Выбирался из кокпита Рольф так быстро, будто рядом с машиной стоял чиновник Международной федерации автоспорта с секундомером. Воткнул на место руль, взвесился, дождался, пока маршал выдаст ему чек, и бегом рванул к боксам.

Пот тек под шлемом, заливал глаза. Комбинезон намок и, казалось, весил десятки килограммов. В спешке Рольф не снял гелевые наколенники, защищающие суставы от ударов о кокпит, они перевернулись вовнутрь и терлись друг о друга при каждом движении.

Рольф был уверен, что опоздал, но Билл спокойно заносил в планшет штрих-коды использованных покрышек.

— Ищи себе другого механика на завтра, — процедил он, увидев Рольфа. — Я с тобой работать не буду.

Рольф не ответил на выпад. Во-первых, это не его забота — призывать механиков к порядку должны инженер по стратегии и главный менеджер. Вот пусть Фелипе Мойя и Ли Рейган и потеют. Задача Рольфа — явиться вовремя и в стабильном весе.

— С тобой вообще никто работать не будет, — продолжал Билл. — Парни, чтоб никто его паршивую машину не трогал, поняли?

Особо энтузиазма его призыв не вызвал. Объявить бойкот неугодному гонщику, забить на тонкие настройки его машины было подло, но, как говорится, недоказуемо. А вот саботировать участие одной из двух машин команды в гонке — за такое не просто уволят, выпнут из автоспорта в целом. Механика с такой репутацией в самую захудалую команду картингистов не наймут.

— Это ведь ты, да? — спросил Рольф, открыв визор шлема. — Зачем?

Глупо было делать это так — Билл успеет сбежать. Да зачем сбегать — он просто уйдет из бокса и все. Рольф, что ли, за ним побежит?.. Вернее, он побежит и даже догонит, а дальше что? Да Билл его просто как назойливую муху от себя отбросит, с его ростом под два метра и весом далеко за центнер. А если ударит… шлем, конечно, не расколет, но, получив от Билла полноразмерный хук в живот, Рольф из борьбы точно выпадет. И хорошо, если не на стол к хирургу отправится с разрывом печени или селезенки.

— Что, всем рассказал о твоих делах? — не понял его Билл. — Не было необходимости, парни сами все видели и слышали.

— Не пытайся сделать вид, что не понял, о чем я тебя спрашиваю, — Рольф стянул шлем, снял пропотевшую балаклаву. Как мог, вытер ею лицо и волосы. Увы, негорючая ткань была еще и негигроскопичной, и он только размазал влагу по коже. — Зачем ты покалечил Пио?

Еще секунду назад в боксе царила обычная послеквалификационная суматоха, а теперь все замерли и уставились на Билла и Рольфа.

Билл смерил Рольфа холодным, с отчетливой неприязнью взглядом.

— Ты не только убийца, но еще и трус, — процедил, скрестив руки на груди. — Не хватает смелости признаться в содеянном, на других свалить решил?

— Трус у нас тут только ты, что захотел меня вместо себя подставить, — Рольф повторил его позу.

Лицо Билла лишилось всех красок.

— Фильтруй базар, или я не посмотрю, что ты звезда, — прорычал он. — Хотя какая ты звезда… пыжишься, а толку ноль.

— Что тут происходит? — в боксы пришел Жерар. Видимо, кто-то успел донести на мостик о назревающем скандале.

— Не знаю, — пожал плечами Билл. — Явился вон, чушь несет.

Он снова подставил ладони под диспенсер с антисептиком, оторвал бумажное полотенце. Действие было привычное, из навыка давно ставшее рефлексом. И конец полотенца снова остался "лесенкой".

— Вот! — Рольф ткнул в полотенце пальцем. — Я видел в номере Пио такое полотенце.

Билл вроде напрягся? Или Рольфу хотелось в это верить?

— А как ты попал в его номер? — спросил кто-то из механиков. — И зачем?

— И чего тут смуту на людей наводишь? — раздался другой голос.

— Да от себя подозрения отводит, понятно же, — заключил кто-то третий.

Шум в боксах начал привлекать народ. С пит-лейна к ним заглядывали механики и инженеры других команд, вот-вот кто-то должен был решить, что увиденное нужно снять, и потянуться за телефоном.

Сантини это тоже заметил.

— За мной, оба, — распорядился он. — Остальным вернуться к своим обязанностям.

Как же было жарко. Но Рольфа трясло, будто в ознобе. Неужели он ошибся? Нет, не может быть.

— Босс, я вообще не пойму, что он ко мне привязался, — начал Билл, едва они вошли в переговорку, и он устроился на том же самом стуле, где сидел бразильский майор во время "просто беседы" с Рольфом. — Может, головой приложился или перегрелся? Бумагу я рву не так или еще чего.

