Ошибка – это просто попытка, которую мы сочли неудачной. На ошибку навешано очень много лишнего смысла. И именно на этот дополнительный смысл мы реагируем.
Нам ставят оценки с самого детства: плохой или хороший мальчик, плохая или хорошая девочка. Когда нас называли «плохими» – это было осуждение, и часто за ним следовало наказание.
Почему нас осуждали?
Осуждение связано с теми или иными ценностями, представлениями о жизни.
Одна моя клиентка рассказывала, как ее папа бил за плохие оценки в школе. Когда она повзрослела, то спросила его: «Папа, почему ты меня бил?»
«Я хотел, чтобы ты хорошо училась» – таким был его ответ.
Какие убеждения мы видим в этом ответе?
1. Плохие оценки – это плохо, даже недопустимо. Необходимо повлиять на дочь, чтобы она исправилась.
2. Бить ребенка можно, если на то есть причина.
3. Плохие оценки в школе – достаточная причина для того, чтобы бить своего ребенка.
Такая позиция может нас возмущать. Мы понимаем, что ребенку все это причиняет боль. Но пока чувства заморожены, мы можем не осознавать, что причиняем боль. Для нас цель является благом, и поэтому применить насилие, заставить кажется нормальным.
Попробуйте не осуждать, смотреть на чужие убеждения из позиции Наблюдателя, то есть видеть факты и не давать им оценки.
Иначе вы можете вовлечься в эту ситуацию Спасателем. Наблюдатель позволяет исследовать, идти глубже. Кроме того, разве кто-то из нас есть без греха?
Это не значит, что мы не сострадаем. Если мы не выбираем бить ребенка по любым причинам, если мы сочувствуем ребенку, который это пережил, – это сострадание. И это очень много. Если же мы хотим менять других людей, например отца моей клиентки, во благо… это насилие.
Однако продолжим.
Итак, осознания ценности человеческих чувств, готовности исследовать причины недостаточно хорошей успеваемости у отца не было. Почему? Скорее всего, его чувства были заморожены, и он не мог сострадать.
На этом примере мы видим, что мы всегда руководствуемся теми или иными ценностями, которые основаны на нашей вере. Очень важно, во что именно мы верим.
Папа клиентки верил, что хорошие оценки превыше всего.
Какие были последствия такого опыта у этой женщины? Последствия были самые распространенные: недоверие миру, особенно мужчинам; подавленная злость, которая не была признана; и сложное отношение к своим ошибкам.
За ошибки били. У клиентки образовались свои убеждения: «За ошибки бьют, их лучше не признавать». Так и произошло в ее последующей жизни: самый частый лейтмотив скандалов с мужем – кто из них обоих прав. Напряжение, которое возникло в детстве, никуда не делось. Напротив, замечания или даже пожелания мужа воспринимались ею очень болезненно, и она начинала на него «нападать» с упреками.
Итак, если у нас есть опыт наказания за ошибки, а точнее – оценки тех или иных наших действий как «неправильных» с последующим наказанием, то ошибки станут для нас очень триггерными точками.
Мы можем бояться совершать ошибки. Мы можем бояться критики, оценки, наказания. Мы уже не можем воспринимать их как «попытку, которую мы сочли неудачной». Поэтому мы начнем избегать ошибок и ругать себя за них. Мы можем стать нетерпимыми к себе и другим за ошибки.
Каких ценностей мы придерживались, если бы не боялись совершать ошибки?
1. Если учиться чему-то новому, то ошибки непременно будут.
2. Совершать ошибки – это нормально и естественно, так как они часть опыта.
3. Если я совершаю ошибки, я не становлюсь плохим. Однако если мне не нравятся последствия ошибок, я хочу изменить свои стратегии, чтобы попробовать другие пути и варианты.
4. Исправлять ошибки интересно. Это важная часть творчества.
Если мы приняли эти установки по-настоящему, а не только «в голове», то мы не будем бояться ошибок. Они не влияют на нашу ценность. А если точнее, то влияют, но в «лучшую сторону». Мы становимся ценнее, когда пережили множество ошибок и сделали свои выводы.
