Иногда кажется, что нет ничего прекраснее людей, а иногда — что нет ничего страшнее.

То, что задумала Каролина Серебрякова, повергло нас в шок. И пусть у нее ничего не получилось, это не значит, что она осталась невиновной. Людей определяют не только поступки, но и мысли. Ее мысли были черны, словно беззвездная зимняя ночь, и когда ярость в душе улеглась, я поняла, что мне жаль — жаль, что в небе Серебряковой нет ни одной звезды; ее небо — это перевернутая бездна, нависшая над ее головой и затягивающая в себя ее душу.

Ее бездна — ее выбор.

Мы обошлись без полиции.

Каролина ушла, пытаясь сохранить остатки своей гордости, выплюнув на прощание слова ненависти, словно проклятье. И я не стала удерживать ее, устраивать разборки, угрожать, хватать за волосы, хотя, надо признать, мне очень хотелось сделать это — аж руки зачесались. Даня тоже не стал — ей хватило его взгляда. Он смотрел на нее так, что у меня самой по рукам побежали мурашки, смотрел без ненависти — с отрешенным разочарованием. Даня увидел ее бездну так же отчетливо, как и я. Несколько его слов — и ее лицо стало совсем белым. Она поняла, что проиграла.

Следом за ней ушел Влад. Он оделся как ни в чем не бывало, любезно извинился и вернул мне ключи и сим-карту. Казалось, он не испытывает никаких эмоций, все делает размеренно и спокойно. А у меня в жилах искрила ярость. У Дани, впрочем, тоже.

— А я все не могла понять, зачем ты это сделал, Савицкий — зачем стащил сим-карту, — сказала я злым отрывистым голосом.

— Догадалась, что это был я?

— Разумеется.

— Я обезопасил себя на тот случай, если бы Каро пришло в голову позвонить тебе и проверить, — спокойно ответил он.

— А если бы я восстановила ее в ближайшем магазине мобильной связи? Это делается быстро.

— Не восстановила бы, — отозвался Влад лениво. — Сама говорила, что симка зарегистрирована на мать. А мать не в городе. Из всех вариантов я выбрал этот, как наиболее простой. Или ты хотела, чтобы я разбил телефон? Украл? Глупо, Дарья, глупо. Ты бы ведь сразу пошла к ментам — я все обдумал.

— А если бы телефон был не в сумке? — нахмурилась я.

— Вырвал бы его вместе с сумкой. Но ты упростила мне задачу. Честно говоря, на вас, ребята, мне было уже плевать. Я просто хотел получить одну важную вещь. Связанную с Каролиной, разумеется. А вы будьте счастливы и все дела. Хотя, — посмотрел он в лицо Дани, — ты все так же бесишь меня.

— Взаимно, — процедил тот сквозь зубы. — Ты собираешься выметаться, пока мы не передумали и не позвонили в полицию?

Савицкий сделал вид, что не слышит его, и повернулся ко мне.

— Дарья, один вопрос. Просто любопытно — как так вышло, что ты появилась в столь эпичный момент? Догадалась о чем-то? Но как?

— Так вышло и все, — сухо ответила я, ничего не поясняя. Почему, я и сама не знала — возможно, меня вела моя Вселенная, иного объяснения я не находила.

После нашей встречи я торопливо пошла домой, то и дело тревожно оглядываясь и думая, не выкинет ли Савицкий еще какой-нибудь трюк. Однако он больше не появлялся, и я спокойно попала в студию, не сразу поняв, что мой телефон не работает, а ключи от родной квартиры пропали.

Я вытащила учебники, конспекты, методичку, обложилась ими, словно щитами, и стала спешно готовиться к завтрашнему семинару, думая, что должна сделать это быстро, чтобы выкроить пару лишних часов на общение с Данькой. И только спустя пару часов, когда я решила спросить у девчонок кое-что по одному из вопросов и потянулась к телефону, обнаружила, что нет сим-карты. Она бесследно пропала, и я не смогла найти ее ни в карманах, ни в сумке. Как она вообще могла выпасть? Чтобы открыть отсек для карт, нужна специальная «скрепка». Ничего не понимая, я еще раз перепроверила сумку, и вдруг поняла, что не хватает ключей от квартиры. А потом мне снова вспомнился Савицкий, и в голове все стало на свои места. Это его рук дело. Он не просто так швырнул мою сумку в салон, а потом сам сел в машину, ища кольцо. Он стащил ключи и забрал сим-карту — вытащить ее с помощью «скрепки» дело пяти секунд. К тому же чехол на телефоне снимается довольно легко.

Я мысленно обложила Савицкого всевозможными некрасивыми словами и кинулась к ноуту, забыв о семинаре.

«Девочки, кто-нибудь может прямо сейчас позвонить Дане?» — написала я в общем чате. Могла Сашка, но, к сожалению, он не брал трубку — наверное, был у Владыко и не слышал звонок. В сети его тоже не было.

«Что случилось, Даш?» — спросила подруга, и тогда я кратко объяснила, что случилось.

«То есть, ты сейчас не дома?» — уточнила подруга.

«Да. Потом объясню, где», — ответила я, пытаясь понять, что сейчас делать и зачем Савицкому понадобилось все это. В результате совместного мозгового штурма мы решили вместе поехать на мою квартиру, не дожидаясь Дани, и проверить, все ли с ней в порядке — втроем было не страшно. Так мы и стали свидетелями невероятной сцены под названием «Изгнание Каролины из жизни Дани».

— Не хочешь меня поблагодарить? — спросил Влад напоследок у Матвеева. — Если бы не я, твоя подружка могла оказаться в очень плохой ситуации. Ведь Каро могла обратиться к Алану.

— Моя благодарность — это то, что мы не сдали тебя ментам за незаконное проникновение, — ответил Даня.

— Сейчас поклонюсь, — фыркнул Влад. — Что ж, мне пора. Прощай, Дарья. Если тебе что-то понадобится, звони. Тебе я всегда помогу.

Савицкий подмигнул Полине, порядком смутив ее, и ушел, засунув руки в карманы куртки.

Наверное, он ушел навсегда.