Пересчет черепов
В музее на месте крупнейшего женского концлагеря Равенсбрюк (80 километров от Берлина) сохранились бараки, карцер и дома охраны СС. Число заключенных, погибших в Равенсбрюке, всегда оценивалось в 90 000 человек, но все поменялось. Историки нового времени уже называют цифру и в 30 000 — то есть занижая ее в три раза. Я задаю вопрос администрации музея, мне сообщают: цифры не окончательные, ведутся исследования, какие-то документы утеряны, и восстановить их невозможно. Ну, и зачем тогда подвергать сомнению, сколько женщин нацисты убили в Равенсбрюке? Ответа нет. То же самое — в бывшем концлагере СС Заксенхаузен, расположенном близ Ораниенбаума. Прежние исследования доказали — там замучили, заморили и казнили 100 000 узников. Сегодня этой цифры избегают — в пресс-релизе упомянуто, что погибли «десятки тысяч» и «точное число сложно вычислить». И опять неясно — если такие сложности, отчего число жертв всегда лишь уменьшают, а не увеличивают? Ведь сам экс-комендант Освенцима признал, что скрупулезной документации не велось, а сотни тысяч людей доставляли в лагеря вообще без паспортов, и личности их больше уже не установить.
Вдруг, спустя 80 лет после Второй мировой войны, в Европе сразу в нескольких странах решили, что миллионы зверски умерщвленных узников концлагерей — это «советская пропаганда». И принялись заново пересчитывать черепа и кости превращенных в прах людей.
«Заводит в пропасть»
— Это не случайность, а намеренная, целенаправленная политика, — считает независимый польский журналист Мачей Вишневский. — Ее цель — принизить роль Советского Союза и красноармейцев в спасении жизней миллионов заключенных. Все идет к тому, что по итогу жителям Европы скажут: не было там никаких газовых камер, крематориев, колючей проволоки под током, да и народу-то в данных лагерях толком не содержалось. Если обратить внимание, цифры уменьшают каждые несколько лет, и это началось с 1991 года — при существовании СССР никому на Западе оно и в голову не приходило. Снижают резко — в полтора, два, три раза, и оправдания одни и те же — нет документов. А какие могут быть документы, если ежедневно велось тотальное убийство целых наций? С 1944 года немцы на контролируемой ими территории уже повсюду массово выкапывали и сжигали тела мертвых заключенных, чтобы не оставить следов, последовательно тоннами уничтожали документы о любой деятельности внутри концлагерей. Ссылаться, что в уцелевших нацистских архивах подтверждено только определенное количество убитых узников, а советские данные о жертвах завышены, — глупо. Как и в принципе попытка доказать, что гибель миллионов в концлагерях Третьего рейха придумана СССР. Такие вещи могут завести в пропасть, это закончится очень плохо.
100 килограммов мыла из трупов
В музее на месте концлагеря СС Штуттгоф недалеко от Гданьска, казалось бы, все соблюдено. Там даже есть отдельная комната, посвященная освобождению Штуттгофа Красной армией (в других концлагерях в Польше я такого не видел). Долгое время цифру в 65 000 погибших никто не оспаривал — почти все документы эсэсовской администрации сохранились, редкая удача. Но и тут начались обсуждения, мол, реальная цифра 63 000, скорее всего, жертв было «чуточку» меньше. Казалось бы, что такое 2 тысячи? Но и здесь — меньше, а не больше.
Омерзительная история военврача СС Рудольфа Шпаннера, варившего мыло из человеческого жира в Данциге и использовавшего как сырье для своей чудовищной продукции трупы узников Штуттгофа (брусок именно этого мыла был продемонстрирован советским обвинением на Нюрнбергском процессе), тоже «облегчена» в угоду времени. Теперь историки Польши (да и Германии заодно) утверждают: промышленное производство мыла из мертвых людей в Третьем рейхе не состоялось, и профессором было сделано «всего-то» 100 килограммов его отвратительного товара. «И что, это как-то меняет взгляд на ситуацию? — спрашиваю я работника музея Штуттгоф. — Даже если и так, то сам факт варки мыла из тел замученных нацистами жертв — военное преступление». Мне предсказуемо говорят, что не уполномочены отвечать на такие вопросы. Отдельно упоминается, что военврач Шпаннер после 9 мая 1945 года не был привлечен к ответственности за свои действия, а значит, и криминала в его поступках не имеется. Довольно прозрачный намек — дескать, СССР опять создал из мухи слона, ведь ничего страшного в варке мыла из людей нет. Обычное дело, ага.
