Я с ней заговорил — она же лишь бормочет,

В привычной старой речи все ворочет;

Глаза в провалы прячутся, как в норы,

И стан поник, теряя прежний взоры;

И, кратко говоря, душа в ней утонула,

Как клинок в ножны тихо встал, и ускользнула.

Роберт Браунинг

«Побег герцогини»

Дилис Пауэлл, маленькая женщина с обвисшими щеками и жидкими седыми волосами, казалось хрупкой и больной. На ней было надето толстое клетчатое зимнее пальто, и она медленно, опираясь на ходунки, вошла в комнату, с крупной черной сумкой на сгибе руки.

— Здравствуйте, миссис Пауэлл, — поднялась навстречу Робин. — Я Робин Эллакотт. Мы говорили по телефону о вашем внуке, Тайлере.

В ответ Дилис лишь шмыгнула носом.

— Она была в церкви, — сказал Гриффитс, помогая Дилис подойти к креслу. — Там рядом похоронен ее муж. Я рассказывал им об автомобильной аварии, Дилис, — объяснил он пожилой женщине, повысив голос. — Про Хьюго и Энн-Мари, и о том, почему Тайлер уехал из Айронбриджа.

— Он ничего с той машиной не делал, — пробормотала Дилис.

— Я им так и сказал, — ответил Гриффитс.

— Ничего не делал, — повторила Дилис. Она отодвинула ходунки и с помощью Гриффитса опустилась в кресло.

— Миссис Пауэлл, мы надеялись задать вам несколько вопросов, — начала Робин, — о том, почему вы решили, что мужчиной в хранилище мог быть Тай…

— Уехал, — перебила Дилис. — Не сообщил мне, куда направляется.

Сказал ему, — добавила она, бросив обиженный взгляд на Гриффитса.

— Просто... — начал Гриффитс.

— Серебро, — произнесла Дилис.

— Что насчет серебра, миссис Пауэлл? — спросила Робин.

— Он говорил про серебро. По телефону.

— Тайлер?

— Да.

— Что он сказал про серебро?

— Не знаю.

С кем он разговаривал? С вами?

— С Джонсом, наверное.

— Кто такой Джонс? — уточнила Робин.

— Его друг, — ответила Дилис. — Ферма Хигвелла, возле Апетона.

— Как зовут Джонса? — спросила Робин.

— Уинн, — произнесла Дилис, пока ручка Страйка быстро скользила по странице.

— Уинн — близкий друг Тайлера?

— Да, — хмуро кивнула Дилис. — Он мне не нравится.

— Почему? — поинтересовалась Робин.

— Грубиян, — ответила Дилис. Она повернулась к Гриффитсу. — Мне нужно в туалет.

— Хорошо, — отозвался Гриффитс, снова вставая. Он помог Дилис подняться с кресла и положил ее руки на ходунки. — Первая дверь слева, по коридору.

Дилис медленно вышла из комнаты. Когда она оказалась вне зоны слышимости, Гриффитс тихо произнес:

— Она сильно сдала после ухода Тая. Он хорошо к ней относился, покупал продукты и прочее. Она тяжело перенесла его отъезд, особенно после того, как его родители уехали во Флориду. Айвор — сын Дилис. Мы все предлагали ей помощь, но Дилис любит быть самостоятельной.

— У нее ведь есть внучатая племянница, верно? — спросила Робин. — Я разговаривала с ней перед Рождеством.

— Она живет не здесь, вернулась в университет, — сказал Иэн. — Я бы не стал о ней упоминать. Дилис поручила ей кормить кота, а тот умер, пока Дилис была в больнице. Кот был очень старый, но Дилис так и не простила девочку, а уж когда Дилис злится — поверьте, это невозможно не заметить. С осени, как она поскользнулась на льду, ей стало хуже. Спускаясь с холма, упала, ударилась головой и потеряла сознание. Пролежала в темноте пару часов, а никто и не заметил. Месяц провела в больнице, и... черт, — выругался Гриффитс, вскакивая, когда откуда-то донесся приглушенный глухой удар. Он вышел из комнаты. Они услышали еще пару ударов, и голос Дилис: «Это не я! Я сама справлюсь!» — затем раздался звук закрывающейся двери. Гриффитс вернулся в гостиную.

