Стемнело. Пора была выпускать Григора, и я отправилась в прачечную. Пока несла ведро к порогу, дух летел рядом.

— Снаружи у дома лежит туша сонара. Мне нужно выяснить, есть ли от него какая-то польза и стоит ли волочь его на ярмарку? Можешь помочь?

Крисп согласно кивнул и отправился на ночную прогулку, а я — отдыхать. В записях Йоланды я решила покопаться завтра.

Ульдрахор явился, едва одолел сон. Как обычно, загадочный в очередном красивом одеянии, которое ему ужасно шло. Волосы на этот раз он собрал в высокий хвост и украсил драгоценными мужскими заколками. Для беседы он выбрал то самое место в пустоши, где я победила червя. Даже туша, истекающая черной жижей, лежала на прежнем месте, словно охотники ее и не думали забрать.

— Поздравляю! Ты блестяще справилась с вермихтоном. — Ульдрахор изобразил аплодисменты.

— А я думала, что это сонар.

— Сонары поменьше и не такие опасные, — заметил проклятый дракон.

— Значит, могу собой гордиться еще больше.

— Можешь. Преклоняюсь перед твоей смелостью и находчивостью, Ада. Знаю, что раньше ты не занималась охотой на подобных тварей. Так что преклоняюсь вдвойне.

— Все-то тебе известно! — проворчала я, глядя в сторону.

Ульдрахор, поклонился, словно принимая комплимент.

— Нет, правда! Ты не испугалась и не запаниковала. Ты проявила смекалку и вышла победительницей из сложной ситуации, — продолжил расхваливать меня он. — Ты смелая и решительная. Я еще раз убедился, что мы отлично подходим друг другу. Представляешь, на что мы будем способны, объединив усилия?

Я покачала головой.

— Меня хвалит сам Ульдрахор! Подумать только!

— Ты однозначно молодец. Но был второй способ, который ты проигнорировала, а ведь он мог сэкономить массу усилия, — продолжил проклятый дракон, пропустив мимо ушей мой скепсис.

— Только не говори, что нужно было просто ему приказать, — ответила я с иронией.

— В точку! Да ты ж моя умница! — искренне обрадовался мой собеседник.

А я уставилась на него, скрипнув зубами.

— Издеваешься? Обесценил все мои усилия и веселишься, да? — Лицо проклятого стало таким подозрительно довольным, что меня осенило: — А не ты ли его туда и отправил?

Загадочная улыбка Ульдрахора стала шире, подтверждением моей правоты и не на шутку меня напугала.

Он уже пытался меня соблазнить, предлагал дружбу, прельщал властью и могуществом… А сто, если теперь решит натравить вот таких вермихтонов, или кого-нибудь похуже на деревню, чтобы заставить меня снова воспользоваться магией Бездны?

— Признаюсь, я думал о таком варианте, — подтвердил Ульдрахор мою догадку, выдав, что читает мои мысли.

— Не смей! — прошипела я, бросившись к нему. — Не смей впутывать в это кого-то еще, понял?

Я ткнула ему в грудь указательным пальцем. Миг, и мое запястье оказалось в его кулаке, а я сама — прижата спиной к крепкому мужскому телу. Черные волосы пощекотали мне шею и ухо, когда Ульдрахор наклонился ниже, обдав приятным мужским ароматом с легкой горчинкой.

— Ты забыла, с кем говоришь, девочка? Я сделаю все, что потребуется, чтобы добиться своей цели, ясно?

— Делай. Но как-нибудь без меня! — ответила я, высвободившись резким движением.

Впрочем, Ульдрахор больше меня и не держал. Он лишь снова загадочно улыбнулся и заметил.

— И что же ты предпримешь? Как планируешь меня остановить?

Тут уже и я не удержалась от хищной улыбки и заявила:

— Просто вернусь к своему жениху и расскажу о тебе. Клык Ульдрахора станет палачом для нас обоих. Погибну я, и конец твоим планам, верно? И не смей мне больше угрожать. Мне все равно уже нечего терять!

