г. Майами, Бриквелл-авеню, офис студии Form & Flow.

Пронзительная тишина, охватившая студию ближе к полуночи, впитывала каждый звук: скрип кожи кресла, вой сирены за двойными стеклами и мощное сердцебиение в груди Праймера.

Наконец, он остался один, и бесконечные разговоры с подчиненными без возможности даже приблизиться к Саре, больше не превращали нервы в оголенные провода. Чтобы не видеться с ней, Джош перенес обсуждение идей для каталога, и, дав указания Пейдж, впервые закурил прямо на рабочем месте.

Раньше он не позволял себе такой слабости и ругал за эту привычку подчиненных, а теперь, наплевав на едкий дым, заполняющий легкие, хмыкнул и уставился в монитор.

Несколько минут Праймер бесцельно блуждал по фотографиям с презентаций и старым проектам, надеясь найти в них частицу прежнего себя.

Вот он получил статуэтку в виде спирали из рук ведущего премии “International Design Awards”. А на другом снимке красуется вместе с Томом Крузом и Мадонной, которые были специальными гостями на открытии одного из роскошных отелей Маркуса Торна. И вдруг, среди относительно свежих фото, увидел парня в скромном костюме, стоящего на крыльце главного корпуса Колумбийского Университета – себя.

Это было много лет назад. Настолько, что мужчина едва узнал в том наивном трудоголике Джоше нынешнюю акулу бизнеса. Тогда он был действительно счастлив, занимаясь тем, чего хотела его душа. А сейчас не мог смотреть на себя в зеркало, потому что интрижка с Уильямс внезапно обнажила все его внутренние противоречия.

Пролистнув изображение счастливой Дианы Биле, чье место вот уже несколько часов занимала Сара, Праймер остановился. Часы показывали 23:55, призывая босса поехать в свой идеальный и холодный лофт. Но Праймер отчаянно искал повод остаться, будто с минуты на минуту дверь распахнется и в кабинет ворвется она – девушка со светлыми взъерошенными локонами.

“Чего ты ждешь, придурок?” – тихо вопрошал босс, вздрагивая от мысли о неожиданном визите Сары. – “Ты принял решение. Все кончено. Она не придет сюда, даже если ты будешь валяться при смерти! Скажи спасибо мудаку Уоррену! И трусу, который сидит перед экраном и мотает сопли на кулак!”.

Сперва мысль о том, что можно воспользоваться стажеркой и отойти в сторону, казалась Джошу идеальным способом развлечься. Обесценивание спутниц в его мире – привычное занятие успешных мужчин. В то время как привязанность и открытые чувства становились слабостью в глазах таких же, как он. Этот урок Праймер получил, как только начал вращаться в бесконечных и опасных джунглях бизнеса. Где за каждой красоткой скрывалась расчетливая тварь.

Бывшая жена была именно такой.

Казалось бы, воспоминания об этом должны были стереться за сотнями одинаково красивых и безликих любовниц. Но даже время не смогло залечить эту рану. Вечная опасность лишиться проекта всей своей жизни сотворила настоящего монстра. Циника и сластолюбца, а теперь – несчастного мужчину, который, двигаясь по инерции, не нашел в себе сил снова сделать рискованный шаг.

“У нас нихрена не вышло бы. Мы слишком похожи. Те же амбиции и тщеславие”, – убеждал он себя, рассматривая студенческие работы Сары, сложенные в картонную папку.

“Здесь есть душа, мистер Праймер”, – сказала Глория при виде эскиза главного зала кафе в стиле прованса. – “Вы нашли редкий алмаз”.

“Душа…И Сэвилл туда же! Кого она вообще интересует? Много лет я спокойно работал без нее – правильно, четко, безупречно. А теперь всем вдруг понравился хаос?”.

В его голове вновь промелькнул образ Сары на заднем сидении авто. Ее лицо, не скованное стремлением казаться восковой куклой. Ее фигура без единого вмешательства хирурга. И волосы, которые пахли летом и свежестью.