— Все в порядке, она просто задела стол в коридоре, — пояснил он.

— Значит, Тайлер никогда не упоминал при вас о серебре? — спросила Робин.

— Нет, он только сказал, что устроился работать в паб где-то на юге. Дилис злилась, что я ей это не передал, понимаете, но я думал, она знает.

И потом, я не уверен, что Тай говорил правду. Он не сказал мне ни название паба, ни чего-либо еще. Может, просто хотел, чтобы я думал, будто у него все продумано.

В отдалении послышался звук спускаемой воды.

— Вы были в Бельгии, — сказал Страйк Гриффитсу.

— Что? — отозвался Гриффитс.

Страйк поднял со столика рядом с собой маленькую золотую фигурку.

— Это «Писающий мальчик», верно? Копия бельгийской статуи?

— А… это Хло прислала мне из Европы. У нас в семье шутка — в каждой поездке искать самый безвкусный сувенир.

— Понятно, — Страйк поставил фигурку на место. Видимо, этим объяснялись и Дева Мария в блестках, и неоново-розовый тайский слон на полке над головой Гриффитса.

— Миссис Пауэлл опрашивала полиция, не так ли? — уточнила Робин.

— Да, — ответил Гриффитс, — но думаю, это ни к чему не привело. Тай забрал с собой все свои вещи, когда убегал, понимаете, так что исключить его по ДНК не получилось. Как я уже говорил, он вроде как жил в доме на птичьих правах после того, как Джилл и Айвор уехали во Флориду. Перед тем, как выставить дом на продажу, они избавились от большей части мебели.

— Вы не знаете, они поддерживали связь с Тайлером? — спросила Робин.

— Понятия не имею, вам лучше спросить у Дилис, но, как я уже говорил, они не самые заботливые родители.

Через несколько минут Дилис, шаркая, вернулась в комнату, и Гриффитс снова помог ей опуститься в кресло. Вместо благодарности она хмуро посмотрела на него снизу вверх.

— Твоя Хлоя перестала общаться с Таем, а они вроде как дружили.

— Да не переставала она, Дилис, — сказал Гриффитс. — Она просто уехала в путешествие, так что...

— На стороне Тайлера никого не осталось, — продолжала Дилис. — Никого. Все говорили, будто он что-то сделал с машиной. А он не делал. Ничего он не делал.

Она выглядела одновременно и сердитой, и расстроенной, ее руки беспокойно елозили на коленях.

— Когда Тайлер уехал из Айронбриджа? — спросила Робин.

— Давно уже, — ответила Дилис. — Несколько месяцев назад.

— Должно быть... в мае, Дилис? — сказал Гриффитс. — Я помню, это было вскоре после дня рождения Хлои.

Подруга называется, уехала и даже его не защитила, — проговорила Дилис, для которой эта тема, казалось, была очень болезненной.

— Только потому, что она путешествует по Ев…

— Он все время в телефон смотрел. Говорил, что пытается защититься. В интернете. А я ему: «Перестань читать, что они пишут, от этого одно расстройство».

— Вы слышали что-нибудь от него с тех пор, как он уехал, миссис Пауэлл? — спросила Робин.

— Он писал мне в Ватсит, — сообщила она, сжимая и разжимая руки на коленях. — Но потом перестал.

— Вы имеете в виду Ватсап? — высказала предположение Робин.

— Да, — подтвердила Дилис.

— Вы не помните, когда сообщения перестали приходить?

— Что? — нахмурилась Дилис, поднеся руку к уху.

— Можно мне посмотреть сообщения? — громче спросила Робин.

— Зачем?

— Чтобы узнать даты, — объяснила Робин.