Убогое и дешевое вранье
По последним вычислениям европейских историков, в концлагере Майданек якобы погибло 78 000 человек, а не 360 000, как сообщалось на Нюрнбергском процессе. Латвийские политики пошли еще дальше — они снизили количество жертв Саласпилса со 100 000 до… 2000. Однако убогое и дешевое желание досадить России, показать, что Красная армия спасла меньше жизней, чем заявлено в Нюрнберге, а «фабрики смерти» не ликвидировали людей миллионами, может выйти таким «умникам» боком. Ведь именно на них начнут ссылаться и другие, откровенно безумные ревизионисты, отрицающие Холокост. Что ж, скажут они, указывая на историков из Польши, ФРГ и Латвии, значит, нам лгут, евреев на самом деле погибло не так много, цифры завышены большевиками? Да и 6 000 000 поляков, лишенных жизни Гитлером, тоже тогда под вопросом — было ли их шесть, а может, три или даже два?
Конкретно такое вранье и служит пищей для выдумок, что в лагерях якобы не было газовых камер, а узники получали зарплату (!) за свою работу. Сегодня Саласпилс, где погибли тысячи детей, объявили едва ли не курортом с пляжами, а завтра таковым назовут Освенцим. Вы полагаете, подобного бреда не может быть? Напрасно. Если уже сейчас врут напропалую, что сможет помешать врать дальше?
КОНЦЛАГЕРЬ ЗАКСЕНХАУЗЕН, ГЕРМАНИЯ
В некоторых местах Заксенхаузена, где в 1936–1945 годах погибло 100 000 человек, сделали красивые современные инсталляции из стекла, восстановили сожженные бараки. Вот только не делает ли эта гламурная реновация нацизм менее жутким?
До бывшего концлагеря Заксенхаузен ехать из Берлина на электричке лишь 40 минут. Сначала проходишь через магазин с книгами (можно взять аудиогид), затем идешь вдоль стены. Справа — дома, где раньше жили офицеры СС вместе со своими семьями, сейчас там размещена полиция ФРГ. После стены поворот налево, и открывается вид на ворота Заксенхаузена со стандартными уже буквами Arbeit macht frei («Труд делает свободным»). Концлагерь существовал с 1936 по 1945 год, через него прошли 200 000 человек — 100 000 из них, по приблизительным подсчетам, были замучены, казнены и задушены в газовой камере. 30 000 жертв — граждане СССР.
Заксенхаузен построен в виде треугольника, в его центре — высокая каменная стела плюс скульптурная композиция: советский солдат раскрывает плащ, заботясь о двух истощенных узниках. У подножия лежат живые цветы. Это первый — и, пожалуй, единственный памятник, символизирующий благодарность освободителям из Красной армии, который я увидел в бывших нацистских концлагерях. Ни в Равенсбрюке, ни в Майданеке, ни в Освенциме, ни в Гросс-Розене подобных монументов в природе не существует. Как, собственно, и благодарности.
Памятник очень смущает?
Мемориальный комплекс построен в 1961 году и находился под патронажем министерства культуры ГДР. Его были обязаны посетить все школьники Восточной Германии. Кроме памятника освободителям Заксенхаузена, имеются разноцветные витражи в административном здании близ главных ворот — советский воин держит на руках ребенка, стоя в окружении бывших узников концлагеря. Вот тут, в отличие от Равенсбрюка и Освенцима, вряд ли кто-то задастся вопросом — чьи же войска изгнали охрану СС 22 апреля 1945 года? Скульптуры и витражи дают понять это ясно и четко.
В Заксенхаузене в разное время содержались сын Сталина Яков Джугашвили (погиб 14 апреля 1943 года), генерал Дмитрий Карбышев (замучен в другом лагере, Маутхаузен, 18 февраля 1945 года) и летчик-герой Михаил Девятаев, угнавший бомбардировщик «Хейнкель» и перелетевший к своим. Вполне вероятно, памятник красноармейцам очень смущает правительство ФРГ, поскольку в Заксенхаузене полно указателей на выставку в зоне «спецлагеря НКВД № 7», где после войны содержались эсэсовцы, полицейские и функционеры НСДАП. Об этой дурацкой попытке внушить посетителям мнение, что «коммунисты не лучше нацистов», я расскажу чуть позже.
Елочка на месте виселицы
Честно говоря, в Заксенхаузене я серьезно задумался. Больничный барак («ревир»), наводивший ужас на посетителей гэдээровских времен разделочными столами для тел, сейчас переоборудован в соответствии с модой времени: стеклянный пол и красивые инсталляции с фотографиями. Да, столы еще на месте, вот только выглядит все не так чудовищно. В другом бараке, столь же элегантно оформленном, установлена отлично отреставрированная виселица. С виселицей, кстати, связан издевательский обычай: она стояла на центральной площади, аппельплаце, и никогда не пустовала. Убирали лишь на один день, на Рождество — и на ее место ставили наряженную рождественскую елку для охранников СС, с шариками и снежинками.
В целом, нацистский концлагерь с хорошо отремонтированными зданиями напоминает миленький городской парк для прогулок. Хорошо хоть, что добрые семейства с закусками на пикнике в траве не расположились. Разумеется, я могу быть неправ в своих личных ощущениях, но мне кажется, что с современными инсталляциями и модной красотой несколько переборщили. Такие вещи размывают тьму кошмара лагеря СС, убирают чувство горя и безысходности.
