Любовные беды ― все можно купить:

Бледнеет лицо, голос тихо дрожит,

Опущен взгляд, глаз усталый потух ―

Все это лишь твой собственный дух.

А. Э. Хаусман

«VI, Шропширский парень»

― Уверен, что она меня не заметила, ― сказал Уордл с тревогой в голосе.

Страйк выключил Тома Уэйтса, вышел из внутреннего кабинета, прикрыв за собой дверь, отделяющую его от офиса, чтобы не было видно виски, книг и планов Уайлд-корт.

― Как она сюда попала? ― уточнил он.

― На такси, ― ответил Уордл. ― Вышла на Чаринг-Кросс-роуд… Я сначала подумал, что это совпадение, но...

В уличную дверь позвонили во второй раз.

― Возможно, тебе придется проследить за ней, когда она уйдет, ― предупредил Страйк. ― Так что будь поблизости.

Он отсоединился, затем нажал кнопку домофона.

― Страйк, ― произнес он.

― Знаю, ― ответил женский голос. ― Я хочу с вами поговорить.

― Хорошо, ― сказал он, ― сейчас вам открою.

Он включил свет в приемной. Ожидая появления незваной гостьи, краем глаза Страйк заметил движение: уродливая черная рыбка с шишковатым наростом на голове плавала у самой поверхности брюшком вверх, беспомощно шевеля плавниками.

На лестничной площадке показался силуэт миссис Повторной.

Страйк открыл стеклянную дверь.

― Присаживайтесь, ― сказал он.

― Спасибо, ― отозвалась она напряженным голосом, пройдя мимо него и опустившись на диван.

Как и следовало ожидать от женщины, чьи дни в основном занимали шопинг, маникюр и укладки, она была безупречно одета и ухожена: на ней было скорее всего сшитое из атласа пальто, облегающее кремовое платье и высокие черные туфли на тонких ремешках. Однако вблизи она оказалась не так хороша, как казалась издалека. Черты лица у нее были мелкими и невыразительными, но она служила живым свидетельством того, как деньги, навыки и хороший вкус могут преобразить женщину: ее фигура была подтянутой благодаря диете, ее окрашенные в дорогом салоне карамельного цвета волосы с мелированными прядями выгодно оттеняли кожу, а искусный макияж зрительно увеличивал глаза вдвое.

― Сегодня утром я поняла, что он платит вам, чтобы вы следили за мной, ― произнесла она все тем же напряженным голосом. ― Я узнала номер банковского счета.

― Вот как? ― откликнулся Страйк, понимая, что отрицать это бессмысленно. ― Каким образом?

― Раньше я была его личным помощником. Как-то раз он попросил меня проверить его регулярный перевод вам. Я запомнила номер счета.

Это было еще, когда он встречался с иностранкой.

― С русской, ― уточнил Страйк. ― Понятно.

― Я гадала, проделает ли он то же самое со мной. Неужели он действительно думает, что я ему изменяю?

― Не знаю, ― ответил Страйк, что, в общем-то, было правдой. Он не собирался делиться своей теорией о сексуальных наклонностях ее мужа. ― Я заверил его, что никаких признаков неверности с вашей стороны нет.

― Хм, ― протянула она, разглядывая офис, а затем вновь посмотрела на Страйка оценивающим взглядом. ― Хорошо, я как раз пыталась придумать, как поступить.

Страйк, уловивший в этих словах угрожающий подтекст, обошел стол Пат и сел в ее компьютерное кресло.

― Я знаю, что он мне изменяет, ― заявила миссис Повторная.

― А, ― произнес Страйк.

― С эскортницами, ― пояснила она. ― Этот банковский счет я тоже узнала. Есть одно место, которое он всегда любил; он пользуется их услугами уже несколько лет. Вот почему он всегда рад, когда я гуляю с подругами.

Вопрос, зачем она вышла замуж за такого человека, едва мелькнул в голове Страйка, как он сам себе на него ответил. Дизайнерская одежда, безупречная прическа, долгие обеды, кокетливые заигрывания с красивыми официантами ― все это, видимо, скрашивало странную сделку, на которую она пошла.

― Он довольно известен в своих кругах, ― сказала она, разглядывая свои безупречно ухоженные ногти. ― Втянув вас в это, я могла бы доставить ему массу неприятностей. Это получило бы широкую огласку, и он больше не смог бы использовать вас для слежки за своими подружками, ведь так?

Дурное предчувствие у Страйка усилилось.