Гриффитс поднял с пола сумку Дилис и подал ей. Бормоча себе чтото под нос, Дилис стала копаться в ней и, наконец, вытащила старую «Нокию». Тяжело дыша, она нажала несколько кнопок и после долгого ожидания протянула телефон Робин, которая увидела короткую переписку:

Тайлер Пауэлл: привет, ба, надеюсь, у тебя все ок

Дилис Пауэлл: колени совсем плохие, едва могу ходить

Тайлер Пауэлл: жаль, может позвонить Дорис?

Дилис Пауэлл: не могу я все время беспокоить Дорис. когда ты вернешься?

Дилис Пауэлл: ты меня игнорируешь?

Дилис Пауэлл: неблагодарный гад

Дилис Пауэлл: после всего, что я для тебя сделала

Тайлер Пауэлл: ба, я не неблагодарный, просто занят — у меня работа

Дилис Пауэлл: значит, нормально, что я пленница в собственном доме

Дилис Пауэлл: не могу ни в магазин сходить, ни что-то сделать

Дилис Пауэлл: можешь забыть про мои деньги после этого

Дилис Пауэлл: неблагодарный мелкий гаденыш

Тайлер Пауэлл: ок, ладно, я неблагодарный гад. тогда мне лучше вообще ничего тебе не писать

Дилис Пауэлл: Где ты?

Дилис Пауэлл: мне нужно знать, где ты

Дилис Пауэлл: мне плохо, колени совсем разболелись

Дилис Пауэлл: где ты, Тайлер?

Дилис Пауэлл: я позвонила в полицию

Дилис Пауэлл: скажи, где ты, я волнуюсь

Последнее сообщение от Тайлера было отправлено шестнадцатого июня прошлого года. Последнее сообщение от Дилис — в октябре.

Однако прямо над этим чатом в Ватсап был другой, который Робин, увидев имя «Тайлер», незаметно открыла и прокрутила вверх до первого сообщения, отправленного двенадцатого июля того же года.

07700 903361: Ба это мой новый номер

07700 903361: Ба я избавился от старого телефона потому что меня там донимали разные люди так что теперь пиши мне на этот номер. Гриффу можно его сообщить но больше никому, ок?

Дилис Пауэлл: Кто это?

07700 903361: Это Тайлер. Тебе нужно теперь использовать этот номер для связи со мной.

Дилис Пауэлл: Это ты, Уинн Джонс?

07700 903361: Нет ба это я, Тайлер. Я сейчас позвоню тебе хорошо?

07700 903361:Ба возьми трубку это я Тайлер

07700 903361: Ба ЭТО НЕ УИНН ЭТО Я

Последнее из этих сообщений было отправлено незадолго до Рождества.

— Миссис Пауэлл, вы не против, если я их скопирую? — спросила Робин.

— Ладно, — ответила Дилис, и Робин сфотографировала оба чата на свой телефон.

— И можно мне записать номер отца Тайлера? — спросила Робин, заметив имя Айвора Пауэлла в более ранней переписке в Ватсап.

— Да, ладно, — снова сказала Дилис.

Робин сохранила номер и вернула «Нокию».

— Миссис Пауэлл, вы разговаривали по телефону с Тайлером после его отъезда?

— Нет, — сказала Дилис. — Это не он. Это тот Джонс дурачится.

— Уинн Джонс с фермы Хигвелла?

— Да.

— Вы думаете, это он звонил вам, выдавая себя за Тайлера? — Что?

— Вы не верите, что это действительно Тайлер вам звонил?

— Такой грубиян, — сказала Дилис. — А ведь до всего этого он был хорошим мальчиком.

— Грифф, а вы разговаривали с Тайлером после того, как он уехал?

— спросила Робин.

— С июня нет, — ответил Гриффитс.

— Похоже, он хотел, чтобы у вас был его новый номер, — сказала Робин.

— Это не Тайлер, а тот другой, — упрямо повторила Дилис. — Я могу отличить.