В 1992 году неонацисты подожгли здесь бараки, где содержали евреев (№ 38 и № 39): здания изрядно обгорели — их восстановили только в 1997 году, отреставрировав. Нужно ли было привести эти объекты в нормальный вид? Да, вне сомнений. Ну и как же тогда следует поступить? К моему сожалению, однозначного ответа у меня нет.
Игрушка про крематорий
С Заксенхаузеном связан инцидент, хорошо характеризующий современную Европу и США. В 2015 году одному из подразделений компании «Гугл» пришлось извиняться за включение территории концлагеря в игру для мобильных телефонов «Ингресс» («Проникновение»). По сюжету две фракции игроков должны сразиться за обладание Заксенхаузеном. Родственники погибших в лагере людей массово возмутились, и локацию из игры убрали. Тем не менее это знаковый показатель — о 100 000 погибших в концлагере общество уже давно не вспоминает, ему главное — в увлекательную игрушку поиграть.
Но, с другой стороны, отмечу — пусть «фабрику смерти» (на мой взгляд) чрезмерно окультурили и облагородили, ужаса там по-прежнему хватает. Сохранилась трасса для испытаний обуви, где узников заставляли разнашивать новые сапоги для офицеров СС, чтобы те не стерли ноги. Заключенных гоняли туда-обратно по 40 километров в день, с 1944 года для «усадки обуви» им приходилось таскать на себе мешки по 15 килограммов. Даже самые стойкие за месяц стирали ступни в мясо. После этого людей отправляли в больничный барак, а оттуда было два выхода — либо попасть под медицинские эксперименты (врачи СС проводили их ежедневно), либо отправиться в «Станцию Ц» — помещение, где совершались казни. С комнатами, оборудованными «глазками» для стрельбы в затылок, газовой камерой, а также печами крематория (руины пока еще доступны для осмотра). Неподалеку находился тир: охрана СС упражнялась в стрельбе по живым людям, совершившим «провинности». Какие? Зашел в другой барак, не выполнил приказ, не так посмотрел.
Убить как можно больше
Исследователи признают, что установить точное число жертв концлагеря невозможно. С 1943 года узников нередко привозили, не регистрируя, сразу же отсылая на «Станцию Ц», и через час-полтора умерщвляли. Заксенхаузен считался высшей школой для надзирателей — именно там тренировали персонал СС для других концлагерей, тут они учились профессионально мучить и убивать. У заключенного было негусто шансов выжить.
Рядом с лагерем функционировал завод, производивший кирпич для строек Берлина. Узников, что по состоянию здоровья не могли работать, эсэсовцы заставляли стоять с утра до вечера по стойке «смирно». Зачастую через пару часов изможденный человек падал, и его пристреливали. Делалось это для того, чтобы люди не отказывались от работы. Нередко их труд являлся бессмысленным: охрана приказывала без конца ровнять дороги внутри концлагеря и красить стены. Задача у руководства Заксенхаузена была одна — быстрее убить как можно больше людей, и коменданты прекрасно с ней справлялись.
…Сейчас вокруг памятника, установленного при ГДР, ведутся «политкорректные» дискуссии: как так вышло, изображены лишь коммунисты-заключенные с красным треугольником («винкелем») на лагерной робе! А где же секс-меньшинства, религиозные сектанты, социал-демократы? Скажу одно: главное, что этот монумент на своем месте. И никто не предположит, что Заксенхаузен освободили американцы. Ибо всем предельно ясно — работу «фабрики смерти» остановил советский солдат.
«МУЗЕЙ ЗВЕРСТВ НАД ЭСЭСОВЦАМИ»
В бывших нацистских лагерях начали появляться выставки «жертв тоталитаризма Сталина». К ним уже причисляют и бывших офицеров СС.
Как я уже писал выше, Заксенхаузен — стандартный нацистский концлагерь с обычным изуверским набором Третьего рейха — чугунными воротами с надписью Arbeit macht frei («Труд делает свободным»), газовой камерой, крематорием и пулеметными вышками. Он был создан в 1936 году, и за девять лет там убили 100 000 человек — в том числе и сына Сталина, старшего лейтенанта РККА Якова Джугашвили.
Правда, есть одна вещь, что отличает его от прочих мест с вышками СС и колючей проволокой. В северной части Заксенхаузена профессионально обустроен музей… советского «спецлагеря № 7», существовавшего тут с 1945 по 1950 год. Целое здание посвящено обширной выставке на эту тему, а в книжном магазине при главном входе продаются книги про ГУЛАГ. Все это, похоже, работает лишь на одну «повесточку», заданную в Европе довольно давно, — жителям стран ЕС следует усиленно доказывать, что советские лагеря были абсолютно такие же, как нацистские. А может, даже и хуже.