Пол нового зала был выложен мозаикой, а барельефы на стенах показывали сцены из жизни затерянного города. В воздухе от влажности стояла будто лёгкая дымка. Мозаика блестела от конденсата так, будто её только что покрыли лаком, и пробившиеся сквозь слуховые окошки в потолке солнечные лучи пускали повсюду солнечных зайчиков. Зал выглядел каким-то неестественно ярким и сияющим, как во сне.

Но Паула не поддалась обманчивой красоте. Она знала, куда они вышли. Поняла, как только переступила порог.

Ничего хорошего их тут не ожидало.

И как только Миражен уговорила Морнию разыгрывать этот фарс… Если она её, конечно, вообще предупреждала.

Они обошли зал кругом. Он оказался настолько огромным, что Паула не сразу заметила алтарь в глубине. Ловушек и прочих пакостей как будто бы не было – только алтарь, а перед ним пьедестал, на котором лежал сфинкс.

Внушительная фигура была высечена из гладкого красного камня. Отблески двух синих самоцветов в глазницах плясали на полу перед статуей.

Тело крылатого льва покоилось на пьедестале в расслабленной позе. Блестящий белый камень, послуживший материалом для крыльев, не смогли опознать ни сама Паула, ли лорд Томас. В прекрасных чертах женского лица притаилась жестокость.

– Это что такое? – спросил Томас с неподдельным любопытством. Эта его черта нравилась Пауле больше всего. Как истинный исследователь и авантюрист, Томас стремился отыскать ответы на все вопросы, особенно если дело касалось какой-нибудь древней тайны. Не просто так он столько лет проработал археологом.

– Сфинкс. В Древнем Египте верили, что по ночам они оживают и охраняют храмы.

– Я знаю, кто такой сфинкс, дорогая. Я спрашиваю, что он здесь делает… Но эта милая леди вроде не собирается оживать. Хотя – стоит отдать должное мастеру! – она будто дышит.

Паула закатила глаза, пока он не видел. Мастер тут был ни при чём. Она просто дышала по-настоящему. К тому же эта «милая леди» обладала сквернейшим характером и отвратительной привычкой поедать всех, кто не отгадывал её загадки. Очень сложные и заковыристые загадки. И формулировала она их так, чтобы ни в жизни не отгадать.

…Ох и достанется Миражен!

Они с Томасом немного побродили по залу в поисках выхода. Томас осмотрел западную сторону, а Паула делала вид, что ищет на восточной. Она и без того знала, где здесь выход. Под пьедесталом Морнии.

Фирменные Блэковские часы моргнули сообщением от Аманды.

Мы в процессе, у кого амулет, пока не знаем.

Сколько у нас времени?

Хороший вопрос. Вообще, им самим с Томасом недолго осталось – Морнию они определённо не пройдут, и либо сдадутся, либо она их проглотит. Не то чтобы был смысл торопиться. Но написала Паула другое.

Сутки, максимум. МАКСИМУМ, АМАНДА!

Как только сообщение улетело Аманде, за спиной послышался женский голос, прокатившийся эхом по всему залу.

– Когда надоест искать то, чего нет, можете подойти поболтать.

Паула фыркнула и закатила глаза. Добро пожаловать на шоу.

Они вернулись к сфинксу. Томас, разинув рот, смотрел на величественную статую, которая поднялась на все четыре лапы и с любопытством разглядывала своих гостей. Морния потопталась на месте, трижды перекрутившись вокруг себя, и наконец по-кошачьи уселась на задние лапы.

– Так и будем молчать? – спросила она. – Что ищете, смертные?

– Способ пройти вперёд, – опередила Паула Томаса, жестом велев ему молчать.

– Осознаёте ли вы, что этот способ может стоить вам жизни?

– Осознаём, сфинкс.

– Можете звать меня Морния, – скучающим тоном представилась та. – Но можете не запоминать, всё равно это знакомство долго не продлится. Я загадаю вам загадку, вы не отгадаете, и мне придётся вас съесть. Ничего нового. Но вам я загадаю несколько, а то скучно тут, давно ни с кем не болтала. Но потом, конечно, всё равно съем.

– Ты могла бы этого не делать, – рискнула Паула.

– Нет, смертная, не могла бы. Я должна вас съесть, потому что охраняю то, что находится за этим залом. Только мудрейшие из мудрейших смогут пройти и бла-бла-бла, – зевнула Морния.

– Хорошо, – согласилась Паула. – Давай первую загадку. Раньше начнём – раньше закончим.

– Не торопись умирать, смертная. У меня редко бывает компания, а ты мне нравишься. Кажешься умной. Мне даже будет немного грустно тебя есть, но что поделать. Не я придумываю правила.

– Давай уже, Морния, мы тут тоже не в отпуск приехали, – начала терять терпение Паула.

Так-то Морния ей тоже нравилась, но она явно переигрывала, причём с налётом мистики и занудства.

– Ну, торопыги! – сдалась Морния. – Готовы? Тогда начинаем. Первая загадка. Её ещё ни разу никто не отгадал. Можете думать сколько угодно, но сразу скажу, вы не додумаетесь. За много веков…

– Да загадываешь ты уже или нет? – воскликнула Паула.