Что, если из-за моей ошибки я упустила возможность помириться с мамой перед ее смертью?
Женщина рассказала, что мама умерла в больнице и она не успела с ней попрощаться перед смертью. Почему она не успела – она не сказала. Возможно, не успела. Быть может, была слишком обижена и одновременно не думала о том, что шанс последнего разговора будет упущен.
Так или иначе наступила смерть, и теперь действительно нельзя поговорить, обняться и попрощаться.
Как себя простить, если умер близкий человек, а вы не успели поговорить?
Нужно всерьез принять вот что:
1. Мы не хотим думать о смерти. Да, это заблуждение. Но оно свойственно всем людям. Мы не любим смерть, не хотим говорить о ней, она нам неприятна. Поэтому мы можем отказываться думать, что родители рано или поздно умрут.
2. Смерть перевешивает все: обиды, размолвки, недоверие. Но пока она не наступила, перевешивает обида. Женщина слишком сильно погрузилась в эти чувства и не хотела смотреть на отношения с другой стороны. Или просто не успела прожить сепарационную злость. Так тоже бывает.
3. Смерть не зависит от нас. На любую ситуацию влияют как минимум те люди, которые в ней участвуют, и высшие силы. Что касается смерти другого человека, то, если она не насильственная, мы имеем мало влияния на нее. Думать иначе – это значит приписывать себе избыточные, грандиозные свойства, которыми человек не обладает.
Такую ситуацию нужно просто принять, согласиться с тем, что не удалось вовремя поговорить, и изменить это нельзя. Признайте себя не идеальным, то есть признайте, что вы не могли не обижаться – тогда.
Однако теперь многое может измениться. Теперь становится понятно, что обиды – это не то, что должно наполнять нашу жизнь. Потому что наша жизнь временна. И если все мы уйдем, то стоит ли тратить свою жизнь на обиды?
Такой вывод невозможно сделать, пока вы не пережили такую ситуацию. Вы не примете его, будете ждать от себя совершенства. Но после того как она произошла, вы уже сможете принять в свою жизнь другие убеждения и смыслы.
Что, если я плохо себя вела с моим партнером и из-за этого он ушел? Я не могу себя простить за это, чувствую вину постоянно.
В ситуации, когда мы не можем себя простить за потерю отношений, стоит иметь в виду следующее:
1. Мы не просто так виним себя. Глубинная причина такого самообвинения заключается в том, мы чувствуем потерю. И потеря эта связана не столько с человеком, сколько с тем, зачем он был нам нужен.
2. Чем больше у нас было надежд, ожиданий, тем больнее мы чувствуем потерю и тем больше начинаем винить себя. А что это за ожидания, которые причиняют столько боли? Самые разные. Вспомните свои расставания. Почему вам было больно терять? Возможно, вы чувствовали себя рядом с этим человеком любимой, желанной, нужной? Возможно, вам казалось, что вы одной крови, вы чувствовали себя сильным рядом с ним и он умела слушать и понимать?
3. Потеря переживается болезненно, если у вас внутренне нет веры, что вы и так достойны любви, и если вам кажется, что вы не сможете восполнить с другим человеком то, что происходило с ним или с ней.
Неверие в свою ценность – это основная причина боли и вины. На самом деле вы сможете встретить другого человека, с которым можно выстроить отношения. Но вашу мечту – наполнить вас любовью – он тоже не исполнит. Потому что это задача ваша, личная.
Что, если я выбрал(а) не тот вуз и получил(а) профессию, по которой не хочу работать?
Что, если я понял(а), что зря столько сидел(а) на предыдущем месте работы и теперь не могу простить себя за потерянное время?
Что, если я ошибся(лась) с выбором партнера?
Когда вы выбирали вуз или оставались на работе, которая потом вам разонравилась, или выбирали партнера, вы были такими, кому все это подошло.
И даже если не подходило, но вы по каким-то причинам не могли себе разрешить поменять работу или уйти раньше от партнера, значит, вы не могли поступить иначе. Когда вы выбирали вуз, возможно, вы не представляли, кем хотите быть и чему учиться. И учебное заведение, которое вы впоследствии сочли неподходящим, дало вам понять, что именно вам не подходит.
