Я села, очумело глядя по сторонам и все еще не веря, что удалось вырваться из наведенного сна. Сердце колотилось, а глаза щипало, словно от соли.

«Прости. Не хотел сделать тебе больно, но ты так металась и никак не желала просыпаться…»

Рыжик виновато лизнул мою руку, на которой отпечатался отчетливый след его зубов. Оказывается, это не я себя укусила, а он цапнул, желая помочь.

Погладила лисенка по шелковистой шерстке.

— Спасибо тебе, маленький. Ты все правильно сделал…

Спустив ноги на пол, зябко поежилась. Промокшая от пота ночная рубаха противно холодила спину, и что-то странное происходило с моими глазами. Прихватив сухие вещи, я направилась в ванную, где долго и тщательно умывалась, смывая липкие остатки сна. Прохладная вода принесла облегчение, но когда я посмотрела в зеркало, то оторопела.

Мои зрачки потемнели до чайно-карего цвета, а волосы посветлели и приобрели легкий пепельный оттенок. Черты лица едва заметно заострились, придав облику неприсущую ранее жесткость. Вроде и не такая уж большая разница с тем, что было, но я стала выглядеть совершенно иначе и как будто старше на несколько лет.

Изменение было минимальным, но напугало меня больше всех прочих. Я отчетливо видела сходство с незнакомцем из сна!

— Ушедшие боги!..

Как я это объясню Малле и остальным, кто меня видел?

Кошмар наяву, в который я попала, никак не желал заканчиваться!

Захотелось забраться обратно в постель, свернуться калачиком и забыться. Спать-спать-спать до тех пор, пока все не вернется на круги своя. Чтобы проснуться и узнать, что мы по-прежнему уединенно живем вместе с папой. Что ни о какой помолвке с Темным Защитником не идет и речи. И никакого приглашения на этот проклятый бал я не получала. И Коготь Ульдрахора в глаза не видела!

Кстати, о нем я и думать забыла, а ведь он так и валяется в холле! Нужно его все-таки прибрать.

Тяжко вздохнув, потопала вниз в сопровождении Рыжика.

Коготь так и лежал на прежнем месте — на полу возле дивана.

Ценнейший артефакт! Символ власти королевского рода Эстелар — доказательство его могущества. Трофей победителей. Но я, кроме брезгливости, ничего к нему не испытывала.

«Что это за штуковина?» — поинтересовался лисенок, с опаской разглядывая Коготь.

— Артефакт, — ответила я, настороженно разглядывая черный обломок.

Он манил, вызывая желание взять в руки. И неспроста! Ульдрахор мечтает завершить начатое, о чем и сообщил мне прямо. Неизвестно, что будет, если я к нему прикоснусь снова.

Торопливо накрыла обломок когтя краем чехла для мебели. Полегчало.

Может, потихому вышвырнуть эту дрянь в болото, где обитают криспы, да и дело с концом?

Решив посоветоваться с Григором на этот счет, занесла ведро с террасы в дом.

— М! — выглянула оттуда зеленая морда.

— Григор, мне очень нужен твой совет.

— М? — На жутковатой роже отразилось крайнее внимание.

— Это Коготь Ульдрахора, и я не знаю, как с ним поступить?

Я откинула чехол, демонстрируя ему артефакт. Крисп приподнялся над краем ведра, разглядывая его, и на его призрачном лице появилось изумленное выражение.

— М? М? М!

«Он спрашивает, где ты это взяла?» — тут же перевел лисенок.

Вздохнув, я призналась:

— Меня обманом вынудили выкрасть его из королевского дворца. С помощью Когтя герцог Морвеналь провел ритуал призыва Ульдрахора, после чего у меня и появились печати Бездны. Вот… Подумываю утопить его в вашем болотце. Глубоко там, не знаешь?

Крисп отрицательно замотал головой и замычал.