– Ну и характер у тебя, смертная, – вздрогнула Морния и попыталась вернуть себе невозмутимый вид. – Ты и правда мне нравишься. Ладно, раз уж вы так торопитесь на тот свет, вот вам первая загадка: «Если он есть, хочешь им поделиться. Если поделишься, его не станет». Что это? Думайте, сколько нужно, правда. Если не отгадаете, умрёте. Если отгадаете, перейдём к следующей. Но вы не отгадаете, конечно. Подумайте хорошень…

– Секрет, – с лёгким недоумением сказал Томас. Кажется, ничего сложного он в загадке не нашёл.

Морния распахнула глаза, поднялась на все четыре лапы, подавилась воздухом и прокашлялась. Вид у неё был удивлённый и крайне раздосадованный. Она снова кашлянула, подбирая слова.

– Ладно, отгадали… Одна из моих сложнейших загадок… Вы, наверное, где-то подсмотрели ответ, иначе я не понимаю… Я же говорила, что жульничать нельзя? Вы пользуетесь этой колдовской плоской штукой, через которую маленькие смертные сейчас находят ответы на все вопросы?

– Морния, ты же с нас глаз не сводила, – высказался в нашу защиту Томас. Он сжал губы и помрачнел: этот спектакль ему тоже начал порядком надоедать. – Где и что мы, по-твоему, подсмотрели? У меня в этой глуши даже связь не ловит.

– Ну… Хм-м. Ладно, согласна. Ты прав. Признаю, что ты отгадал честно.

– Мы можем уже просто перейти к следующей? – спросила Паула.

– Э-э-э… Да, конечно… – забегала глазами Морния. – Можете отойти ко входу? Мне нужно кое с кем проконсультироваться.

– Хорошо, но не затягивай, мы немного спешим, – сказал лорд Томас.

Морния дождалась, пока смертные не скроются из вида, огляделась по сторонам, спрыгнула со своего пьедестала и юркнула в тоннель под ним.

Внизу её ждала Миражен.

– Ты говорила, они не отгадают, – замахала Морния лапами и крыльями. – Говорила, что больше никаких загадок готовить не нужно… Что делать-то теперь?

Есть Морния никого (сегодня) не собиралась. Миражен попросила её просто развлечь их сложными загадками, чтобы потянуть время – чем дольше, тем лучше. А потом загадать лёгкую, чтобы пропустить Паулу и Томаса в тоннель. А они взяли и отгадали самую сложную загадку из её запасов за считанные секунды. На такой случай у Морнии сценария не было.

– Ну прости, Морния. Откуда я знала, что они справятся. Я сама её несколько лет разгадывала. Она ведь и правда сложная!

– Похоже, этот лорд Томас знал ответ. Неважно. Чем мне теперь их занимать?

– Не знаю… Ребусы? Викторина? Однажды Паула показывала мне передачу по телевизору, где человек должен был отвечать на вопросы, которые с каждым кругом становились сложнее, но там было четыре варианта ответа и три подсказки: помощь зала, звонок другу и пятьдесят на пятьдесят, это когда убирают два неправильных ответа. А если игрок ошибался, он теря…

– КАКАЯ ЕЩЁ ВИКТОРИНА? – взорвалась Морния. – Я СФИНКC, А НЕ КЛОУН ИЗ ГОВОРЯЩЕЙ КОРОБКИ! Сама как-нибудь выкручусь. Сколько тебе нужно времени?

– Всё, что сможешь выиграть. Я сильно выбилась из графика…

– Я даже столько загадок не знаю. Нормальные люди сдаются на первой, и остаётся только догнать их и съесть… Ладно, что-нибудь придумаю, – смирилась Морния, разворачиваясь к лестнице. – Но поскорее там, вряд ли меня надолго хватит.

Морния закрыла выход и со всей своей грацией уселась обратно на пьедестал.

– Смертные! – торжественно позвала она. – Подойдите!

Паула и Томас вернулись, непринуждённо болтая о чём-то своём. Кажется, их не очень-то пугала вероятность оказаться в пасти сфинкса.

– Ну? – сказала Паула. – Что там со следующей загадкой?

Морния вздохнула. Покрутилась на месте, как кошка на лежанке. Остановилась. Почесала затылок задней лапой. Окинула собеседников оценивающим взглядом. Покачала головой и снова вздохнула. Никакой новой загадки в голову не пришло.

То слишком лёгкая, то слишком сложная. Миражен настояла на том, что они в итоге всё-таки должны были её отгадать. Но не быстро, чтобы Миражен успела подготовить следующее препятствие.

– Ну… Да, ладно. В общем… Я задам вам несколько вопросов. Каждый будет сложнее предыдущего, и вы должны будете ответить на все… У вас будет четыре варианта ответа и три подсказки. Это… – Морния замялась. Ни телефонов, ни зрителей тут не было, а с 50/50 было бы и вовсе странно. – В общем, просто подсказки. Если ошибётесь хоть раз, я вас съем. Если ответите на все вопросы правильно, пропущу дальше. Всё ясно?

Паула приподняла бровь и вопросительно посмотрела на Морнию. Морния отзеркалила её выражение лица и пожала плечами.

– Ясно. Мы готовы, – поторопился ответить Томас, чтобы немного разрядить ситуацию. – Какой первый вопрос?

Морния прочистила горло, выигрывая себе пару лишних секунд на то, чтобы его придумать.

– Мда. Вопрос. Вот он. Назовите индонезийское животное, тридцати сантиметров в длину, с большими глазами и пальцами, как у лягушки. Вариант первый…

…Как-то давно Паулу не посещало желание прибить Миражен.