Сара была олицетворением той самой “души”, которая, наряду со способностями и острым умом, так зацепила Праймера. Носитель хаоса, что так раздражал его в начале, а оказался – возвращением к себе.

“Назначить ее на место Биле было гениальной идеей. Может, сейчас она что-то и чувствует ко мне, но пройдет месяц или два…покажет себя и пустится во все тяжкие. Тогда я с чистой совестью уволю ее. Нужно только подождать”, – мужчина закрыл глаза и подпер голову руками. – “Я должен выдержать этот ад. Только, как я буду выбираться из этого дерьма, если она окажется честнее и порядочнее? Да, к тому же, заведет мужика?” – картина счастливой Сары, идущей под руку с другим, открыла в его груди дыру. – “Я явно не дружил с башкой, когда принимал ее на стажировку. ”.

Внезапная волна ярости поднялась из той самой бреши. Джош схватил папку и швырнул ее в дальний угол кабинета. Картон хлопнул о стену, листы выпорхнули и плавно рассыпались по темному полу.

“Пора взять себя в руки! Натянуть эту чертову маску успешного дельца, меняющего баб, как перчатки! Улыбаться и давить Пейдж, чтоб она и рта не могла раскрыть! Забыть про этот мертвый камень в груди! Держать все под контролем! А дальше…будь, что будет!”.

Сделав круг по кабинету, Праймер сгреб с тумбочки ключи от Порше и смартфон, а после в пику собственным словам и уверениям себя остановиться, зашел в мессенджер и пробежался взглядом по недавней переписке.

Пальцы сами начали писать: “Спокойной…” и с силой сжали трубку, стерев сообщение.

г. Майами, 2-ая авеню, квартира Сары.

Находясь в пяти километрах от офиса, Сара испытывала то же, что и Джош. Стремление быть вместе, несмотря на предрассудки. Чувствовать друг друга, сотрясаясь в неистовых конвульсиях, где бы ни настигла страсть. Быть опорой в бизнесе и в жизни. Но продолжала оплакивать порушенные надежды, лежа в постели, которая еще пахла сексом и его парфюмом.

Перед ней на простыне лежали глянцевые фотографии интерьеров салона Глории Сэвилл, каталоги прошлых коллекций и большой список требований заказчицы. Сара буквально заставляла себя работать. Пыталась собрать отдельные предметы в цельный, дышащий жизнью образ.

“Мне нравится это бледно-голубое кресло. Оно похоже на облако. Что же подобрать к нему? Может, низкий столик из матовой латуни? А фон? Стена цвета темного грифельного сланца? Нет, слишком мрачно. Глория хотела легкости, а не гробницу, чтобы лечь и умереть в ней. А я бы от такой не отказалась”.

Девушка знала, что сейчас не время для мозгового штурма. Глаза, красные от усталости и слез, слипались, буквы начали плыть, а фотографии превращались в грязные пятна. Только она не могла посрамиться и положить на стол Праймера непроработанные эскизы.

“Как я могла так запутаться?” – вопрошала Сара, впившись пальцами в корни волос, пока боль не стала невыносимой. – “Дала воспользоваться собой? Ради этой должности? Если бы я не переспала с Джошем…дважды…то, возможно, отнеслась к его сюрпризу иначе! Порадовалась даже…Но сейчас моя мечта, дело моей жизни превратилось в хождение по углям!”.

Новая попытка сосредоточиться закончилась приступом мигрени.

“Каталог. Надо думать о каталоге…”

Однако все было без толку. Мысли, словно назойливые мухи, снова и снова возвращались к кабинету Джоша, к его взгляду – пустому, как выцветшее небо. И к тому, с какой легкостью он превратил ее порыв в сухую строчку в списке любовных побед.

“Я докажу ему, что не просто так занимаю место директора! Пусть оно стало платой за секс! Я не могу повернуть время вспять. Но в моих силах заставить его страдать и жалеть, что так обошелся со мной!”.

Вцепившись в подушку, Сара зарылась лицом в прохладный хлопок в попытке заглушить тихий, надрывный плач, который рвался из самой глубины, где жила сломанная девочка.