Если мы ругаем себя за прошлый опыт, следовательно, мы не извлекли из него уроки и по-прежнему не принимаем себя. Например, не признаем свой страх одиночества, из-за чего согласились на партнера, которого впоследствии посчитали неподходящим. Или не признаем, что не представляли, на кого поступать.
Эта непримиримость с собой причиняет много боли. Примирение: «Да, я был(а) таким(ой) и другим(ой) быть не мог(ла)» – приносит мир нашей душе. Борьба отнимает много сил. Борьба бесполезная, потому как прошлое остается прошлым и изменить его нельзя. Можно лишь взять урок в будущее. Опираться на осознанное понимание того, чем мы хотим заниматься и с кем мы хотим создавать семью.
Я не могу простить себя за то, какой матерью я была.
Карьера для меня была важнее сына. Теперь, когда он вырос, время упущено. Я снова и снова думаю о том, что пропустила его детство, гоняясь за должностями и деньгами. Теперь все это не имеет смысла, а прожить заново тот период, когда он был маленьким, уже не получится.
Посмотрите с другой стороны. Эти сожаления свидетельствуют о том, что вы, наконец, осознали ценность отношений с сыном. Более того, ваш новый взгляд позволил вам изменить свое отношение к материнству. Примите, что вы не могли жить тогда иначе, и общайтесь с сыном. Да, он уже не ребенок и с ним придется считаться. Но отношения не потеряны, и, пока вы живы, все можно изменить.
Я жалею о том, что раньше не пошла в терапию, – я не потеряла бы столько времени зря, на бесполезные занятия и на отжившие свое отношения.
Вы пришли в терапию, когда смогли. Раньше, вероятно, у вас были надежды, что все решится само собой.
Многие люди избегают работы над собой, и вы тоже так делали – ничего необычного! Пока мы не пройдем весь путь надежд и разочарований, мы избегаем глубинной работы. И в этом смысле вы тоже так делали, как и абсолютное большинство людей. Примите себя в том, что занялись собой, как только смогли. Почувствуйте уважение к себе – за то, что вы работаете над своими травмами и блоками. Это дорогого стоит!
Практика уважения к своему опыту
Сядьте расслабленно. Прикройте глаза, чтобы вы могли только читать. Начинайте дышать глубоко и свободно. Почувствуйте, что у вас есть тело. Ощутите его целиком, потом – каждую его часть. Например, почувствуйте правую руку настолько отчетливо, что вы сможете заметить, с какой частотой пульсирует кровь, как бьется сердце.
Сделайте 5–10 спокойных вдохов и выдохов, наблюдая за своим телом и дыханием.
Вспомните ситуацию, в которой вы чувствовали вину. Посмотрите на нее как будто со стороны. Внимательно наблюдайте за тем, что происходит. Смотрите на себя и на других участников. Просто наблюдайте, не давайте оценок. Посмотрите, как вы вините себя за некоторую, как вы думаете, оплошность.
И теперь заметьте, что вина наступает, когда вы не выдерживаете чужих оценок, эмоций или действий.
Вам кажется, что все происходит из-за вас и ваших ошибок.
Попробуйте продышать эти чувства. Представьте, как вы выдыхаете вину. Выдыхаете что-то тягучее, как смола, а вдыхаете свежий воздух. Сделайте 10–20 таких вдохов и выдохов.
Снова посмотрите на происходящее со стороны. Заметьте, что вы нетерпимы к себе, не умеете ценить свой опыт и вместо этого сразу обвиняете себя.
Посмотрите на то, что вы поняли в вашей ситуации, какие выводы сделали. Почувствуйте уважение к тем усилиям, которые вы приложили. Почувствуйте ценность сделанных вами выводов. Поблагодарите себя за полученный опыт.
Понаблюдайте за своими чувствами хотя бы один день. Вы можете заметить следующее:
1. Вы осуждаете себя и других.
2. Вы концентрируетесь на том, что не получается, и на том, что вам не хватает, не замечая то, что получается и чего хватает.
