Никто не станет забывать про тайный ход,

Про безопасность, про прикрытый путь к спасенью.

Отступит мудрый лишь затем, чтоб сделать взлет — Назад шагнув, приблизиться к стремленью.

Роберт Браунинг

«Граф Гвидо Франческини»

— Есть какая-то особая причина, почему мы выезжаем в семь утра, да? — зевнул Барклай, появившись на следующее утро в гараже, где стоял «БМВ» Страйка. В руках у него был пакет из «Макдоналдса», из которого пахло беконом. Уордл, пришедший на пару минут раньше, потягивал кофе навынос.

— Да, вы двое поедете вперед и осмотрите местность, — пояснил Страйк. — Меня и мою машину там уже видели, так что я не буду показываться до наступления темноты. Можешь подбросить нас до пункта проката, — добавил он, протягивая Уордлу ключи от машины. — Не хочу, чтобы у меня свело ногу, если придется драться.

— Мы сами с ним справимся, если до этого дойдет, — сказал Уордл, обходя машину.

— Никто из вас не будет ввязываться в драку без крайней на то необходимости, — возразил Страйк. — Если поймают меня, это не станет большой головной болью: полиция и так зла на меня, и я просто снова окажусь в новостях. Но если парня, который только что уволился из столичной полиции, возьмут за взлом и проникновение, или моего сотрудника, которого недавно арестовывали за то, что он лазил по крышам, обвинят в нападении, тогда у нас практически не останется сотрудников, чьи имена и фотографии не мелькали бы в газетах.

— Меня на заднем сиденье укачивает, — мрачно заявил Барклай, когда Страйк сел на место пассажира спереди.

— Все с тобой будет нормально, — сказал Страйк, — если только тебе не подсунули креветок в макмаффин с яйцом.

— Можешь — с таким-то отношением — не просить меня одолжить тебе мои кастеты, — проворчал Барклай, втискивая свои длинные ноги в машину.