Григор говорит, ни в коем случае нельзя этого делать! — расшифровал Рыжик. — Очень плохие будут последствия. Тебе стоит вернуть Коготь Ульдрахора королю, как только предоставится такая возможность. А выбрасывать его никуда не вздумай! Попав не в те руки, он может принести большую беду!”

— Так я и думала... — Вздохнула огорченно. — Ладно, тогда я на пробежку. Не будем отступать от традиций. Может, и придет в голову какая-то светлая мысль. — Я направилась к выходу, когда вспомнила: — Кстати! Григор, получилось найти какие-нибудь следы чужачки?

Крисп понурился.

— М… М.

«Ничего он не обнаружил, хоть и облетел всю округу. Заглянул во все пещеры и расщелины, до которых смог дотянуться. Прочесал лес на полдня пути во все стороны и едва успел в свое ведро с первыми лучами солнца. Прости, Ада», — перевел лисенок.

— Спасибо за то, что так ответственно подошел к вопросу, Григор. Рыжик, тогда дело за тобой. Незнакомка шастала по деревне вчера днем. Она должна была оставить хоть какие-то следы. Попробуй их найти.

«Откуда лучше начать?» — деловито осведомился лисенок.

— Сгоняй сначала к большому камню на том конце деревни. Мы доподлинно знаем, что чужачка там была. Надеюсь, получится что-нибудь унюхать?

«А то! Я очень чуткий! Любые оттенки запахов различаю издалека. Особенно курочек. И эту стерву обязательно унюхаю, если она, вообще, пахнет!»

Рыжик рвался продемонстрировать свои умения на фоне неудачи, постигшей Григора. Вот он — дух соперничества.

— Тогда усложню задание: если обнаружишь ее запах, убедись, что она не из местных. А то всякое бывает. Мы с папой Морвеналей тоже друзьями считали, а вон все как повернулось.

— М! М… — привлек внимание крисп.

«У Григора к тебе есть просьба, — сказал Рыжик. — В том болотце много духов хороших людей. Им грустно, что о них все позабыли. Если несложно, загляни к его товарищам и немного поболтай. Достаточно будет и просто пожелать им доброго дня».

Крисп выглядел смущенным, и я улыбнулась. Приятно было знать, что твой новый друг такой заботливый. Это многое говорило о том, каким человеком он был при жизни.

— Хорошо, обязательно поздороваюсь, — пообещала я.

Помня рассказы Маллы и собственные ощущения от взглядов криспов, прихватила амулет из луносвета. Колдунья выдала мне один. Сунув его в карман штанов, отнесла ведро Григора в прачечную. Пусть отдыхает после наполненной заботами ночи. А мы с Рыжиком отправились на улицу.

Выходя из дома, я посетовала, что нечем запереть дверь, но пришлось оставить все как есть. А что делать?

С Рыжиком разошлись, едва спустившись по лестнице. Я отправилась вниз по тропе, а лисенок, прячась за кустами и камнями, в деревню. Пока что ему было небезопасно разгуливать в открытую.

Сделала себе мысленную пометку поговорить с соседями, чтобы его не трогали. А украденных цыплят я возмещу.

Миновав скалу, побежала по тропе, огибающей разбросанные там и сям валуны. Добралась до того самого — приметного и, не останавливаясь, двинула дальше к болотцу. Судя по заверениям Григора, тут было абсолютно безопасно. Да и Малла спокойно собирала травы рядом с ее слов.

Заслышав бульканье и всплески, которые так напугали меня в прошлый раз, на ходу достала амулет из луносвета и надела на шею. Помогло! Лес жил своей жизнью, пели птицы, приветливое солнце путалось в еловых ветках и играло на водной поверхности. И никакой жути!

Тропа не пропала среди топких кочек, как мне тогда показалось. Она круто свернула в сторону, убегая прочь от болота к самому подножью поросшего соснами склона. Я решила проверить, как далеко она ведет.

