Проход за нашими спинами исчез так же бесшумно, как и появился, оставив лишь глухую каменную стену. Мы стояли в коридоре, освещённом теми же серебристыми огнями, что и везде в библиотеке. Стены здесь были сложены из тёмного камня, поблёскивающего в магическом свете, пол устилала каменная плитка, кое-где потрескавшаяся от времени. Пахло пылью и ещё чем-то неуловимым — то ли древними свитками, то ли сушёными травами.

— Куда теперь? — спросил Ренар, оглядываясь. — Эти коридоры бесконечны, как сама библиотека.

— Только вперёд. Другого выбора у нас нет, — философски заметил Адам.

Мы прошли, наверное, с четверть часа, когда коридор внезапно расширился, превращаясь в просторный зал. Не такой огромный, как предыдущий, но достаточно просторный, чтобы вместить всех собравшихся. Высокий сводчатый потолок терялся где-то в темноте, стены были украшены барельефами — сцены битв, какие-то празднования и всё подобное.

Катарос сразу принялся внимательно изучать барельефы. Голд и Сэнд разошлись по разные стороны зала, каждая держалась особняком, но краем глаза следила за другой. Флюмен сидела на корточках у стены, проводя пальцами по каменной резьбе и что-то бормоча себе под нос. Солани и Сефаро стояли вместе, о чём-то тихо споря.

Когда мы вошли последними, Сефаро обернулся. Его золотые кудри взметнулись, как всегда, хотя ветра не было. Он посмотрел на меня, и в его глазах вспыхнуло что-то, очень похожее на предвкушение.

— Фауст… — произнёс он, и его голос разнёсся под сводами, привлекая внимание остальных. — Пора, наконец, исполнить то, чего я так долго ждал.

Я остановился. Ренар и Эрде замерли рядом, чувствуя напряжение.

— Ждал? — переспросил я спокойно. — Чего?

Сефаро шагнул вперёд, выходя на центр зала, под самый свет магических огней. Он двигался плавно, уверенно — чувствовалось, что он давно готовился к этому моменту.

— У нас с тобой есть незаконченное дело, — ответил он. — Помнишь турнир два года назад? Помнишь, как ты опозорил меня перед всеми?

— Помню, — усмехнулся я. — И что с того?

— А то, — Сефаро улыбнулся, и улыбка эта была недоброй, — Что здесь, в библиотеке Данталиона, нет никаких правил турнира. Нет судей, нет ограничений. Только я и ты. И возможность доказать, кто из нас сильнее на самом деле. Я хочу реванша!

В зале повисла тишина. Остальные маги замерли, наблюдая за разворачивающейся сценой. Катарос отступил от стены, скрестив руки на груди — на его лице читалось холодное любопытство. Голд нахмурилась, явно не одобряя происходящее. Сэнд, наоборот, улыбнулась — ей, кажется, нравилось зрелище. Флюмен прекратила бормотать и уставилась на нас с жадным интересом. Солани шагнула было вперёд, но остановилась, встретившись со мной взглядом. В её глазах было что-то похожее на беспокойство.

— Альрик, не надо. Я же говорила, что это плохая затея, — тихо сказала она.

— Не вмешивайся, Сильвия, — отрезал Сефаро, не оборачиваясь. — Это моё дело.

Ренар тронул меня за плечо.

— Может, не стоит? — шепнул он. — Мы только вошли сюда, неизвестно, какие ловушки ждут впереди. Тратить силы на этого придурка…

— Он прав, — поддержал Адам, хотя в его голосе слышался страх. — Давайте просто уйдём. Пусть эти аристократы сами разбираются.

Я покачал головой.

— Нет, — ответил я так же тихо. — Если он так хочет реванша, он его получит.

Я шагнул вперёд, выходя в центр зала. Сефаро стоял напротив, метрах в десяти. Между нами — только каменный пол, исчерченный временем, и тишина, которая становилась всё плотнее с каждой секундой.

— Хорошо, — сказал я громко, чтобы слышали все. — Я принимаю твой вызов, Сефаро. Но предупреждаю сразу: я не буду сдерживаться.

— Я тоже, — оскалился он.

Вокруг него закрутился ветер. Сначала лёгкий, едва заметный, он быстро набирал силу, превращаясь в настоящий вихрь. Золотые кудри Сефаро развевались, одежда трепетала, но сам он стоял неподвижно, как центр урагана. В его глазах горела уверенность — уверенность человека, который долго готовился и наконец получил шанс доказать своё превосходство.

— Знаешь, Фауст, — сказал он, и ветер донёс его голос, сделав его гулким, почти зловещим, — Я два года ждал этой встречи. Два года я тренировался каждый день, изучал новые заклинания, оттачивал старые. Я стал сильнее. Намного сильнее. И теперь я покажу тебе, что такое настоящая магия воздуха.