— А ты меня не разочаровала, Ада. Крепкий орешек! Почти как моя Веноксис…

— Не могу сказать, что мне льстит подобное сравнение, — пробормотала я.

— Это, потому что ты совсем ее не знаешь! Никто ее не знает…

— Веноксис несет болезни, тлен и разложение. В том числе моральное. Вот что мне о ней известно.

— Она была целительницей! — рявкнул Ульдрахор и добавил неожиданно надтреснутым и тихим голосом: — Очень хорошей…

Он уставился куда-то в сторону, словно пряча от меня взгляд.

— М-м, — протянула я глубокомысленно, изображая понимание, и не удержалась: — И что же заставило очень хорошую целительницу поклониться Бездне?

— Я, — жестко ответил проклятый и… исчез.

Когда я проснулась, за окном уже рассвело.

«Горазда же ты поспать, Ада!» — укорил Рыжик.

Лисенок сидел у меня в ногах и чистил шерстку.

— Неужели проголодался? — поддела его я поднимаясь.

«А ты думала, что я еще дня три есть не буду?»

— Надеялась, — ответила я мстительно. — А то запасов на зиму во всей деревне не хватит, чтобы прокормить такого обжору.

«А вот это было обидно!» — возмутился лисенок.

Я примирительно потрепала его по голове и отправилась в ванную. Ночной разговор с Ульдрахором оставил у меня двойственное впечатление. Было чувство, что он впустил меня туда, куда не никогда и никого не впускал…

— Какое доверие! — пробормотала я вполголоса, не слишком-то обольщаясь.

«Какие у нас планы на день?» — поинтересовался Рыжик, сунув мордочку в двери.

— Будем отдыхать, — решила я, ощущая острую необходимость в покое.

«А чего так?»

— Нужна передышка после вчерашнего. Не каждый раз я с вермихтонами сражаюсь.

Умывшись, переоделась и вышла на террасу. Вот только не обнаружила Григора в его ведре.

«И где эта зеленая рожа?» — спросил Рыжик, сунув нос в воду.

— Наверное, решил проверить работу абграндов. Надеюсь, с ним все хорошо…

Дух заверял, что это безопасно, но я все равно разволновалась.

«Да вернется он. Не переживай! — легкомысленно успокаивал меня лисенок. — Идем лучше завтракать, а?»

Мы отправились на кухню. Себе я соорудила вкусный бутерброд из ломтя холодного мяса, хлеба, сыра и овощей, а рыжику выдала вареную курочку в диетической дозе.

— И это все? — разочарованно уставился в миску он.

— Да. И никаких тебе пирожков и булочек, понял? А то растолстеешь и будешь как шарик с двумя веревочками, — намекнула я на его хвосты.

«Почему с веревочками-то?»

— Шерсть облезет, — припечатала я, сдерживая улыбку.

«Понял я, понял! Давай без ужасных подробностей…» — боязливо отозвался лисенок, принимаясь за курочку.

— Надо бы сходить к Малле, что-то ее вечером на собрании не было. А заодно проведать Алишу, Родима и Барни.

Покончив с завтраком, первым делом мы отправились в гости к колдунье. Правда, обнаружили ее куда раньше. Малла стояла перед тушей червя.

— М-да… Невидаль какая! — протянула она вместо приветствия. — И как ты ее уморить умудрилась?

— Если честно, случайно. Бросила заряженным накопителем в одну из черных скал, а та, как рванет! Червяку голову и разнесло вдребезги, — изложила я короткую версию событий. — Как считаешь, можно ли это кому-то продать?

— Ума не приложу, — засомневалась колдунья, а я приуныла.

Оптимизм охотников вчера оказался таким заразительным, что я хоть и не планировала изначально червяка продавать, но как-то успела размечтаться о большой прибыли. Не для себя, конечно же. Для всей деревни.

— Малла, я тебя вчера не видела здесь, когда все мой трофей обсуждали.