Пробегая мимо обиталища криспов, как и обещала Григору, громко поздоровалась:

— Доброе утро, соседи!

На миг стало тихо-тихо, а потом раздалось дружное: «М-м!»

Жутковато, конечно! Но, понимая природу этого звука, я совсем не испугалась.

— Григор сказал, что вы тоже желаете со мной пообщаться. Я не против. На обратном пути немного поболтаем. Идет?

«М!» — прозвучало одобрительно.

Я побежала дальше через лес, по пути наткнувшись на заросли луносвета. Наверное, здесь его и собирает Малла?

Поставила мысленную пометку рассказать колдунье о том, что появились новые вызревшие ветви. Их было довольно много, и они отчетливо выделялись на фоне обычных зеленых куп.

По петляющей тропе я забралась примерно на середину склона. Немного там отдохнула и решила возвращаться. А вскоре до меня донеслись приглушенные мужские голоса. Навстречу двигалась группа мужчин из шести человек. Все держали в руках длиннющие рогатины, а за поясом у каждого я разглядела по целых два топора.

Мужчины то исчезали из поля зрения, то появлялись, следуя поворотам тропы. Я остановилась чуть выше по склону, осматриваясь в поисках места, где спрятаться и пересидеть, пока они пройдут мимо. Но тут узнала Ивара и уже без опасений продолжила путь.

— Доброе утро, сэйрина Ада! — радушно поздоровался главный охотник.

Остальные присоединились к нему нестройным хором, с интересом меня разглядывая.

Никого больше из этих мужчин я не знала. Вчера-то мы с Маллой говорили в основном с женщинами. Так что только Ивар как-то странно на меня смотрел.

— Изменилась, да? — опередила я его, тронув себя за щеку, и улыбнулась.

— Есть такое! — обрадовался охотник и дернул себя за короткую прядь волос. — Вчера вы будто иначе выглядели, сейрина…

Ивар чувствовал, что что-то во мне поменялось, но не мог понять, что именно? Папа говорил, что мужчины в таких вещах плохо соображают. Хотя он сам всегда замечал мои новые платья или прическу. Но это и не удивительно, внимание к деталям у кобальтовых в крови.

— Мама мне зелье особое давала, которое внешность улучшает. Уж больно ей хотелось, чтобы я на дракона была похожа. Видимо, его действие закончилось… — Я смущенно улыбнулась.

Надеюсь, простой народ не знает, что такие зелья меняют внешность только у кобальтовых драконов, но никак не у полукровок, и мой обман останется незамеченным.

Главное, чтобы никаких новых изменений не случилось. Не хочу стать женской копией Ульдрахора!

— А-а! — с облегчением протянул Ивар, радуясь, что больше не нужно ломать голову. — То-то думаю, вроде это вы, а вроде и не совсем. Засомневался даже, что морок встретили. Хотя кому, кроме вас, тут быть-то, верно? — Он оглянулся на товарищей и пояснил: — Сейрина магесса по утрам бегает для укрепления здоровья.

— Это правильно! Это хорошо! — одобрительно загудели мужчины, отчего-то смутившись.

А я решила сменить тему:

— Вы же к Трещине направляетесь, да?

Ивар кивнул и пояснил:

— На стирюков охотиться будем.

— На стирюков? — переспросила я. — Впервые слышу.

— Опасные твари и очень ядовитые, — пояснил Ивар.

— И мерзкие! — передернув плечами, брезгливо вставил самый молодой из всех и густо покраснел.

Он был весь какой-то несуразный, и на сурового охотника на чудовищ походил с трудом. Веснушки, нос картошкой, каштановые непослушные волосы, маленький шрамик на лбу. Вроде здоровенный, но притом по-детски пухленький. Усы над верхней губой едва пробивались, и одежда на нем сидела так, словно была с чужого плеча и ему великовата, несмотря на его собственные внушительные габариты.

