– Что такая, как ты, может знать о проклятых?

Ощущения захлестнули с головой. Казалось, словно она нырнула в ледяную прорубь: все тело сковало, дыхание сперло. Не было возможности пошевелиться. Все закоченело. Кости, кровь, разум и душа. Риган остановилась и с горькой болью в глазах посмотрела на Стейнера.

Это шутка какая-то, мне не послышалось? «Такая, как я?»

После этих слов над Риган нависла тень ее прошлого, в котором на ее никчемность постоянно указывали. Она часто слышала от прадедушки и родственников, какая она бесполезная, бестолковая, ничего не умеющая, не знающая. Их злословия оставили шрамы на сердце, она не могла допустить, чтобы он думал так же.

Сама не понимая, что творит, Хоув взяла колбу со стола. Мутная темно-серая жидкость казалась ей символом всех терзаний, накопившихся внутри. С горячими слезами на глазах она запустила бутыль с реактивом в сторону жнеца, словно пытаясь выбросить всю свою боль и обиду.

Вылетев из дома, побежала в сторону деревянного настила и остановилась, только когда добралась до того места, куда они переместились, когда прибыли в Империю Хинаяна.

– Зарыть бы тебе в могилу гвозди, чтоб покой только снился! – выкрикнула Хоув в пустоту. – Похоронные венки, чтоб тебя!

Риган сжала пальцами виски и стала массировать. Пульсация потихоньку утихала, эмоции отступали, пелена обиды спадала. Она прекрасно понимала, что поступила сейчас по-детски, и, скорее всего, жнец не хотел ее задеть, оскорбить или обидеть, но эмоции взяли над ней верх и вышли из-под контроля. Хоув закрыла глаза и выдохнула.

Хотя Стейнер тоже вышел из себя и разукрасил своей кровью стену. Забирать мятежных тяжело…

Плавая в своих мыслях, она не заметила, как рядом с ней появился черный силуэт.

* * *

Они переместились к небольшому строению глубоко в горах. Об этом санатории мало кто знал. Настолько скрытое и уединенное место принадлежало правящей династии. Императорская семья всегда чтила своих Богов, поэтому для могущественных существ всегда были открыты двери и выделены отдельные ванны. Бьющие из-под земли источники имели целебные свойства: они расслабляли тело и дарили успокоение душе.

Риган стояла рядом со Стейнером и, к своему удивлению, понимала, что он говорит управляющему. Прадедушка никогда не обучал их языку Восточной Империи Хинаяны, но благодаря магии конвоира Смерти она могла спокойно говорить и понимать их диалект.

«Как же прекрасно волшебство!» – банши все чаще ловила себя на этой мысли.

– Мы же не их Божества, да и рангом мы низки, почему нас пропустили? – поинтересовалась она у стоящего рядом жнеца.

– Момо – принц Империи, – получила от него короткий ответ.

Записав всю информацию, управляющий низко поклонился и сообщил, что на этом его обязанности заканчиваются, и так как гости из потустороннего мира, то обслуживать их будут духи. Как только человек скрылся, в комнате вспыхнули два синих огонька, через мгновение на их месте появились два лисенка. Они стояли на задних лапах словно люди и держали каждый по два подноса. На одном были белоснежные кимоно, расшитые красными маками, на другом – фарфоровая бутыль и фрукты.

Риган прошла за маленьким демоном в женскую часть источников и обратила внимание, что лисенок не имел божественных хвостов. Из-под его одежды вилял обычный звериный хвостик. Ее проводили в раздевалку, где она сняла форму жнеца и завернулась в огромное белоснежное полотенце. Мицу, так назвалась лисий дух, помогла ей помыться. Аккуратно намылив тело мягкой губкой и мылом, та смыла пену и после принялась ароматной смесью массажировать голову. Мягкие подушечки на лапках зверька нежно растирали корни волос. Хоув была вне себя от счастья. Полное блаженство…

Когда с банными процедурами было покончено, ее проводили к источнику. Купальня под открытым небом была окружена горами с трех сторон, с четвертой же открывался чудесный вид на долину.

Когда банши поймала себя на мысли, что люди проживают свою короткую жизнь и ничего этого не видят, больно кольнуло сердце.