— Ну не видела, так и что?

— Волновалась.

— Да чего волноваться-то? Спала я. Притомилась за Барни ходить двое суток, вот и сморило. Чай не девочка уже. — Колдунья настороженно принюхалась. — Только бы не завонялся червь этот до ярмарки, а то нас и в город с ним не пустят, — выразила она всеобщие опасения.

Мы, не спеша, зашагали к ее дому.

— Какие планы? — поинтересовалась я. — Готова помогать прямо сейчас, если что.

— А ты бегать не пойдешь?

— Вчера набегалась. — Я невольно покосилась на тушу.

— Жаль… — протянула Малла, наблюдая за лисенком, который гонялся за бабочкой.

Маленькие крылышки трепетали, стараясь поднять его повыше, но два пушистых хвоста тянули вниз.

— Почему? — уточнила я.

— Думала, луносвета мне принесешь, если вызрел. А я пока травы буду сортировать, да зелья варить. Но видимо, придется самой идти.

— Не надо. Схожу, если нужно! Там уже много вызревших веток.

Малла обрадовалась и принялась учить меня, как правильно их срезать, да какие слова при этом приговаривать, и мы с лисенком отправились собирать луносвет. Я хоть и не особенно верила в силу заговоров деревенской колдуньи, но сделала, как она учила. Хуже уж точно от этого не будет.

На обратном пути мы остановились у озерка с криспами, и с помощью Рыжика разговор вышел продуктивным. Духи рассказали, что заметили ночью отряд, который скрытно прошел мимо их болотца и свернул на запад, не заходя в деревню. Десять человек шли так свободно, будто ничего не опасались.

Меня встревожила такая новость. Стало даже как-то неприятно.

— А среди них были женщины? — уточнила я.

Внимательно выслушав мычание криспов, лисенок перевел:

«Они не могут сказать. Все в отряде были одеты одинаково и использовали магическую маскировку. Один из криспов было сунулся к ним из любопытства, так в него запустили каким-то заклинанием. С тех пор он совсем не в себе. Они переживают, что скоро развеется».

— Спасибо за информацию, — поблагодарила я духов. — Я очень это ценю. Не знаете, я как-то могу помочь вашему товарищу?

К сожалению, криспы не знали, что можно сделать, а мне в голову пришла всего одна идея.

— Рыжик, у меня для тебя поручение, — сказала я, когда мы отнесли луносвет Малле и вернулись домой.

«Какое?»

— Сбегай-ка снова к болотцу. Отнеси криспам заряженный абгранд. Может, получится помочь пострадавшему с его помощью. Сходишь?

«Схожу, конечно! Ты сама говорила, что бегать полезно, чтобы съеденные вчера булочки растряслись получше. Хотя я не чувствую, что там еще осталось чему трястись», — добавил он ворчливо.

Завернув заряженный осколок абгранда в чистую тряпочку, я вручила его Рыжику, а сама вернулась к Малле. До самого вечера мы делали амулеты и варили снадобья из лекарственных трав, прервавшись, только чтобы пообедать да навестить выздоравливающих.

В каждом доме, куда мы заглядывали, шла подготовка к ярмарке — выезжать планировали завтра поутру. А кто сам не ехал, норовил хоть что-то да отправить на продажу и накопители передать на подзарядку.

Вечером я вернулась к себе и тоже начала готовиться. Разложила абгранды на две кучки: в одну пустые, в другую заряженные. И еще в одну — немного для собственных нужд.

«Теплышки не забыла?» — напомнил лисенок, которого я решила оставить дома на хозяйстве.

— Не забыла. Иди сюда. Поменяю тебе те, что в ошейнике, на свежие. Мало ли что может случиться. Вдруг задержусь…

Сердце екнуло от какого-то предчувствия, но я не обратила внимания. Бояться и правда стоило, ведь меня могли искать куда тщательнее, чем я полагала. Что будет, если изменений внешности, которые сделал Ульдрахор, окажется недостаточно?

