассудных искателя приключений ворвались в сокровищницу и обокрали дракона. Ящер пришел в бешенство и принялся сжигать страну.

Глупости какие, посмотрев на кота и красивого, но писклявого мужчину, она отмахнулась от этой мысли.

– Это уже не мои бедульки, Иззи. Заварушка была твоей идеей.

– Я был молодой, шальной, бестолковый и чертовски пьяный, а ты, похоже, был еще и тупым! Забрасывать огнедышащего дракона огненными заклятиями – додуматься же надо! – Парень покачал головой и прошел сквозь напольные старинные часы.

– Идем за ним, – кинул ритхуд в сторону банши.

– Х… Хагун, – заикаясь, произнесла она, – вы же сейчас не о легенде о белокрылом драконе говорите?

Кот замер, и Хоув показалось, что у того дернулись усы.

– Не-ет, – протянул ритхуд. – Конечно нет! – И прыгнул в часы.

– История пятивековой давности меня не касается, – решила для себя Риган и, задержав дыхание, вошла в портал.

Просторный зал был освещен пламенем камина. Перед ней лежал огромный ковер с крупным белым ворсом, на котором уже сидел ритхуд в своем истинном обличье. Красивый парень с аквамариновыми глазами разливал чай в чашки из тончайшего фарфора. Он подкатил серебряный столик поближе к камину и уселся напротив демона в высокое мягкое кресло.

Когда Риган подошла поближе к закадычным друзьям, Хагун щелкнул пальцами, и из воздуха появился мягкий пуфик.

– Может, примешь истинный вид? Незачем красоваться перед моей подопечной.

Яркая вспышка ослепила Хоув, и когда она смогла вновь ясно видеть, то на месте прекрасного принца сидел полурослик.

– Знакомься, И-Ри, это – Иззи! Также Зи-щипач, или Резвое полено, или Какашка тролля, он же доппельгангер, коротко – допплер, или, по-простому, оборотень, – представил своего друга Хагун.

Пребывая в замешательстве от смены обличья сидящего напротив, Риган натянула глупую улыбку на лицо, но вовремя взяла себя в руки и, откашлявшись, представилась:

– Приятно познакомиться, Иззи, я Риган Х…

– Хоув, – закончил доппельгангер. – Я знаю, кто ты, точнее знаю твой род, и что это драное шерстяное изделие, – он указал на сидящего напротив Хагуна, – стал ритхудом, когда связал себя контрактом с твоим далеким предком, чтобы избежать испепеления.

Повисло молчание. Не гнетущее, а тихое, возникающее, когда каждый уходит в свои мысли. О чем думали Иззи и Хагун, она не представляла. Их жизни тянулись не одно столетие. Возможно, они вспоминали прошлое, Риган же размышляла о своей семье и о том списке людей, чьи судьбы были искалечены неудачными обрядами экзорцизма.

– Иззи, у тебя не найдется в закромах платья, достойного Королевы? – нарушил безмолвие демон.

– Думаю, будет одно подходящее, – отпив мятный чай из тонкой фарфоровой чашечки, сообщил полурослик и поднялся с кресла. – Подождите немного.

Ритхуд и банши остались наедине. Хоув, как юная особа, не имеющая привычки держать язык за зубами, когда следовало, задала вопрос, подвисший в воздухе после перепалки ее демона с Иззи.

– Хагун, ты жалеешь, что стал ритхудом?

Огненно-оранжевые глаза горели ярче пламени в камине. Они внимательно всматривались в лицо Риган.

– У меня было два варианта исхода. Исчезнуть из мироздания либо стать слугой. А жить, моя дорогая И-Ри, мне очень хотелось.

Искренность демона смутила ее, и, закусив нижнюю губу, она не решилась продолжить разговор.

Иззи вернулся в зал с мерцающим свертком в руках. Подойдя поближе, он всколыхнул материал, ткань зашелестела и расправилась. Платье переливалось сиянием миллионов серебряных звезд.

– Оно волшебное! Какая красота! – Хоув потрогала струящийся подол и попыталась подобрать слова, которые могли бы описать ее восторг.

– Дарю! – протянул ей платье доппельгангер. – И вот еще, пусть к нему сделают украшение, – с этими словами он передал небольшой сундучок Хагуну.

Ритхуд проводил взглядом свою подопечную, которая ушла примерять платье, и длинными ловкими пальцами вскрыл замок и откинул крышку. Со дна сундучка полилось перламутровое свечение.

– Ты уверен? – вздернул бровь демон. – Иззи, оно стоит целое состояние.

– Было бы счастье в деньгах! Нет, определенно жить в достатке куда лучше, чем в бедноте, но с возрастом я понял, что кроме сокровищ я так ничего и не приобрел, а эти безделушки не могут заполнить пустоту в душе.

В лапах Хагуна мерцала лунная слеза, которую когда-то давно молодой амбициозный демон и искатель приключений доппельгангер, желавший разбогатеть, украли у белокрылого дракона, ввергнув Королевство в войну с жестоким ящером.

– Ты это… заходи почаще в гости, – подкинув дров в камин, попросил полурослик, – сыграем в картишки.

– Захотел обобрать меня до нитки?

– А что, за твоей душонкой что-то осталось? – скривил рот Иззи в издевательской усмешке.

– Да нет там ничего. Ни одного ломаного медяка, – отмахнулся ритхуд.

– Зато у тебя есть семья! И это, поверь мне, стоит дороже всех богатств мира.

В зал вошла Риган, одетая в искрящееся мириадами звезд платье. Покружившись перед сидящими, она звонко засмеялась, подошла к доппельгангеру и обняла, не забыв поблагодарить за подарок. Именно в этот момент единения по телу Иззи разлилось нежное тепло, согрев душу и сердце.

– Заходите ко мне почаще!

– Обязательно, старый друг, обязательно!