—  Миссис Пауэлл, вы звонили в полицию в конце июня, не так ли? — уточнила Робин, снова просмотрев сообщения. — Это из-за того, что вы увидели в новостях про?..

— Он сказал «серебро», — настойчиво ответила Дилис. — Я слышала.

— Вы знаете, что магазин, где нашли тело, был масонским? — спросила Робин.

— Что?

— Там продают товары для масонов. Тайлер хоть немного интересовался масонством?

— Масоны? — переспросила Дилис. — Эти, со странными рукопожатиями?

— Да, именно они, — подтвердила Робин.

— Нет, он бы не стал этим заниматься, — нетерпеливо отмахнулась Дилис. — Он работает в автомастерской.

— Он что-нибудь понимал в серебре? — спросила Робин. — В пробах, антиквариате, таких вещах?

— Нет, — недоверчиво ответила Дилис, — но мог бы научиться. Он не глупый.

— Чем увлекался Тайлер? Мистер Гриффитс уже сказал нам, что он любит машины.

— Он обожал свою машину, — сказала Дилис. — Полностью сам ее отремонтировал. Разбирался в двигателях. — И, будто опровергая невысказанное обвинение, она повторила: — Он не глупый.

— Чем еще он интересовался? — спросила Робин.

— Футболом, — сказала Дилис. — «Волками». Любил «Волков».

— Да, — сказала Робин. — Мы как раз видели табличку на стене в переулке. Билли Райт. Вы знали, что мужчина, работавший в серебряной лавке, называл себя Уильямом Райтом?

— Да, — кивнула Дилис. — Билли Райт.

— Могу я уточнить еще несколько деталей? — спросила Робин. — Какого роста был Тайлер?

— Повыше него, — Дилис дрожащей рукой указала на Гриффитса.

— Это не так уж и сложно, — с кривой улыбкой произнес Гриффитс. — Наверное, где-то сто семьдесят сантиметров, а, Дилис?

— У Тайлера были какие-то особые приметы? Шрамы или...

— Родимое пятно, — сказала Дилис.

— Вот как? Где?

— На спине, — ответила Дилис.

— Он левша или правша?

— Правша, — сказала Дилис.

— Вы знаете, какая у него группа крови?

Дилис покачала головой.

— Он разбирался в оружии?

— Оружии? Да, немного, — сказала Дилис.

— Правда? — произнесла Робин.

— Да, — подтвердила Дилис. — У него была пневматическая винтовка. Хотел пойти в армию, но его не взяли.

— Серьезно? — спросил Гриффитс удивленно.

— Это было до того, как вы сюда переехали, — сказала Дилис, явно получая удовлетворение от того, что нашлось нечто, чего Гриффитс не знал о Тайлере. — Очень расстроился, когда его не приняли. Мечтал об этом.

— Почему его не взяли, Дилис? — спросила Робин.

— У него аллергия на арахис, — объяснила она. — Однажды он чуть не умер, когда мальчишка в школе дал ему орех.

— Какой ужас, — сказала Робин.

— Я и не знал, что у него аллергия на арахис, — признался Гриффитс.

— Ну да, многого ты не знаешь, — грубо бросила Дилис.

— Тайлер занимался спортом? — спросила Робин.

— Он работал в автомастерской, — еще раз повторила Дилис.

— Он следил за физической формой? — спросила Робин громче.

— Да, он был в форме.

— Таская шины целый день, — вставил Гриффитс.

— Он не глупый, — снова отрезала Дилис.

— Он когда-нибудь упоминал девушку по имени Рита? — спросила Робин.

— Какую Риту? — сказала Дилис. Она по-прежнему беспокойно водила руками по коленям.

— Мы не знаем ее фамилию, — пояснила Робин. — Он знал когонибудь по имени Рита?

— Тут нет никакой Риты, — сказала Дилис.