3. Вы испытываете много самых разных страхов: не успеть, упустить, сделать что-то неправильно, потерять работу, отношения, доброе имя и так далее.
4. Вы сравниваете себя и других с неким идеалом, с тем, как правильно и как должно быть.
5. Вы ждете помощи, сочувствия, разрешения поступить по-своему и сделать что-то для себя.
6. Вы обижены на кого-то, злитесь за то, что он что-то делает не так, как вы хотите. Чувствуете вину, стыд за то, что делаете что-то не так.
7. Вы чувствуете себя маленьким, слабым, беззащитной, не интересной, неумелой, хуже других.
Я описала далеко не все ситуации и обстоятельства, которые заставляют нас чувствовать себя плохо. Однако тренд очевиден: мы чаще страдаем, нуждаемся, злимся, чем радуемся, любим и наполняемся ресурсом. И, учитывая то, что все это происходит по тем причинам, которые мы сочли весомыми, мы верим, что все плохо и с нами что-то не так.
Как переключить себя на радость, если обижаешься и злишься и эти чувства кажутся уместными и реальными?
Нам очень сложно заметить, что многое мы чувствуем по привычке. Мы привыкаем смотреть на себя глазами родителей, мы привыкаем концентрироваться на ограничениях, осуждать, сравнивать и давать оценку.
Мы привыкаем быть хорошими и не быть собой, потому что мы с детства усвоили, что нас не примут с нашими теневыми сторонами – с ошибками, злостью, грустью или, напротив, оригинальностью, дерзостью и желанием поступать по-своему.
Мы привыкаем к тому, что другие люди грандиозные и могут нас отвергнуть, а также мы привыкаем зависеть от чужого одобрения.
Мы привыкаем спасать других, потому что страшно позаботиться о себе, а также привыкаем, что мир холодный и безразличный, то есть привыкаем не доверять.
Все это не просто привычка: это вера, множество убеждений, согласно которым мы интерпретируем свою реальность. Каждое утро мы надеваем пальто из своих убеждений, хотя можем надеть другое пальто. Как это сделать?
Нужно понять, что пальто мы надеваем сами, хотя хочется сказать, что мы вынуждены. Потому что по-другому интерпретировать реальность невозможно. Но все же взятие ответственности за свой выбор открывает нам дорогу к изменениям.
Возможно ли не сравнивать себя с другими? Принимать себя в своих ошибках, прощать себя, проститься с ролью хорошей девочки (мальчика)?
Да, возможно. Давайте посмотрим на конкретном примере.
Одна женщина написала в комментарии, что не может тратить деньги на себя. Детство пришлось на 1990-е, у родителей денег не было. Даже элементарные вещи им трудно было купить – вроде ручки и тетрадки в школу. Еще девочкой она приняла решение, что не будет ни о чем просить, потому что справится сама. Почему же, когда прошло время и появились деньги, привычка никуда не делась?
Первый шаг она уже сделала – заметила свое добровольное самоограничение, а точнее – самозапрет.
Что же дальше? Этот запрет не так-то легко снять. Он основан на чувствах. Эти чувства – из травмы, которая не прожита, боль не отпущена, ответственность за родителей с себя не снята.
Ответственность за других по-прежнему на Внутреннем Ребенке (потому что она была взята в детском возрасте и так и осталась), а самому Ребенку по-прежнему идет послание «Ты справишься, другим важнее». Сохраняется нелюбовь к этой части.
Что же делать? Пережить процесс горевания о том, что произошло, отдать ответственность назад, родителям, потому что ребенок не может нести ответственность за благополучие семьи. Вернуть любовь к себе, заботу и уважение.
Можно ли это сделать в уме? Нет. Вы можете понимать механику, действия, вы можете понимать, что нужно делать, но… Чувства вас будут удерживать в старых убеждениях.
Какие чувства? Отсутствие своей ценности, страх за родителей (ответственность за них), боль, что все это пришлось пережить. В некоторых случаях – обида, злость на родителей. Вот эти чувства нужно отпустить.
Возможно, будут слезы. Возможно, поднимется страх заботиться о себе. Возможно, будет вина (это та самая избыточная ответственность). Возможно, будет боль.