Воздух вокруг него уплотнился, стал почти осязаемым. Я чувствовал, как мана переполняет его, ищет выхода, готовая обрушиться на меня всей своей мощью.

— Ты даже не представляешь, чего мне стоили эти два года, — продолжил он, явно наслаждаясь моментом. — Я изучал древние техники, которые мой род хранил веками. Всё ради этого момента. Ради того, чтобы стереть тебя в пыль!

Я молчал, давая ему выговориться. Пусть говорит. Пусть думает, что его слова меня пугают или выбивают из колеи. На самом деле я просто оценивал противника, отмечая изменения, просчитывая варианты.

Он действительно стал сильнее. Два года назад его плетения были куда слабее. Сейчас вихрь вокруг него был плотным, ровным, контролируемым. Он явно научился не просто создавать ветер, но и управлять им с ювелирной точностью. Это уже было опасно.

Но достаточно ли?

— Ты думаешь, что твои дешёвые фокусы сработают снова? — голос Сефаро становился всё громче, ветер всё сильнее. — Что ты сможешь провернуть тот же трюк, что и два года назад? Ошибаешься! Я изучил твой стиль, я знаю все твои приёмы!

— Все? — переспросил я с лёгкой усмешкой.

— Все! — выкрикнул он. — Ты — пустое место, которое случайно проросло магией. У тебя нет рода, нет традиций, нет настоящей школы. Ты просто выскочка, которому повезло однажды. Но везение кончается. И сегодня ты узнаешь, что такое настоящая сила!

Он поднял руку, и ветер вокруг него взвился вверх, образуя огромную воронку, уходящую под самый свод потолка. Каменная крошка посыпалась с потолка, барельефы на стенах задрожали. Маги отступили к стенам, выставляя защиты.

— Начинаем? — спросил я всё так же спокойно.

Сефаро дёрнулся, явно ожидая другой реакции. Он хотел увидеть страх, сомнение, злость — что угодно, только не это ледяное спокойствие. Его глаза вспыхнули яростью.

— Начинаем! — выкрикнул он и обрушил на меня всю мощь своего ветра.

Воздух взревел. Ударная волна хлестнула по залу, заставляя магов крепче вцепляться в свои защиты. Каменная крошка взметнулась с пола, смешиваясь с воздушным потоком в единый смертоносный вихрь. Я даже не пошевелился.

Ветер ударил в меня, но… разошёлся в стороны, обтекая, будто я был скалой посреди бурного потока. Одно плетение, созданное в последний момент, сотворило вокруг меня невидимый барьер, разрезая воздушные потоки, нейтрализуя их силу.

— Что? — выдохнул Сефаро, не веря своим глазам.

— Ветер, — ответил я, делая шаг вперёд, прямо сквозь бурю, которая должна была разорвать меня на части. — Ты используешь его как кувалду. Бьёшь со всей силы, надеясь сокрушить противника одним ударом. Но ветер — это не кувалда. Это стихия. Ей нужно управлять, а не просто направлять.

Я сделал шаг вперёд. Клинки из воздуха вились вокруг меня, рассекая воздушные потоки, не давая им коснуться моего тела. Сефаро расширил глаза, увидев, как его главное оружие просто… не работает.

— Не может быть! — закричал он, усиливая напор. Ветер завыл, засвистел, стал почти осязаемым — плотным, как вода. Воздушная масса давила на меня со всех сторон, пытаясь смять, раздавить, размазать по стене. Но моё плетение продолжало своё дело, нейтрализуя атаку. Идеальная защита против подобного типа противников.

— Два года, говоришь? — спросил я, продолжая приближаться. — Два года ты тренировался, чтобы создать эту бурю?

Я остановился, и в моих глазах мелькнула усмешка.

— Вот только ты, похоже, забыл, что далеко не один умеешь управлять ветром. Так что теперь смотри, как это работает. Я преподам урок.

Я поднял руку, активируя ещё одно плетение, что готовил всё это время — и ветер Сефаро замер. Не исчез, не рассеялся — просто замер, послушный моей воле. Воздушные потоки, только что готовые уничтожить меня, теперь кружились вокруг моей ладони, как ручной зверь.

— Что… — выдохнул Сефаро. — Как…

— Ты недооценил противника. И в этом твоя ошибка, — усмехнулся я.

Я сжал кулак, и воздух вокруг меня взорвался. Вихрь, который создал Сефаро, перешёл под мой контроль за долю секунды. Я чувствовал каждую струю, каждое движение, каждую частицу пыли, закрученную в этом потоке. И я управлял им так, как Сефаро даже не снилось.

— Смотри, — сказал я.

Я развёл руки в стороны, и воздух в зале разделился на семь идеально ровных потоков. Они текли параллельно, не смешиваясь, не сталкиваясь — чистая, контролируемая стихия.

