г. Майами, восточная часть города.

7 июня 2025 г.

Спустившись с чердака, Лой быстро пошел в сторону трехэтажки, в которой жила его подруга Хоуп. Квартира осталась ей после смерти родителей, и могла стать основой для ее светлого будущего. Однако девушка распорядилась ею иначе. Не желая тратить время на учебу и работу, Хоуп начала промышлять мелкими кражами и сдавать свободную комнату кому попало. Так она и познакомилась с Лоем.

На удивление, он оказался довольно честным для парней ее круга. Кейдж всегда держал дистанцию, но при этом не отказывал в помощи. Даже после переезда, он поддерживал связь с Хоуп и время от времени оставался на ночь. При этом парень никогда не признавался ей в любви, считая, что ее устраивают свободные отношения. А подруга не пыталась выяснить, кем они приходятся друг другу, ведь боялась потерять Лоя.

Кроме принципиальности, Хоуп привлекала внешность Кейджа: его собранные в хвост темные волосы, спортивная фигура и упрямство, с которым он двигался к своей цели. Лой был частью темного мира Майами, но вел себя так, будто знал, что однажды все изменится.

Дверь в квартиру Хоуп была открыта. Привычно скользнув в прихожую, пропахшую дешевым табаком и приторными духами, Лой начал раздеваться. У него был час, чтобы привести себя в порядок: принять душ и побриться, но стоило ему пройти в ванную, как на пороге возникла Хоуп и впилась ногтями в его рельефные плечи.

На ней была черная синтетическая сорочка на тонких бретелях. Взъерошенные после сна волосы, окрашенные в алый цвет, укрывали ее хрупкие плечи с татуировкой шипов и роз. Лой поморщился, понимая, что подруга ждет от него близости, но его тело сопротивлялось так же, как и душа.

Парень взялся за ладони любовницы и, не оборачиваясь, снял их с себя.

– Где ты был? – тихо спросила она, уткнувшись носом в его спину. – Я ждала тебя этой ночью.

Лой не ответил. Он замер, чувствуя, как ее пальцы перебирают волосы на затылке, а язык скользит по позвоночнику. Остановившись в районе копчика, Хоуп резко повернула Кейджа к себе.

– Чем ты был занят? – спросила она, поглаживая татуировку дракона, набитую чуть выше его паха.

Девушка встала на колени и попыталась стащить с Лоя боксеры, но он схватил ее за руки и потянул вверх.

– Ты не спрашиваешь про мою работу, забыла? – сказал он, когда лицо Хоуп оказалось напротив него.

– Работу? – усмехнулась она. – Вчера ты напивался в каком-то пижонском клубе вместе с блондинкой. Вас видела Бренда.

Кейдж не стал отпираться.

– Прикинем, ну и что?

– Не понимаю, зачем ты врешь? – прошипела Хоуп.

– Мне разрешения нужно было спросить? – Лой отвернулся и чуть спокойнее продолжил: – Это случайная девчонка. Подсела ко мне после сделки и начала нести чушь про байкеров.

А потом я поцеловал ее.

– Раз все так, почему не пришел сразу после клуба? – не унималась подруга.

– Хотел побыть один, – громко ответил Кейдж. – Еще вопросы?

– Никаких, – Хоуп попятилась к выходу, но вдруг изменилась в лице и выпалила: – Ты приходишь ко мне, когда тебе нужно, а потом сваливаешь, будто я пустое место…

– Договаривай, – напряженно произнес Лой, сжав кулаки.

– Пошел ты, – буркнула Хоуп.

Она не была плаксивой. За все время, что они знали друг друга, Лой видел ее слезы всего пару раз, но сейчас девушка едва сдерживалась, чтобы не разрыдаться, ведь заподозрила самое страшное: возлюбленный серьезно увлекся кем-то.

Кейдж не сказал об этом напрямую, но в каждом его жесте и взгляде читалась невероятная усталость от их встреч. Прежде она не проявлялась так явно, а интимные ласки находили в нем хотя бы какой-то отклик. Теперь же его каменное лицо говорило само за себя: Лой находится на грани терпения и каждое слово может спровоцировать его уход.

– Она использует тебя и выкинет, как мусор.

Подруга развернулась и вышла, хлопнув дверью так, что со стены посыпалась штукатурка. Лой остался один в тесной ванной и машинально повернулся к зеркалу.

На него смотрел тот же парень: немного дикий и лишенный жалости к себе. Но в его глазах уже горел огонек надежды, который и толкал его на отчаянную борьбу со своей беспросветной реальностью.