Для проживания нужно пространство, нужен терапевт, который может провести в процессе дальше. Раньше вы застревали в самозапрете и не могли пройти дальше. Этого погружения в чувства многие избегают, потому что не хотят переживать боль. А себе объясняют, что и так все понимают.
Ваш Внутренний Ребенок обвешан множеством запретов, и радоваться у него не получается. Все, что мы проживаем в жизни, он уже переживал, но не получил ни разрешений, ни поддержки, и ответственности на нем слишком много. Однако если не бросать его (ее) и помогать проживать боль прошлых травм, напряжение будет уходить, а новые права можно присвоить. Вы будете видеть и интерпретировать события с другого ракурса, более оптимистично и с чувством защищенности.
Одна женщина как-то написала мне в комментариях, что она знает, как себя обесценивать, но не знает, как себя ценить. И у нее нет ни малейшей идеи, как изменить этот шаблон.
Действительно, как относиться к себе иначе, если так долго переживал «плохость», сравнивал себя с другими не в свою пользу?
Наши родители, учителя и другая среда не показали, как принимать себя. Они продемонстрировали, как ругать себя и за что считать себя плохим. Это отправные точки нашего путешествия к себе. Обращайте внимание на то, за что вы себя ругаете.
Одна моя клиентка заметила, что у нее портится настроение, если ее начальник держится с ней формально. А если он строг, она совсем теряет веру в себя.
В таких случаях я практикую метод медитации, погружая человека в бессознательное. Я попросила ее вспомнить себя в детстве и аналогичные чувства, когда и с кем она была такой же зависимой. Почему ей так важно было настроение тех близких, которые ее окружали?
У женщины пришла на память картина, как она старается угодить уставшему, холодному и безучастному отцу. Она ему то полотенце принесет, то тапочки. Пятерки покажет, танец станцует. Иногда – очень редко! – ее усилия как будто приводили к результату. Папа на нее смотрел и даже мог сказать пару слов. И так до следующего раза. Она была счастлива в такие моменты. И жила от одного заинтересованного взгляда до другого.
На работе все возобновилось. Начальник стал тем человеком, который должен был подтвердить, что она ценна. Своим взглядом, улыбкой, поддержкой.
Что случилось с этой женщиной? Она не чувствовала себя в детстве ценной для своих родителей. Главным в их жизни был быт, и разговаривали они только о нем. Вероятно, они думали, что человеческие отношения так и выстраиваются – вокруг идеи быта. Ни о близости, ни о доверии они, вероятно, не задумывались. И похоже, не умели ей радоваться. Кроме того, они не радовались своему ребенку.
Обо всем этом контексте можно только догадываться. Однако нам известно, что наша героиня осталась привязанной к внешнему одобрению. Кроме того, у нее сформировалась убежденность, что она может влиять на настроение важных ей людей – своими усилиями, своей заботой. Она старалась для них и ждала свой результат в виде одобрения и поддержки.
И у нее действительно не было даже идеи, как можно поступать по-другому. Она страдала от выгорания, а результат – ответный взгляд и одобрение – был маленький и непостоянный. Ее все время окутывал страх, что она никому не будет нужна.
Она не представляла, как можно чувствовать себя иначе.
Практика для осознания своей ценности
Прикройте глаза настолько, чтобы вы могли только читать текст. Сосредоточьтесь на своем дыхании. Начинайте глубоко и медленно дышать. Постарайтесь не думать. И если мысли приходят, провожайте их, не принимая в свою голову.
Представьте, что вы плывете на маленькой лодочке по небольшой и прозрачной реке. Она неглубока, и вода в ней чиста. Вы даже можете видеть камни, которые лежат на дне. До дна не больше метра. Камни красивые, разноцветные, различной формы и размеров.
Посмотрите на себя. Вы совсем в другой одежде. Что это за одежда? Быть может, это платье, которое носили ваши предки? Или ваше одеяние – это плащ, который прикрывает вас полностью? Или что-то другое? А что еще вы видите? Снаряжение охотника или бубен шамана?