Новая волна усталости внезапно накатила на нее. Веки налились свинцом, тело стало чужим и неподъемным. А внутри затрепетало простое решение – завтра отправиться к Глории и лично поговорить с ней.

Отныне, работа над этим проектом стала единственной твердой точкой в некогда ярком и бьющем ключом мире. Теперь он превратился в бездну, где не было ни снов, ни утешений.

Глава 29

г. Майами, 134-ая улица, дом Бэйлов.

Одевшись, Криста схватила телефон и направилась к двери. Внезапное и такое желанное появление Соула, вопреки родителям и проблемам, свалившимся на него, заставляло сердце выпрыгивать из груди.

“Но о чем он хочет поговорить? Может, дело развалилось или…наоборот – все стало хуже и скоро ему предъявят обвинение?” – думала девушка, медленно спускаясь по лестнице и отмеряя каждый шаг, чтобы не попасться.

В гостиной было пусто и темно. Гвен, закончив уборку, поднялась в спальню. А Том, как всегда, работал в мастерской, поэтому не услышал, как дочь вышла.

– Привет, – робко произнесла она, глядя на то, как ловко Соул спрыгнул с крыши. Его серые глаза теперь смотрели на нее с томной серьезностью. Капли стекали со взъерошенных волос, а толстовка была насквозь сырой и холодной. Но под дождем он чувствовал себя так же свободно, как и среди океанских волн.

– И тебе, – ответил юноша и, убедившись, что в окнах не горит свет, зашел на крыльцо. – Прости, что так поздно и…мокро.

Он отступил на шаг, заметив, что нечаянно обрызгал Кристу.

– Ничего, – девушка с улыбкой потянулась к щеке, чтобы смахнуть капли, но Соул опередил ее, осторожно коснувшись ее лица ладонью.

Теплые пальцы быстро скользнули по коже, а его дыхание, такое близкое в этот миг, сорвалось с губ и согрело ее шею и мочку уха.

– Вот так, – протянул он. – Не хватало еще, чтобы ты простудилась.

– От пары капель еще никто не умирал. Я не сахарная – не растаю.

Криста сказала это с поразительной легкостью, однако, в ответ внутри нее снова пронеслось эхо родом из недавнего прошлого: “Такие, как он, не умирают от пары ударов, а жаль…”.

Юноша заметил перемены в лице Кристы, а затем проследил за ее взглядом, упавшим на разодранные костяшки.

– В общем, спасибо, что поверила мне.

– Что? – словно выпав из реальности, спросила девушка.

Соул сложил руки в карманы шорт и начал медленно ходить по крыльцу.

– Я говорил с детективом Ньюманом. Он сказал, что ты и еще несколько прохожих подтвердили мои показания. И это очень кстати, – юноша сделал паузу, желая поменять вектор разговора, чтобы избежать ненужных вопросов.

Криста кивнула, но вышло не слишком убедительно.

– Ты ведь не думаешь, что это сделал я, да? – Соул остановился и внимательно посмотрел ей в глаза. – Крис, мы встретились с Итаном на пляже, как и договорились. Но ничего не было. Обычный мужской треп по душам и прочее. Я и сам не думал, что выкручусь относительно легко.

– Нет, я верю, – судорожно сказала девушка. – Просто не понимаю, почему ты решил, что они не накинутся толпой?

– Потому что между нами все сложнее, чем банальная неприязнь, – Соул вздрогнул от капли, упавшей за шиворот, и едва сдержался, чтобы не вскрикнуть, извиваясь от ощущения холода. – Я не оправдываю то, что он сделал. Просто…он не был таким раньше. Но я подозреваю…

– И ты, конечно, не расскажешь – “что”?

– Не стоит. Ай…Как же холодно, черт…– процедил Соул и снова осмотрел окна.

– Спальня родителей с другой стороны, – уточнила Криста. – Сейчас нас никто не видит. – Так, значит, ты вне опасности?

– И на свободе, – выдохнул юноша.

– Я рада, – девушка улыбнулась и смущенно отвела глаза, не зная, что еще сказать.

– Слушай, – голос Соула впервые дрогнул. – У меня остался день в Майами, и я хочу провести его так, как никогда…Может, составишь мне компанию?