— Вы когда-нибудь слышали, чтобы Тайлер говорил о Рите? — Робин обратилась к Гриффитсу. — Или о Рите Линде?

— Нет, — ответил Гриффитс. — Единственная девушка, о которой я слышал от него, это Энн-Мари.

— Ничуть не лучше остальных, — пробормотала Дилис. — Смотрите, из-за нее одни неприятности.

Робин подумала, что это утверждение можно расценить двояко.

— Тайлер сильно переживал, когда они расстались с Энн-Мари, да? — спросила она.

— Ему было все равно. С чего бы ему переживать? С кем только она ни была.

Он был очень подавлен, когда она умерла, Дилис, — с укором произнес Гриффитс.

— Мягкосердечный, — заметила Дилис. — Мертвые — они и есть мертвые.

— Мистер Гриффитс рассказывал нам о семье Уайтхед, — сказала Робин.

— А, эти! — воскликнула Дилис, руки у нее на коленях затряслись. — Исчезли, после всего, что натворили.

— Они переехали, — пояснил Гриффитс. — После того как Хьюго умер.

— Есть идеи, куда они отправились? — спросила Робин.

— Я знаю, что родом они были из пригородов Лондона…

— Скатертью дорога. Распускали слухи, — сказала Дилис. — Сделали виноватым Тайлера. И все им поверили.

— Я в это не верил, Дилис, — сказал Гриффитс, — как и…

— Твоя Хлоя просто свалила и оставила его одного. Никто за него не заступился.

Дилис поджала губы, словно пытаясь сдержать слезы.

— Когда вы прочитали в новостях о теле в хранилище, — как можно мягче сказала Робин, — почему вы подумали?..

— Потому что тот был похож на него, и Тайлер сказал «серебро», — пояснила Дилис. — Я слышала, как он говорил это по телефону.

— Полиция приходила к вам после того, как вы позвонили на горячую линию? — спросила Робин.

— Бесполезные, — сказала Дилис. — Бестолковые.

— Они вас опрашивали, верно?..

— Приходили, — сказала Дилис. — Но без толку.

— Миссис Пауэлл, еще один вопрос. Говорил ли Тайлер когданибудь о человеке по имени Оз или о ком-то из музыкальной индустрии? — Оз? — переспросила Дилис. — Кто такой Оз? Вы что, репортеры?

— Нет, миссис Пауэлл, мы частные детективы, — сказала Робин. — Мы говорили по телефону. Я спрашивала, можем ли мы...

— Мне нужно домой, — вдруг заторопилась Дилис. — Мне надо идти.

Она выглядела слегка растерянной и подавленной, отмахиваясь от помощи Гриффитса, пока пыталась подняться с кресла. Робин поняла, что уговаривать ее остаться бессмысленно. Дилис ухватилась за ходунки, взяла из рук Гриффитса сумку, даже не поблагодарив его, и, едва переставляя ноги, направилась к задней двери.

— Я сама справлюсь, — резко бросила она Гриффитсу, когда тот хотел пойти за ней.

— Простите, — тихо сказал Гриффитс, глядя, как Дилис ковыляет по садовой дорожке.

— Нет, мы благодарны за чай и за информацию, — встала Робин. Рядом с ней Страйк с трудом пытался последовать ее примеру: его колено отказывалось подчиняться. Робин достала из кошелька визитку и протянула ее Гриффитсу.

— Если вспомните что-то еще, дайте нам знать.

— Да, конечно, — Гриффитс убрал карточку в карман джинсов. — Вся эта история — просто несчастный случай, а люди ищут на кого свалить вину. Сплетни маленького городка. Сами понимаете.

Мысли Робин невольно вернулись к Мэссему и тому факту, что история о ее изнасиловании оказалась в Интернете.

— Да, — сказала она, — понимаю.

С приглушенным стоном, который он не сумел сдержать, Страйк поднялся с дивана.

— Что ж, спасибо, — сказал он, стараясь не морщиться от боли, и протянул руку Гриффитсу. — Очень помогли.