Погружайтесь в свою картину. Посмотрите вокруг. Вы находитесь среди прекрасных гор, зеленых лугов и деревьев, которые тянутся ввысь.
Ощутите себя частью этой красоты. Почувствуйте и себя таким же красивым (такой же красивой), как и природа вокруг вас. Почувствуйте, что без вас эта картина не была бы такой прекрасной и наполненной. Вдыхайте в себя эти. Наполняйте каждую клетку вашего тела осознанием своей ценности. Запомните это ощущение.
Чувство вины переживается как тяжесть с уколами прямо в душу. Мы кажемся себе очень плохими, потому что судим и виним себя за ошибку.
Ошибкой мы считаем потерю отношений, или их ухудшение, или отступление от некого идеального пути (например, карьера, которую мы упустили). У нас могла быть мечта стать более идеальными родителями, или партнерами, или детьми своих родителей, чем были.
Мы виним себя за то, что впоследствии оценили как ущерб или потерю.
Кроме того, если мы эмоционально зависимы от значимых людей, нам тяжело пережить их недовольство или разочарование, охлаждение или отдаление.
Итак, есть связь между эмоциями и оценками других людей и тем, что мы начинаем чувствовать вину.
Почему так происходит? Откуда взялась эта связь? Все дело в том, что некоторые люди имеют для нас особую значимость. Это может быть начальник, как в одном из приведенных выше примеров. Это может быть партнер, ребенок или подруга. Мы хотим быть для них хорошими. Поэтому их недовольство связываем с тем, что мы не были хорошими, а были плохими. А зачем нам быть хорошими? Затем, что у большинства людей есть устойчивая связь с убеждением «Хороших любят, а плохих нет».
Именно поэтому возникает вина. Нас как будто «разоблачили», и теперь есть угроза не получить то, что нужно. Кому нужно? Нам нужно внешнее подтверждение того, что любовь будет продолжать поступать и ничего не изменилось.
Помимо внешнего подтверждения, что мы достойны любви и вообще достойные люди, нам часто нужно внутреннее подтверждение. То есть мы сами себя судим, потому что у нас есть Внутренний Критик. Он актуализируется, когда другие люди демонстрируют холодность или даже просто занимаются собой и своими делами больше, чем нами.
Что еще означает эта вина? Чувство вины, которое мы переживаем, показывает, что мы взяли на себя больше ответственности, чем нужно. То есть мы взяли больше – не только за себя, но и за кого-то другого. Например, за его разочарование, или за то, что ему пришлось решать свои задачи самому, или – если это касается детей – за то, что мы не были осознанны и причинили им ущерб.
Важнее всего то, что мы судим себя за поступки, которые оцениваем спустя время. Тот результат, который мы получили, нам не нравится, и, по сути, мы судим себя за то, что не знали, какие будут последствия.
Это и есть наша основная программа: постоянно стремиться к такому себе, которого не может быть, и судить себя за то, что не были такими, какими не могли быть. То есть не были идеальными.
Разумеется, это все тот же сценарий. Это сценарий неверия в свою ценность и стремления сделать себя идеальным, в соответствии со своими установками, которые даже не наши, а впитанные когда-то родительские установки или общественные.
У меня тоже есть свой личный опыт вины и самообвинения.
…Мне тоже было тяжело справиться с виной по той же самой причине: я хотела быть более идеальной, чем была. И поэтому не могла воспринимать некоторые ошибки как опыт и предъявляла себе претензии.
…Однажды сын поделился своими чувствами, что ему сложно было выдерживать напряженную атмосферу, складывающуюся между мной и его отцом в его детстве. Этот опыт сына повлиял на его отношения с друзьями и другими людьми.
Первая моя реакция была очень болезненной: я на самом деле много сил вложила, чтобы детям было комфортно в семье. Возникло раздражение, даже гнев на сына. Хотелось обвинять его в ответ и оправдываться. Я чувствовала себя Жертвой, а потом быстро становилась Преследователем.
Я взяла паузу и посмотрела на свою вину со стороны. Что я увидела? Я поняла, что сама не могла себя простить за эту ошибку.