Мицу подбежала к Риган и поинтересовалась, все ли в порядке и не желает ли гостья чего-то еще. Получив отказ, лисий дух с поклоном удалилась. Сбросив с себя полотенце, Хоув опустилась в горячий источник. Перепад температур вводил в транс, легкий туман плыл над поверхностью воды. Напряженные мышцы стали расслабляться. Потянувшись к фарфоровой бутыли, Хоув налила немного сливового вина в рюмочку, пригубила и откинулась на бортик. Лица коснулось что-то холодное – с неба падал снег. Протянув ладонь, она стала ловить снежинки, которые быстро таяли от человеческого тепла. Пупырчатые мозоли давно сошли с ее рук, тяжелая физическая работа осталась в прошлом. Только это не означало, что ее новые обязанности были легче. Она не выбирала этот путь, но была уверена, что помогать несчастным есть высшее проявление милосердия. Глубоко вдохнув холодный горный воздух, она посмотрела на отделяющую ее от мужской зоны стену и осознала, что в эти минуты больше всего ей хотелось находиться рядом с ним.

* * *

Раскинув руки по бортику и опустив голову на холодный камень, Стейнер блаженно прикрыл глаза, но его умиротворение продлилось недолго. Громкий хлопок ознаменовал появление Момо. Открыв глаза, он увидел лиса в идеально отглаженном кимоно, перевязанном алым поясом. В его лапе была фарфоровая бутыль с изображением девятихвостых. Дар девственных дев для храма Богов.

– Приветствую тебя, принц без права на престол, – улыбнувшись, Стейнер склонил голову.

– Сдохни уже наконец, жнец, будь так добр! – ответил ему с такой же улыбкой лис.

Сбросив шелковое одеяние, Момо вошел в воды источника. Когда он хлопнул лапами, за его спиной появились лисьи духи.

– Ваше Королевское Высочество, чем мы можем вам услужить? – с уважением вопросили служки. Получив приказ, они в ту же секунду исполнили его пожелания. На подносе появилась ярко-красная тушка тунца – очень дорогой деликатес.

Момо подтолкнул деревянный поднос с нарезкой свежей рыбы и чарочкой священного вина. Тарелка поплыла по воде к Стейнеру.

– Спасибо, – прошептал лис.

– Не за что благодарить. Я не сделал ничего важного.

Жнец и лисий демон смотрели вдаль. Хвойные стройные деревья покрывали горный массив, опьяняющий воздух долины проникал в легкие и кружил голову. Жизнь и течение времени замирали в этом месте.

– Он спас мне жизнь, – прозвучало тихо.

– Момо, просто замолчи!

С неба пушистыми хлопьями начал медленно падать снег. Стейнер протянул ладонь. В его мозолистую руку ложились и тут же таяли снежинки.

– Символ очищения. Своим покровом снегопад обновляет мир.

– И защищает от надвигающихся невзгод, – продолжил он слова Момо.

Лисий демон качнул головой, подтверждая правильность слов, и пристально посмотрел на жнеца.

– Есть ритуал. В котором можно обнулить прошлое. – Стейнер сделал глубокий вдох и, переведя взгляд на Момо, продолжил: – По снежной целине ты сделай круг, оставь свой след на белом покрывале…

– Ой, заткнись! Тебе ли не знать, что эта романтическая глупость придумана идиотами, которые ни демона не смыслят в магии!

Стейнер рассмеялся. Да, эта была полнейшая чушь, придуманная шарлатанами для того, чтобы выбить деньги из глупых людей. Но его улыбка быстро померкла. Снег покрывал землю, окутывая своим одеялом, защищая растения и деревья от надвигающихся холодов. Он подумал о Риган. Мог ли он теперь мечтать, что она не захочет лишаться дара предвестницы и останется с ним, после того, что между ними сегодня произошло? Благодаря молниеносной реакции он смог увернуться от летящей в него кислоты, колба угодила в стену и вылилась на труп колдуна. До того, как банши убежала, он успел прочитать в черных глазах обиду и разочарование.

Как и положено мужчине, он принес извинения за свои слова, но Риган их не приняла, просто встала рядом, протянула руку и попросила переместить ее в обещанное место.

Что ж, кажется, сегодняшний день станет для нас поворотным – возможностью начать все с чистого листа или же оставить все в тени прошлого.

Снежные хлопья мягко оседали на их плечи. Девушки, которая стала банши по воле Богов. Жнеца, чья душа давно должна была быть развеяна по мирозданию. Лисьего демона, лишенного права на престол и отосланного в далекие чуждые земли.

Снег под своим покрывалом спрячет самые страшные тайны, но любая истина всегда становится явью, и цена за скрытое будет непомерной.