Я не могла решить, как относиться к дарам проклятого дракона. С одной стороны, я по-прежнему не желала иметь с ним и с магией Бездны хоть что-то общее. А с другой — без его помощи, я не смогла бы спасти ребятишек. Да и вряд ли рискнула бы нос высунуть из Заячьей Губы вовсе.

Этой ночью Ульдрахор меня не побеспокоил, и я проснулась совсем рано. Стараясь не потревожить спящего Рыжика, первым делом побежала проверять, вернулся ли крисп, и радостно взвизгнула, увидев в ведре его зеленую морду.

— Григор! Ты вернулся! Как я рада!

Крисп всем видом показывал, что ему очень приятно.

— Так понимаю, наш эксперимент удался?

Дух согласно закивал. Он пытался еще что-то мне сказать, но без нашего пушистого переводчика, я не до конца его понимала.

— Похоже, нам придется разбудить Рыжика, — пробормотала я. — Уж очень хочется узнать подробности.

Пользуясь тем, что в доме еще царили утренние сумерки, крисп выпорхнул из ведра и полетел наверх, откуда почти сразу же донеслось сонное ворчание: «И чего вам не спится-то в такую рань?»

Когда я вернулась в спальню, Рыжик потянулся и сладко зевнул, сведя ушки на макушке и издав забавный писк, а затем сел и внимательно уставился на Григора.

«Он говорит, что с помощью абграндов может спокойно удаляться от того болота, не испытывая никакого дискомфорта. Он даже нарочно провел вчерашний день на самой дальней точке».

— М-м! М! — согласно кивал крисп, подтверждая сказанное.

— А что насчет заряда. Его хватает?

«С лихвой! Еще на пятьдесят ночевок, а то и больше!»

— Так много?! — не поверила я собственным ушам.

Емкость абграндов превзошла все мои ожидания. Как же теперь расширятся наши возможности!

«Да! Расход магии совсем незначительный», — передал мне Рыжик слова духа.

— Это очень хорошо! Жаль, мы не предложили и другим криспам повторить эксперимент.

Лицо Григора неожиданно приобрело виноватое выражение.

«Так-так! А ну, признавайся!» — тут же напал на него лисенок.

Выслушав смущенное мычание, он возмущенно фыркнул.

— Ну же! Расскажите и мне, а? Григор, что ты натворил?

«Представляешь, Ада! Он взял с собой товарища, а разрешения у тебя не спросил!»

Я внимательно уставилась на духа, и тот кивнул, приняв еще более виноватый вид.

— М-м, м!

«Он говорит, что друг не захотел отпускать его одного, но не волнуйся, оба вернулись в целости, сохранности и остались в восторге от этого путешествия».

— Вот оно как! Ну… Вы все же давно взрослые, и сами принимаете решения. Я не могу вам тут указывать.

Григор приободрился и кивнул, а потом вопросительно замычал.

«Он спрашивает, можно ли остальным повторить их маршрут? Болото взбудоражено. Духи засиделись на одном месте, а тут такая возможность развеяться появилась».

— Я не против. Но, пожалуйста, пусть соблюдают осторожность. Не хочу, чтобы кто-то прилетел на дальнюю точку и обнаружил, что обратно не успевает, а абгранд разрядился.

Григор от радости исполнил несколько сложных кульбитов под потолком.

— Кстати! — вспомнила я. — Не знаешь, помог ли переданный мною вчера накопитель криспу, что пострадал от заклинания магов?

«Помог! Все с ним хорошо!» — сообщил Рыжик, выслушав ответ.

— Волшебные камни! — выдохнула я с удовлетворением. — Ну раз эксперимент признан успешным, давай подумаем, как мне прихватить тебя с собой на ярмарку?

— М-м? — Лицо Григора удивленно вытянулось.

— Да! Мы отправляемся в Хьюборг уже этим утром. Ты со мной?

— М! М-м! — Крисп преисполнился энтузиазма.