— Рольф, поясни, как ты попал в номер Пио, — холодно спросил Жерар.

— Никак, и у меня есть доказательства, — Рольф расстегнул молнию комбинезона, вытащил руки из рукавов. Стало чуть полегче. Вот сейчас в ледяную ванну Эмбер он бы прыгнул с радостью. — Вернее, местная полиция считает, что я там не был. А про полотенце знаю, потому что мне фотографии показывали.

— И ты запомнил, как оторвано полотенце? — фыркнул Билл. — Сколько же тебе дали времени, чтобы те фотки рассмотреть?

Он явно обрел почву под ногами и был готов высмеять любой довод Рольфа. А значит, разговаривать надо не с ним, а с Жераром. В конце концов, он тут главный.

— Достаточно, чтобы запомнить нетипично оторванное полотенце, — Рольф ответил Жерару. — Точно так же, как в диспенсере в боксе. "Лесенка", три ступеньки, и когда последнюю отрываешь, ту часть что в диспенсере висит, сжимаешь в гармошку. Как еще остальные не жалуются на подобное извращение. Жерар, у меня есть номер полицейского, показывавшего мне эти фотографии, можно ему позвонить.

— И по звонку явится твой сообщник, чтобы рассказать вторую часть сказки, — фыркнул Билл. — Жерар, ты что, повелся? Да в любом фоторедакторе прикрутить это полотенце — пять минут работы. Небось, этот кучерявый и сделал. Что, скажешь, просто так болтался с тобой все время, а как жареным запахло, его и след простыл!

— Джесси Виндзора вообще-то сам Пио привел, — огрызнулся Рольф.

Похоже, у Билла совесть была нечиста, раз он готов был бросить подозрение на любого. Странно, что Вергаса еще не приплел, тот ведь вечно с фотокамерой в обнимку ходит.

Кажется, к такому выводу пришел и Сантини.

— Рольф, мне нужен контакт полицейского, — и прежде, чем Билл снова начал возражать, сказал: — Я позвоню в полицию и уточню, работает ли там такой человек.

— Ой да похрен, звоните куда хотите, — Билл демонстративно откинулся на спинку стула, закинул ноги на стол. Скрестил руки.

Он был весь мокрый от пота. Обширная лысина, обычно предмет шуток всего паддока и самого Билла, блестела, как натертая маслом. Густая, с щедрой проседью борода торчала одежной щеткой. Он кусал нижнюю губу и зло смотрел на Рольфа из-под густых бровей.

Рольфу до его взглядов было, как до луны. Он сунул руку в карман за телефоном, обнаружил там только выданную маршалом бумажку с датой, временем взвешивания и результатом.

— Мой телефон в боксе, — сказал, засовывая бумажку обратно в карман.

— Ага, и тебе непременно надо за ним сходить, — фыркнул Билл.

— Зачем, можно позвонить парням, принесут, — Рольф отошел к стене. Стул был всего один и стоял у стола. Сидеть так близко с Биллом он не смог бы даже минуту, а в этой переговорке им придется провести намного больше времени. — Все в команде знают, где я его оставляю, ящик не запирается.

Жерар позвонил. Телефон принесла Надин. Бросила на Рольфа тревожный взгляд, но он не смог позволить себе даже ободряющей улыбки. Потом все объяснит. Наверное.

Когда Надин ушла, Рольф продиктовал Жерару номер и имя полицейского, а потом сел на пол. Вытянул ноги, прислонился спиной к стене и закрыл глаза. Система кондиционирования почти не справлялась с местной жарой, в маленькой переговорке было жарко, как в аду.

* * *

Полиция приехала, как показалось Рольфу, минут через пятнадцать. Наверное, тут все быстро, страна-то крохотная. Чуть побольше Монако.

Прибыл тот самый полицейский, что допрашивал Рольфа, с ним еще два человека, явно ниже его в должности, потому что спрашивали разрешения на любое действие.

Полицейский представился старшим следователем отдела криминальной полиции Марины-Бей Ченгом Вой Лю — и тут же принялся за выяснение вновь открывшихся обстоятельств дела.

Разговаривал с ними Жерар. Рольф во время ожидания полиции нашел телефон посольства Германии в Сингапуре и теперь наблюдал за происходящим, по-прежнему сидя на полу.

У него жутко болела голова, трясло как в ознобе. Задница, кажется, окончательно спарилась в комбинезоне, а если снять ботинки, то пот из них можно будет вылить. Наверняка от него воняло. Рольфу было плевать.

— Мистер Ритбергер, вам плохо? — единственным, кто обратил внимание на состояние Рольфа, был Ченг. Впрочем, Жерара Рольф не винил, ему и без обморочных гонщиков было чем заняться. Шутка ли, полпаддока слышало обвинения его сотрудника в тяжком преступлении. И это на фоне убийства Маурисио, подозрений в совершении этого деяния второго пилота и увечья исполнительного директора.