Фраза про скорый отъезд отняла воздух из легких Кристы, а горло болезненно сжалось. Она видела всю боль в его глазах и понимала, что это не бегство, а изгнание. Но эгоизм протестовал.

“Он не должен уезжать, когда мы только сблизились! Как же так! Соул – единственный, кто увидел меня, когда я была невидимкой для остальных!”.

– Ты уезжаешь?

– Таков…– юноша вспрыгнул на перила. – уговор с Итаном. Я убираюсь отсюда, а он остается и начинает с нуля. Только теперь непонятно, с какого.

– Мне жаль. Я буду скучать, – искренне, не таясь, прошептала девушка, но это прозвучало слишком банально и несоразмерно той буре, что бушевала внутри.

– Но пока я здесь, может…завтра погуляешь со мной? – Соул произнес это неуверенно, как мальчишка. – Знаю, что мы плохо знакомы, да, и мама твоя не в восторге…

– Еще в каком, – с усмешкой произнесла Криста.

“Наверное, это сон! Соул стоит передо мной и так робко просит о встрече! Меня – белую ворону и мишень для насмешек и осуждения! Но почему? Что он видит во мне? Симпатичную девчонку или вечную проблему, с которой должен попрощаться?”.

Сомнения с новой силой забились в груди. А время, которого осталось так мало, давило ощущением безрадостного будущего. Однако растерянность очень быстро сменилась новым, более дерзким предложением: “У меня стажировка завтра. Вряд ли Джош отпустит меня. Так, что начнем прямо сейчас. Ты не против?”.

Решение пришло мгновенно, подогретое адреналином, страхом потерять его и внезапным, безумным желанием этой ночной свободы.

Соул нахмурился и осмотрелся.

– Я – за. Только…Уверена, что не застукают?

– Вряд ли, – буркнула девушка, а следом прикусила губы, потому что входная дверь резко отворилась и на пороге появился Том.

Его растянутый свитер был испачкан краской, как и руки, сжимающие большой черный пакет с мусором, скопившимся на чердаке. Застыв от удивления, отец осторожно положил его на пол и окинул напряженным взглядом парочку на крыльце. А Соул выпрямился, непроизвольно сжав руку Кристы.

– Даже спрашивать не буду, чья это идея, – буркнул отец, поглядывая на дочь. Том быстро считал ее состояние и, решив, что не должен вмешиваться, твердо заявил юноше: – Через час она должна быть дома. В своей постели. Понимаешь?

Соул почтительно кивнул.

– Да, сэр.

– А если кто-то опять пристанет, – продолжил отец, – бей без промаха.

– Пап, – протянула Криста. – Соул не виноват. Нашлись свидетели…

– Я знаю, – тут же ответил Том.

– Откуда, сэр? – удивился Соул. – Разве об этом писали?

Том подержал обоих в напряжении еще пару секунд.

– Ты недооцениваешь ценность интуиции, – на лице отца промелькнула осторожная улыбка, а затем брови картинно поползли вниз: – И связей в полиции. Но я благодарен тебе за спасение Кристы. И всегда помогу в ответ, если будет необходимость.

– Надеюсь, что не понадобится, – резко ответил юноша, всколыхнув в спутнице кашель предостережения, но отец среагировал не так, как она думала.

– Достойный ответ, – мужчина протянул руку и скрепил разговор крепким рукопожатием. – Доброй ночи. Вам обоим.

– Я скоро. Обещаю, – дочь подлетела к нему и, поцеловав отца в щеку, вернулась к юноше.

Когда дверь за Томом тихо захлопнулась, Криста сдавленно засмеялась, а за ней и Соул, потряхивая головой. Теперь они были одни, промокшие, взволнованные, и смотрели друг на друга, ощущая глупость ситуации. А вокруг продолжалась ночь, чаруя обоих запахом дождя и свободы.

– Ну что, – сказал Соул, и в его голосе снова появился тот задорный, легкий оттенок, который она слышала в самом начале. – Куда пойдем, Крис?

– На Саут-Бич.