«И я тоже хочу!» — жалобно заявил Рыжик, уставившись на меня грустными глазами.

Я задумалась. Лисенок мог привлечь ненужное внимание. Слишком уж он необычный.

— Рыжик, признайся, есть шансы наткнуться на того, кто тебя таким сделал?

Мне понравилось, что он не торопился отвечать. Только понурился сильнее.

«Ты права. Мне опасно показываться в Хьюборге», — наконец ответил он.

— Не грусти, маленький. Мы обязательно с тобой куда-нибудь сходим, а пока ты очень нужен мне здесь. Присмотришь за домом, за местными и особенно за детками. Понапрасну только не рискуй, но примечай, что происходит. Заодно проверь, куда направлялся отряд, который видели прошлой ночью криспы, если получится. Запомни их запахи, ладно?

Осознав, сколько всего полезного предстоит сделать, лисенок приободрился, и мы отправились на кухню. Григора я прихватила с нами, чтобы за завтраком обсудить предстоящую поездку.

— Боюсь, с ведром слишком много возни. Оно может опрокинуться, или кто-то случайно воду выплеснет. Да и не хочу я, чтобы кто-то знал, что я везу тебя с собой. Нужно срочно придумать, как решить эту проблему. Есть идеи?

Григор и Рыжик принялись совещаться.

«Он поместится в бутылку или фляжку с водой», — передал мне слова криспа Рыжик.

— Правда? Отлично! Кину туда абгранд на всякий случай, а по ночам буду тебя выпускать на прогулку.

«Идеально!» — перевел реакцию Григора лисенок.

— По пути я оставлю абгранды у всех водоемов, чтобы ты и твои друзья могли по ним добраться до Хьюборга и вернуться в любой момент, если понадобится. Григор, ты сможешь отыскать эти камни, не зная, где они точно расположены?

— М! — Уверенно кивнул дух.

«Абгранды для криспов светятся, будто маяки. Григор без труда нашел те, что ты оставила для эксперимента».

— Это очень хорошо! — подытожила я, радуясь, что моя задумка удалась. — Вернемся с ярмарки, раскидаем абгранды вокруг деревни со всех сторон, чтобы криспы могли помогать в поисках пропавших жителей, скотины и оповещать деревенских о подозрительных личностях. Ну или просто прогуливаться.

Григору моя идея очень понравилась, и мы сошлись на том, что так криспы и люди смогут подружиться и даже приносить пользу друг другу.

Позавтракав, я убрала со стола и перепроверила собранные вещи. Кроме абграндов, в моем рюкзаке был комплект сменного белья и небольшой запас провианта. Проверив перед выходом фляжку, я выругалась. В ней так и осталась черная кровь вермихтона.

— Вот был бы номер, если бы я ее хлебнула!

К счастью, запах был довольно специфический, чтобы вовремя заметить, что здесь что-то не так. Фляжку я заменила, а эту оставила дома. Может, зря я ее испортила? Отмыть уже вряд ли получится.

Еще раз проверив накопители в ошейнике у Рыжика, удостоверилась, что все заряжены под завязку, и расцеловала лисенка в мокрый нос на прощание. Затем Григор забрался во фляжку, а Рыжик подтвердил, что ему там удобно.

«Ты можешь из нее даже пить, ничего не опасаясь», — заявил Рыжик.

— Ну нет! — скривилась я.

«Я же пил из его ведра, и ничего», — привел убойный аргумент лисенок и добавил: — Григор говорит, что это его бесит, но тебе он разрешает. Только всю воду не выпивай».

— Не стану я пить. Я с собой еще одну фляжку взяла, — успокоила их я.

Благо в запасах Йоланды их было прилично. Видимо, к фляжкам прежняя хозяйка дома относилась, как к расходному материалу, вроде тех же колб и пузырьков.

Едва мы закончили с важными приготовлениями, как снаружи прокричали:

— Сейрина Ада, пора! Вы едете?