― Или, ― она подняла глаза, ― вы могли бы начать следить за ним для меня. Собрать информацию об эскортницах. Я не скажу ему, что наняла вас, и мне очень нравится идея, что он оплатит мои расходы на получение доказательств для развода с солидной компенсацией.

― Это было бы отличным решением, ― сказал Страйк.

― Значит, вы согласны? ― спросила она.

― Да, думаю, мы договорились.

Она встала, достала ручку из стаканчика на столе Пат и написала на стикере номер своего мобильного.

― Я бы хотела получать еженедельные отчеты, ― она оторвала листок и протянула ему.

― Хорошо, ― согласился Страйк.

Они пожали друг другу руки. Ее рука была холодной.

― Я и не думала, что это надолго, ― сказала она. ― Мужчины ведь не меняются, правда?

― Ну… не часто, ― ответил Страйк.

Она бросила взгляд на аквариум.

― Кажется, ваша рыбка умирает.

Страйк остался стоять на лестничной площадке, пока не услышал, как открылась и закрылась уличная дверь, затем позвонил Уордлу.

― Пусть идет, ― сказал он. ― Ты тут ни при чем. Она просто умнее его, вот и все. Поднимайся. Если хочешь, пропустим по стаканчику. У меня есть открытая бутылка виски.

Через пять минут Уордл появился в приемной, куда Страйк уже принес бутылку односолодового «Аррана».

― И часто такое бывает? ― спросил Уордл, когда Страйк пересказал ему их разговор с миссис Повторной.

― Со мной впервые, ― ответил Страйк.

― Нет, не буду, ― Уордл отмахнулся от предложенного виски, когда Страйк поднял бутылку. ― Несколько месяцев назад я этим слишком увлекался, в одиночку. Так что на время завязал.

― А, ― отреагировал Страйк, наливая себе тройную порцию. ― Рад за тебя.

― С этой рыбой все нормально? ― спросил Уордл, глядя на черный комок, хватающий воздух у поверхности аквариума.

― Нет, ― ответил Страйк.

― Разомни горох, ― посоветовал Уордл.

― Что?

― Наверное, она наглоталась воздуха наверху. Золотые рыбки ― жадные твари. Достань ее и покорми размятым горохом. Иногда помогает.

― Откуда ты, черт возьми, это знаешь?

― Моя племянница держит рыбок. В ее комнате три аквариума с разными видами. Недавно завела себе бойцовых рыбок «Бетта».

Не имея ни малейшего понятия, кто такие «Бетта», и абсолютно не желать знать, Страйк снова сел в компьютерное кресло Пат и поинтересовался:

― И давно ты завязал с выпивкой?

― С того вечера, когда ты приходил с карри. Забавно, но именно то, что ты упомянул о работе здесь, заставило меня задуматься… ну знаешь… о переменах. Хотя я мог бы выпить кофе, ― добавил Уордл. ― Есть без кофеина?

― Если и есть, то в одном из этих шкафчиков, ― ответил Страйк, который никогда в жизни сознательно не пил кофе без кофеина. Он сделал еще один глоток виски, и в этот момент его мобильный завибрировал. Он посмотрел на экран и увидел сообщение от Мидж:

«Оглобля направился домой. Сегодня без поножовщины.»

― Что? ― переспросил он, смутно уловив, что Уордл говорил о чемто.

― Я спросил: «Слышал, что Мёрфи снова принялся за старое?»

Уордл нашел нужный ему кофе и теперь собирался заварить его себе. Страйк, у которого сердце вдруг учащенно забилось, словно он сорвался на бег, сказал, стараясь скрыть интерес в голосе:

― Ты говорил, что кто-то подозревает, будто он вновь начал пить.

― Да, и был прав. Его поймали за распитием водки прямо на рабочем месте. Так или иначе, у него до хрена проблем. Хотя, наверняка, он выкрутится, ― сказал Уордл, скривив губы. ― А Айверсон до сих пор верит, что они неправильно все поняли.

― Айверсон, ― повторил Страйк, чувствуя, что слегка тормозит.

― Та женщина из команды по делу о серебряном хранилище, которую он лапал несколько лет назад.

― А, да. Встречал ее. Рыжая.

― Да, ― подтвердил Уордл, когда чайник закипел. ― Что скажешь, если Мёрфи выгонят и он захочет устроиться сюда?

― Буду решать по обстоятельствам, ― ответил Страйк.

― Скорее всего, он попытается убедить Робин уйти и открыть агентство «Эллакотт&Мёрфи» вместе с ним, если ты его не возьмешь, ― продолжил Уордл, по-прежнему стоя спиной к Страйку. ― Или «Мёрфи&Мёрфи», если добьется своего.