— Ну… Поосторожнее там. И удачи! — Я окинула мужчин взглядом, и мне показалось, что они как-то слабо подготовлены к охоте на монстров. — А не мало ли у вас оружия против таких тварей? Как их, вообще, победить-то, если они такие опасные? И зачем, вообще, на них охотятся? — пробормотала я, размышляя вслух.

Но Ивар пояснил с улыбкой:

— Так, а на что рогатины-то? Башку стирюку к земле пригвоздишь, а потом топором его! Топором!

— На куски! — с показной кровожадностью вставил все тот же молодой парнишка, словно пытаясь реабилитироваться.

Ивар покосился на него и кивнув, добавил:

— На куски, значит. Потом останется дождаться, пока яд выветрится, и доставай трофеи!

— А какие у этого чудища трофеи? — заинтересовалась я.

— В желудках у стирюков камешки прозрачные, из которых артефакторы недорогие определители ядов делают. Если такой с ядом соприкоснется, сразу темнеет.

— Слышала про такие! — обрадовалась я. — Мой… знакомый ювелир как-то выполнял подобный заказ. Делал кулоны из таких камней.

Я вспомнила, как отец кривился при этом. Работа казалась ему слишком простой и недостойной его мастерства. Но наше материальное положение вынуждало его браться и за такие заказы.

Мужики многозначительно переглянулись. Похоже, словосочетание «знакомый ювелир» произвело на них определенное впечатление. Вряд ли многие в Заячьей Губе могли похвалиться подобными знакомствами.

— Ну… Доброй охоты вам! — Я махнула мужчинам на прощание, и мы разошлись каждый в свою сторону.

На обратном пути я остановилась у болотца с криспами.

— Ну вот я и вернулась!

Тихое «М-м-м…» на разные голоса донеслось в ответ. Под водной поверхностью одна за другой проступали зеленые рожи.

— О чем побеседуем? Только боюсь, односторонняя у нас получится беседа... Ну да ладно. Расскажу вам немного о себе, что ли?

Опасаясь, что разговор могут подслушать посторонние, поведала криспам ту же версию своей краткой биографии, что и деревенским, а потом перешла к глобальным вещам:

— Фьюморном нынче правит Тарион Эстелар, племянник короля Йонгара, который не оставил наследников.

Я рассказала о самых значимых событиях, случившихся в королевстве за последние лет десять. В том числе и о проблемах с безднопоклонниками. Но упоминать о краже Когтя Ульдрахора не стала.

Потом перешла на местные новости:

— Деревенские готовятся к осени и зиме. Скоро ярмарка, повезут на продажу товары, что заготавливали все лето начиная с весны. Я тоже хочу съездить в город. А еще в деревне случилась неприятность — ребятишки заболели. К счастью, мне удалось выяснить, что причиной тому какая-то тварюшка, которая к эфирному телу цепляется и сосет жизненные соки. Вот… Ищем способ с ней разобраться. Кстати, вы, случаем, не замечали странную женщину возле Заячьей Губы? Наверняка жителей-то всех наперечет знаете?

Криспы обеспокоенно замычали на разные лады, выражая возмущение.

— Если что-нибудь подозрительное замечали, сообщите, пожалуйста, Григору. Он все мне передаст. А вы, в свою очередь, можете мне свои вопросы через него задавать. Я по утрам после пробежки буду давать на них ответы.

Звать криспов к себе на постой я не решилась. Малла предупреждала, что с наступлением темноты они в большом количестве могут быть опасными. Да и хватит с меня одного зеленомордого духа. Я едва к нему привыкла.

— Ну, бывайте! — распрощалась я и отправилась к себе.

Как и вчера, устроилась для медитации на террасе позади дома. Вид отсюда открывался просто великолепный! Местные суровые красоты радовали взор. Дул прохладный ветерок, охлаждая разгоряченное после бега лицо...

В транс я провалилась мгновенно.