Кейдж включил горячую воду и вошел в ванну. Пар быстро заволок комнату, осев испариной на старой плитке, и на время скрыл Лоя от всего мира. Сейчас он жил в моменте первой встречи с Сарой и ругал себя за одну лишь мысль о возможных отношениях с ней.

Дурак, – подумал он. – Что я дам ей, кроме…присутствия и секса? Это немало, но явно недостаточно. Я не потяну ее, если ничего не изменится. Вот о чем надо думать: как свалить из этой дыры и никогда не возвращаться! А еще включить башку, чтобы найти такую же тачку, как у Праймера.

Лой вышел, вытерся жестким полотенцем и снова подошел к зеркалу. Рядом с ним в отдельном стакане стояли его щетка и бритва. Стерев со стекла пар, парень нанес гель на лицо и начал бриться. Он делал это тщательно, пока не осталось ни одного волоска. Затем умылся, пригладил волосы и бросил взгляд на футболку и джинсы, лежащие на полу.

Раньше он без сомнений поехал бы в офис прямо в них, но сейчас впервые задумался, насколько неряшливо это будет выглядеть. Нет, парень не собирался менять свой стиль. Он хотел соблюсти баланс между реальным Лоем и человеком, который будет стоять перед Сарой, когда она очнется.

Отчего-то это сильно волновало его.

Лой провел ладонью по гладкой щеке, чувствуя непривычную мягкость.

Раз уж я влез в это, придется соответствовать.

На миг в голове промелькнула идея, где он может заработать, не рискуя сесть в тюрьму. Парень давно размышлял над ней, но постоянно откладывал решение. Теперь же оно лежало на поверхности: Кейдж должен сделать все, чтобы выйти из игры и больше не зависеть от богачей, вроде Джоша или своего тайного покровителя.

Когда он вышел из ванной, Хоуп уже стояла в прихожей, одетая в джинсы и старую растянутую футболку. Она безразлично смотрела в одну точку, предчувствуя, чем закончится их разговор, а Лой потянулся к ботинкам, не замечая ее.

– Мне предложили одно дельце, – из жалости признался он. – Мне придется залечь на дно на некоторое время.

– То есть? – переспросила Хоуп. – Ты больше не придешь?

Кейдж обулся и накинул куртку.

– Не приду.

– Значит вот твоя благодарность? – вскрикнула девушка, заслонив собой входную дверь. – Мудак! Ты трахал меня, жрал, спал здесь, а теперь хочешь стать чистеньким, как эти богатые ублюдки?

Лой попытался отодвинуть девушку, но она оттолкнула его и продолжила кричать. Чтобы успокоить бывшую любовницу, парень с силой схватил ее за руки и прижал к стене.

– Ты всегда знала, что я хочу выбраться из этого дерьма, – сурово сказал он, сильнее сжав ладони подруги. – И я не припомню, чтобы ты отказывалась от бабок, которые мне платили за левые тренировки в клубе. Меня засекли, кстати…

– Значит, теперь я должна тебе? – буркнула девушка, дернув плечом, чтобы убрать волосы с лица.

Лой заметил это и отодвинул с ее щеки мешающие пряди, а затем тихо сказал на ухо:

– Не должна. Я помогал тебе, потому что хотел, и буду помогать дальше. Если влипнешь во что-то – маякни. Когда появятся бабки, я передам тебе их через твою сестру. На этом все.

Отстранившись, Кейдж направился к двери под возглас подруги:

– Иди нахрен со своей помощью! Не приходи сюда больше, иначе я порежу тебя, понял?

Лой обернулся, и Хоуп хватило одного его взгляда, чтобы пожалеть о своих словах.

– Пока.

Кейдж вышел в коридор, спустился по лестнице, и только, когда оказался на улице, смог выдохнуть. Он жадно глотал воздух, слыша, как рушится основа его прошлой жизни, и старался не оглядываться, будто боялся, что это черная дыра опять засосет его.

20 минут спустя.

Лой вошел в гараж и остановился рядом со Спайком, который уже возился с двигателем от старой Тойоты. Вытерев руки промасленной тряпкой, тот свистнул.

– О, брат! Ты бы знал, как мы оттянулись на хате Риты…

– Рад за вас, – спокойно сказал Лой. – Если честно, выглядишь хреново…

– Еще бы! Я не спал всю ночь!

Пожав руку другу, Кейдж посмотрел в сторону белого Мерседеса, стоящего под защитным тентом.