— Переживу, — отмахнулся Рольф.

Полицейский так не думал. Присел на корточки, взял Рольфа за запястье. Потом потрогал лоб.

— У вас тахикардия и жар, — заключил, поднимаясь. — Скорее всего, тепловой удар.

— Придуривается он, — отозвался Билл.

Рольфу показалось, или он до последнего не верил, что Жерар вызовет копов? При виде жетонов он весь как-то обмяк и посерел. Лысина теперь не просто блестела, Билл то и дело ладонями стирал с нее воду. Ченг будто бы между делом поставил на стол рулон бумажных полотенец. Рольф не успел заметить, кто и когда его принес, ему казалось, в переговорке побывали десятки людей, хотя на самом деле, кроме Ченга и его помощников, никто не входил.

— Не тебе решать, — огрызнулся Рольф на Билла.

Тот одарил его злобным взглядом. Рольф сидел в нескольких метрах от него, но на зрение не жаловался и видел, как по лбу Билла покатились крупные капли пота, попали в глаза. Билл отер лицо рукой, провел ею по затянутому в комбинезон бедру. Немекс впитывал влагу плохо, и Билл потянулся за бумажным полотенцем. Отмотал, рванул, потянул, рванул…

И только к третьей ступеньке "лесенки" понял, что все смотрят на него.

— Твою мать! — выругался он. Отбросил рулон прочь.

Ченг нашел в телефоне нужный файл. Рассмотрел его. Тщательно оглядел валяющийся на краю стола рулон. Перевел взгляд на Билла.

— Ладно, все! — тот прижал тыльные стороны ладоней к плечам, показывая, что руки пусты. Жест прекращения борьбы. — Это я его ударил. Но я признался сам и требую учесть это!

— Непременно, — кивнул Ченг. — Полагаю, для продолжения допроса мы должны дождаться вашего адвоката. Или вы нуждаетесь в общественном защитнике?

— Похрен мне, — отмахнулся Билл. — Общественного давайте.

Ченг принялся кому-то звонить.

— Зачем? — спросил Билла Жерар. — Что тобой двигало?

Невысокий, страдающий лишним весом, он, казалось, вот-вот схлопочет гипертонический криз. Лицо красное, мокрые волосы прилипли к черепу, рубашка на груди, спине и под мышками потемнела от пота.

Билл спокойно выдержал его взгляд, передернул плечами.

— Грабануть хотел, — ответил равнодушно. — И если что — на мокруху вы меня не раскрутите. Все видели, я от машины Онцо не отходил даже поссать.

Ченг, кажется, вообще не понял, о чем говорил Билл. Жерару, как и Рольфу, пока было не до поиска убийц Маурисио. Сейчас бы с Биллом разобраться.

Билл. Добряк, матершинник и весельчак, способный из любого шалтая-болтая за полдня собрать целую машину. На слух определяющий, как скоро у мотора начнутся проблемы. Умеющий настраивать машину простой отверткой, всякий раз вызывая у Кита, не расставшегося с компьютеризированными тестировщиками и дальше метра не отпускавшего машины от диагностического стенда, нервную икоту. И вот этот Билл — безжалостный садист, отправивший Пио в реанимацию ради поживы?..

Рольф мысленно усмехнулся. Или всхлипнул. Можно подумать, если бы Билл напал на Пио ради восстановления всемирной справедливости или из личной неприязни, Рольф бы понял его действия. Или одобрил их. Шок был бы одинаковый, какими бы ни были причины, заставившие Билла прийти в номер Пио.

— Хотел, но не взял ни телефон, ни часы? — Рольф с трудом разлепил спекшиеся губы. Трясло его уже так, что стучали зубы.

Билл нахмурился и вроде как хотел спросить, что за часы, но вместо этого криво усмехнулся.

— Палево, — сказал, как сплюнул. — Часы, небось, номерные, и имя владельца в реестре у производителя записано, хрен продашь, разве что совсем за бесценок, телефон тоже с чипом слежения. Я наличку искал. А у него не было. Я и ушел.

Что-то не сходилось, но Рольф слишком устал, чтобы анализировать. Тем более что это работа Ченга. Он ведь не дурак, не будет давать ход делу, если оно со стопроцентной вероятностью развалится в суде.

Адвоката, насколько Рольф понял из разговора, нужно было ждать пару часов. Ченг сообщил, что Рольф может быть свободен, поскольку у полиции Сингапура к нему нет вопросов, а Жерар может остаться, если сочтет нужным, на правах работодателя задержанного. Сантини кивнул, соглашаясь. Рольф кое-как поднял себя с пола и ушел.