Сефаро побелел. Он смотрел на то, что я делал с его стихией, и не верил своим глазам. Ветер, который был его кровью, его плотью, его сутью — он подчинялся мне так же легко, как если бы я владел им всю жизнь.

Я взмахнул рукой, и воздушные потоки ударили в сторону. Они не задели Сефаро — лишь пронеслись мимо, выбив из стены несколько каменных крошек. Но этого было достаточно. Он просто обессиленно упал на колени, не в силах морально сопротивляться.

— Ты два года тренировался, чтобы стать сильнее, — сказал я, приближаясь. — Но и я тоже не стоял на месте. И я вновь сильнее тебя.

Я остановился в шаге от него. Ветер стих, оставив после себя лишь лёгкое дуновение.

— Ты хотел доказать, что ты лучше в своей стихии, — продолжил я. — Но ты даже не представляешь, что такое настоящее владение ветром.

Сефаро молчал. Его лицо было белым как мел, руки дрожали. Он смотрел на меня и не мог вымолвить ни слова.

— Посмотри на себя, — сказал я. — Наследник древнего рода, маг воздуха, который должен быть лучшим в своей стихии. А победить меня ты можешь только в одном случае — если я сам позволю.

Я развернулся и пошёл прочь, оставив его стоять на коленях посреди зала, под светом магических огней, окружённого безмолвными свидетелями его позора.

Ренар встретил меня широкой улыбкой.

— Это было круто! — хлопнул он меня по плечу.

— Но слишком жестоко, — покачал головой Эрде, но в его голосе слышалось восхищение. — Ты не просто победил — ты уничтожил его веру в себя. После такого он вряд ли оправится. И ты нажил себе смертельного врага. Не лучше ли было его убить?

— А ты куда кроважаднее, чем я думал, — усмехнулся, посмотрев на Адама. — Но увы, пока не время. Нас не зря соединили в группу. Интуиция подсказывает, что уменьшать наше количество не стоит. Кто знает, что ждёт впереди. А вот позже… Кто знает. Может я и последую твоему предложению…

Остальные маги расходились, возвращаясь к своим делам, но я чувствовал на себе их взгляды. Катарос смотрел с задумчивостью — кажется, он переоценивал мои способности, и теперь ему нужно было время, чтобы сложить новую картину. Голд — с облегчением, что всё обошлось без крови, но и с новым уважением во взгляде. Сэнд — с одобрением, ей явно понравилось моё превосходство. Флюмен — с ещё большим интересом, чем раньше. Она смотрела так, будто я был редким экспонатом в её коллекции, и это начинало слегка напрягать.

А Солани…

Она стояла у стены, не двигаясь, и смотрела на меня. В её глазах пылал интерес и благодарность.

Я подошёл к ней. Просто потому, что захотел понять, что происходит в голове у этой загадочной девушки.

— Ты довольна? — спросил я. — Я не убил твоего подзащитного.

Она вздрогнула, будто очнувшись от глубокой задумчивости.

— Да, спасибо. Иначе мне бы пришлось вмешаться в последний момент. Я не имею права своим бездействием позволить ему умереть. Такова моя доля. Впрочем, если он умрёт по своей вине — в том не будет моей вины и я стану свободна, — улыбнулась она.

— Значит, именно за этим ты сюда пришла, — понимающе кивнул я. — Тут много способов погибнуть. И никаких претензий к тебе не будет. Вотчина Герцога Ада это не то место, где ты смогла бы что-то сделать.

— Верно… Но он сам захотел прийти сюда. Ну… Может я немного его подтолкнула.

— Опасные вы существа, женщины, — цокнул я языком.

И посмотрел на Сефаро. Он стоял на том же месте, не двигаясь. Вокруг него всё ещё кружился лёгкий ветерок — но теперь это был не боевой вихрь, а просто отражение его состояния. Растерянность. Смятие. Боль. Но в его глазах, когда он поднял их на меня, не было ненависти. Только вопрос. Один-единственный вопрос: «Как? Как он мог проиграть?».

Девушка усмехнувшись, двинулась к своему подопечному, оставив меня одного. Я смотрел ей вслед, отмечая, как плавно она двигается, как магический свет играет в её тёмных волосах с фиолетовым отливом.

— Фауст, — позвал Ренар, подходя ближе. — Идём. Кажется, здесь есть проход.

Я обернулся. В дальнем конце зала, за колонной, действительно открылся новый коридор — до этого его скрывала какая-то иллюзия или магия. Остальные маги уже направлялись туда, кто-то не спеша, кто-то торопясь, стремясь первым попасть в следующий зал.

— Идём, — кивнул я.

Проходя мимо Сефаро, я встретился с ним взглядом. Но он лишь отвёл глаза, пряча свою неуверенность.

Я не стал останавливаться.

Мы вошли в новый коридор, и прошлый зал остался позади. Впереди были новые испытания, новые опасности, новые встречи. А где-то в самом сердце библиотеки ждала главная награда.