Взглянув со стороны на собственное эфирное тело, отметила, что никаких изменений с ним не случилось. Печати Бездны оставались на прежних местах, вид их не поменялся, и мне немного полегчало. Ровно до тех пор, пока рядом не появилась знакомая уже фигура — Ульдрахор!

— Опять ты?! — рассердилась я, но из транса не вышла.

Догадалась, что ничего он мне не сможет сделать.

— Я, — согласно кивнул проклятый дракон. — Ну, как тебе мой подарок?

— Если ты про мою внешность, моя мне больше нравилась, — буркнула я вместо благодарности.

— Ты еще оценишь, когда тебя начнут искать по всему Фьюморну.

Его слова меня насторожили.

— С чего ты взял, что меня станут искать?

— Мой коготь нужен многим. И если твой жених достаточно благороден, чтобы не порочить твое имя на всю страну, то твои враги не станут миндальничать.

У меня спина похолодела.

— Мои враги?

— Герцог Морвеналь не отступится от идеи поработить меня, чтобы пользоваться моей силой. Уверен, его люди роют землю, пытаясь вернуть тебя и артефакт. Они уже сожгли твой дом, выставив все так, будто бы вы с отцом безднопоклонники. Слухи об этом стремительно расходятся по стране.

Меня вдруг перестало волновать, что я разговариваю с Ульдрахором — врагом всех драконов и людей Фьюморна.

— Они сожгли мой дом?! — переспросила, впадая в тихое бешенство.

Если это правда, сделаю все, чтобы Морвенали сильно пожалели о том, что связались со мной. Хотя… Я и так это сделаю. Ради отца!

Фигура Ульдрахора покрылась рябью, поплыла. Я оказалась близка к тому, чтобы выпасть из глубокого транса. Нужно было срочно успокоиться.

— Откуда тебе знать, что мой дом сгорел? — уточнила, взяв себя в руки.

— Мне известно все, что знают те, кто поклоняется Бездне. Но ни один из них не приложил к этому руку. Это сделали те, кто ими управляет.

Я пристально посмотрела на Ульдрахора. Из-за того, что концентрацию я так до конца и не вернула, видела только его эфирное тело: мужскую фигуру, сотканную из фиолетовых и черных магических потоков, среди которых ядовито поблескивали зеленью отдельные тонкие нити.

— Зачем ты мне помогаешь? Разве ты не должен быть с ними заодно?

— Ты правда считаешь, что я должен быть заодно с тем, кто желает меня поработить?

Выходит, герцог Морвеналь пошел куда дальше, чем я полагала? Он не просто хотел призвать проклятого дракона, чтобы поклоняться ему и служить. Нет! Он пожелал сделать слугой его самого!

— Вот это у герцога самомнение! — выпалила искренне.

Ульдрахор рассмеялся.

— Тоже так подумал, когда он связал нас с тобой первой печатью.

— И что же теперь делать?

— Выход прост. Мы вместе поставим последнюю печать, завершим ритуал. А после покараем герцога. Как тебе такое?

Мы с Ульдрахором болтали, будто старые приятели. Это было странно и сюрреалистично. Но, похоже, я уже просто устала удивляться.

— Пожалуй, откажусь. Извини, — ответила я.

Улыбка проклятого дракона стала только шире. Учитывая, что видела я лишь астральное тело, выглядело она жутковато. Почти как крисп в ведре, только хуже.

— Может, тогда поделишься со мной собственными планами? Имей в виду, нам нужно как-то разобраться со сложившейся ситуацией.

— Ну… Я собираюсь снять печати, и тогда каждый из нас будет сам по себе. Как тебе такое? — скопировала я интонацию Ульдрахора.

Тот довольно расхохотался.

— Я знал, что просто не будет. Тем интереснее! В последнее время у меня ничего столь интригующего не происходило в жизни. Последние лет так пятьсот, или больше…

— Да уж… — иронично ответила я и вышла из транса.