― Что? ― еще раз переспросил Страйк.

Уордл вернулся к дивану с кофе в руке.

― Он собирается сделать ей предложение.

― Это догадка? ― резко спросил Страйк. ― Или ты точно знаешь?

― Он сказал об этом Айверсон на прошлой неделе, а она ― мне, когда я сообщил ей, что начинаю здесь работать, ― пояснил Уордл. ― Думаю, он просто заявил ей о своих планах, чтобы она от него отвязалась. Говоря мне это, она выглядела так, будто сейчас вот-вот расплачется.

― Понятно, ― сказал Страйк, почувствовав, будто от шеи и ниже тело его закоченело. ― Уже и кольцо купил, наверное?

― Не знаю, ― ответил Уордл, отпивая кофе.

В основном из-за боязни, что выражение лица выдаст его мысли, Страйк опять уткнулся в телефон. Мидж прислала еще одно сообщение:

«сделала фото его сообщников»

Страйк, который не мог переварить услышанное, напечатал в ответ «отлично», после чего снова вынужден был спросить «что?», так как Уордл определенно что-то сказал.

― На днях услышал кое-что очень интересное про эту Ким Кокран. О том, почему она ушла из полиции.

― Да? ― отозвался Страйк, все еще думая о Мёрфи и Робин. ― Что ж, теперь это не мое дело.

Неизвестно, заметил ли Уордл рассеянность коллеги, но он спросил:

― Так что, хочешь, чтобы я завтра начал следить за Повторным?

― Нужно все обдумать, ― Страйк заставил себя сосредоточиться. ― Придется поддерживать видимость слежки за женой, потому что он спросит об этом меня, если не увидит никого поблизости, когда окажется рядом с ней.

Они обсудили последствия этой двойной игры, пока Уордл, допив кофе, не сказал, что, пожалуй, ляжет спать пораньше. Страйк, отчаянно желавший остаться один, предложил ему оставить кружку ― он помоет ее вместе со своим стаканом из-под виски.

Когда Уордл ушел, Страйк остался сидеть на месте. Теперь он был вынужден признать, что все еще питал слабую надежду: несмотря на разговоры Робин о заморозке яйцеклеток, что-то все же может произойти и разлучить ее с Мёрфи. Но если дело идет к предложению…

Он вспомнил сапфировое кольцо, украшавшее безымянный палец Робин, когда она только начала у него работать, занимая то же место, где сейчас сидела Пат. Кольцо символизировало жирную синюю точку: ничего не получится. Она вышла замуж за Мэтью, хотя тот ей изменял в прошлом и был, по личному мнению Страйка, редкой сволочью, и потребовалась вторая, еще более вопиющая измена, чтобы разрушить этот брак. Но Мёрфи, увы, казался верным… «Он замечательный… Я не могу его винить… Я ему нужна, даже если детей не будет… После случившегося он был очень внимателен…»

Страйк поднялся, осознав, что не слишком уверенно стоит на ногах, и вернулся в кабинет. Закрывая различные вкладки на компьютере, он случайно снова включил Уэйтса.

Никто, никто

Не полюбит тебя так, как я,

Ведь ни у кого, ни у кого нет такой силы…

Щелчком по кнопке он оборвал музыку, выключил компьютер, погасил свет и вернулся в приемную, где вымыл кружку Уордла и свой стакан.

Он уже собирался погасить свет, как взгляд его снова упал на захлебывающуюся черную рыбку у поверхности аквариума. Она беспомощно барахталась, лежа кверху брюшком, и жадно глотала воздух. Если верить Уордлу, она сама навлекла на себя эти страдания. Держа палец на выключателе и слегка покачиваясь на месте, Страйк смотрел на нее, представляя, как утром найдет ее мертвой и неподвижной, плавающей там же, где она сейчас боролась за жизнь. Две другие обитательницы аквариума, серебряная и золотая, безмятежно плавали внизу, равнодушные к ее участи. Черная рыбка была на редкость уродливой, почти отвратительной. Дополнительным оскорблением было то, что она носила его имя.

― Ладно, тупое мелкое создание, ― пробормотал он и нетвердой походкой направился к лестнице в мансарду, не будучи уверенным, есть ли у него замороженный горошек, но готовый ― удивляясь, что вообще это делает, и испытывая смутное желание хоть что-то исправить, даже когда все остальное вокруг катится к черту ― это проверить.