Потом я стала разжимать свое напряжение. Дышала, размышляла. Из своего Наблюдателя я видела, что вина была привычной реакцией на недовольство. Вот она, зависимость от чувств близких людей!
Что я делала? То, что рекомендую теперь другим людям. Сначала я признала все свои чувства нормальными, то есть позволила себе их. Гнев, раздражение. Я приняла себя чувствующей вину. Я не боролась с чувствами.
Потом мне было уже легче признать права сына на его чувства. Еще бы, ведь я только что признала свои собственные чувства!
Отделение продолжалось, и я увидела ситуацию более целостно: для его чувств была объективная причина. То есть обозначенные им обстоятельства действительно происходили. Я почувствовала, что он имеет право злиться и имеет право на свое недовольство.
В конце концов я приняла себя той, которая создала напряжение в семье. Претензии сына были справедливы, но они не делали меня плохой. Я отчетливо почувствовала право на ошибку. Меня отпустило.
С этого момента я могла спокойно выслушивать претензии, и они не задевали меня, потому что я не становилась плохой. Одновременно я чувствовала своего сына, и у меня возникало к нему тепло и сострадание. То есть я не была бесчувственной, напротив! Я не сливалась с его чувствами, не переживала вину и именно поэтому могла сострадать.
Сейчас этот навык у меня окреп, и я очень часто не сливаюсь с чувствами других людей. Я остаюсь отделенной, в себе, но при этом вижу другого человека с его правами на чувства.
Мне по-прежнему не очень комфортно, когда другой человек «сливает» в меня свои эмоции, которых не осознает. Тогда я обозначаю границы тем или иным способом.
Но если тот, с кем я общаюсь, признает свои чувства и говорит о них, я не сливаюсь никогда. Потому что благодаря ему мне не нужно делать работу по сепарации: часть своей работы мой визави уже проделал.
Этот случай произошел с моей дочерью. Я спросила ее, готова ли она, что я опишу его в книге. Дочь ответила, что поделится с радостью, если это поможет другим людям.
Итак, что же случилось?
Однажды мы отправились по рекомендации к очень опытному преподавателю йоги. Занятие проходило весело, в общении с участниками. Неожиданно речь зашла о сепарации. Мы выполняли одну асану, которую, по словам инструктора, трудно делать тому, «кто не сепарирован». Потом он полушутя спросил мою дочь, считает ли она, что уже отделилась от мамы и папы. Дочка честно ответила: «Не совсем». Мужчина с улыбкой сказал: «Вам девятнадцать лет? Уже пора».
Я не обратила внимания на эти разговоры, подумав, что это просто способ развлечь публику. Но зато я заметила, как помрачнела дочь. После занятия она произнесла: «Больше я сюда не приду». Я поняла, что что-то случилось.
Сначала она злилась на инструктора – довольно долго. За неуместные советы, глупые вопросы и так далее. Я послушала, и, когда она выговорилась, спросила: «А что он как будто сделал? Что тебе показалось?»
Она отвечала, что мужчина обвинил ее в том, что она все еще не отделилась окончательно. В этот момент я поняла, что она сама себя обвиняет.
…Так происходит у многих. Нам кажется, что нас обвиняют другие люди. Однако в действительности мы сами себя виним. А чужие слова только являются триггером для самообвинения.
Какой у нас есть выбор? Мы можем продолжать не замечать Внутреннего Критика, считая, что другие люди являются причиной нашей боли. Но мы можем заметить свою боль, напряжение и задать себе вопрос: «А почему мы сами себе виним?»
…Я сказала дочери, что если бы она могла быть более самостоятельной, то она бы была. Также я заметила, что она тратит много энергии на это обвинение себя, а она (энергия) пригодилась бы при поиске вариантов, как можно стать более самостоятельной.
В конце разговора у нее снизилось напряжение. Она заметила, что ей стало легче. Мы обсудили то, что она хочет искать работу, но боится не успевать учиться и работать. Мы проговорили и эти ее страхи, легализовав право искать такую работу, которая могла бы не мешать учебе.
В итоге ее злость на инструктора испарилась, потому что она осознала, что дело было не в нем, а в непринятии себя и самообвинении.