– Толстуха заснула прямо на нем. Тут точно не до сна. Не задохнуться бы, – пошутил Клык, выйдя из подсобки.

На его шее темнел синяк, а на руках виднелись царапины.

– Тебя закрыли в клетке вместе с тигром? – с улыбкой спросил Лой.

– Угу, с тигрицей, – ухмыльнулся Клык.

– Ты еще не видел его спину. Рита ободрала его почти до мяса, – засмеялся Спайк.

– Оно того стоило…

Клык обнял Лоя и, заметив, что он выглядит опрятнее, чем обычно, спросил:

– С утра при параде…Куда вырядился? На свидание с Хоуп?

Парни одновременно засмеялись, но Кейдж остановил веселье единственной фразой:

– Я порвал с ней.

– Чего? – переспросил Спайк. – Вы же были, как его…– он вытянул указательные пальцы и потер один о другой, – сиамские близнецы, вот!

– Половинки, идиот, – вмешался Клык.

Если бы.

– Какая разница? Вы же поняли, – Спайк подошел к Кейджу и серьезно спросил: – Что случилось-то?

– Ничего. От нее были одни неприятности.

– А я предупреждал, – Клык развалился на старом кресле и склонил голову набок, – она стащит у кого-то пару баксов, а ты разгребай. Правильно, что порвал.

– Не-не, не подумай. Я всегда поддержу тебя, брат, – Спайк показал открытые ладони.

– Да, заткнитесь оба, – с благодарностью сказал Кейдж.

– Не расплачься, – съязвил Клык.

Лой подошел к Мерседесу и, приоткрыв тент, провел кончиками пальцев по идеально гладкому капоту. Дважды в неделю парень выезжал в город, чтобы поддержать работоспособность аккумулятора и топливной системы. В остальное время машина сиротливо стояла в гараже, ожидая дня, в наступлении которого сомневался даже Лой.

Билл, его отец, купил машину десять лет назад и вскоре после этого попал в страшную аварию. Много месяцев он был прикован к больничной койке, но никогда не забывал о Лое. По выходным Билл просил врачей позвонить сыну, и по несколько часов говорил с ним. Не о семье, любви и прошлом, как делает большинство безнадежных пациентов, а о всяких железках. Мальчик удивлялся, но не перебивал его, хотя и не понимал, почему он рассказывает все это. И лишь спустя много лет, наконец, осознал: отец готовил его к будущему, где он сможет рассчитывать только на себя.

С четырнадцати лет Кейдж был предоставлен сам себе. Его мать, Линда, не выдержала смерти Билла и замкнулась. Затворничество сделало ее подозрительной и неуравновешенной, а злоупотребление сигаретами спровоцировало агрессивную форму рака. Через семь месяцев ее не стало. Квартиру Кейджей продали в счет списания долгов, а машину забрал друг отца. К тому моменту Лой уже находился в приюте из-за лишения Линды родительских прав.

Таким образом, за два года парень потерял обоих родителей, что и стало причиной его жалости к Хоуп. Их судьбы были слишком похожи, а будущее не сулило ничего, кроме вечной нужды. Однако Лой продолжал бороться, в то время как подруга все глубже погружалась в омут безнадеги и нищеты.

У Кейджа не было нормального образования. После приюта он почти сразу попал в одну из банд, где и познакомился с Клыком и Спайком. Заработав первые деньги, Кейдж первым делом выкупил Мерседес, затем вместе с друзьями приобрел гараж и попытался работать легально. Однако Космо, главарь преступной шайки, из которой друзьям удалось вырваться, не давал им житья. Между ними постоянно происходили мелкие стычки, а иногда и серьезные драки. Это вынудило Кейджа заняться боксом, чтобы уметь постоять за себя. Но два месяца назад все прекратилось: Космо вместе с другими членами банды посадили в тюрьму, и немалую роль в их поимке сыграл сам Лой.

Смахнув тент, Лой сел за руль и завел мотор Мерседеса. Он отрегулировал кресло, хотя в этом не было необходимости, поправил зеркало заднего вида, представляя Сару, сидящую сзади, и крикнул Спайку, чтобы открыл ворота.

– Удачи, брат, – сказал тот, когда машина выехала во двор.

Кейдж опустил стекло.

– Когда вернусь, обсудим одно дельце. Я не смогу его провернуть без вас.

– Наконец-то! – обрадовался Спайк. – Можешь не сомневаться. Все сделаем.

– Пока.